Глава 50

Юрина некоторое время смотрела на письмо, запечатала его и, по своему обыкновению, обильно надушила. Это был тот же запах, что и от цветочного мыла, которое Рейнард полюбил в детстве.

Юрина потрясла колокольчиком, размахивая благоухающим письмом что веером. Вскоре Бетси принесла простое печенье и горячий чай.

— Вызвали, миледи?

Юрина с сомнением посмотрела на Бетси, ставившую чайные чашки на столик.

— Я не просила чай.

Ведь это было не то время, когда Юрине было привычно пить чай. Бетси засмеялась, наливая дымящийся чай в её чашку.

— Погода холодная. Вы всё ещё простужены.

— Я уже выздоровела.

Отношение её было небрежно, но на самом деле Юрина оставалась крайне уязвима к холоду. Не так давно она сильно переболела лихорадкой, и после этого была небольшая простуда.

Фактически, даже сегодня утром её голова была тяжелой, а мышцы ныли, поэтому та осилила встать, лишь пролежав какое-то время в постели.

Она даже не сказала этого Бетси, но откуда та знает?

Как только мысли Юрины раскрылись в ее мимике, Бетси засмеялась, прикоснувшись к её лбу.

— Прошло уж десять лет, как я прислуживаю леди, и как же мне не знать такого? Зимой я могу определить простуду просто по вашему лицу. И, кажется, сегодня вам было тяжело вставать с постели. К счастью, жара вроде бы нет. Тем не менее, прикажете вызвать лекаря?

— Да нет же. Всё нормально. Ни кашля, ни боли в горле. Лишь голова натружена. Вот отдохну сегодня хорошо, и завтра будет всё в порядке.

Юрина отхлебнула горячего чая, наблюдая, как Бетси подкладывает в камин еще пару дров. Вместо черного чая, во рту её теперь взвивался аромат ромашкового, который, как поговаривали, расслаблял разум.

Внимание Бетси виднелось даже в самых незначительных вещах.

«Внимание к деталям».

Неведомо почему, но лицо Рейнарда явилось ей на ум при этих мыслях. Юрина взглянула на стоявший на столе жестяной ящик. Это был травяной чай, который Рейнард прислал вместе с письмом.

Слова в том были простоваты. Но факт того, что Эйден Тесси отобрал лучшие чайные листья, сказал ей, что Рейнард искал лучший чай от простуды и с приятным вкусом.

— Бетси, в следующий раз завари этот чай.

Вкус чая вдруг стал ей очень любопытен. И даже если б он стался неприятным, у Юрины хватило бы духа выпить его полностью.

Бетси воскликнула, осмотрев жестяную коробку мятного цвета.

— Это чайные листья из королевства Крон. Это от Рейнарда, ведь так?

— Хм. Дэйв рассказал Рэю про мою лихорадку. Вот тот и прислал мне чай, как средство от простуды. Это фирменный продукт поместья Тесси.

Бетси осторожно открыла крышку, чтобы чайные листья не рассыпались и не растеряли аромат.

— Запах хорош, но я не знаю, что это за чай. Впервые ощущаю такой сладкий запах.

— Похоже, его выращивают только в Королевстве Крон. Говорят также, его можно пить с молоком.

— Миледи, подождите минутку.

— Мм?

— Сейчас же заварю этот чай!

— Не суетись ты так. Просто заваришь в другой раз.

— Нет! Думаю, этот всяко окажется лучше. Сейчас я подогрею молоко и принесу.

Это было бы просто прекрасно.

Однако, такое было б утомительно —ходить туда-сюда. Но Юрина уже не могла остановить порыв Бетси. В конце концов, получив согласие, Бетси попыталась покинуть комнату с возбужденным выражением лица.

— Эй, Бетси.

Юрина вспомнила причину своего звонка и указала на стол.

— Отправь это письмо в Королевство Крон.

— Да, миледи.

Бетси ярко улыбнулась и вышла из комнаты с письмом и жестяной коробкой.

Чай, который передал ей Рейнард, оказался намного лучше, чем думалось поначалу. Говорилось, что этот чай хорош от простуды, но вкус его также пришёлся Юрине по вкусу.

Сладкий запах оставался на кончике языка, но в то же время ощущалась слабая горечь, так что недурно было бы добавить и десерт.

Юрина думала, что чай этот будет как лекарство на вкус, ведь он хорошо помогает от простуды. Испробовав, Юрина более была не обременена этим, и наслаждалась им по своей прихоти. Но даже если чай и не был бы приятным на вкус, та искренне постаралась бы его прикончить.

«Надо бы попросить еще немного, когда в следующий раз пошлю письмо».

«И было бы неплохо передать что-то его друзьям».

Усадив Бетси рядом и вместе наслаждаясь чаем, Юрина вдруг вскочила со своего места. Это потому, что одна из служанок маркиза пришла и доложила, что маркиза желает встретиться с Юриной.

Ей только и нужно было, что пройти в другую комнату особняка, но Бетси тут же засуетилась.

— Миледи, как же вы пойдёте вот так просто?

В руках у Бетси теперь были шарф, перчатки и шапка. Когда Юрина отказалась, Бетси надула губы.

— Тогда вы простудитесь.

— Это не займёт много времени, все будет в порядке.

— Нет. В прошлый раз, когда вы сказали, что все в порядке, вы потом неделю лежали с простудой.

Юрине нечем было крыть подобный факт. Тогда она плавно подошла к Бетси и сказала.

— Тогда я соглашусь на этот шарф. Но перчатки и шапка мне в помещении ни к чему.

— Как скажете.

Юрина в красном шарфе вошла в комнату маркизы и огляделась. Несмотря на то, что стоял полдень, в комнате было темно, похоже, из-за занавесок. Лишь несколько свечей освещали всё место.

Она почувствовала дискомфорт в новой атмосфере, отличной от её собственной комнаты, что вечно была залита светом, а затем остановилась на некоторое время и прошла через гостиную в спальню.

Маркиза сидела на кровати и давала указания служанкам, которые вытаскивали платья одно за другим.

Когда Юрина подошла к спальне, маркиза посмотрела на Юрину и улыбнулась.

— Мама.

Юрина схватила её за руку, и уселась на стуле, который горничная поставила перед кроватью. Хотя была зима, камина было достаточно, поэтому в комнате оставался теплый воздух. Рука маркизы всё же была холодной, как лед.

— Как ты?

— Мне намного лучше.

Её цвет лица был достаточно бледным, чтобы это можно было отметить даже в кромешной тьме, в отличие от её слов.

Как и всякая аристократка, маркиза с детства была слаба телом. Тем не менее, что удивительно, она не обращала особого внимания на мелкие болезни, но с минувшей осени здоровье её резко подорвалось.

Не только семейный врач, но даже Дэйв пытались выяснить причину, но даже несколько месяцев попыток не увенчались успехом.

Семейный врач говорил им:

«Бывают случаи, когда люди чахнут просто от возраста. Маркиза ведь прежде была здорова хоть при лютом холоде, хоть при зное».

Если что-то и было не так, оно началось лишь недавно.

Весь особняк старался позаботиться о ней, но никто не сыскал причину недуга, поэтому состояние её не улучшалось. На данный момент лучшим вариантом было уберечь её здоровье от дальнейших осложнений.

— Я скорее о тебе должна беспокоиться, чем о себе. Интересно мне, что у тебя с лицом? Неужели снова жар?

Маркиза схватила Юрину за щеку и лоб своими холодными руками.

Юрина продолжала держать её за руку и заговорила:

— Не беспокойся обо мне, но лучше думай о себе. В комнате так тепло, но руки твои ледяные. И ты говоришь, тебе намного лучше?

— Я правда чувствую себя сегодня так легко. Я чувствую себя отдохнувшей. Хочешь пойти погулять немного позже?

— Ветра холодные, хотя и показалось солнце. Посиди лучше в комнате, и подожди тепла.

— Всё суетишься, прямо как твой брат.

Маркиза пожаловалась звонким голосом, что само по себе было невероятно при её-то состоянии. Юрина нежно потерла тыльную сторону ладони и изучила лицо маркизы.

Маркиза как сейчас, так и в прошлом была похожа на цветущий ирис. Приятное лицо и по-прежнему свежее, как у девочки, пусть у нее и было четверо детей.

Её белая кожа почти без морщин вызвала зависть не только у ровесниц, но и у девушек возраста Юрины.

У нее был добрый и любопытный характер, а её манера говорить более походила на подростка, поэтому Юрина иногда принимала ту за подругу, чем за мать.

Сейчас же её лицо исхудало, а вокруг глаз были пятна. Она также сильно похудела, и платья, которые она носила раньше, стали очень свободными в талии.

— Мадам, что прикажете с этим делать?

— О, это платье мне очень нравится ... Размер теперь великоват, но и выбрасывать негоже. Прятать в шкафу такое — мне как-то неприятно.

— Не думаю, что когда-нибудь надену его вновь.

Жена маркиза прибавила, как будто разговаривая с самой собой, взглянула на платье цвета слоновой кости, и взмахнула пернатым веером.

Это было не платье с расклешенной юбкой, популярное в высшем обществе, но обтягивающее платье с поясом, подчеркивающее все изгибы тела.

— Твой отец купил его мне сразу после свадьбы.

— В самом деле? Не похоже, чтоб оно было таким старым.

«Ты действительно так любишь это платье? По-прежнему выглядит как новое».

Юрина оглядела платье и попыталась прикинуть обхват талии.

— Были времена, когда фигура моя была прямо как твоя.

— Тогда я надену это платье.

— Ты?

Маркиза прикрыла рот веером и выпучила глаза.

— В наши дни такое совершенно вышло из моды.

— И что мне за дело до этого? Наш дом зовётся «Карфия», и мы сослужим всем примером.

Юрина игриво засмеялась и махнула горничной. Последняя поняла намёк, и доставила платье в комнату Юрины. Маркиза же застенчиво улыбнулась и прикоснулась к щеке Юрины тыльной стороной ладони.

— Моя дочь. Ты такая одна на свете.

Юрина потеряла дар речи, как человек, кого сразил нежданный приступ. Когда она увидела, как те же глаза цвета неба нацелились на неё, чувство вины переполняло её сердце до краёв.

«Я не твоя дочь. Дочь, которую ты любила всем сердцем, умерла от лихорадки семь лет назад».

Слова эти застряли у неё в горле, и скребли его будто рыбьи косточки.