– Пагма! У тебя вообще есть такое понятие, как стыд?!

– Ты вернулся, чтобы умереть?!

Дварфы славились тем, что посвящали себя своей работе. Он слышал, что дварфы были из тех, кто закрывает глаза, даже если сумасшедший внезапно выскочит голым. Казалось, существовало только одно исключение. Когда прозвучало имя Пагмы, возникла толпа.

– Всем отойти с дороги! Это моя работа - убить Пагму!

– Предлагаю вместо убийства мучать его в течении десяти лет!

– Я уроню молоток на его мизинец.

– …

Постоянно добавлялись новые дварфы. Спустя некоторое время места в помещении маленькой кузницы больше не осталось. Грид прижался спиной к кассе и спокойно оценил ситуацию.

"Мне следует бежать?"

Почему они бушевали против Пагмы? Опыт Грида был слишком богат в отношении подобных вопросов и путаницы. Он знал, что большинство поступков Пагмы, хотя и были совершены во имя справедливости, являлись предательством или ранили других. Естественно, возникнет негодование.

"Эх".

Однако он не ожидал, что Пагма устроит скандал даже в Талиме, Святой Земле Кузнецов. Он планировал общаться с дварфами, используя отношения между Пагмой и Милепеем.

"Я должен дать дварфам немного остыть, прежде чем подойти ближе".

И вот в момент, когда вздыхающий Грид была готов вытащить меч, чтобы использовать Связь...

– Эй, ребята! Успокойтесь! – первый, кто узнал Грида, и владелец кузницы, Морен, крикнул дварфам, чтобы они успокоились. – У вас что, глаза подгнили от ежедневных неудачных работ? Посмотрите на него повнимательнее! Как вы можете видеть Пагму в этом обычном, но неосознанно очаровательном лице?

– …!

– Точно…

Дварфы в первом ряду, которые были близко к Гриду, были первыми, кто успокоился. Они хмыкнули, пристально вглядываясь в лицо Грида.

– Его внешность по сравнению с прекрасным Пагмой отвратительна.

– Да, Пагма был дрянью, но его внешность была очаровательна. С другой стороны, этот человек имеет лишь смутное обаяние.

– Его скелет больше, а глаза остры, как у орла. Он выглядит так, будто собирается съесть мышь.

– … – глаза Грида дернулись. Неприятно было слышать оценки его внешности, когда трудно было сказать, похвалы это или проклятия.

"Что это значит, что я выгляжу так, будто собираюсь съесть мышь?"

И всё же он считал, что неплохо быть оцененным как обаятельный. Это была также очень высокая оценка, учитывая, что его сравнивали с Пагмой. Судя по фрескам и воспоминаниям о прошлом, Пагма обладал красотой, сравнимой с Крюгелем.

Теперь Морен обхватил за щеки улыбающегося Грида и повернул его голову так, чтобы его лицо хорошо видели даарфы. Затем он заявил:

– Я говорил вам в самом начале! Он не Пагма, а потомок Пагмы! У вас всех зрение ни к черту!

– Потомок Пагмы…!

Дварфы, которые бросились к ним, услышав имя Пагмы, наконец-то обрели рассудок. Теперь все дварфы успокоились.

– Действительно, этот Пагма умер на Бенхенском Архипелаге

– Да, Пагмы больше нет в этом мире. Каким бы злым он ни был раньше, даже он не может выползти из Ада...

Грид был сбит с толку, когда увидел разочарованные лица дварфов.

"Они скучают по нему и в то же время испытывают к нему неприязнь?"

В тот момент, когда Грид подумал об этом...

– Проклятие... Я должен был побить этого парня.

– А что, если он умер с комфортом? Он должен был умереть в ужасных муках.

Грид быстро отказался от своей предыдущей мысли. Он снова вздохнул, когда сотни дварфов, включая тех, что прижались к окну, уставились на него. Грид знал это, потому что он был легендарным кузнецом. Он мог сказать, что они оценивали все, что касалось его.

– Разве его навыки не очень хороши для потомка Пагмы? Меч, который он носит, входит в топ-10 мечей, которые я видел до сих пор.

– Мне нравится баланс между наплечниками и набедренниками. В них есть энергия двух Богов? Я бы возжелал их, если бы это было трио.

– Разве он не лучше Пагмы?

– Я хочу разобрать эти сапоги.

Ах, ах, ах.

Дыхание дварфов стало резким. Предметы, сделанные непосредственно Гридом, стимулировали чувство мастерства дварфов. Те, кто прожил сотни лет, были свидетелями многочисленных шедевров, но всё же они были впечатлены уровнем работы Грида. Это было естественно. Снаряжение Грида включало в себя предметы с мифическим рейтингом. Его работы были сравнимы с любым другим шедевром.

Конечно, не все дварфы испытывали восхищение. Несколько дварфов усмехнулись.

– Они все мертвые. В них вообще нет души. Есть только глянцевая поверхность. Точно такой же мусор, как делал Пагма.

– Именно потому, что он потомок Пагмы, он не может достичь никакого взаимопонимания со своими произведениями?

Грид, который гордился оценкой дварфов, нахмурился. Это было нормально – быть недовольным, когда работы, в которые он вложил всю свою страсть и усилия, материалы, которые он собрал, рискуя своей жизнью, и навыки, признанные Богом кузнечного дела, были отвергнуты. Душа и взаимопонимание – Грид заметил, что концепция, которую они обсуждали, была "эго", к которому он стремился.

– Неважно, если вы будете проклинать Пагму, но... Я не могу слушать, как унижают мою работу.

Гриду не нужно было унижать свою гордость только потому, что он был в плохом положении.

В тот момент, когда он откажется от своей гордости, это будет равносильно отрицанию всего накопленного опыта и всех усилий, которые он потратил.

– Вы заслуживаете того, чтобы оценивать работу других? – холодно заявил Грид, и атмосфера стала тяжёлой.

Созревшее трансцендентное состояние доминировало в пространстве, в результате чего дварфы внутри кузницы сделали от изумления шаг назад. Тем не менее несколько дварфов не отступили. Они были теми, кто унижал работу Грида. Если быть точным, то это были мастера, которые "пережили одержимость, превосходящую смерть".

– А разве ты не оценивал нашу работу?

Взгляд дварфа-ремесленника упал на перчатки, которые Грид держал в руке.

– Ты рассматривал и оценивал всю нашу работу, пока не выбрал предмет со стендов. Естественно оценивать все работы. Ты должен перестать быть кузнецом, если не хочешь, чтобы тебя критиковали.

– По крайней мере, я не продаю свою совесть, чтобы заниматься бизнесом, как вы.

– Совесть? Разве это совесть?

Тан!

Перед глазами показалось что-то, напоминающее львиную гриву. Пелот, обладатель этой прически, которая ещё больше подчёркивала его крупное лицо, пришел в ярость, споря с Гридом, и бросил свой молот. Грид вовсе не был настороже. Это было потому, что навык Пелота Бросок находился только на зачаточном уровне, и в броске не было никакого убийственного намерения. Траектория молота была всего лишь простой угрозой, и он слегка задел плечо Грида.

"Не слишком ли это небрежно, чтобы называть это угрозой?"

Грид фыркнул и замер. Затем из его инвентаря показались Руки Бога и заблокировали молот Пелота от имени Грида.

– Это...?!

Глаза дварфов расширились, и Грид улыбнулся.

"У меня так же есть отличный продукт с эго".

Нынешние Руки Бога были результатом усиления павраниума, лучшего из наследия Пагмы. Гордость Грида за Руки Бога была непревзойдённой, и он принял ответ дварфов как должное. Однако бурная реакция дварфов не была вызвана восхищением.

– Т-ты сукин сын...!

– Ты пришёл сюда, чтобы посмеяться над нами?!

– Он такой же злой, как и Пагма...

Спокойная атмосфера снова начала накаляться. Дварфы смотрели на Грида глазами, полными глубокого отвращения и негодования. Они смотрели так же, как когда они приняли Грида как Пагму.

"... Э-э?"

Грид был ошеломлен. Резкая реакция дварфов встревожила его.

"Может быть…?"

В голове побледневшего Грида возникали самые разные вопросы. Верно ли, что эго в паврании было создано исключительно магией Брахама? Учитывая уровень големов, появившихся во время вторжения в Вечное Королевство, разве эго, содержащееся в паврании, не было особенно выдающимся? Что сделал Пагма, чтобы вызвать недовольство дварфов? Кроме того, как Пагма использовал свой навык даровать эго?

У Грида мурашки побежали по коже. Его охватил великий ужас. Грид хотел отвернуться от правды. Однако было уже слишком поздно. Пелот увидел Руки Бога и закричал:

– Ты! Потомок Пагмы! Семя катастрофы, оставленное Милепеем...! И ты смеешь спорить о совести перед нами, когда заключил в тюрьму душу императрицы!

– …! – его беспокойство стало реальностью. Ноги Грида ослабли, а сердце рухнуло. Он сидел на месте и дрожащими глазами смотрел на Руки Бога, парящие вокруг него. – Пагма... Пагма, он...

Брахам направил великий гнев на янбана Гарама. Он обвинил Гарама в том, что тот погубил его жизнь, отпустив Пагму на Западный Континент. До сих пор Грид думал, что это слишком поспешный вывод. Однако…

– Это дурное семя...

Грид теперь очень сочувствовал ему. Конечно, Пагма осознавал все грехи, которые он совершил, и сожалел об этом. В последний момент он унес всю свою карму. Правда и то, что он спас мир. И все же можно ли назвать его героем? Разве это не был яд, как сказал Брахам? Разве мир не был бы спокоен, даже если бы яд Пагмы не попал на Западный Континент?

– Потомок Пагмы! Умри!

– Мы проклинаем тебя!

Дварфы были достаточно разъярены, чтобы выйти из себя, и они вытащили свои молоты. В этот момент молоты в их руках были не священным инструментом, а оружием. Однако дварфы не были расой, которая сосредоточилась на сражении. Лишь немногие из них были воинами, и они защищали королевский замок.

Все дварфы в этом месте были мирными жителями. Их были сотни, и Грид мог убить их в мгновение ока, если бы захотел. Однако Грид опустил свой меч. И было только одно, что он мог сделать.

– Мне очень жаль!

Грид закричал, опустившись на колени на землю, и дварфы широко раскрыли глаза.

[Открылось новое классовое задание "Путь, отличающийся от Пагмы".]

[Вы хотели бы принять задание?]

[★Это квест с двумя расходящимися вариантами.]

[Если Вы откажетесь от задания, содержание предыдущего классового задания будет изменено.]

Перед Гридом открылись окна уведомлений.

"Принять задание".

Грид, естественно, выбрал путь, отличающийся от пути Пагмы, как и до сих пор.​