В «Satisfy» ад был всего лишь одной из множества областей. Таким образом, игроки воспринимали ад не как ужасную концепцию, а как пространство. Разница заключалась лишь в степени узнаваемости – это были высокоранговые охотничьи угодья и запрещенная зона, в которую не следовало попадать.

Вот почему восприятие ада у членов рейда также было крайне важным. Они считали образный ад и ад в «Satisfy» – совершенно отдельно взятыми вещами. Тем не менее, посетив его лично, они поняли, как сильно заблуждались…

Ад оказался вовсе не обычным местом охоты, где водились могущественные демонические существа и монстры. Это и вправду было настоящее пекло с невыносимо гнетущей и тревожной обстановкой. Даже если товарищам удавалось отбиться от демонов, им всё равно хотелось как можно скорее убраться отсюда.

Разгорячённый ветер рвал кожу, из-под земли то и дело доносились ужасные звуки, а дышать было настолько сложно, что хотелось просто умереть, поскорее закончив эти мучения. Другими словами, находиться здесь было сложно и мерзко во всех смыслах этого слова.

Но почему же так происходило? Потому что весь этот мини-мир был построен на злодеяниях.

– … Кажется, я схожу с ума, – пробормотал Пон, глядя на полную луну с тысячами высеченных на её поверхности глаз.

Если бы Регас по дороге сюда не рассказал парочку свежих анекдотов, если бы Вантнер не спровоцировал соревнование, если бы Джишука не стала показывать свою искусную стрельбу, если бы Руби не окутала его теплой энергией, и если бы Юра сдалась… Пон уже бы утонул в зле. Он бы сбежал отсюда, даже если бы это означало принятие верной смерти.

Настолько суровой была среда 20-ых кругов ада. Странные пейзажи, которые вызывали головокружение, даже если на них не смотреть, ужасные крики, которые доносились до его ушей, даже если он их прикрывал, чавканье залитой кровью почвы и зловоние, из-за которого было трудно дышать…

Пону было трудно держаться. Фактически, по прошествии пяти дней с момента начала экспедиции его разум уже был на пределе. Он по несколько раз в день думал о том, чтобы отказаться от столь гиблой затеи идти дальше, и… чувствовал, что сходит с ума.

– …

Каждый раз, когда лицо Пона становилось изможденным, Вантнер делал ему выговор, называя его «трусливым парнем», чтобы спровоцировать его. Неизвестно, когда это произошло, но в конце концов даже Вантнер закрыл рот. Его пустой взгляд был устремлен на дурно пахнущую землю. Он не осмеливался даже взглянуть на небо. Он думал, что как только встретится с глазами адской луны, то попросту закричит от ужаса.

– Уф-ф…

Десять Достойных Слуг Королевства Вооруженных до зубов, Руби, Ибеллин, Зеднос, Лаэлла и Кокс. Три генерала и Оазис из Вальхаллы. Красный Мудрец Хастер и Мастер Меча Крюгель. В рейде осталось совсем немного людей. Итак, это была невыполнимая ситуация, с которой невозможно было разобраться даже объединившись. Итак, большинство присутствующих молча шли вперёд, пытаясь хоть как-то поддерживать своё психическое состояние.

Оазис вспомнил о том, насколько сильны демонические монстры 23-го ада, и нервно грыз ногти. В конце концов ножны Непобедимого Короля послали предупреждение.

– В такие моменты ты кажешься мне скорее трусливым хоббитом, нежели бравым воином. Я больше не хочу, чтобы ты оставался непобедимым.

– Ты больше не человек! Откуда тебе знать, что я чувствую? Кхек, не дёргайся, меч выпадет! Я всё понял!

Оазис унаследовал некоторые способности Непобедимого Короля. Другими словами, он получил силу, для которой изначально был непригоден. Вот почему в ответ на каждое его неверное действие следовали штрафы. Каждый раз, когда он умирал, Ножны Непобедимого Короля наказывали его, лишая доступа к игре не следующие 24 часа. Всем остальным игрокам разрешалось умереть два раза в сутки, тогда как у Оазиса была только одна жизнь.

«А ведь поначалу такого не было…».

Это были последствия двухкратной смерти во время войны против Сахаранской Империи. Впервые за всё время он умер два раза подряд. Затем, с добавлением нового штрафа, его мораль окончательно просела. Какое-то время он был замкнут в самом себе. Он боялся, что чем больше смертей познает, тем большими станут штрафы.

«Я не хочу умирать».

Сила не всегда была прямо пропорциональна психологический силе. В частности, у новичков был свой неповторимый боевой дух. Оазис вспомнил, что сказала Юра перед тем, как покинуть замок:

«Мы не вернемся, пока не доберемся до 21-го ада. Я не открою адские врата, даже если вы будете умолять, так что готовьтесь».

Настоящий ад начинался с 21-го круга. Юра считала, что для адекватной подготовки к великой войне они должны были как минимум адаптироваться к 21-му аду. Это был рейд без пути назад. Но с того момента, как они прибыли в 23-ий ад, в рейде уже осталось всего около двадцати человек. А ведь начинали они всего-навсего с 25-го круга…

Среди более чем трёхсот игроков, отобранных Лауэлем, многие были растоптаны демоническими монстрами при зачистке двух кругов ада, в то время как остальные попросту ретировались, не в силах вынести этот ужас. Трудность прохождения ада оказалась гораздо выше, чем ожидалось.

Остальные участники экспедиции чувствовали серьёзную тяжесть, однако дух Оазиса обострился. До места назначения оставалось всего-навсего два круга. Всё, что им нужно было сделать, так это прорваться через 23-ий и 22-ой ад. В тот момент, когда игроки прибудут к месту назначения, они получат бесценный опыт, столь необходимый для предстоящей войны. Оазис хотел стоять плечом к плечу с будущими защитниками человечества, а потому сдаваться было никак нельзя.

Но вот, когда Оазис хотел подбодрить группу…

– Ты в порядке, Юра? – раздался ясный и чистый голос, не соответствующий усталой атмосфере. Это была Джишука. В её руке таилась благоприятная сила истребляющей стрелы, а потому она была свободной от зла. На неё не влияли суровые условия окружающей среды, и девушка всегда сохраняла ясный взгляд.

– Конечно, – спокойно ответила Убийца Демонов.

Люди, которые могли нормально функционировать в аду, ничуть не потеряли былой решимости.

– Я тоже в порядке! – воскликнула Руби. В этом рейде опорой были на удивление не мужчины, а женщины…

Крюгель молчал, но, похоже, особых проблем тоже не испытывал. Что касается Хастера… казалось, ничто в мире не сможет удивить и подавить этого многоопытного киберспортсмена. Поговаривали, что он пал духом после того, как стал жертвой «охоты на скрытые классы», но, похоже, Хастер быстро оправился от раны.

– Я тоже готов идти дальше! – подражая примеру остальных, бодро заявил Оазис.

– О-о, Арес не зря так кичится своими людьми, – рассмеялась Джишука. В то же время эти слова содержали насмешку, адресованную к трём генералам, которые утверждали, что являются левой и правой рукой Ареса.

– …

Великий генерал Вальхаллы Лакки, который испытывал огромное чувство гордости за свои силы, мог лишь потупить взгляд. Ему было стыдно. Вместо того, чтобы подавать пример новичку (Оазису), он сам вёл себя, как салага.

– Эй, выше нос.

– … Смейся, сколько душе угодно, – ответил ЛаккиКрюгелю. Его гордость была задета, поскольку в прошлом он пытался причинить Мастеру Меча боль, но теперь Крюгель заботился о нём, словно былые события не имели значения. Таким образом, он смутился ещё больше.

– Я не смеюсь над другими, – лишь пожал плечами Крюгель, в то время как Юра встала, объявляя тем самым об окончании перерыва.

Лакки же продолжал клясть себя самыми последними словами. Ему было стыдно за то, что он высмеивал Крюгеля, когда его уровень упал до 1-го.

– Ну всё. Давайте зададим жару этим демонам.

Насмешка Джишуки, что Оазис лучше его, была абсолютно разумной. Лакки не хотел отставать от Оазиса. Итак, придя в себя, он продемонстрировал выдающиеся способности, чем вызвал похвалу девушки.

– Вот это я понимаю. Тебя не даром называли одним из лучших игроков уровня Хао.

– Ба, не сравнивай меня с трусом, который даже не подал заявку на участие в этом рейде.

– Хао подал заявку. Просто Лауэль отказал ему.

– Что? Он отказал Хао, но при этом принял Хастера? Вы что, рассорились?

– Его послали на переговоры к правителю наполовину-драконидов.

– Ах, вот оно в чём дело…

Людей, которые сдались и отступили, больше не было. Между участниками рейда, пробивающимися сквозь орды монстров, начали налаживаться крепкие товарищеские отношения. Юра, Джишука, Руби и Крюгель уверенно держали фронт, тогда как Оазис показывал не соответствующие ему способности.

То, с каким задором начали сражаться генералы Вальхаллы, спровоцировало членов Гильдии Вооруженных до зубов. Пон преодолел боль, а Вантнер – ужас. Регас начал координировать общее построение, и в конце концов товарищи веероподобным образом начали сносить всех, кто попадался им на пути. Каждый раз, когда клинок Высшего Меча разражался ярким светом, десятки демонических существ обращались в пепел. Магия Ефемины, Зедноса и Лаэллы разрушила вражеские лагеря, тогда как Криса не могли остановить даже самые прочные баррикады.

– Вот это да! Как и ожидалось от нашего брата!

– Мы тоже не пальцем деланные!

Ибеллин, Кокс и Оазис также показывали отличное выступление. Они аккуратно отсекали небольшие отряды монстров и планомерно выкашивали их, стараясь первым делом добраться до вражеских командиров. Внезапно появился мощный демон с новым корпусом чудовищ, но тут же был убит Факером. А ливень стрел Джишуки стёр остатки монстров.

Юра и Крюгель всегда были в авангарде. С исцелениями и благословлениями Руби позади они без колебаний двигались вперёд, зачищая участок за участком.

– Хастер! Куда полез!? Ты же отвечаешь за тыл!

– Кхек…

– …

К сожалению, по дороге вперёд группа потеряла Хастера. Тем не менее, их боевой дух не упал.

Так прошло несколько часов. Лица членов рейда стали намного ярче, чем раньше, когда они разбивали временный лагерь посреди 22-го ада. Они были в двух шагах от рекорда Грида и посланников, добравшихся до 20-го ада.

Конечно, те круги, в которых побывала рейдовая группа, лишились своих правителей. В отличие от Грида, сложность прохождения была намного ниже, поскольку у них не было прямого столкновения с великими демонами. Впрочем, при формировании рейда Юра изначально учла данный факт. То, что им удалось достичь 22-го круга несмотря на постоянно растущие штрафы, уже само по себе было здорово.

«По крайней мере, те, кто здесь, уже готовы».

– Наша цель – выжить на территории 21-го круга как можно дольше, – ещё раз объяснила своим коллегам, разбивающим лагерь, Юра, – Я планирую оставаться в 21-ом аду до тех пор, пока не начнется великая война, так что у вас отличная возможность отточить и поднять свои навыки.

– И когда эта война начнётся?

– Кто знает? Может через несколько дней, а может через несколько месяцев.

– … Это, у нас совсем мало запасов еды.

– Вы можете остановиться в нейтральной зоне и пополнить запасы. Либо же я могу слетать в мир людей и принести всё, что нужно.

– Эй, мы без тебя и полчаса не протянем! Не бросай нас!

– Пон, когда ты успел стать подклаблучником?

– По крайней мере, у меня на голове волосы растут.

Вооружённые до зубов были такими же энергичными, как и в первый день их прибытия сюда. Однако уже через полдня их боевой дух снова упал.

«Черт возьми…».

Демоны 22-го ада были столь же могущественными, как именные боссы человеческого мира. Убивать их быстро было просто невозможно, а потому количество чудовищ продолжало накапливаться.

«Это наш предел…».

Долгожданное освобождение от этого мрачного места было не за горами. Некоторые и вовсе приготовились принять свою смерть, как вдруг…

Перед глазами товарищей появилось общемировое сообщение.

– Ну как вам наш Бог Грид!? – первым встрепенулся Высший Меч.

Затем пришли в себя Юра, Джишука, Руби, Крюгель и остальные Вооружённые до зубов…

Один за другим они восстановили утраченную мораль и мотивацию. Они подняли опустившееся оружие и оказали яростное сопротивление надвигающимся демонам. Они перешли в царство непоколебимого упорства. Они уничтожали зло с таким рвением, будто от этого зависели их жизни в реальном мире.

Любопытно, но Грид всегда действовал именно так. Если бы не его тяжелый постоянный труд, не было бы ни мифического класса, ни самой Гильдии Вооружённых до зубов.

И вот, пока вышедший из игры Грид сладко спал, рейдовая группа достигла 21-го ада. Настал тот самый момент, когда они доказали минимальную квалификацию для участия в грядущей войне.

Это была прелюдия к отчаянной игре на выживание.

Это была малоизвестная история героев, решивших заступиться за существование этого мира.