Лиза

Заряженная злостью, я спешила на маршрутку. Ветер трепал волосы, швырял придорожную пыль в глаза. Солнце, изредка проглядывающее сквозь густые облака, почти не грело. Но мне было всё равно. Я лишь прикрывала глаза ладонью во время очередных порывов и уверенно шагала на остановку.

Из-за поломки велосипеда я могла опоздать, поэтому решила часть пути проехать. Для меня даже нашлось свободное место, чему я обрадовалась. После очередного стресса хотелось немного посидеть, успокоиться, привести мысли и чувства в порядок. Я оплатила проезд, села рядом с худенькой женщиной. Уставилась в окно, толком ничего не замечая. Но когда услышала звук входящего сообщения, сразу встрепенулась, схватила телефон.

Наталия: «Ты приедешь сегодня?»

Я быстро набрала ответ.

Лиза: «Конечно.»

Через минуту поступило ещё одно сообщение.

Наталия: «Жду после 16:00»

Так поздно? Снова всё пошло не так. Я рассчитывала, что сразу после уборки в коттедже поеду в город и заберу Мишу от тётки. А теперь что делать? Возвращаться в квартиру совсем не хотелось. Там меня ждёт только пустота и уборка. Олег редко находился дома. Чаще проводил время за работой или в другом месте. Это и к лучшему – чем меньше он знает о том, сколько я работаю и могу зарабатывать, тем лучше. Жаль только, что Миша видит отца слишком редко.

Дурацкий сад. И зачем Наталия туда поехала? Не могла меня подождать. Знала же, что я собиралась приехать. Но её винить невозможно, она и так очень помогает. Больше не на кого надеяться. Я набрала ещё одно сообщение, в котором спросила про Мишу. Наталия ответила, что поездку в город перенес хорошо и сейчас играет в саду. Чуть успокоилась.

Я снова остановила взгляд на большом окне. Если бы Максим вернулся за мной тогда, шесть лет назад, как бы сложилась моя жизнь? Как долго бы мы встречались, стали бы семьёй или разбежались в разные стороны? Я не знала. Но иногда безумно злилась, что он не вернулся, не сдержал обещания. Сказал, что уедет на три месяца, но вскоре сообщил, что любит другую и стал жить с ней. До сих пор, вспоминания те дни, когда он во всем признался, мне становилось нехорошо. Тоска подтачивала изнутри, обида и непонимание мучили. Почему я не заметила этого раньше? Почему его признание так ошеломило и было похоже на смерть? Смерть чувств, доверия, дружбы, любви… Тогда я и встретила своего будущего мужа. Пусть я ещё долго болела Максимом, но старалась быть хорошей девушкой, а после и женой. Да и Олег тогда был совсем другим. Относился ко мне хорошо, не обижал, будто и любил даже. Но как только я забеременела, всё стало меняться и привело к полному разрушению. Олег отдалился, а после вообще ушел к другой. Только развестись мы не успели. Теперь мы ненавидели друг друга и вместе нас держало только обязательство перед Григорьевым.

Я чуть не проехала остановку, погрузившись в воспоминания. Хорошо, что водитель маршрутки спросил, не выходит ли кто-то. В последний момент выпрыгнула на асфальт, придерживая рюкзак, направилась в сторону «Нового рассвета». Осталось пройти минут пятнадцать и я буду на месте.

К Раисе Ивановне попала вовремя: запыхалась, но успела. С хозяйкой дома мы почти не разговаривали, только здоровались, прощались и обсуждали, что требуется сделать по дому. Потом она уходила либо в сад, либо в свою комнату и меня никто не трогал.

Вот и в этот раз, Раиса Ивановна дала указания и ушла куда-то, а я принялась за работу. Только через полчаса телефон завибрировал и я, взглянув на дисплей, приняла вызов. Звонила моя знакомая, которая иногда подкидывала подработки.

– Лиза, здравствуй! Ты же сегодня в «Рассвете»? – спросила Света сразу.

– Привет, да. А что такое?

– Нужна ещё работа?

Я обрадовалась. Работа нужна всегда, к тому же, надо было хотя бы частично восполнить то, что мне пришлось отдать утром. Да и времени до шестнадцати часов оставалось ещё много. Если получится сразу пойти туда, то будет здорово. Всё складывалось очень удачно!

– Конечно! – согласилась я и попросила скинуть адрес в смс.

Закончив с уборкой, я забрала деньги, попрощалась с Раисой Ивановной и, не переодеваясь, направилась в соседний дом. Дверь в воротах была приоткрыта. Значит, меня точно ждут. Прислушалась. Кажется, собак во дворе нет. Хороший двор, ухоженный. Точно не обошлось без ландшафтного дизайнера. Голубые ёлочки покачивались под натиском холодного ветра. На зелёном ковре из травы вырисовывался яркий красно-желтый узор из листьев. Я не слишком любила осень, но ранняя мне нравилась. Она была красивой, умиротворяющей, давала время свыкнуться с мыслью, что лето кончилось и скоро наступят холода.

Озираясь по сторонам, поднялась на высокое каменное крыльцо с широкими перилами. Негромко постучала. Пока ждала, заметила, что где-то шаркнула кроссовок и на светлой полоске обозначилась грязная клякса. Ладно, почищу позже. Щёлкнул замок, ручка провернулась.

– Лиза, здравствуй, – услышала я мужской голос и вскинула голову.

– Максим? – удивилась я, широко распахнула глаза, обернулась и вновь посмотрела на человека перед собой. – Ты издеваешься? Только не говори, что и в этот раз всё получилось случайно.

– Не скажу. Проходи, – сказал он, приглашающе распахивая дверь.

Я ещё раз оглянулась, скорее по привычке, и шагнула внутрь. Услышала, как щёлкнула дверь позади. Развернулась к Максиму.

– Ты действительно хочешь чтобы я с чем-то помогла? Или это просто какая-то шутка? Если второе, то я пойду. Времени на развлечения у меня нет.

– Ну нет, ничего убирать здесь не нужно. Просто побудь здесь пару часов.

Его прическа изменилась. Длинная челка исчезла, густые черные волосы стали короче. Выглядел он уже не таким усталым и даже глаза будто стали чуть светлее, не черные, а карие с темно-зелеными крапинками. Или это лишь игра света? Я не могла не смотреть на него, и это мешало, отвлекало от дел, что были запланированы. Мы уже не дети, все изменилось. И мужчина передо мной вовсе не тот, кого я знала раньше. Теперь и он и я другие.

– Нет, – ответила я и дернула ручку. Дверь поддалась.

– Лиза, подожди. Не уходи. Прости за то, что вчера наговорил тебе. Я не ожидал, не надеялся встретить тебя. Не убегай, – мягко произнес он, вставая между дверью и мной. Максим показался таким родным, будто и не было этих лет порознь. – Давай просто поговорим. Я ведь даже не знаю, как сложилась твоя жизнь после… – он на мгновение запнулся, нахмурился, но вскоре продолжил. – После моего отъезда.

После того, как он выбрал другую? Он это не смог сказать?

– Тебе это интересно? – мои брови взлетели, но дверную ручку я отпустила.

– Да. Пойдем, скоро привезут еду. Посидим немного, пообедаем.

И надо бы уйти прямо сейчас. Ни на что не соглашаться. Он уже однажды сделал свой выбор. Осознанно. Так зачем сейчас о чем-то говорить? Мне совсем не хотелось знать, как Максим жил с другой, женился, может быть, а может и нет. Вот только ближайшие часа три я была свободна и компания Макса далеко не самая худшая из возможных. Мне точно ничего не угрожает. Какими бы ни были наши обиды, вредить друг другу мы не станем. А раз так – бояться нечего. В глубине души шевельнулась спрятанная тоска, но я уже давно спокойно с ней жила и могла запрятать её ещё дальше. Ведь чувства к этому человеку мне не нужны, и их не будет. Больше никогда.

Я разулась и пошла за ним вглубь дома.

– Ты ведь тут один живёшь? – спросила я, рассматривая обстановку в доме.

Красивый, теплый, комфортный, но слишком большой дом для одного человека. Несмотря на декор, мягкие ковры и приятные цвета – всё казалось безжизненным. Сюда бы отлично вписалась семья с маленькими детишками.

– Да, – ответил Максим, останавливаясь в прихожей. – Можешь не беспокоится: из шкафа никто не выскочит.

Он сел на большой бежевый диван, ближе к его краю. Я присела с противоположной стороны, бросила рюкзак на пол и, достав телефон, положила его рядом с собой. Проверила время – пока торопиться некуда.

Диван мне сразу пришелся по душе. В его подушки хотелось упасть, провалиться и выспаться. Сама гостиная располагала к отдыху. А может, об этом кричала хроническая усталость, а вовсе не мягкий светлый ворс ковра, так уютно обволакивающий ноги, и не такой же мягкий диван, обнявший тело, и не покачивающиеся, словно убаюкивая, высокие кусты за окном.

– Ха-ха, – ответила я и вдруг вспомнила. – Я же куртку тебе вернуть должна. Совсем забыла и про нее, и про адрес, что ты называл.

– Да забудь про неё. Можешь не возвращать.

– Да нет, я как-нибудь принесу, – настойчиво произнесла я. – Часто ведь бываю рядом.

Макс закинул руку на спинку дивана. То и дело смотрел на меня, не скрывая интереса.

– Как хочешь, – пожал он плечом. – Знаешь, Лиза. Внешне ты почти не изменилась. Стала только красивее. И прическа тебе эта идёт, – заметил Макс, уголки губ которого чуть приподнялись. – Я помню твои длинные волосы. И помню, как их дёргали всякие идиоты и ты бегала за ними.

Я опустила голову на спинку. Немного расслабилась и спокойно рассматривала Макса. Да, было дело.

– И ты мало изменился. Всё такой же. Будто не виделись всего пару месяцев, – ответила я и покачала головой. – И я помню свои косы. Между прочим, это очень больно и неприятно, когда дёргают за волосы. Как хорошо, что ты был одним из тех ребят, кто никогда так не делал. И как плохо, что вас, адекватных, было так мало.

– Я и без этого мог с тобой общаться, – и снова уголок губ приподнялся, взгляд смягчился.

– Это да, точно, – согласилась я.

Говорить об этом не так просто. Одна картинка цепляет множество других, и вот уже в памяти, кадр за кадром, как в ускоренном режиме, проносится фильм под названием «Жизнь до». И как тут сдержать эмоции? Я решаю переключить внимание. Тема неприятная, но не обходить же её стороной?

– Как мама?

Максим еле заметно меняется в лице. Во взгляде появляется грусть и он сразу разрывает зрительный контакт, смотрит в сторону.

– С ней всё хорошо. Живёт теперь в городе. Почти так, как всегда хотела, – невесело говорит он.

Я сама не поняла, как с губ слетели слова. Я ведь лучше других знала, как это важно для Макса и как болезненно… Но, вспомнила вчерашние его тычки, беспричинные упрёки и ответила тем же. Не он один умеет делать больно. И сразу пожалела, заметив, что попала в цель.

– Ого. Что, исполнил её мечты о богатой жизни, а она не изменила своего отношения? Так и не оценила твоих трудов? – с лёгкой насмешкой заметила я. Лучше бы промолчала. Это слишком грязный ход.

На мгновение в его лице мелькнула детская растерянность и тут же исчезла. Мне стало невыносимо стыдно. Нервы надо лечить, а не сеять негатив. Макс холодно посмотрел на меня, словно разглядел что-то новое, и это новое ему не понравилось. Оно не нравилось и мне, абсолютно, но последние годы выдались тяжёлыми. С броней пришло много всего другого, часто ненужного и неприятного. Но это теперь такая же моя часть, одна из граней. Пусть привыкает, если намерен и дальше узнавать. Температура в комнате упала на несколько градусов. Даже пушистые ёлочки за окном задрожали сильнее.

– Да. Я так и остался для неё никем, – спокойно ответил парень и вновь поймал мой взгляд. – Но я не удивлён. А как твоя?

Я пожала плечом, снова устыдившись за свой выпад. Я ведь не такая… Была не такой.

– Она живёт всё там же. Кажется, у неё кто-то появился. Не знаю точно, мы редко общаемся.

Максим кивнул и вдруг встал с дивана, сделал несколько шагов и оказался рядом. Сел так близко, что наши колени теперь почти соприкасались и я непроизвольно отклонилась назад. Его настроение изменилось. Он уже поймал волну, которую я запустила своей издевкой.

– Так мне нравится куда больше. Не люблю дистанцию и тратить время впустую – хмыкнул он, а в глазах вспыхнул злой огонь. – А как насчёт твоих желаний? Всё воплотила в жизнь? Или с лёгкостью забыла, променяла на что-то другое. Кого-то другого… Он того стоил? Деньги всё решили?

– Так. Нормального разговора, видимо, не получится, – вздохнула я деланно спокойно, стараясь сохранять нейтральный тон.

– Почему же? Мы вроде хорошо общаемся. О важном. Как старые добрые друзья. Да? Мы же друзья, Лиза? Я думал, между нами было нечто большее, но, похоже, обманывал сам себя. Ведь так?

– Было. И ты с лёгкостью всё разрушил. Мы не друзья и не станем ими. Не обольщайся, – я снова злилась. Это было проще всего.

Диван уже казался каменным и неудобным. Надо бы встать, послать куда подальше Макса с его шизофренией. Надо же, как всё обернул. Теперь, значит, я виновата? Должна была ждать, пока он наиграется с другой девушкой и соизволит явиться за мной?

– Ты псих, Макс. Может, к мозгоправу обратишься? – с деланным сочувствием предложила я и выпрямила спину.

Но я осталась на месте. Что-то удерживало меня там, не давало сбежать. Только я не могла понять, что именно, кроме того, что мне нужно скоротать пару часов до поездки. С Максимом что-то не так. Он всегда был спокойным, даже слишком, пока его что-нибудь не взбесит, вот тогда начинался кошмар. А сейчас его швыряет из стороны в сторону, точно кто-то балуется, переключая тумблер.

– Мне уже ничего не поможет, – отвечает с пластиковой улыбкой – Ну так что, ответишь на вопрос? – с безразличием прозвучали слова, но я видела – это наносное. Вот только облегчать ему задачу не собиралась.

– Не в этот раз. А как поживает Алёна?

Непроизвольно затаила дыхание. Да какое мне вообще дело до них? Меня это не должно волновать. Но отчего-то волнует.

– Не знаю. Мы давно не общались.

– Да? – будто бы серьезно изумилась я. – Что же могло разлучить такую прекрасную пару?

Максим резко наклоняется – пара миллиметров, и кончик его носа заденет мой нос. Я ощутила его теплое дыхание на своей коже, видела брызги бушующих, но сдерживаемых эмоций в его глазах. Крапинки показались темнее. Но желания отстраниться, как это всегда бывало с Олегом или, о ужас, с Артёмом, нет. Близость Макса пугает, но иначе. Ворошит спящий улей связанных с ним чувств, переживаний и это заставляет меня ещё раз удивиться. Оказывается, не так далеко я их спрятала. Всё на поверхности. Надо лишь чиркнуть спичкой и…

– Я обязательно поведаю эту историю. Но не в этот раз.

Так же резко Макс отстраняется, вскакивает на пол и уходит. Я быстро дышу, провожая его взглядом. Что это было? Что вообще происходит? Так и должно быть? И почему сердце всё никак не угомонится…

Я посидела ещё пару минут, ожидая, что он сейчас вернётся, радуясь короткой передышке. Но Максим не вернулся. Где-то в глубине дома приглушенно хлопнула дверь и больше ничего не слышно. Эм… Он же не ушел?

Я нашла Макса на просторной светлой кухне за… сервировкой стола. Брови удивлённо взлетели. Салфетки, приборы для двоих. Не глядя на меня, он достал пластиковые контейнеры из бумажных пакетов и стал перекладывать еду в тарелки. Аромат пряностей и мяса защекотал нос, заставил желудок сжаться, напомнив, что сегодня в него не попало даже чая.

– Помочь? – спросила я миролюбиво, приближаясь к Максу.

– Да. Кто, как не ты, знает, как я всё это не люблю делать.

– Помню, – согласилась я. – Знаешь, на секунду я решила, что ты ушёл на улицу.

Я достала из холодильника овощи, Максим кивнул на полку, где стояли доски для нарезки. Положил рядом нож. Нам не требовалось лишних слов, чтобы вместе суетиться на кухне. Но чтобы понять друг друга – поговорить всё же придется. Казалось, между нами возникло недопонимание и его хотелось разрешить, наконец, раз уж мы вновь встретились и даже начали общаться.

– Ты, конечно, умеешь выводить из себя, но это не та ситуация, – хмыкнул Макс, набирая в чайник воду. – А я думал, ты уснула – так долго шла.

Я мельком взглянула на парня. Он легко улыбался. И больше мне не хотелось портить ему настроение, хоть и крутилось на языке ещё несколько колкостей.

Закончив с овощами, сполоснула посуду. Повернулась в поисках полотенца, и Максим почти сразу протянул его. Наши пальцы соприкоснулись и я намеренно повторила это, на этот раз мягко удерживая руку парня. Жар импульсами распространялся по телу, но не это сейчас было важно.

– Максим, – начала я, пытаясь заглянуть в глаза. Он медленно перевел взгляд с наших рук на моё лицо. Не ожидал. – Мне жаль, что я сказала такое. Я не хотела. Утро выдалось неприятным и я сорвалась. Прости! И ещё: твоя мама не может не оценить твоих трудов. Ты же столько для неё сделал! Даже если она этого не говорит, думаю, она считает так же. Ты и для меня сделал многое и я это ценю. Правда. Я помню всё. Спасибо тебе.

– Да брось. Мы оба вспылили. Забей, – ответил Максим серьёзно, не отпуская руки.

Большим пальцем погладил костяшки моей руке и я ощутила прилив нежности, тоски и желания не прекращать внезапную ласку. Просто держаться вот так за Макса всегда. Словно это спасёт меня от проблем, вытащит из бездны на поверхность и даст сделать твёрдый шаг… Оказывается, я так нуждалась в поддержке. Хотя бы в крохотной помощи, в обычном понимании, сочувствии. Теплые мужские пальцы запускали бешеный механизм. Раскачивали то, что казалось непоколебимым, надёжно застывшим и превратившимся в лёд… Как давно я не чувствовала ничего подобного.

– Давай поедим, еда остывает, – предложил Макс севшим голосом и отступил на шаг, не глядя на меня.

– Конечно, – закивала я поспешно и села на стул, который Максим для меня любезно отодвинул. – Столько лет прошло, а ничего не изменилось – ты снова носишь мне вкусняхи.

Макс сел рядом. Он выглядел так, точно что-то выбило его из колеи. Неужели и он что-то почувствовал? Но имеет ли это значение? Ведь даже если так, это совершенно ничего не изменит. Он не станет мне помогать, когда узнает обо всём. Да и чем он поможет? К тому же, через двадцать три дня он уедет… Куда? А мне нужно найти решение, как сбежать от мужа.

– Готовила всё равно ты. Я только приносил то, что было нужно.

Я улыбнулась.

– Шоколадки не надо было готовить. И конфеты. И фрукты. А как ты навещал меня в больнице? Ты даже не представляешь, как для меня это было важно! Если не от болезни, то я умерла бы там от тоски. Кроме тебя туда никто не приходил. Ты же помнишь, мама отправила туда, а сама исчезла на три недели.

– Я бы этого не допустил, – сказал Максим, приступая к еде. – Да, я прогулял школу, когда тебя выписывали, и мы вместе поехали к тебе.

Дома тогда был погром настоящий – видимо, пока меня не было, там развлекались как могли. Полдня мы с Максом всё проветривали, разгребали, выкидывали мусор. А после готовили ужин и Макс остался ночевать, чтобы со мной ничего не случилось. Мало ли, кого могло занести ночью, пока я там одна. К тому же, Максима дома почти никогда не ждали. Уставшие, но счастливые, мы тогда проболтали до глубокой ночи обо всём: последних школьных новостях, о знакомых, родителях, и о том, что будем делать после школы. О мечтах.

Несмотря на то, что в нашем детстве было много плохого, сейчас у меня на душе было светло. Ведь я никогда не была одна до того момента, как мы расстались. Максим всегда был где-то рядом. И даже если нет, то я ощущала его незримое присутствие и поддержу.

Я улыбнулась, подвинула тарелку и с удовольствием стала есть. В возникшей тишине кухни слышался только тихий звон посуды. Было спокойно. Тревоги пока улеглись, затаились и стало легче.

Максим закончил первым, убрал тарелки в мойку и уткнулся в телефон. Я, спустя несколько минут, сделала то же самое, проверила время. Через сорок минут надо выходить. Хорошо, ещё есть немного времени. Душа уже рвалась в город, но смысла торопиться не было. Я всё равно приеду туда раньше Наталии и придется ждать её на улице.

Я поблагодарила за обед и решила рассказать о том, как сложилась моя судьба после. Не это ли Макс спрашивал, когда я пришла? Залила горячей водой ароматные листья в чайнике и осталась ждать, когда заварится чай. Обняла себя руками – тяжело обсуждать такое, но лучше сделать это, чтобы не было недомолвок. Ведь зачем-то жизнь нас столкнула вновь, значит, у нее есть на нас какие-то планы.

– Знаешь, Макс… – я запнулась на середине фразы. Телефон из рук парня исчез и теперь он внимательно смотрел на меня. – Мне было очень больно, когда ты ушёл. Когда сообщил о вас с Алёной, – голос дрогнул, но я уже давно не плакала по таким пустякам. Бывали, после, и худшие ситуации. – Это было слишком для меня… Внезапно, неожиданно, невообразимо… Меня просто размазало, убило твоё признание. Я не знала, что делать. Мне казалось, это конец всего. Уж если даже Максим, мой родной Макс вот так просто выкинул меня из своей жизни, то значит ничего хорошего уже можно не ждать вообще… – сердце тянуло тоской, но отклика, который я надеялась увидеть в Максе, так и не появилось. В его взгляде читалось полнейшее недоумение. – Ну что ты так смотришь? – смутилась в итоге я.

Макс резко потер лицо ладонями и встал. Смотрел недоверчиво, растерянно.

– Что такое? – так и не поняла его реакции. Что я такого сказала?

– Лиза, – начал Макс, набрал воздуха, выдохнул, нахмурился. – Ты сейчас вообще о чём? Прости, но я не понимаю.

Теперь наступило время удивляться мне.

– Что это значит? Ты издеваешься? – настороженно спросила я, ощущая себя дурочкой, которая открылась, поделилась переживаниями, но это проигнорировали.

– Я серьёзно. Лиза, не знаю, что ты себе напридумывала, но всё было иначе.

На телефон поступило сообщение и я ринулась к столу, где он лежал. Схватила смартфон, разблокировала.

– Лиз?

– Максим, подожди, пожалуйста, – быстро сказала я, открывая и читая.

Пол под ногами резко закрутился, по голове словно ударили чем-то тяжелым. Перед глазами всё поплыло, но я, с бешено колотящимся сердцем, подрагивающими пальцами ткнула номер Наталии.

– Лиза, что случилось? Лиза, ты вся белая, – услышала, словно из-под толщи воды, голос Макса.

– Мне нужно позвонить, выйду на улицу, – бросила скороговоркой и умчалась из кухни, слушая длинные гудки и молясь, чтобы мне скорее ответили. Только бы то, что написала Наталия, оказалось неправдой!