Три недели вне Рестанга пролетели как один спокойный и да, счастливый миг. Роман… Хм… Я о книге. Так вот, роман со дня на день должен появиться в продаже. Скажете — быстро? Не то слово! Как вспомню, сколько времени я ждала ответов от сотрудников издательства, когда выходила в печать моя первая книга. Ужас! Неделями ни слова! И мучайся, гадай — что там? Позже, общение стало более активным, но не шло ни в какое сравнение с нынешней оперативностью. Хотя… Немудрено, уже распродан весь тираж повторного выпуска первой книги серии, и это стимулирует. Ведь чем скорее поступит в продажу вторая книга, тем скорее её раскупят, а это прибыль. Со мной даже главный редактор лично связался, желал уточнить сроки завершения третьей рукописи и намекал, что не помешало бы и четвёртую. Вот только я, при всей моей любви к Рестангу ощущала, что ненадолго меня хватит с таким ритмом жизни. И так, почти всю первую неделю своего «отпуска» я просто-напросто отсыпалась, чем немало напугала маму, решившую что любимая доченька заболела, и норовившая показать меня врачам.

Вторая и третья неделя были посвящены нечастым посещениям гинекологии, где меня успокоили, сообщив что беременность протекает идеально. Оставшееся время я отдавала прогулкам на свежем воздухе в компании Паши. Паша… Он настолько внезапно ворвался в мою жизнь, что это даже пугает. Всё же прежде я никогда не влюблялась. В смысле тут — на Земле. А то, что я влюбилась это факт. Вот только как относится ко мне объект симпатий — непонятно. Если бы это происходило в процессе автонаписания новой книги, то все его чувства были бы как на ладони, но, увы, сейчас перерыв, и я томлюсь в неведении. Он всегда рядом, внимателен, обходителен, находчив и отзывчив буквально до неприличия, но… Что удивительно, между нами по-прежнему ничего не было! Ни тебе объятий, ни поцелуев, не говоря уже о чём-то большем. Так и ломаю голову: я сейчас настолько непривлекательна как женщина? Он не хочет слишком торопить события? Или же его напрягает моё беременное положение? Да, мы проводим вместе очень много времени гуляя по осеннему лесу, болтая о том и сём, любуясь начинающими золотиться берёзками, и… Больше ничего! Но это с его стороны, а вот о своих чувствах я лучше помолчу, даже жутко становится от мысли о том, как он отреагирует на всё это когда начнётся выкладка нового романа серии. Ведь там вся подноготная наружу вылезет, и моё отношение к Паше в том числе.

Всё это так непривычно. Прежде мои связи с мужчинами можно было охарактеризовать так: «необременительные одноразовые сексуальные контакты без каких-либо обязательств». Распущенность? Нет. Просто не встретила я того, с кем хотелось бы продолжить отношения. Поль был первым, кто вызвал в душе какие-то чувства, желание искать с ним новых встреч, а может тому просто-напросто способствовали обстоятельства? Как бы оно ни было, теперь я ощущала себя предательницей. Но как иначе, если на два мира я — одна, а мужчин двое?! Ведь как ни крути, но мои визиты на Рестанг рано или поздно закончатся, Поль останется с той, другой — Милой, а я… Я останусь тут. Пусть не одна, а с малышами, но без него. И если прежде от этой мысли становилось больно, то сейчас…

Сейчас, меня смущала даже не этическая сторона вопроса о якобы измене, а то, что мы с Пашей в последний наш визит «подвинули» сознание Поля, заменив его «младшим богом» в лице моего земного товарища, и теперь, когда обсуждали третью книгу и возможные действия, которые стоит предпринять, в планы так или иначе входил именно Павел, места для Поля просто-напросто не оставалось. И пусть я осознавала, что с моим земляком проще, у него несколько иначе развито мышление, больше возможностей, но перед Рестангским мужем было стыдно. Я даже дала себе зарок, хотя бы на прощание обязательно войду на Рестанг без Павла и… Будь что будет, надеюсь Поль сумеет понять и простить меня за всё: за то, что использовали его тело, за то, что лишаю его возможности на выбор собственного пути, за то, что не дала побыть наедине со мной в отведённый нам не такой и долгий период времени. А если не простит? Ну что же, возможно это и к лучшему, так ему будет проще смириться с необходимостью расстаться навсегда, останется лишь надежда на то, что он будет счастлив с той, другой Милой.

И вот, очередной день я провела в компании Павла, вечером просидела с мамой допоздна, и тут в голове раздался знакомый до боли голос:

«Кто-то обещал вернуть былое могущество драконам, свергнуть императора и…»

«И?» — поторопила я притихшего Муза, прекрасно памятуя о том, что он обещал добавить какое-то условие.

«Об остальном узнаешь позднее. Так что, брысь в кроватку!» — судя по интонациям усмехается этот Великий махинатор.

Что тут скажешь? Настораживает. Но делать нечего — я действительно обещала, и Муз это не то создание, требованиям которого можно противиться без последствий. Не знаю, как он влияет на реальные события, но способности его о-о-очень велики, испытывать их пределы у меня желания нет, поэтому притворно зевнула, и пожелав маме спокойной ночи, поплелась в комнату.

Вот же… В прошлый раз, после небольшого перерыва, я буквально дождаться не могла прихода вечера, чтобы поскорее очутиться на Рестанге, увидеться с Полем, а сейчас… Сейчас, я гадала кого там встречу — моего мужа или Павла, и не знала, кого из них хотела бы увидеть. Это при том, что с Пашей рассталась пару часов назад, а Поля не видела целых три недели!

Как назло, сон не шёл, сказывалось взбудораженное состояние. И тут же приходили опасения — да, пока меня не было в краткие промежутки времени, то есть в период земного светового дня, на Рестанге ничего не происходило, а в прошлый мой «отпуск» мой подведомственный мир жил своей жизнью, нисколько не страдая от отсутствия божественных существ. Значит и сейчас там прошло невесть сколько времени. Что-то меня там ждёт?

Наконец-то сон охватил моё измученное ожиданием сознание, и я очутилась в ярко освещённой столовой. Здесь присутствовали все представители семейства Дел Ларго, включая мать семейства — Радану, Дел Шантуа, Вартиен Дел Карен, Дарлетта Дел Навитор и ещё человек тридцать, если не больше. Последних я не знала.

Несмотря на обилие народа, за столом вёлся тихий непринуждённый разговор. Я покосилась на сидящего рядом Поля, гадая — кто же сейчас скрывается за этой личиной? Парень был угрюм, и не обращал на меня внимания. Что это могло означать? За время моего отсутствия он бесспорно понял, что рядом с ним не я, а та, другая Мила. Но что было дальше? Ссора? Размолвка? Как понять? Спросить? И тут же, я едва не подскочила от неожиданности, уставившись на собственный, что уж тут скрывать — существенно увеличившийся животик. Замерла прислушиваясь к ощущениям, и вот оно! Повторилось! Забыв обо всём, я положила руки на живот, чувствуя, как малыши толкаются. На губах сама собой расплылась счастливая улыбка, а миг спустя, мой стул невообразимым образом очутился в стороне, а я на руках у… Мужа! А в том, что смесь чувств, светящаяся в этих ярко-зелёных глазах, принадлежала именно Полю, сомневаться не приходилось.

— Вернулась… — хрипловато прошептал он, прижимая меня к себе, словно боясь, что я исчезну, растворюсь в пространстве, не оставив и следа.

А я… Я даже ответить ничего не смогла, просто-напросто утонула в зелени его глаз, растворилась в окутавшей тело и сознание нежности, и плевать стало на всё и всех. Да, неприлично так себя вести на виду у столь многочисленной публики, но мне было всё равно, и с запозданием пришли раскаяние и тоска.