Было нечестно спрашивать её, нравится ей это или нет. Блэк задавал Лиэне этот вопрос уже несколько раз, и она каждый раз отвечала, что не испытывает неприязни.

― Если вы будете двигаться... Что вы будете делать? ― спросила принцесса.

― Мы столько всего можем сделать.

Его рука, медленно гладящая её по волосам, замерла на её затылке. Чувства, которые она решила игнорировать, вспыхнули в ней с новой силой. Дрожь пробежала по её спине. Она видела, как подрагивали её пальцы на груди Блэка.

― Мы не можем сделать столько...не можем...

― Вот как? ― Блэк вздёрнул бровь. ― Значит совсем немного.

― Сейчас я очень занята подготовкой к своей свадебной церемонии, поэтому... ― пока Лиэне говорила, она пыталась выдумать предлог. Она дрожала в его объятиях.

― Тогда могу я вас занять ненадолго?

«Что он собирается сделать?»

Лиэне не могла придумать причину или оправдание, чтобы остановить его. Она сама предложила ему отношения, в которых их желание будет взаимным. Кроме того, Лиэне не знала, хочет ли она, чтобы он останавливался.

― Было ошибкой отпустить вас, ― прошептал ей Блэк и обнял её за талию.

Верхняя часть её тела откинулась назад, но Лиэне совсем не нервничала. Потому что его широкие ладони поддерживали её спину. Лиэне знала, насколько удобно в этих объятиях.

― ...

Только когда Блэк схватил её за подбородок и прижался к её губам, Лиэне поняла, что он имел в виду под «ошибкой».

Это означало, что он сожалел, что просто осмотрел её рану. Что желание всё это время томилось в его теле, вызывая головокружение. И что он наконец-то нашел возможность выпустить его.

«Я тоже так думала. Я тоже всё это время чувствовала, как желание бурлило во мне. Поэтому меня всё время трясло».

И они начали целоваться, как безумные. Желание, которое они в себе сдерживали, прорвалось наружу, делая их более жадными.

Когда желание, захлестнувшее этих двоих, как приливная волна, отступило, Лиэне ощутила, как она, обвив руками шею Блэка, прижимается к нему губами. Они медленно разомкнули губы, но по-прежнему находились очень близко друг к другу.

― Думаю, нам стоит остановиться здесь, если вы не хотите, чтобы мы зашли слишком далеко, ― произнес Блэк, ослабляя объятия. Лиэне могла отодвинуться в любой момент.

― Да... ― согласилась она.

«Я сошла с ума. Я чувствую себя разочарованной из-за этого. Нам точно нужно остановиться на этом».

Но, хотя они так сказали, никто из них даже не шевельнулся. Лиэне и Блэк по-прежнему стояли очень близко друг к другу, словно не зная, как остановиться.

Большая рука, лежавшая на её спине, медленно её погладила. Даже это небольшое движение было слишком провокационным. Лиэне крепко схватила Блэка за рукав и тихо проговорила:

― Я посчитаю до трёх, а потом мы одновременно сделаем шаг назад.

― ...

Блэк издал странный звук, а затем проговорил:

― Хорошо, давайте попробуем.

― Хорошо... Раз, два, три.

На счёт «три» Лиэне отпустила рукав Блэка и отступила на шаг.

― ?..

Но Блэк так не сделал.

Когда Лиэне посмотрела на него, задаваясь вопросом, почему он не двигается, Блэк потер большим пальцем её губу.

― Кажется, вы слишком быстро считали.

― Кто? Я?..

― Посчитайте ещё раз. На этот раз медленно.

― Я не понимаю, чем это будет отличается от медленного счёта.

― Разницы никакой.

― Тогда почему вы просите меня считать медленнее?

― Чтобы выиграть немного времени.

― Что?

Вместо ответа Блэк её обнял. Хотя он сделал это неожиданно, но Лиэне не чувствовала такого смущения, как раньше.

«Хочу, чтобы это длилось подольше. Думаю, я и правда сошла с ума...»

Блэк не говорил ей перестать считать. Лиэне оставалась в его объятиях, пока кто-то не постучал в дверь.

***

― Черт... Я вам помешал? ― это Фермос пришел к Блэку. ― Мне вернуться попозже?

― ?.. Нет, всё в порядке. Вы нам не помешали. Я сейчас уйду, чтобы вы могли спокойно поговорить, ― Лиэне не понимала, почему Фермос был так осторожен.

Услышав стук в дверь, они разомкнули объятия. Расстояние было вполне приличным, и у неё была измерительная лента, которую она одолжила у миссис Фламбад. Лиэне думала, что Фермос не знает, что тут произошло.

― О чём вы говорите, принцесса?

Лиэне была слишком наивна. Достаточно было взглянуть Блэку в глаза, чтобы понять, что между ними горел огонь страсти. Фермоса это беспокоило. Он был уверен, что Блэк не просто развлекается. Его господин не только был таким человеком, который бы не посчитал это интересным, скорее он бы решил, что это бесполезное занятие.

Но теперь, по неизвестной причине, Блэк вел себя вот так. Для искренних чувств между ними прошло слишком мало времени. К тому же, у принцессы Лиэне были некоторые сомнения. Даже сегодня она была в доме своего бывшего жениха и отказывалась рассказывать, что там произошло.

Блэк всё это знал.

«Неужели ему всё равно?.. Нет, не думаю. Он не такой человек».

― Эм, кхм... Думаю, что нам лучше всё обсудить в присутствии принцессы. Мы не нашли сэра Вероуза. Не имею ни малейшего представления, где он находится.

― Что? Хотите сказать, что его не было в особняке Кляйнфелтеров? ― Лиэне, конечно же, думала, что он будет там.

Линдон Кляйнфелер планировал насильно выдать её замуж, поэтому принцесса думала, что он запер или каким-то образом временно избавился от сэра Вероуза. А раз всё сорвалось, то старый рыцарь должен был появиться.

― Да. И это очень странно, ― продолжил Фермос, крутя в руке монокль. ― Если с рыцарем что-то случилось, то мы должны были бы найти следы, но ничего не было. И, судя по реакции лорда Кляйнфелтера, он никого не прячет.

Если, как и сказала Лиэне, Вероуз был бы заперт в особняке Кляйнфелтеров, то были бы какие-нибудь знаки. Но Линдон Кляйнфелтер был довольно уверен в себе. Он решительно сказал, что они могут искать где угодно, но если не найдут никого, то им придётся заплатить за это. Это означало, что его не было в особняке.

― Я думаю, что он спрятался сам, ― сказал Фермос.

― Это нелепо... Сэр Вероуз так бы не поступил! ― возмутилась Лиэне.

Капитан стражи Наукэ не мог совершить такой безответственный поступок.

― Я тоже так думал, но улики указывают на это, ― ответил Фермос.

― И зачем ему это делать? ― спросила принцесса.

― Вот и я про это ― зачем ему заметать за собой следы? Видимо, у него было какое-то срочное дело.

―Это...

Из-за чего сэр Вероуз мог поступить?

― Если сэр Вероуз не решил вдруг кардинально изменить свою жизнь или с ним не случился несчастный случай, то, как только всё наладится, он вернётся сам. Или свяжется с принцессой.

― Это...

В любом случае это была очень странная ситуация. Лиэне покачала головой, её ноги ослабли, и она пошатнулась.

― Ах, принцесса! ― удивлённо воскликнул Фермос, а Блэк подхватил Лиэне. Затем тиваканец насмешливо произнёс: ― Я знаю, что вы очень удивились, но вам следует быть осторожнее. Вам опасно удивляться, когда вы одна... То есть, я хотел сказать, что если вы упадете, то возникнут проблемы. Вам лучше всегда сидеть.

Хотя Фермос выразился довольно уклончиво, но Лиэне почувствовала, как Блэк, который её держал, напрягся.

«Точно, они же думают, что я беременна...»

Рано или поздно ей придётся солгать о том, что у неё случился выкидыш, но от мысли об этом, принцесса помрачнела.

«Смогу ли я так бессовестно лгать? Я не уверена... Я бы предпочла сказать правду. Я не беременна. Я даже не спала ни с кем. Но что тогда скажет этот мужчина?»

Проблема была в том, что они уже подписали брачный договор, в котором говорилось, что фамилией будущего ребёнка будет Арсак, и что он унаследует трон Наукэ. Тем самым закрепив власть в королевстве. Другими словами, если бы лорд Тивакана попытался захватить власть в Наукэ, воспользовавшись браком, он бы не смог это сделать из-за рождения ребёнка.

«Возможно, пока не стоит ничего говорить».

Ребёнок был последней защитой, которая осталась у Лиэне.

― ...Спасибо за вашу заботу, ― в конце концов Лиэне решила перестраховаться.

Она ещё не знала о цели лорда Тивакана, поэтому принцесса не могла отказаться от защиты в виде ребёнка.

― Садитесь сюда.

Блэк ничего не знал о мыслях Лиэне, поэтому он поднял её и усадил на стул.

― Кхм, кхм, ― Фермос, заметив, что атмосфера становится неловкой, привлёк к себе внимание кашлем. ― А, кстати, думаю, нужно вам об этом сказать. Глава семьи Кляйнфелтер был председателем? Он пообещал прислать два сундука с золотом, новую кровать и пять слуг в качестве свадебного подарка. Кляйнфелтер довольно жадный. Он самый богатый человек в Наукэ, но ведёт себя как скряга.

― Что? ― Лиэне была удивлена. ― Линдон Кляйнфелтер собирается сделать нам подарок?

«Это подарок или проклятье?»

― Ну, если быть точнее, он явно делал это через силу... Но да, подарок лорд Кляйнфелтер пришлёт.

― Как? ― спросила Лиэне, затаив дыхание.

Фермос, который успел пообщаться с Линдоном Кляйнфелтером сразу понял, почему принцесса так отреагировала. Возможно, была причина, почему Кляйнфелтеры с каждым годом становились богаче в этом бедном королевстве. Ему стало интересно, не забрали ли они бессовестным образом всё у принцессы.

― Это прозвучит хвастливо ― но я очень убедителен.

― Вы уговорили лорда Кляйнфелтера?

― Ну, это было не очень просто. Но, как я уже сказал, я хороший оратор. В конце концов он согласился, что должен проявить искренность.

― Это... Не могу в это поверить, ― Лиэне громко вздохнула.

Любой бы понял, что она испытала огромное облегчение. Во взгляде Фермоса даже появилось немного жалости. Достаточно было взглянуть на её лицо, чтобы понять, с каким трудом эта хрупкая девушка поддерживала это рушащееся королевство.

«Возможно, его сердце смягчилось из-за этого облика?.. Думаю, что сейчас я могу немного понять его», ― подумал Фермос.

Хотя Блэк не был сострадательным, это не значит, что он не может иногда быть таким. Фермос решил не думать о вопросе, на который у него нет ответа.

― Можете в это поверить, принцесса.

Конечно, Линдон Кляйнфелтер сначала вел себя не очень доброжелательно. Это стало результатом того, что Фермос с умом использовал запугивание. В нужный момент он намекнул, что знает, что Лафит не умер, и Линдон, которому нужно было это как-нибудь скрыть, пошёл на вынужденную уступку.

― Но это не совсем бесплатно. В обмен на его верность королевской семьи Арсак, Линдон Кляйнфелтер просил признать его незаконнорожденного сына. Я не ответил, потому что этот вопрос должны решить вы оба.

Фермос обратил внимание, как изменился цвет лица принцессы при слове «незаконнорожденный».

«Так и знал, этот незаконнорожденный ребёнок, должно быть, командир рыцарей».

Он собирается притвориться мертвым и вернуться в семью под другим именем. Видимо, Лиэне узнала об этом от Кляйнфелтеров. Должно быть, из-за этого возник какой-то конфликт. Это было очевидно, раз капитан стражи исчез, а принцесса оказалась запертой в особняке. Как бы то ни было, Лиэне не собиралась говорить об этом сама. Вероятно, она хотела сохранить в тайне существование своего возлюбленного.

― Вот что примерно произошло в особняке Кляйнфелтеров. У вас будут для меня дальнейшие инструкции?

― Нет, спасибо вам за то, что вы сделали для Наукэ.

― Не стоит благодарностей. Верность ― это мой долг.

С этим неожиданным подарком Лиэне покинула комнату Блэка. Сумма, скорее всего, будет даже больше, чем в том подарке на помолвку, которым она ни разу не успела воспользоваться, и который полностью ушёл на оплату долга.

***

― Что вы думаете о принцессе? ― после ухода Лиэне Фермос выплеснул свое разочарование. Блэк приподнял бровь, словно не понимал, о чем речь. ― Разве вы уже не догадались? Как только умер первенец в семье Кляйнфелтеров, внезапно появляется незаконнорожденный ребёнок, но на самом деле этот первенец не умер. Очевидно же, что это один и тот же человек.

Блэк ничего не говорил. Но молчание обычно означало согласие.

― Принцесса воссоединилась со своим возлюбленным. Я не знаю, собирается ли она вас предать, но вы не можете отрицать, что принцесса всё ещё влюблена в него.

― Я знаю...

Блэк видел, как побелело лицо Лиэне, как только прозвучало слово «незаконнорожденный». Было бы странно, если бы он не знал. Потому что, как только он видел Лиэне, Блэк не мог отвести от неё взгляд.