Дверь резко распахнулась. Блэк, который появился в проёме, выглядел очень недовольным.

    ― Что…

    ― Лорд Тивакан!

    Лиэне, увидев Блэка, бросилась к нему в объятия. Он прижал её к себе.

    ― Почему вы так поздно вернулись?

    ― Был один неприятный момент. Но почему вы здесь?

    Блэк слегка улыбнулся Лиэне, которая прижималась к его плечу. Всё было так же, как и тогда. Обычно она казалась спокойнее, чем кто-либо другой, но, когда её переполняли эмоции, Лиэне становилась чрезмерно откровенной.

    ― Я волновалась, поэтому собиралась встретиться с вами.

    ― В спальне Фермоса?

     ― Нет, это не…

    Фермос выскочил из-за спины Лиэне.

    ― Вы ошибаетесь! Это действительно ужасное, ужасное недоразумение!

    Слегка отстранившись от Лиэне, Блэк бросил на Фермоса яростный взгляд.

    ― Почему ты голый?

    ― А, что? Я уже собирался спать!

    ― Тебе следовало одеться, когда появилась принцесса. Чем ты был занят?

    ― Я пытался одеться, но принцесса остановила меня!

    ― ?..

    Взгляд Блэка вернулся к Лиэне.

    ― Принцесса? ― Фермос позвал её.

    ― А, я думала, что это предлог, чтобы выставить меня вон. Я догадалась, что он пытается помешать мне отправиться навстречу вам.

    ― …Так вы всё это время смотрели на это?

    ― Мне было всё равно.

    ― … ― Блэк проглотил слова, которые собирался сказать. ― Причин находиться здесь больше нет, верно?

    ― Конечно, лорд Тивакан благополучно вернулся.

    ― Что ж, тогда пойдёмте.

    Блэк поднял Лиэне и повернулся. Конечно, перед этим он взглянул на Фермоса и прошептал одними губами: «Увидимся завтра». Фермос замер, а Лиэне удивлённо похлопала Блэка по спине.

    ― Ой, пожалуйста, поставьте меня на землю. Я пойду сама.

    ― Я видел, что вы босиком.

    ― Нет, это… Я забыла надеть тапочки.

    Звучало так, словно она была настолько обеспокоена, что была немного не в себе. Лиэне, которая была взволнована тем фактом, что он благополучно вернулся, теперь была смущена.

    ― Зачем я это сделала… Кажется, сегодня я была немного странной.

    ― Понимаю.

    ― Правда?

    ― Я тоже часто становлюсь странным, когда речь заходит о принцессе.

    Умом Блэк понимал, что Фермоса и Лиэне ничего не связывает. Однако спальня была пуста, и когда он услышала, что Лиэне босиком пошла в комнату его помощника, гнев закипел в нем помимо его воли. Блэк не мог в это поверить до того момента, как открыл дверь.

    «Какого чёрта этот ублюдок голый? Что они собирались делать?»

    Он даже подумал, чтобы сказать это вслух. Если бы Лиэне не бросилась в его объятия, как только увидела, всё могло закончиться не очень хорошо.

    ― Но больше так не делайте, ― произнесла принцесса, привычно прижимаясь к Блэку, пока он нёс её вниз по лестнице.

    Обнимая его одной рукой за шею и прижавшись к его плечу, не было никакого ощущения нестабильности.

    ― Если бы миссис Фламбад увидела это, она бы отругала меня.

    ― Я тоже…

    ― А?

    Блэк покачал головой, на щеке, которую Лиэне не могла видеть, дёргалась мышца.

    ― …Я хотел сказать, чтобы вы не ходили босиком.

    ― Хорошо. Обычно я так не делаю.

    ― И в одной ночной сорочке.

    ― Но ведь на мне плащ, и не видно, что под ним.

    ― Можно понять, что на вас только ночная сорочка, так как вы накинули плащ.

    При этих словах на лице Лиэне отразилось смущение.

    ― …Вы говорите то же самое, что и сэр Фермос.

    ― Он тоже вам это говорил?

    Взгляд Блэка стал свирепым. Лиэне не видела выражения его лица. Тем не менее, она почувствовала, что его тон неуловимо изменился.

    «Ему что-то не понравилось? Из-за того, что кто-то ему сказал, что я ушла в спешке? Но я же волновалась».

    ― Вы вернулись слишком поздно, ― Лиэне потянула Блэка за воротник, как только смогла дотянуться до него. ― Я правда очень беспокоилась. Я боялась, что с вами произошел несчастный случай.

    Блэк остановился посреди лестницы.

    ― Если вы собираетесь держаться за меня, то я бы предпочёл, чтобы вы схватились за что-то другое.

    ― А? За что?

    ― Не за одежду.

    Лиэне быстро убрала руку, подумав, что, возможно, ему больно, потому что шея Блэка была напряжена.

    ― Простите. Я больше так не буду.

    ― Я не имел в виду, что вы не должны этого делать.

    ― ?..

    ― Что-нибудь другое.

    «Что мне нужно сделать?..»

    ― Где?

    ― Как пожелает принцесса.

    «Ему не понравилось, когда я схватилась за его одежду. Тогда за какое место мне держаться?»

    ― Не знаю, будет ли вам больно.

    Слова о том, чтобы она держалась за что-то другое, помимо одежды, были расплывчатыми, поэтому Лиэне озорно схватила Блэка за кончик носа.

    ― Этого я не ожидал.

    Голос Блэка, чей нос был зажат, звучал не так, как обычно.

    «Этот мужчина действительно странный».

    Даже такой голос нравился Лиэне.

    ― Не думаю, что смогу дотянуться куда-нибудь ещё.

    ― Что насчет ушей?

    ― У вас не будут болеть уши?

    ― Это будет лучше, чем нос.

    ― Вот так?

    Лиэне осторожно отпустила нос и схватилась за уши. Беспокоясь, что дёрнет слишком сильно, она сделала это очень нежно. Получилось скорее прикосновение, чем хватка.

    ― У вас даже уши красивые…

    Лиэне неосознанно произнесла это вслух.

    ― Что вы только что сказали?

    ― …Что? Нет, ничего особенного.

    ― Ничего особенного, значит?

    ― Ничего особ…

    Блэк повернулся в сторону. Затем спина Лиэне коснулась каменной стены рядом с лестницей.

    ― Потерпите немного, даже если вам будет холодно.

    Несмотря на свои слова, Блэк просунул руку между стеной и её спиной, чтобы холодный воздух не касался Лиэне.

    ― Хорошо ли я теперь выгляжу в глазах принцессы? ― прошептал Блэк, слегка касаясь губами её уха.

    ― …Вы и так это знаете.

    ― Не верю.

    ― Но вы же видите себя каждый день в зеркало… Ох.

    Лиэне вздрогнула, когда Блэк скользнул губами по мочке её уха. Её глаза закрылись сами по себе.

    ― Как и принцесса. Вы не знали, что у вас такие красивые уши.

    ― Просто… ― тихо прошептала Лиэне с закрытыми глазами.

    ― Да?

    ― Не обязательно это говорить, просто поцелуйте меня скорее.

    «Не могу поверить, что говорю это…»

    Блэк отпустил мочку её уха и вздохнул.

    ― Принцесса, вы, наверное, не понимаете, почему я так много говорю в вашем присутствии.

    ― Не думаю, что сейчас стоит говорить больше…

    ― Как вы думаете, что я буду делать, если не буду говорить?

    ― Эм… Целовать меня?

    ― Верно. Но вы должны знать, что существует множество других вещей, помимо поцелуев, ― прошептал Блэк и прижался к ней губами.

    Лиэне хотела спросить, что это значит, но все её мысли растворились в сладости поцелуя.

    *****

    Лиэне смутно помнила, как они спустились с лестницы и вернулись в спальню. Блэк, который заставил себя прервать их очень долгий поцелуй, сразу же направился в ванную, сказав, что ему надо умыться. Он вернулся примерно через пять минут, даже не вытеревшись как следует. Лиэне пришлось снова вести его в ванную, потому что с его волос капала вода.

    ― Кстати, что-то случилось?

    Вытирать мокрые волосы полотенцем было на удивление весело. Нет, правильнее было бы сказать, что Лиэне было приятно это делать. Закончив вытирать его волосы, принцесса осмотрела его голову на наличие травм. Блэк был нечувствителен к боли, поэтому если бы там были небольшие раны, он мог даже не знать     о них.

    ― А, появился рыцарь Кляйнфелтеров…

    ― Что? Значит, вы опять сражались?

    Когда руки Лиэне сразу же остановились, Блэк поднял голову и посмотрел на нее горячим взглядом. Он нащупал её руку, притянул к себе и поцеловал тыльную сторону ладони.

    ― Это не так.

    Появился только один рыцарь, и всё, чего он просил, сопровождать их. Это было выше его понимания, но у Линдона Кляйнфелтера был человек, который говорил, что будет верен ему до самой его смерти. Возможно, будь там не тиваканцы, а обычные рыцари, они позволили ему сопровождать их. Верность господину была причиной их существования. Но тиваканцы были другими. Дело было не в том, что они не знали, что такое верность, просто им надоело наблюдать за тем, как искренние, казалось было, люди менялись и использовали их на поле боя.

    ― Значит вы ему отказали? ― спросила Лиэне, снова тщательно вытирая его полотенцем.

    Блэк закрыл глаза, слабая улыбка промелькнула на его лице.

    ― Нет. Я предложил ему тоже надеть мантию служки, потому что тогда он тоже станет изгнанником.

    ― Боже. Этот рыцарь…

    ― Мы сняли с него доспехи, но оставили меч. Он же всё-таки рыцарь.

    ― Ага, ― Лиэне наклонила голову и улыбнулась. ― Жестоко, но в то же время милосердно?

    ― Впервые слышу слово «милосердно». А что бы вы сделали на моем месте, принцесса?

    ― Хм, будь я на вашем месте… Думаю, я бы оставила ему доспехи. Но перед этим попросила провести личный осмотр. Он мог что-то спрятать под своим доспехом для Кляйнфелтера.

    Блэк потянулся, сидя на стульчике в ванной, и поцеловал Лиэне в подбородок.

    ― Поэтому я и снял с него доспехи.

    ― А, вот как.

    Как и сказал Фермос, они были очень похожи. Хотя, конечно, у методов Лиэне были свои пределы, по сравнению с Блэком, это не значит, что она не была бдительной. Принцесса определила сама для себя, насколько она готова уступить, и эту границу тщательно защищала. Возможно, Лиэне научилась так оберегать королевскую семью в спорах с шестью родами. Принцесса была слабым и сильным человеком одновременно.

    ― Он что-то прятал?

    ― Да. Разные вещи. Деньги, которыми пользуются в королевстве Шарка, и драгоценные камни.

    ― О, так и знала.

    Всё было так, как она и ожидала.

    ― Всё было так, как я и думал.

    ― О чем вы думали.

    ― Похоже, что в семье Кляйнфелтер остался кто-то, кто всем руководит. Каким бы ни был верным рыцарь, вряд ли он сам собрал эти деньги.

    ― О?.. Тогда кто? Неужели дворецкий поручил ему это сделать?

    ― Неужели дворецкий обладает такими полномочиями? Только кто-то из семьи мог открыть тайное хранилище.

    ― Вот как… ― Лиэне с серьёзным лицом взъерошила свои волосы. ― Значит ли это, что остались ещё люди с подобной властью?..

    ― Это мое предположение. Я ещё не раскрыл, кто это, но скоро узнаю. Возможно, уже завтра.

    ― Почему завтра?

    ― Завтра пять семей выберут нового председателя совета. Не думаю, что Кляйнфелтер откажется от своей должности.

    ― Я тоже так думаю, ― Лиэне топнула ногой. ― Жаль, что я не могу присутствовать на Великом Совете. Лорд Алланд завтра тоже не сможет поехать. Королевская семья не может предлагать людей на должность первосвященника, его выбирает Великий Совет.

    ― Вы хотите присутствовать на Великом Совете? ― спросил Блэк, повернувшись к ней.

    Он молча усадил её к себе на колени, а Лиэне вполне естественно прижалась к нему, не выказывая никакого удивления.

    ― Наверное.

    ― Так теперь и будет.

    ― Что?

    ― Не завтра. Но скоро.

    Лиэне улыбнулась и схватила Блэка за мочку уха.

    ― Что вы собираетесь сделать?

    ― Я подумал, не пора ли пересмотреть Ризберрийский договор. Завтра я сообщу вам о результатах, ― ответил Блэк, нахмурившись.

    ― Ой, вам больно?

    ― Нет, не больно, всё хорошо.

    ― Но по вашему лицу так не скажешь…   

    ― Мне так хорошо, что иногда бывает больно.

    Блэк встал, держа Лиэне на руках. Теперь она уже привыкла к тому, что её ноги не касаются пола.

    ― Может пойдём теперь спать?

    ― …Да.

    И к этому состоянию, когда внезапно становится жарко. Уткнувшись в шею Лиэне, Блэк прошептал:

    ― Кажется, в последнее время я живу в ожидании этого момента с тех пор, как открываю глаза.

    ― Ох…

    «Почему всё, что он говорит с каждым мгновением становится слаще?»

    Они уснули, лежа в одной постели лицом друг к другу, как и вчера.