«Ты хочешь услышать правду или ложь?».

Услышав эти слова Дара Речи, взгляд Ши Сяобай и Му Лэнси сразу же помрачнел.

Они слышали беседу Дара Речи с Тигром Ли. Кроме того, что отношения между отцом и сыном ужасные, они поняли ещё некоторые вещи. Например, Дар Речи до последних деталей знал что именно произошло в мемориальном зале. Это означало, что он не был внезапно воскрешён и что он не очнулся в гробу. Это означало, что он видел всё.

Естественно, к его словам о Западном Рае и встрече с Буддой нельзя было относиться серьёзно. Несмотря на то, что объяснение Тигра Ли прозвучало «зловеще», оно в то же время было самым логичным. Если Дар Речи не притворялся мёртвым, как он мог так хорошо знать о событиях, произошедших когда его «труп» лежал в гробу? И почему он так внезапно «воскрес» в самый критический момент?

Но зачем Дару Речи поступать так, учитывая его характер? Притворяясь мёртвым, он игнорировал горе, которое испытывали его родственники и друзья; он также подставил Ши Сяобай и даже принёс вред своей матери и сестрёнке. Дар Речи был правильным человеком и точно не стал бы идти на такое.

Но, несмотря на то, что они не могли поверить в это, это было единственным объяснением таких вопросов как неожиданная и странная смерть Дара Речи.

Однако, если Дар Речи инсценировал свою смерть, как он это сделал? И почему он пошёл на такое?

Ши Сяобай хотел узнать ответы на эти вопросы, но он боялся, что услышит ответ, который совершенно не хочет слышать. Он впал в дилемму и, немного помолчав, серьёзно сказал: «Этот Царь хочет услышать…правду».

Ложь точно будет не неприятной, но правда вполне может оказаться очень жестокой.

И Ши Сяобай выбрал второе. Это было связано с тем, что он хотел узнать правду, а также с тем, что он считал Дара Речи джентльменом, а не двуличным.

«Хорошо», — кивнул Дар Речи, слегка улыбнувшись. Внезапно, он повернулся и взял свою мать из объятий Му Лэнси.

«Сегодня дует сильный ветер. Я сначала отнесу мать внутрь, чтобы она не простудилась».

Дар Речи нёс Му Чжаожун в своих руках. В его глазах была заметна нежность и на его губах стояла тёплая улыбка.

Ши Сяобай кивнул. Ему, естественно, хватало терпения, чтобы немного потерпеть.

Слегка улыбнувшись, Дар Речи направился к противоположному крылу дома.

Ши Сяобай посмотрел на Му Лэнси, которая не последовала за своим братом. Его зрачки внезапно сузились и он слегка встревожился.

Красивая девушка с серебристыми волосами стояла под одиноким, священным и красивым лунным светом. Она смотрела на спину своего старшего брата, который направлялся к крылу особняка. Её глаза были слегка покрасневшими и по её щёкам текли кристальные слёзы.

«Почему ты плачешь?- поспешно спросил Ши Сяобай, беспокоясь за неё. – Может…ты себя плохо чувствуешь?».

Му Лэнси резко очнулась и взглянула на Ши Сяобай. Она поспешно протянула руки к лицу, чтобы вытереть слёзы. Её лицо медленно залилось краской, как будто ей было стыдно за то, что заплакала. Она сразу начала качать головой.

Взяв письменную доску, она через некоторое время написала: «Я просто слишком рада. Как же хорошо, что мой брат жив. На самом деле, когда моя мам развелась с тем человеком, мой брат тоже хотел остаться с матерью, но мама не согласилась. Она взяла с собой лишь меня. Тогда мой брат сильно разозлился и сказал, что никогда больше не назовёт её «матерью». Поэтому, когда я услышала, как брат говорит «я сначала отнесу маму внутрь», я почему-то заплакала. И потом…».

Ши Сяобай одарил её понимающей улыбкой. Оказывается, это были слёзы радости. Она же воссоединилась со своей семьёй после всех этих страданий, как она могла не радоваться?

Му Лэнси внезапно высунула язык и начала писать: «На самом деле, я всё это время злилась на своего брата. Я находила его тупоголовым. Очевидно же, что мама не взяла его к себе только потому, что тот человек запретил ей. Должно быть маме тогда тоже было очень грустно. А он взял и сказал такие слова. Он расстроил маму ещё сильнее, поэтому я тогда сказала ему «если ты не будешь называть её мамой, то я больше не буду называть тебя братом»! Хмм! По крайней мере он не был совершенно безнадёжным, иначе я бы точно перестала называть его «братом» в будущем. Ну, а сейчас нужно хорошенько обдумать это…».

Люди чувствуют себя хорошо, когда с ними случаются радостные вещи. Му Лэнси сейчас была в отличном настроении и она снова начала показывать свою болтливый характер. Она писала слишком много слов на письменной доске.

Когда Ши Сяобай впервые встретил эту девушку, она была такой же жизнерадостной и милой. Она была немой, но болтала больше, чем болтун. Люди вокруг неё были не в силах сдержать улыбку рядом с ней, но в то же время у них болело сердце за неё.

Ши Сяобай предпочитал эту жизнерадостную болтушку, чем «молчаливую» и меланхоличную тихоню.

Он ответил: «А чего тут думать?».

Му Лэнси внезапно нахмурилась и после секунды нерешительности написала на письменной доске: «Братец Сяобай, прости. Мой брат…возможно, он действительно притворялся мёртвым. Несмотря на то, что я не смогла додуматься зачем ему делать это, вероятность этого очень высока. Тогда получится, что мой брат подставил братца Сяобай, и это будет перегибанием палки со стороны моего брата, даже если он не хотел нанести тебе вреда! Мы должны наказать его. Есть вариант впредь не называть его братом. Ещё братец Сяобай может избить его, но…братец Сяобай, сможешь ли ты простить его?».

Взгляд Му Лэнси был умоляющим. Она боялась, что из-за произошедшего между Даром Речи и Ши Сяобай родится вражда.

Ши Сяобай нежно улыбнулся и сказал: «Не беспокойся. Я не думаю, что твой брат является таким двуличным лицемером. Если он инсценировал свою смерть, то у него на это были причины. Более того, мы должны верить ему. Он не тот человек, который станет притворяться мёртвым».

Му Лэнси взглянула на Ши Сяобай и внезапно опустила голову, впав в глубокое молчание. Через некоторое время она подняла голову и написала: «Братец Сяобай, на самом деле, изначально у моего брата было другое имя. Раньше его звали…Драгун Ли!».

Ши Сяобай остолбенел. Драгун Ли?

Почему имена Тигр и Драгун Ли…звучали так, будто бы они были взяты из фразы «править над драконами, усмирять тигров»?

Однако, почему Му Лэнси так внезапно сменила тему?

Ши Сяобай был несколько озадачен этим, но решил сказать: «А имя Драгун Ли довольно неплохое. Почему он изменил его на Дар Речи…имя, которое лишает людей дара речи?».

Ши Сяобай не сдержался и подшутил над именем Дара Речи.

Му Лэнси ухмыльнулась и быстро написала: «Дар Речи изначально был лишь прозвищем для него. Кто-то назвал его так в каком-то форуме и потом всё больше и больше людей начали называть его так. В итоге практически все люди знали его как Дар Речи. Потом мой брат подумал, что прозвище «Дар Речи Ли» звучит лучше, чем «Драгун Ли», поэтому он пошёл и официально изменил своё имя в документах».

Ши Сяобай не смог сдержать свой смех и сказал: «Он и в самом деле лишает людей дара речи».

Однако, Му Лэнси не засмеялась. Её взор стал слегка серьёзнее и она опустила голову. Затем она взяла ручку и начала медленно писать что-то.

Однако, когда она дописала половину, Дар Речи внезапно вышел во внутренний двор.

Му Лэнси быстро стёрла все слова на доске и с нуля написала: «Я тогда пойду в комнату и позабочусь о маме. Тебе и брату нужно поговорить наедине. Брат в любом случае нашёл бы отговорку избавиться от меня. *Вздох*…».

Му Лэнси затем опустила доску, снова стёрла все слова и написала что-то. Однако, она не стала показывать его Ши Сяобай. Она просто направилась к крылу особняка и когда проходила мимо Дара Речи показала ему доску.

Дар Речи несколько секунд уставился на письменную доску и медленно кивнул.

Му Лэнси опустила доску и быстрым шагом вошла внутрь.

Дар Речи медленно пошёл к Ши Сяобай и вздохнул, сказав: «А эта девочка действительно повзрослела. Она начала многое понимать».

Ши Сяобай ничего не сказал, но внутри себя подтвердил слова Дара Речи. Она понимает всё настолько хорошо, что от этого болит сердце.

Дар Речи посмотрел на ночное небо и внезапно сказал: «Это правда».

«Что?».

Слова Дара Речи застали Ши Сяобай врасплох.

Однако, он увидел как Дар Речи медленно поворачивает голову. Его глаза были яркими и намного более притягательными, чем лунный свет.

Красивый мальчик многозначительно улыбнулся и мягко сказал: «Да, я действительно притворялся мёртвым!».