Впервые прочитав книгу Дэнгэки Бунко, я прикоснулся к прелести, которую таят в себе ранобэ.

А теперь уже в мои обязанности вошло доносить эту прелесть до читателей.

Первым делом я бросил все силы на изучение матчасти.

Вместе со мной в компании работали еще два однокурсника, и по слухам, я с большим отрывом занимал первое место в неофициальном рейтинге «кто из одногодок первым вылетит с работы». Собственно, я и сам все понимал: не слышавший про Комикет, не разбиравшийся в отаку-культуре, не знавший о Дэнгэки Бунко, не читавший никаких ранобэ, сомнительно выглядящий, непонятно как оказавшийся в компании… Пожалуй, на то время меня как сотрудника лучше всего описывало слово «двоечник».

Когда в 2001 году я оказался в Дэнгэки Бунко, наиболее популярными произведениями в библиотеке издательства были вышеупомянутый «Бугипоп», а также «Boku no Chi wo Suwanaide»[1] Ати Таро-сана, «Kino no Tabi»[2] Сигусавы Кейити и «Tengoku ni Namida wa Iranai»[3] Сато Кэй-сана.

Редотдел Дэнгэки Бунко на тот момент еще только формировался.

Конечно же, любому развивающемуся предприятию нужна прибыль. Чтобы отдел развивался, он должен был повышать продажи и приносить прибыль, которая и двигает развитие.

Но есть и еще один способ выйти в прибыль: уменьшить расходы. А самая главная статья расходов — фонд заработной платы. Другими словами, «двоечники», которые не приносят прибыль и не подают никаких надежд, в глазах головной компании выглядят сущими паразитами.

Тем не менее, меня, висящего на волоске «двоечника», в редотделе Дэнгэки Бунко приняли с распростертыми объятиями. Когда я впервые пил с коллегами на вечеринке, они задушевно говорили мне: «Будем трудиться вместе».

Наверное, именно тогда я пропитался философией Судзуки Кадзутомо, на тот момент главного редактора и моего начальника (нынче он выпускающий редактор): «У каждого сотрудника есть свои особенности, которые могут превращаться в оружие». Кстати, об особенностях самого выпускающего редактора я еще расскажу в шестой главе.

Мне захотелось во что бы то ни стало отплатить редотделу за проявленную доброту.

Я никогда не жаловался на перевод в другой отдел. Прошел только год с тех пор, как я покинул стены университета. Я прекрасно понимал, что нахожусь в положении бестолкового юнца, которому нельзя мечтать о лучшем. Настаивать на своем можно только после того, как внесешь весомый вклад. Настоящие взрослые не качают права, забывая про обязанности.

Я хотел как можно быстрее стать толковым и начать приносить пользу Дэнгэки Бунко.

Мысль крутилась в моей голове, словно заевшая пластинка. Я был готов на любую, самую неблагодарную работу. Готов был круглые сутки сидеть под дверью опаздывающего автора. Готов был за день мотаться в Хоккайдо за рукописью. Готов был часами извиняться перед теми самыми непокладистыми авторами… В общем я приготовился ловить тумаки, но оказалось, что жизнь редактора совсем не похожа на телесериалы.

Редотдел Дэнгэки Бунко проводил очень мягкую политику воспитания сотрудников — новоприбывшим редакторам давался целый год, чтобы они как следует подготовились к работе. Меня назначили учеником редакторов-семпаев и сказали, чтобы я посещал все совещания и учился уму-разуму. Такое обращение очень обрадовало меня и как редактора, и просто как рабочего человека. Мне дали огромную отсрочку, и я тратил освободившееся время на запойное чтение произведений Дэнгэки Бунко.

Дни шли друг за другом, и наконец-то мне дали первое «задание».

Мне поручили редактировать «кандзуме» — листовки, которые Дэнгэки Бунко вкладывают в книги. На этих листовках пишут всевозможные анонсы: на лицевой стороне — недавно вышедших в продажу книг, на обороте — информацию об адаптациях ранобэ и прочие сообщения от издательства. В Дэнгэки Бунко вообще есть традиция посылать новеньких редакторов именно на кандзуме. И это — блестящая задумка. Дело в том, что когда редактор несколько месяцев подряд работает над кандзуме, он начинает досконально разбираться в тайтлах Дэнгэки Бунко. Через несколько отредактированных листовок редактор по одному только названию произведения сможет назвать вам автора, иллюстратора и день выхода томов в продажу. Кандзуме великолепно помогают накапливать знания.

Когда я начинал работать, издательства как раз переходили от аналоговых систем к цифровым (к НИСам — «настольным издательским системам»). Тем не менее, кандзуме все еще делались посредством «аппликаций». Редактору приходилось клеить на специальную подложку типографские символы.В то же время я начал всё чаще посещать совещания, на которые ходили мои семпаи. Как правило, я работал с двумя семпаями, у которых учился методам работы с произведениями, аргументированию и разговорам с людьми.

Примечания переводчика:

1. «Не пей мою кровь».

2. «Путешествие Кино».

3. «Раю не нужны слезы».