Прошло около года с тех пор, как целый класс старшеклассников таинственным образом исчез посреди дня. Тридцать два ученика и их классный руководитель просто исчезли без следа. Ужасающее происшествие, который никто так и не смог объяснить. Учеников не могли похитить прямо средь бела дня. 

Кроме того, увести такую большую группу людей из школы и остаться незамеченным для преступника было невозможно. Никто не видел даже момента их исчезновения. 

Сначала люди подозревали учительницу в том, что она, возможно, каким-то образом воздействовала на учеников, например, гипнозом, а затем заставила их всех уйти по отдельности и собраться в другом месте. Однако различными следственными органами, которые расследовали этот инцидент, не было обнаружено никаких доказательств какой-либо подозрительной деятельности с ее стороны. Кроме того, все обеды в классе остались недоеденными. Частично выполненное домашнее задание, над которым ученики корпели в последнюю минуту, все так же частично стертая классная доска, а также столы и стулья, еще несдвинутые с места, — все это указывало на один вывод: ученики ничего не подозревали вплоть до момента их неожиданного исчезновения. 

Никаких следов того, что их вытаскивали из класса насильно, так что действительно казалось, что они просто исчезли в середине обеденного перерыва. Ученики в соседних классах и те, кто случайно проходил мимо в это время, свидетельствовали, что все было нормально, как вдруг они все исчезли. Свидетели упоминали яркую вспышка света, возникшую в кабинете и чей-то крик: “Всем покинуть класс!”. К сожалению, полиция не смогла найти вообще никаких зацепок. Произошло повторение истории Марии Селесты (П.п.: Кораблик, экипаж которого полностью пропал). Через некоторое время необъяснимое исчезновение студентов стало причиной городских легенд. 

Естественно, средства массовой информации быстро раздули шумиху. Инцидент стал настолько известным, что говорить о нем начали по всему миру. 

Со всего мира в Японию съехались заинтересованные в изучении данного инцидента люди: журналисты, исследователи оккультизма и, собственно, сами представители различных культов. Это, к сожалению, привело к росту уровня преступности в городе, в котором находится эта школа, и на некоторое время ей пришлось закрыть свои двери для безопасности учеников. Родители и семьи исчезнувших учеников находились под пристальным вниманием средств массовой информации, журналисты не отлипали от них с интервью. 

Однако ход времени неумолим. Семьям он пошел на пользу, так как внимание журналистов переключилось на другие события. Новостные агентства перестали так активно освещать этот инцидент, лишь изредка записывая репортажи о ходе расследования. Ученые мужи и исследователи оккультизма пытались выжать для себя как можно больше популярности, но общество довольно быстро переключилось на привычные ему темы: политические скандалы, интриги и расследования. Преступников, воодушевленных инцидентом и вызванным им переполохом, быстро изловили, и социальная обстановка разрядилась. 

В жилом районе города, где находилась та самая школа, стоял приличных размеров дом с вывеской на парадном входе, объявляющей, что в этом доме живет семья Нагумо. В гостиной этого дома высокий худощавый мужчина с коротко остриженными черными волосами проговорил усталым голосом:  

— Сумире, может спать уже пойдем? Вчера ты тоже поздно легла. 

Это был не кто иной, как Шу Нагумо, отец Хадзиме. Он сидел за столом в гостиной, пристально глядя на экран своего ноутбука и перебирая клавиши. 

— Все в порядке. Сам бы лучше пошел, — сказала мать Хадзиме, Сумире Нагумо. Она сидела напротив за столом и ее руки тоже были заняты незатейливой работой. 

Если бы Хадзиме увидел своих родителей, он бы очень удивился. Обычно они были довольно энергичными, постоянно отпускали шуточки, но прямо сейчас они напоминали безжизненные пугала. 

Шу прочесывал сеть в поисках каких-либо новостей о пропавших учениках, а Сумире была занята созданием листовок с лицом Хадзиме, работали они механически, без всякого энтузиазма. 

— К тому же ты еще и на работе сегодня был? Таким темпом ты выгоришь. 

— Ничего я не выгорю. На работе ко мне все относятся с пониманием. Черт, они выгнали меня из офиса на днях, сказав, что не дадут мне работать из-за моего усталого вида. 

— То же самое. Я так часто беру отгулы, что мне уже самой стыдно их просить, но мои редактор и ассистенты сами настаивают, чтобы я брала их столько, сколько мне понадобится. 

Остальной мир, возможно, уже потихоньку и начал забывать об этом случае, но семьи учеников естественно о таком забыть не могли. Решив не сидеть сложа руки, они объединились в группу и начали свое независимое расследование. 

Естественно, все коллеги этих родителей понимали, в какой ситуации они оказались. Шу был менеджером небольшой геймдев студии, а Сумире рисовала седзе-мангу. 

Обычно, за такие прогулы их бы довольно уволили, но работодатели Шу и Сумире оказались невероятно понимающими людьми. Их коллеги также понимали ту ситуацию, в которой оказались родители исчезнувших детей, так что делали все возможное, чтобы помочь им. Большинство коллег Шу и Сумире знали Хадзиме лично, так как он часто приходил к ним на работу, поэтому они тоже о нем беспокоились. 

Благодаря доброте окружающих Шу и Сумире не потеряли работу. Они оба были благодарны за это, так как не хотели, чтобы Хадзиме, вернувшись домой, увидел их в плачевном финансовом положении. Однако с течением времени те, кто окружал Шу и Сумире, начали терять веру. Сначала они выражали поддержку в его поисках, но со временем они перестали считать его живым и начали лишь сочувственно выражать свои пожелания его не сдавшимся родителям. Конечно, они не могли заставить себя сказать, что думают, что он уже не вернется, но в глубине души они надеялись, что Шу и Сумире смогут продолжить жить дальше. 

Шу и Сумире были достаточно проницательны, чтобы заметить перемену, и это только заставило их почувствовать себя еще более беспомощными. В то же время, только благодаря жалости, которую проявляли к ним коллеги, они смогли продолжить поиски Хадзиме, поэтому на самом деле они не могли жаловаться. 

Некоторым семьям повезло меньше. Многие родители были вынуждены уволиться с работы или перетруждались, одновременно занимаясь поиском своих детей и привычной работой. Семью Сонобе преследовало так много репортеров, что они были вынуждены временно закрыть свой ресторан. Однако Хатаямам пришлось еще хуже, поскольку с самого начала люди подозревали Айко в том, что именно она стоит за исчезновением детей. Многие люди, готовые поверить беспочвенным обвинениям, начали настолько активное преследование, что бабушку и дедушку Айко госпитализировали из-за чрезмерного стресса. Но независимо от того, что произошло в их жизнях за этот год, родители продолжали поиски своих детей. 

К сожалению, никто так и не смог обнаружить никаких зацепок. Реальность того, что с каждым днем шансы найти своих детей становились все меньше, продолжала давить на всех, лишая их надежды и энергии. 

Шу и Сумире не были исключением. Они все еще верили, что их сын жив и делает все возможное, чтобы вернуться домой. Они прибирались в его комнате каждый день, чтобы к его возвращению все было готово. Но время шло, отчаяние начало брать верх над надеждой, и их сердца начали колебаться. Всякий раз, когда они убирали в его комнате, они чувствовали, как холодно здесь без его присутствия, и им казалось, что они слышат эхо его голоса. Они знали, что это эхо было всего лишь галлюцинацией, но каждый раз с надеждой оборачивались. 

Каждый раз, когда раздавался звонок в дверь, они выбегали в надежде, что это Хадзиме стоит снаружи. В последнее время они перестали даже общаться друг с другом. Попытки завязать разговор приводили только к пустым обменам репликами, подобным этому, так что и попыток становилось все меньше и меньше. Однако, когда наступила тишина, они услышали зловещее тиканье часов, свидетельствующее о безжалостном течении времени. 

Устав читать бессердечные комментарии в интернете, Шу закрыл ноутбук и глубоко вздохнул. Как всегда, он не нашел никакой полезной информации. Он поставил локти на стол и закрыл лицо руками. 

— Хадзиме... где же ты? 

— Дорогой... — обеспокоенно проговорила Сумире. Хотя им обоим было чуть за сорок, они оба выглядели невероятно постаревшими. 

Сумире прекратила свою работу и посмотрела на своего плачущего мужа. 

— Может, ты все-таки пойдешь спать? 

— Ты же знаешь, я не могу, даже если захочу. 

— Да уж... — печально пробормотала Сумире. Она прекрасно понимала чувства своего мужа. Независимо от того, насколько они были физически истощены, они не могли избавиться от ощущения, что время, потраченное на сон, будет пустой тратой. 

Шли дни, их беспокойство и разочарование только возрастали. Сон к ним не вернется, пока не вернется их сын. 

— Не волнуйся. Прошел всего год. Даже если на это уйдут десятилетия, мы найдем его. И мы не можем позволить себе сдаться до тех пор. 

— Да, ты права. 

Лицевые мышцы Шу попытались состроить что-то вроде подобия улыбки, и Сумире ответила своей собственной неловкой улыбкой. Она подошла к Шу, надеясь хоть немного утешить его, но прежде, чем она успела обнять его, раздался звонок в дверь. 

Шу и Сумире обменялись взглядами, затем повернулись к часам в гостиной. Было далеко за полночь. 

— Я гляну. Еще один журналюга, наверное. 

— Будь осторожен. 

Учитывая поздний час, это мог быть только любопытный журналист или какой-нибудь придурок. Если бы в расследовании произошел серьезный прорыв, полиция или кто-либо из знакомых Шу сначала позвонили бы ему, прежде чем просто звонить в дверь. Ни один порядочный человек не стал бы звонить в их дверь в такое время ночи. В худшем случае это может быть даже какой-нибудь грабитель. 

В последнее время журналисты перестали их посещать, так что Шу и Сумире должны были догадаться, что, возможно, это что-то другое, но они были настолько измотаны к этому моменту, что перестали надеяться, что это их сын, каждый раз, подходя к двери. 

Шу медленно поднялся на ноги и взял трубку видеодомофона. Даже в самых смелых мечтах он не ожидал услышать голос своего сына на другом конце провода. 

— Ну... Это я, вот... 

Шу взглянул на дисплей, и у него отвисла челюсть. Хадзиме стоял перед дверью, робко глядя в камеру. Те, кто знал лишь на Тортусе, были бы шокированы тем, насколько неуверенно он выглядел. 

Сумире, которая тоже смотрела на дисплей, выглядела такой же потрясенной, как и ее муж. Хадзиме вырос, как физически, так и эмоционально, за время своего пребывания на Тортусе. Теперь он выглядел по-другому, стал на несколько сантиметров выше, а в его глазах появился блеск, которого раньше не было, но Шу и Сумире все равно сразу узнали его, особенно по тому, как он слегка приподнимал брови, когда испытывал неуверенность. Их любимый сын, веру в которого они никогда не теряли, наконец-то вернулся домой. 

Шу бросил трубку, затем они с Сумире оба бросились к двери. Они столкнулись друг с другом, пересекая узкий коридор и распахивая входную дверь. 

— Ну-у-у... Я вернулся, мама, папа. 

Это не было иллюзией. Перед дверью стоял самый настоящий Хадзиме, немного нервно поглядывая на своих родителей. 

— Хадзиме! — Шу и Сумире закричали в унисон, чуть не сбив его с ног, когда заключали его в свои объятия. 

— Хадзиме, балбес ты мелкий! Где ты все это время был?! 

— Ах, слава богу... Слава богу, ты цел-здоров. Ты хоть представляешь, как мы волновались? 

Они оба сжали его так крепко, что ему стало трудно дышать. Он больше не исчезнет. Тусклые уличные фонари, луна и полоска света, просачивающегося из дома, освещали воссоединение семьи. 

Долгое время Хадзиме ничего не говорил. Он просто стоял, опустив руки и широко раскрыв глаза. 

Он знал, что его исчезновение, должно быть, заставило его родителей знатно помучаться. Но он знал, что они не потеряют веру в то, что он жив. Однако он сильно отличался от того человека, которого они знали. Конечно, он вернул своим волосам черный цвет и придал своей искусственной руке и глазу максимально естественный вид, но это не изменило того, что внутри он изменился. Он думал, что его родители будут шокированы этими изменениями. Он был готов услышать сомнения в их голосах, когда они его приветствовали. Он даже планировал дать им некоторое время разобраться в своих чувствах, если они не будут готовы сразу принять его обратно. 

Однако теперь, когда этот момент настал, он понял, что ему не стоило беспокоиться. Независимо от того, насколько сильно он мог измениться, Сумире и Шу никогда бы не усомнились в своем собственном сыне. То, что они обняли его без колебаний, было доказательством этого. Все страхи и беспокойства, которые клон Хадзиме обрушил на него в Ледяных пещерах, в конце концов, были беспочвенными. 

Переполненный эмоциями, он предался воспоминаниям того, что с ним произошло на Тортусе. Закончив ностальгировать, в его голове возникла одна-единственная мысль: "Наконец-то я дома". 

Дрожащими руками он крепко обнял своих родителей. Ему нужно было быть осторожным, чтобы не раздавить своих худых, хрупких родителей своей чудовищной силой, поэтому он сделал свои объятия настолько нежными, насколько мог. Голосом, который дрожал так же сильно, как и его руки, он сказал:  

— Папа, мама, я вернулся. 

Он так долго хотел произнести эти слова. 

Через некоторое время Шу и Сумире отступили назад со слезами на глазах. Они снова посмотрели на своего сына сверху вниз, оценивая его. Затем, улыбаясь, они вместе произнесли:  

— С возвращением, Хадзиме! 

Эти слова ознаменовали конец долгого, болезненного путешествия Хадзиме. 

*** 

Хадзиме был телепортирован в другой мир вместе со своими одноклассниками, и, несмотря на то, что ему была предоставлена одна из самых заурядных профессий в мире, он стал достаточно сильным, чтобы победить самого бога. Он преодолел все препятствия на своем пути, полный решимости вернуться домой, несмотря ни на что. И теперь, когда он это сделал, его история могла, наконец, подойти к концу. 

Конечно, семье Нагумо придется нелегко, когда они узнают, что Хадзиме взял с собой принцессу вампиров, кроледевочку, дракона-мазохистку и дочь. Мир также будет взбудоражен внезапным возвращением пропавших учеников, а многочисленные могущественные организации и мировые правительства попытаются нажиться на ресурсах нового мира. 

Какими бы мирными они ни были, дни Хадзиме и его товарищей все равно будут наполнены всевозможными происшествиями и приключениями. Но все это уже совсем другая история. 

Однако в одном можно быть уверенным. В том, что независимо от того, что еще встретится на пути Хадзиме, он непременно преодолеет это. Независимо от того, насколько страшна угроза, он справится с ней. Если судьба восстанет против него, то он разрушит саму судьбу. 

Ведь пока рядом с ним его товарищи и его любимая принцесса вампиров, остановить его не сможет ничто.