— Это предсказание! Это слово Божие! — раздался голос переполненный благоговением.

Обладателем столь восторженного голоса был верховный жрец Флоренции, самой могущественной страны на континенте, — Хорем.

— Ваше Величество! Я, Верховный Жрец главного церковного прихода Флоренции, получил предсказание от самого Бога!

— Достаточно! Все же Бог не оставил Флоренцию на произвол судьбы!

— Прошло сто лет со дня, когда снизошло последнее пророчество! Сегодня счастливый день, Ваше Величество!

Это было первое пророчество от Бога за последние сто лет. Но Орвен, нынешний император Флоренции, следил за жрецами равнодушным взглядом.

Он был из тех людей, кто не интересовался эзотерикой, поэтому не выказал никакого волнения.

Хлопая полами белоснежной мантии, Хорем стремительно пронесся мимо жрецов и преклонил колени перед императором.

Благоговейно сложив руки, он экзальтированно провозгласил:

— День Алой Луны 158-го года по имперскому календарю ознаменуется рождением двух восходящих звезд — света и тьмы! Чудо благословенное Богиней Рассвета! Свет принесет империи бесконечную славу и процветание! Тьма поглотит и разрушит ее!

— Итак, Верховный Жрец, сейчас... — недобро проговорил Орвен, встав с места. Он медленно пошел к Хорему, который не смел поднять взгляд от пола. Повисла тишина, которую нарушил сам император: — вы намекаете, что ребенок разрушит империю? — Он попрал ногой белоснежную мантию жреца. — Не слишком ли это высокомерно? Явились сюда, несете бессмысленный бред, называя его пророчеством. Кажется, у вас достаточно свободного времени для этого, верно?

Зеленые глаза Орвена, взиравшие сверху вниз на жреца, наполнились презрением. Он развернулся и пошел обратно.

Когда его шаги достаточно отдалились, Хорем злорадно усмехнулся.

После того дня император, пребывая в плохом настроении, приказал разрушить все храмы в империи Флоренция.

Казалось, что на этом все закончилось...

— Эй, вы слышали?

— Вы о той истории с пророчеством?

— Да-да, пророчество... Что вы думаете о нем?

— Говорят, что император разрушил все храмы, посчитав это чепухой, но...

Жители империи повсеместно интересовались пророчеством и принимали его за правду. Все беспокоились.

— Все это правда!

— Я тоже так считаю.

— Может быть, дело в ребенке от простолюдинки?

Когда было получено пророчество, императрица Ребекка и обычная проститутка забеременели от императора.

— Все станет ясно в День Алой Луны.

— Верно! Когда этот день наступит, мы все узнаем!

О Флорентийском пророчестве узнали во всем мире. Оно определяло дальнейшую судьбу государства.

Как и было предсказано, в День Алой Луны 158-го года по имперскому календарю родились две восходящие звезды.

Одной была дочь императрицы Ребекки, принцесса Флоренции, — Аштарт. Другой незаконнорожденный ребенок — Амариллис.

— Все так, как и говорилось в предсказании Верховного Жреца! Пророчество сбылось!

— Дочь императрицы не может быть темной звездой. Возможно, это ребенок простолюдинки!

— Какое счастье, что фамилию Флоренция унаследует не внебрачный ребенок!

Принцесса Амариллис, как незаконнорожденная дочь, не унаследовала фамилию правящей семьи. Она стала известна звездой тьмы еще до того, как ее представили в свете. Происхождение девочки порицали.

Но императрица Ребекка умерла во время родов. Новость о том, что у принцессы Аштарт черные волосы, пошатнула общественное мнение:

— Говорят, у нее черные волосы?

— Вы не поверите! Я видел собственными глазами, такая темная и зловещая!

— О, Боже! Я слышал, она похожа на мерзкого демона!

— Мерзкий демон?.. В таком случае, у нее есть рога?

— Боже! Это же ужасно!

Причина проста: на огромном континенте никогда не появлялись на свет дети с черными волосами.

Аштарт прозвали «Дитем Тьмы».

158-й год по имперскому календарю взбудоражил население государства, в независимости от того, были новости правдой или нет.

— Как во Флоренции мог появиться человек с черными волосами?

— Теперь ясно! Это принцесса Аштарт — восходящая звезда тьмы! Она уничтожит империю!

— Какое решение примет Его Величество после осуществления этой части пророчества?

— У принцессы Амариллис такие же волосы, как и у Его Величества, но она не член правящей семьи... как это печально...

— Фамилия Флоренция должна принадлежать принцессе Амариллис.

Все жители континента были заняты обсуждением волос Аштарт.

Император сожалел, что не дал свою фамилию Амариллис, у которой были серебристые волосы.

Никто не заботился о принцессе Аштарт во дворце императрицы. Но у нее, пребывавшей в центре внимания всего населения континента, был секрет, о котором не знал никто.

На самом деле, она переродилась после предыдущей несчастной жизни.

***

Предыдущая жизнь Аштарт была крайне несчастной.

Начало несчастьям положила мать, продавшая ее в рабство виконту.

Виконт с детьми очень любили девочку и относились, как к кукле. Но в доме обращались с ней, как с горничной.

Иногда юный господин подшучивал над ней: высыпал в постель мешок змей, столкнул с лестницы. Когда она полола клумбу, он облил ее горячей водой.

— Ха-ха! — смеялась дочь виконта. — Как ты собираешься подшутить над ней в следующий раз, брат?

— Знаешь... Мне уже не интересно шутить над ней...

— Боже мой! Давай, придумаем что-то новенькое?

Это привело к тому, что она отравилась куском черствого хлеба, который получала в качестве ежедневного пайка.

Она и подумать не могла, что это будет ее последний обед. Но Аштарт была голодна и съела все, не оставив ни крошки.

Вскоре она почувствовала боль.

Она думала, что за годы жестокого обращения, привыкла ко всему. Но боль, которую испытывала на этот раз, была невыносимой.

Она закусила губу, пытаясь подавить стон, но безуспешно.

— Больно!..

Что бы она ни делала, боль не утихала. Одна секунда тянулась вечность. За все время девочка ни разу не испытала облегчение.

«Больно... так больно... невыносимо!»

Проказы с едой были ни единожды. Аштарт думала, что это очередная детская шалость.

Она терпела боль. Ждала, когда та утихнет. Хотела продолжать жить как обычно.

Но, превозмогая неимоверные страдания, Аштарт поняла, сколько бы времени ни прошло, ничего не изменится.

Она продолжала ждать, задыхаясь и оставаясь в сознании.

Провела в мучения три дня и три ночи.

— Пожалуйста... прошу вас... кто-нибудь?..

В течение всего этого времени никто к ней не приходил.

— Сп... спасите меня!

Ее руки все были в крови, ногти стерлись, когда она царапала деревянную дверь.

Сколько бы она ни моргала, перед глазами стояла черная пелена. А тело пылало огнем.

— Мама...

У нее не оставалось сил двигаться. Когда она рухнула на пол, новая волна боли нахлынула на нее.

Ей казалось, что ее выворачивает наизнанку.

Она сплюнула на пол наполнившую рот кровь. Темно-красная жидкость разбрызгалась вокруг.

Разве может быть в человеческом теле такая темная кровь?

Аштарт горько усмехнулась и обессилено легла на окровавленный пол.

«Боже, прошу, убей меня...» — подумала она, не в силах больше терпеть страдания.

Несмотря ни на что, девочка ни на кого не держала обиды.

Она не обижалась на мать, которая продала ее виконту. Ни на самого виконта, который купил ее. Ни на его детей.

Она испытывала возмущение несправедливостью, которое была не в силах выразить в полно мере.

«В следующей жизни я хочу родиться в любящей семье... — думала девочка, пока сознание медленно покидало ее. — Я буду любить их всем сердцем и защищать.»

Закрывая глаза, она мечтала, чтобы это незначительное желание сбылось.

Так закончилась короткая жизнь с безнадежным последним желанием. Та, в которой она существовала никому ненужным ребенком.