– Ты продержался до конца? Ты должен был просто изящно упасть в обморок в нужный момент. Ты и в самом деле невероятно упертый.

Прошел день с окончания тренировки по переносимости боли.

Илай Карфика, который пришел навестить меня, говорил так, что трудно было понять, хвалит он меня или высмеивает. Скорее всего, это было и то, и другое.

– Мне удалось выдержать, – ответил я коротко, отпив немного воды. Во рту жгло, в горле першило, а кончики пальцев периодически дрожали. Я терял равновесие во время ходьбы, даже не замечая этого.

Последствия тренировки на переносимость боли сильно сказывались на моем организме. Мне потребовалось несколько дней лечения и отдыха, чтобы полностью восстановиться.

– Хаха, эта повязка тебе идет. На мгновение я подумал, что передо мной космический пират, – сказал Илай, глядя на мое лицо.

– Как только моя нервная система восстановится, мне планируют имплантировать кибернетический глаз. Модель моего протеза превосходит твою.

Илай часто навещал меня во время моего выздоровления.

Слегка улыбаясь, он говорил спокойным, мягким голосом. Он производил впечатление человека, которому больше подошла бы работа в правительстве, чем в Императорской гвардии.

Тем не менее, его невероятное мастерство было неоспоримо. Разница в способностях курсантов становилась все более заметной.

Мы с Илаем были самыми выдающимися. Это не было высокомерием - это был факт. В большинстве тренировок только мы вдвоем соперничали за первое и второе места или боролись за высшие баллы. По общему количеству баллов Илай, скорее всего, лишь немного опережал меня.

Во время отдыха я чувствовал себя неспокойно. Мне хотелось как можно скорее вернуться к тренировкам. Как только я немного пришел в себя, я поспешил на имплантацию глаза. Доктор предложил удалить и заменить мой оставшийся глаз, но я отказался.

Операция оплачивается из кармана Командира.

Я подслушал это. Вырывание моего глаза было импульсивным поступком со стороны Командира. Я слышал, что именно поэтому он лично оплачивает мою операцию.

«Ну, Командующий, вероятно, может позволить себе выбрасывать деньги на ветер. Все же он родом из престижной семьи»

Тем не менее, мне не хотелось лишний раз становиться должником.

«Это было сделано не со злым умыслом».

Видимо, не я один так счиал.

– Похоже, Командующий проявляет к тебе интерес. Ты привлек его внимание, – как-то сказал мне Илай.

Я чувствовал, что командир обратил на меня внимание. По этой причине потеря одного глаза меня не беспокоила. В конце концов, я получил протез гораздо раньше, чем смог бы накопить на него своими силами. Мой биологический глаз был тем, от чего я бы в конечном итоге все равно отказался.

Бзззззз.

В течение двух дней я не мог нормально спать из-за высокочастотного звука, издаваемого новым имплантом. К третьему дню звук затих. Мой мозг и нервная система наконец-то приспособились к новому органу.

– Ты овладел им гораздо быстрее, чем ожидалось. Это и делает тебя таким перспективным в глазах Императорской гвардии? – Доктор слегка усмехнулся.

Он поднес сканер к моему правому глазу, наблюдая за реакцией зрачка.

Когда осмотр был завершен, я посмотрел в зеркало.

Бззззз.

Как только я сфокусировался на нем, глаз активировался, мой зрачок ярко засветился. Передо мной появился виртуальный интерфейс, проецирующий информацию о моем окружении.

«Активировать прогнозирование баллистической траектории»

Это была самая важная функция.

Поскольку поблизости не было огнестрельного оружия, не было и возможности просчитать какие-либо траектории. Тем не менее голова сильно болела, поскольку в мозг хлынул огромный объем информации.

Мой мозг расширял и перестраивал свою нейронную сеть, чтобы адаптироваться к новой функции. Потребуется немало времени, прежде чем я смогу в полной мере пользоваться этой способностью.

– Пока вы полностью не адаптируетесь, принимайте по одной таблетке в день перед сном, – врач, наблюдавший за мной, протянул бутылочку с таблетками. Они предназначались для помощи в формировании и соединении нейронных клеток.

– Спасибо.

– Благодари Хемилласа, командира. Я делаю это лишь потому, что мне заплатили.

Хемиллас. Слышать имя командира было непривычно. Обычно мы обращались к нему по званию, поэтому мне почти не доводилось слышать его настоящее имя.

Поблагодарить человека, который вырвал мой глаз... как бы абсурдно это ни звучало, я и вправду искренне чувствовал благодарность. Любой, кто услышал бы это, подумал бы, что я сошел с ума.

* * *

Начинался третий семестр второго года обучения. К настоящему времени двое из сорока учащихся выбыли. Исключая инциденты, повлекшие за собой смерть, большинство кадетов Имперской гвардии заканчивали суровую четырехлетнюю программу обучения, исключения были редким явлением.

Однако низкий процент отчисленных не означал, что обучение и подготовка были легкими. Гвардия гордилась тем, что является самым квалифицированным подразделением в Империи, и от курсантов требовалось овладеть всем спектром знаний, необходимым как для обычных солдатов, так и для офицеров.

Имперские гвардейцы были элитными военными, достаточно подготовленными для того, чтобы справиться с любой ситуацией или заданием.

– Только курсанты, прошедшие первичный отбор, попадают в программу подготовки Гвардии. Почти никто не отсеивается на полпути. Те, кто не выдержал, вероятно, заплатили за подделку результатов,– сказал Илай, наводя пистолет на мишень. В его глазах, синхронизированных с оружием, скорее всего, отображался интерфейс, помогавший ему прицелиться.

Бам.

Я достал свой собственный пистолет. Вокруг время от времени раздавались выстрелы других кадетов.

Хотя Имперская гвардия предпочитала оружие ближнего боя, они не пренебрегали обучением стрельбе. Гвардейцы должны были в совершенстве владеть всеми видами снаряжения и оружия, которыми располагала Империя.

– Действительно ли можно манипулировать результатами отборочных испытаний? –спросил я.

Илай заулыбался еще сильнее.

– Доказательств нет, но интуиция подсказывает мне, что это так. Империя слишком долго была разделена по рангам и классам. Иллюзия меритократии постепенно исчезает. При достаточном статусе и богатстве даже некомпетентные могут создать видимость компетентности.

– Будь осторожнее, Илай, – предупредил я его.

Честно говоря, его резкие высказывания обеспокоили меня. Мог ли имперский подданный действительно сказать что-то подобное? Даже если он из знаменитого рода...

– Ты разочарован?

Я горько усмехнулся, спуская курок. Казалось, я сильно сблизился с Илаем. Я, воспитанник приюта, переживаю за наследника благородной семьи.

– В качестве доказательства... Лука, такие, как ты, не имеющие какой-либо поддержки, никогда не проваливали подготовительные курсы продвинутого солдата. На этот процесс уже невозможно повлиять деньгами или связями. Только те, кто действительно талантлив, добиваются успеха. Странно, что для таких, как ты, вообще существует титул "аномалия".

Конечно, благодаря своему происхождению он мог позволить себе говорить так свободно. Если бы у меня были похожие мысли, я бы никогда не осмелился их озвучить. Более того, я бы даже не задумывался о подобном.

«Могут ли дворяне быть некомпетентными?»

Я никогда не думал о таком.

Дворяне были высшим сословием, а простолюдины... особенно из низших слоев, были некомпетентны. Империя предоставляла возможности всем гражданам с помощью системы отбора. Неспособность воспользоваться этой возможностью считалась доказательством некомпетентности, обрекая человека на неудачную жизнь...

Так мне говорили всю жизнь. Я был живым доказательством этого. Хотя я был выходцем из низшего класса, я поднялся, воспользовавшись возможностью, предоставленной системой отбора.

– Лука, я знаю, о чем ты сейчас думаешь. Но ты получил этот шанс только потому, что твой талант невероятен. Позволить такому одаренному человеку, как ты, оставаться вне системы было бы еще опаснее. Чем позволить искре превратиться в неконтролируемое пламя, они скорее отправят ее в печь.

Звуки выстрелов частично скрыли голос Илая.

Он стрелял в быстром темпе, каждая пуля пробивала одно и то же место, оставляя лишь одно отверстие в мишени.

– ...А когда такой неординарный человек, как ты, поднявшийся с самых низов, добивается успеха, люди начинают убеждать себя, что их неудача обусловлена лишь недостатком их собственных способностей, не допуская мыслей о проблемах самой системы.

Чем больше он говорил, тем опаснее звучали слова Илая. Инстинктивно я почувствовал отвращение. В моей картине мира все, что он говорил, не имело никакого смысла.

– Если я доложу в штаб о том, что ты сейчас сказал, тебе не удастся избежать наказания, даже не смотря на твою семью.

Илай смотрел на меня с непоколебимой улыбкой, а его палец все еще нажимал на курок. Даже когда он смотрел в сторону, его точность оставалась безупречной.

– Я знаю, что ты этого не сделаешь. Если бы ты действительно собирался донести на меня, то не стал бы говорить мне об этом. Спасибо, что беспокоишься обо мне, Лука.

Илай говорил так уверенно, словно знал мои мысли. Это раздражало меня, потому что... Он был прав.

* * *

У Империи Аккреция было два давних противника.

Федерация Беллато и Священный Альянс Коритов.

Оба народа поселились на планете Новус еще до Империи.

"Оппортунисты, принимающие трусость за мудрость".

Вот что мы думали о Федерации Беллато.

"Лицемерные фанатики, которые проповедуют сладкий мир и справедливость, готовясь к войне..."

Альянс Коритов в наших глазах был ничуть не лучше. Их воспринимали лишь немного лучше, чем Беллато, но лишь немного.

Империя презирала Беллато и считала Коритов врагом. Но были и те, к кому мы относились с еще большим презрением.

Беллато и Кориты, оба народа вели свое происхождение от человечества с Земле, и по крайней мере имели некоторые основания для сотрудничества с ними. В прошлом бывали случаи, когда с ними неохотно вступали в союз. В конце концов, они все еще были людьми.

...Но другие инопланетные виды, не имеющие Земных корней, даже не стоили того, чтобы с ними связываться. В пределах Империи инопланетяне встречались редко. Если инопланетянин становился жертвой преступления на территории Империи, он не получал никакой защиты или даже права на самозащиту.

Для нас дискриминация инопланетных видов была совершенно естественной. Инопланетяне всегда пытались обмануть и использовать Империю. Если мы протягивали руку доброй воли, они лишь кусали ее и предавали нас.

Эти догмы я слышал бесчисленное количество раз. Однако я никогда лично не сталкивался с инопланетянами, или хотя бы с людьми Беллато или Коритов, если уж на то пошло.

Сегодня я впервые увижу Корита. Но встреча будет не из приятных. Прольется кровь, но не наша, а их.

– Лука и Илай будут выступать в роли командиров взводов на этом задании. Если кто-то из вас не согласен с этим, можете выйти, – говорил Командир, сидящий на камне, а мы с Илаем стояли по обе стороны от него. Перед нами неподвижно, словно роботы, стояли курсанты.

Курсанты молчали. Никто не возражал против того, чтобы мы с Илаем стали командирами взводов.

– За этим ущельем находится Коританский аванпост, незаконно оккупировавший нашу территорию... – Командир указал на место за пределами нашей видимости.

Выдержав паузу, он наконец отдал приказ:

– ...Никаких пленных. Убейте их всех.

Это также было частью нашего обучения.

Не нуждаясь в дополнительных инструкциях, курсанты собрались вокруг Илая и меня. Единственным нашим оружием было оружие ближнего боя на выбор и по одному пистолету на каждого.

Выданные нам пистолеты были настолько маломощными, что не могли пробить даже легкую боевую броню. Они предназначались разве что для самоубийств или казней с близкой дистанции.

Мы двигались по узкой тропинке вдоль скалы в такой тишине, что слышали дыхание друг друга.

Примерно через тридцать минут мы сделали небольшой перерыв. Не говоря ни слова, все по очереди стали дежурить.

– Лука, видишь? Профессиональный Гвардеец наблюдает за нами издалека, – произнес Илай, отпивая из кружки. Проследив за его взглядом, я посмотрел в сторону леса на хребте над каньоном.

Пристально вглядываясь, я обнаружил в лесной тени какую-то фигуру. Смутные очертания позволяли безошибочно распознать Легион - полнотелую механическую броню Имперской гвардии. Он выглядел как стальной гигант, стоящий среди деревьев.

Официально он находился там, чтобы защищать нас. Но его присутствие служило и другой цели - слежке.

«Слежка...»

За чем именно он следил? Я встряхнул головой, чтобы прогнать нахлынувшие мысли.

После короткого перерыва мы возобновили наш поход.

В конце концов мы заметили аванпост, возвышающийся над каньоном. Спереди он был огорожен стенами, но сзади, упираясь в скалу,  был полностью открыт.

Они и не подозревали, что мы взбираемся по тропинке на эту самую скалу.

Кркк.

Мы взобрались на отвесную скалу голыми руками. Скоро начнется бой.

«Убейте их всех. Пленных не брать».

Я вспомнил приказ командира.

Когда мы с Илаем достигли края обрыва, мы подняли головы, чтобы осмотреть местность. Остальные курсанты прижались к обрыву, ожидая указаний.