— Да ладно тебе, Натан! — Слышится мелодичный женский голосок, что полон уверенности и лёгкости одновременно. — Даже если это всё и случилось, ты должен жить дальше. Разве нет? Давай, например, сходим куда-то?

— Ты слишком спокойно на это реагируешь, — парень нахмурился и скрестил руки у груди. Он явно относился с недоверием к подобным высказываниям. Натаниэль пусть и умный юноша, но явно чрезмерно осторожный. Иногда даже перегибает палку.

— Жизнь у нас одна. Пока ты сидишь в своей скорлупе, кто-то совершает подвиги! Ну, или просто гуляет по парку, хехе.

— И ради этого ты меня позвала, Кумико? — Склонил голову набок, даже не думая сдаться и так просто признать правдивость высказываний подруги.

Девушка сидела возле фонтана, держа в руке стаканчик с бабл ти. Её любимый зелёный чай с клубничными шариками. Как вообще это может кому-то нравиться? Кируми никогда не пробовал такие напитки, поскольку считал их очень странными. Ну или потому, что всякий раз, когда возникало желание, добраться до магазина или кафе было по каким-то причинам невозможно. Тем не менее, эта некая Кумико Кавасаки, выделялась не только этим. Она любила красить волосы в оранжевый цвет, а сзади, словно ловя солнце под волосами, подкрашивала жёлтым. Создавался эффект свечения, особенно ярким днём.

— Ага. Позвала просто поднять тебе настроение. Ты же такой талантливый! Ты можешь за собой людей вести! Хм... Или ты не думал, например, на сцене выступать? Певцом каким-нибудь, — та немного отпила чая из трубочки и поморщила носик от вышедшего из-за облаков солнца. — Жизнь жестока, это правда. Но пока мы останавливаемся перед каждой преградой на своём пути, мы можем потерять самое ценное — время. Это не значит, что плакать или грустить нельзя. Нельзя позволять себе сдаваться, вот в чём мой посыл.

Эти слова клеймом отпечатались в сознании Натаниэля. Он будет много и часто их вспоминать. Жить со странной надеждой, что сможет когда-то перебороть свою замкнутость и страх.

Парень всё также упрямился высказать это вслух, но здесь-то его пробило наповал. Может, стоит многое переобдумать? Выбраться из скорлупы, как сказала Кумико. Определённо. Иначе всю оставшуюся жизнь можно растратить на сожаления, стыд перед самим собой за не выполненные обещания и мечты.

— Ладно, пойдём, — девчонка спрыгнула и взяла за предплечье своего друга, волоча в другую сторону. — А то ты прямо дар речи потерял. Неужели я наконец смогла заставить тебя задуматься?

— Это вообще к чему?! Ну подумал я и подумал над твоими словами, зачем хватать-то?! — Кируми вырвался и пошёл уже самостоятельно. — Тебе самой вообще когда-то грустно бывает?

— Конечно бывает, — голос сбавил весёлые обороты, превратившись в спокойную музыку для ушей. — Просто я этого не показываю. Не люблю зацикливаться на плохом.

Но Натаниэль прекрасно понимал, что это ложь. Даже она, сильная на вид девушка, может утопить в слезах всю свою комнату. Может кричать в подушку, бить её и даже швырять. Сколько всего нужно пережить, чтобы сохранять здравый рассудок перед другими? Наверное, очень и очень много. Жуткие, невероятные кошмары наяву лечат и закаляют людей. Таково было утверждение Кавасаки. Только вот лечит больше время, нежели чем сами ситуации. Да и закаляется человек сам. Преграды являются толчком, а как им пользоваться — это уже дело другое.

У неё была неблагополучная семья. Дом не обходился и недели без ссор и криков. Поэтому, вероятно, Кумико и выходила гулять чаще остальних сверстников. Словно бы совершенно не боясь, словно выходя как в последний раз. Она любила пробовать что-то новое, будь то аттракцион или экзотическое блюдо. Она была лишена вредных привычек: не курила, не пила, не употребляла и даже не сидела подолгу в телефонах или гаджетах. Вела относительно активный образ жизни, пусть и выглядела аккуратно и хрупко. Будто бы кукла сбежала из магазинного прилавка и разгуливала по городу, наслаждаясь неподдельной свободой.

Кумико Кавасаки можно было спасти.

— О, кстати! Ты знал, что вышел новый фильм? — Ловко перевела тему. Выкинула в мусорку уже использованный стаканчик, а после поправила лёгкую кофточку.

— Ты это о каком? Который связан с перемещением в прошлое? Разве это не классика? Что там может быть нового? — Он не стал продолжать больную тему. Больную для обоих. Лучше просто насладиться юностью, пока не взрослая жизнь не накинула больше оков.