Это можно было сравнить с ударной волной от мощнейшего взрыва, которая вышибла плотно закрытую дверь и вырвалась наружу.

Фея…

Это было как благословление первого короля фей, так и его проклятие.

Те, кто был рожден с силой феи, обладали огромной магической силой и отличались от обычных темных эльфов. Они смогли превратить всю свою собственную энергию в магическую силу. Даже такие несовместимые силы, как магия и Аура, становились под полный контроль высвобожденной феи.

Главной отличительной особенностью этой способности было то, что она действовала не прекращаясь.

Владелец феи мог вытягивать магическую силу даже из атмосферы Мира Демонов. В теории, если довести силу феи до предела, то можно было получить неограниченную власть.

Первый король фей использовал эту силу для создания собственного королевства. Несмотря на то, что мало кто знал о причинах произошедших событий, но темные эльфы откололись от королевства фей и стали независимой от них расой.

Однако случалось, что темный эльф мог родиться «с феей». И это было благословлением. Однако в то же время это считалось и проклятием. За исключением первого короля фей, ни один новый владелец феи не обладал полным контролем над её властью.

А также, за исключением первого короля, все последующие владельцы фей погибли из-за чрезмерного злоупотребления этой силой. Так происходило потому, что как только магическая сила исчерпывалась, фея начинала потреблять силу, необходимую для поддержания жизни самого владельца.

В детские годы сила феи была относительно слабой, а потому ею можно было управлять. Однако, когда эльф взрослел, то лишался возможности хоть сколько-нибудь влиять на неё. Раскрытие феи в бою значило только одно – владелец так или иначе будет тратить на неё свою собственную жизнь.

Сильван родился с феей.

С тех пор как принц в детстве совершил ошибку, раскрыв силу феи, он больше никогда не осмеливался снимать печать, блокирующую силу феи. В отличие от других темных эльфов, Сильван не изучал магию и сосредоточился на Ауре и фехтовании, держась от этой силы так далеко, как только мог.

Фея Сильвана, запечатанная много лет назад, сияла золотым светом, обнажив перед всеми свою мощную и непоколебимую силу.

Вслед за этим последовала череда взрывов. Они были вызваны не каким-то заклинанием, но взрывом самой магической силы, разрушительная мощь которой была за гранью воображения.

Рыцарь Голода поспешно отступил назад и воззвал к своей силе Голода. Сильван вложил магическую силу в меч Амиты и, глядя на Рыцаря Голода, поднял свой сверкающий золотым цветом клинок.

Фелиция завыла, глядя как Сильван бросился на своего врага. Рыцарь Голода заблокировал его выпад силой Голода, но бьющая из Сильвана энергия была слишком велика. Джерард попросту не мог поглотить всё это даже со своим ненасытным Голодом.

– Сепира! – сквозь боль прокричал Сильван.

Помощница сразу поняла, что он хочет ей сказать. Не обращая внимание на то, что её видимость была сильно затруднена из-за своих собственных слез, она побежала к Фелиции, таща на себе Делию.

Сильван слегка оттеснил Рыцаря Голода. Во все стороны разлетались молнии, а глаза эльфа блестели золотым сиянием.

Делия торопливо сняла с принцессы помятый нагрудный доспех, затруднявший дыхание Фелиции. Та облегченно выдохнула, и Сепира тут же взвалила её к себе на плечи.

Фелиция всё поняла. Она знала, что хотела сделать Сепира, крепко придерживающая её своей уцелевшей рукой. Девушка изо всех сил побежала вперед, при этом даже не оглядываясь.

– Сильван! Сильван! – закричала принцесса, но Сильван даже не обернулся.

Вместо того, чтобы пытаться контролировать силу феи, он дал ей полную свободу. Его Аура, сломанная Арангом, была принудительно трансформирована в магическую силу и вызвала очередную волну взрывов.

В конце концов, начала потребляться его собственная жизненная сила. Но это всё сумело защитить Фелицию. Чтобы спасти её, он должен был остановить монстра, стоящего перед ним!

Ба-бамм!

Ударила молния, и пещера заполнилась громоподобным звуком. Сила Голода не смогла поглотить магическую силу и рассеялась на мелкие частицы.

Сильван закашлялся кровью. Джерард вызвал свою Ауру, но силы Голода всё ещё не хватало. Для того, чтобы совладать с Сильваном – ему необходимо было использовать силу самого Джерарда, которого когда-то назвали сильнейшим среди оборотней.

Рыцарь Голода использовал память Джерарда о Божественной Власти Зверя.

Сильван взмахнул своим гигантским мечом, преобразованным благодаря магической силе, и атаковал Рыцаря Голода. Даже столь небрежный удар в клочья разорвал часть потолка.

Взрывы продолжались.

Сепира наконец-то добралась до лестницы, и Фелиция в последний раз отчаянно воскликнула:

– Сильван!

Но ответа на ее душераздирающий крик не последовало. Сепира прыгнула вверх по ступенькам и вскоре оказалась на третьем этаже. Здесь был самый обыкновенный просторный зал, так что она легко могла разглядеть лестницу, ведущую на второй этаж.

Казалось, от этого сражения лихорадило все руины: земля под ногами неустанно тряслась, а с потолка сыпалась крошка.

Сепира продолжала бежать, и Фелиция обессиленно поникла.

Весь этаж заполнился каким-то ледяным дыханием. Сколько времени прошло с тех пор, как они выбрались с четвертого этажа? В лучшем случае всего пару десятков секунд или одна минута.

Сепира, поднявшись на второй этаж, оглянулась, а Делия проглотила визг, пытаясь осветить путь впереди одним из магических заклинаний.

Где-то вдалеке можно было увидеть зловещую непроницаемую тьму. И ослепительный золотой свет.

Руины продолжали получать повреждения: огромная часть потолка рухнула на землю, вызвав вибрации по всему этажу.

Это было воздействием колоссальной магической силы. Однако мощь этого удара означала, что время жизни Сильвана тоже было сочтено.

Сепира стиснула кулаки и побежала ещё быстрее. Делия проглотила свои слезы и последовала за ней. Ей казалось, что она вот-вот рухнет на землю, изнеможённая и не в состоянии даже вдохнуть полной грудью.

Прошло некоторое время. Может быть 20 минут, а может быть больше.

Они наконец-то добрались до лестницы на первый этаж. Сепира с Делией с трудом поднимались по ступенькам, понимая, что тот кошмар всё ещё преследует их.

Каждый раз, когда раздавался ужасный рев, источник звука казался всё ближе и ближе, а в темноте мелькал золотой цвет.

Сепира начала подниматься по ступенькам на первый этаж, но тут на неё свалилась идущая спереди Делия, и оба человека покатились по земле, увлекая за собой Фелицию.

Лестница, соединявшая первый этаж со вторым, была разрушена, но Фелиция смотрела в другой проем, вызванный обрушением. Она видела, что плечи Сильвана опущены, а вокруг него сплошная тьма.

Прошло уже 20 минут, как он раскрыл силу феи.

Сильван находился в полуживом состоянии, но и сам Рыцарь Голода страдал от многочисленных ран, хоть при этом всё ещё стоял на ногах.

Прежний Джерард был бы уже повержен. Однако нынешний оборотень был Рыцарем Голода – куклой, контролируемой Голодом. Всё, что осталось в нем от Джерарда – это всего лишь его воспоминания.

Он был далеко не в самом лучшем состоянии, но благодаря силе Голода всё ещё мог двигаться. Рыцарь Голода не мог сразу поглотить огромную магическую силу феи, однако частично всё-таки мог её впитывать. Если бы Сильван не пострадал от Аранга, или если бы он был могущественным магом, всё могло бы сложиться по-другому. Впрочем, сейчас об этом думать было попросту бессмысленно.

Рыцарь Голода был темным оборотнем, и черный дым заполнил пустые места в его теле.

Джерард оттолкнулся от земли и Сильван, вместо того, чтобы ударить Рыцаря Голода мечом, вызвал огромный магический вихрь.

Однако это не могло остановить такого противника.

Память в Джерарде рассмеялась. В прежние времена он был самым сильным из оборотней и был известен своей скоростью. Он использовал взрывную мощь Божественной Власти Зверя и молниеносно ушел с траектории полета магического вихря Сильвана.

Сильван вызвал еще один взрыв, и Джерард контратаковал.

Магическая сила и Аура столкнулись. Несмотря на то, что Сильван инстинктивно создал из магической силы щит, чтобы заблокировать выпад своего противника, его всё равно отбросило назад. Пролетев более чем с десяток метров, он рухнул на лестницу, вызвав грохот и новую порцию разрушений.

Рыцарь Голода удовлетворенно хмыкнул, будто смеясь над сценой, происходящей на его глазах.

К Сильвану тут же подскочила Фелиция, которая в этот момент находилась у образовавшегося проёма. Она отчаянно вливала магическую энергию в своего умирающего брата, параллельно активируя различные атакующие и защитные заклинания.

Однако это было попросту глупо. Рыцарь Голода поглощал всё, что видел.

Более того, фею тоже уже нельзя было остановить. Она могла наложить на раны Сильвана восстанавливающие заклинания, но предотвратить утечку магической энергии – нет.

Это была поистине грустная картина.

Рыцарь Голода не знал, чья память смеётся над жалкими попытками Принцессы остановить неминуемое, и сделал шаг вперед.

Несмотря на обилие заклинаний, произнесенных Фелицией, урон, нанесенный Рыцарю Голода, был невелик. Ещё немного и он должен был поглотить последние остатки сил Сильвана.

Фелиция отчаянно выкрикивала слова заклинаний. Она положила голову Сильвана к себе на колени и использовала всю магию восстановления, которую только знала.

Однако это было бесполезно.

Она была чувствительна к потоку магической силы, а потому знала, что у Сильвана её практически не осталось.

Руки эльфа дрожали. Но вместо того, чтобы в последний раз взять свою сестру за руку, он взмахнул рукой в воздухе и каким-то образом выдавил из себя ещё немного магической силы, чтобы остановить Рыцаря Голода.

Фелиция хотела крикнуть: «Идиот!». Однако она сдержала свои проклятия, поскольку он уже это сделал.

Фелиция предпочла бы сама обладать силой феи. Тогда она, вероятно, могла бы спасти Сильвана. Может быть, ей даже по силам было бы создать для них более благоприятную ситуацию.

Рыцарь Голода приближался. Сепира и Делия приготовились к смерти, стоя перед своей Принцессой. Фелиция тоже не стала уходить от неизбежности и взглянула прямо перед собой, прижав при этом голову Сильвана.

Рыцарь Голода сделал ещё один шаг вперед.

Но прямо в этот момент…

Слезы Темного Эльфа ярко засверкали на пальце Фелиции.

Почему это произошло только сейчас, когда всё последнее время кольцо было темным и безжизненным?

Всё было просто. Из-за битвы между Сильваном и Рыцарем Голода руины начали рушиться, и поток магической силы перестал блокироваться на входе в подземелье силой Голода, что и позволило ему выйти во внешний мир.

… Но главное заключалось в другом.

Фелиция притянула к себе Сильвана. Сквозь смех и слезы она громко выкрикнула:

– Шутра!

Да-дааааммм!

Ответом на её зов стал страшный грохот, источником которого был обрушившийся с неба Аскалон, великое оружие из серии убийц драконов.

Его мощь проникла сквозь подземелье, пробив потолок первого и второго этажей.

Рыцарь Голода поднял голову, глядя на новые Слезы Темного Эльфа. Затем он увидел пару щитов белого и черного цвета, оставляющих за собой зеленый след.

Будто вспышка, Шутра пролетел по второму этажу и остановился перед Фелицией.

Он пришел.

Он. Тот, кто был быстрее ветра.

Сильван не зря раскрыл свою силу феи. Благодаря этому Шутра сумел вовремя попасть в руины.

Ингун открыл глаза, глядя на темных эльфов и своего противника. Перед ним был Рыцарь Голода, сила которого горела пламенем ненависти. Она была похожа на черный клинок.

Ингун впился взглядом в силу Голода и, активировав силу Завоевания, прокричал:

– Под Королевским Знаменем!

В руке Ингуна образовался флаг, сотканный из света, и он тотчас же воткнул его в землю. В этот же момент белая сила Завоевания заполнила собой руины, вытолкнув силу Голода. Белая Аура Шутры поднялась, словно буря.

Рыцарь Голода был в замешательстве. Он не мог понять происходящего. И это было не только из-за внезапного появления Шутры.

Рыцарь Голода уже сталкивался с Рыцарем Завоевания пару месяцев назад, но теперь его сила в корне изменилась. Он стал настолько силён, что его даже нельзя было сравнивать с тем, кого он представлял собой в прошлый раз.

Почему? Как это произошло?

Однако, в отличие от Рыцаря Голода, Ингун не стал мешкать. Почувствовав ужасающую ситуацию, он влетел сюда, словно шторм, моментально забыв о своей усталости.

Фелиция плакала, держа на руках полумертвого Сильвана. А Ингун тем временем активировал свои ядра. Кровь Дракона проснулась, а Сотрясатель Земли издал низкое рычание.

Рыцарь Голода…

Третьего раза быть не должно. Он обязан покончить с этим прямо сейчас.

«Завоевание!», – донесся до него голос женщины в белом, наполненный гневом.

Ингун сжал кулак и призвал свою силу.