Он был избит. Все его тело ныло и болело.

После того, как Лоренса привели сюда, в тюрьму, его никто не стал слушать. Парня хорошенько избили, переломав пару костей.

Сколько бы он ни просил поговорить с принцессой, сколько бы он ни пытался все объяснить, его не слушали. Лишь кричали и избивали.

Поэтому он отбросил все и просто стал сидеть у стены тяжело дыша. Если так подумать, то он знал, что в случае, если их поймают, произойдет нечто подобное. Однако он поверил словам. Поверил в то, что Генриетта за него заступится.

Вздохнув, парень просто стал ждать своего последнего часа.

– Эй, парень! Говорят, ты принцессу изнасиловал.

Говорившим был мужчина крупных размеров. Все его тело было приковано к стене, лишь местами имея возможность двигаться. А слабо освещенное помещение вкупе с неприятным запахом делало вид незнакомца в разы грубее.

Вот только Лоренс лишь наклонил голову.

– Значит, они описали это так...

– Чет ты довольно спокойный для того, кого завтра казнят.

– Ну, меня ведь с утра самого лупили, так что подумать было время.

Пусть в действительности так не было, но если сопоставить все факты и прочее, то это действительно выглядело как изнасилование. К тому же, он забрал жизни солдат королевства, что расценивается как предательство короны.

Вот только слишком быстро они нас отыскали. Неужели действие дара иллюзий кончилось или его просто рассеяли?

– Ха-ха-ха-ха! А ты забавный! Неужели помереть не боишься?

– Поживешь как я - вообще жизнь ценить не будешь.

– Ха! Ты прямо как местные рассуждаешь. Хотя тут все не могут похвастать хорошей жизнью.

Собеседник из соседней камеры недовольно поднял руку. Цепи зазвенели.

Приглядевшись, парень разглядел грязные волосы зеленоватого цвета. Будто бы не голова, а мох.

– А тебя за что посадили?

– Да так, устроил резню в городе. Вот здесь и сижу.

– И что это тебя публично не казнили?

– А за что? Высшие чины не считают это за преступление. Здесь много таких, как я, просто гниют и дохнут от голода. Это наша тюрьма и могила. Так же это место для тех, кто идет против страны или совершивших вероломство как ты. Хотя для последних последнее место - виселица.

Если убивать всех и каждого, то работе не будет конца. Лучше держать всех опасных преступников здесь и заставлять их тела гнить.

Если подумать, то Лоренс только сейчас заметил антисанитарию и неприятный запах. У него не было времени на сентиментальности и поэтому, пока он страдал, то и не заметил, как привык к глубинам этого места.

Собеседник вновь проговорил.

– Ну так что, каково это - с принцессой кувыркаться?

– Заткнись! Я ничего с ней не делал.

Отчасти это была правда, а отчасти, ложь, которая заставляла парня противоречить самому себе.

Погрузившись в раздумья над тем, что происходило, парень постарался не дать болтливому собеседнику возможность надоесть.

Звуки шагов сменили интерес мужчины и первое, что тот произнес было:

– Что-то рановато для жрачки! Неужели кто-то пришел нас навестить?!

От интереса мужчина повернулся, чтобы присмотреться. Но в конечном итоге смог лишь немного разглядеть в коридоре силуэты. Парень сразу приметил массивность соседа по тюрьме, понимая кем тот является по расе.

Тролль присвистнул, видя всю ту картину.

– Ого, сама принцесса пожаловала! Вот это да!

***

Он ощутил надежду. Казалось, парень будет казнен и лишен всего самого ценного в этом мире. Однако та, кто пообещала ему помочь, явилась. Та, кого он признал, пришла за ним. Он был рад.

Так он думал в ту секунду, но стоило увидеть в голубых глазах холод, как парень напрягся. Вдобавок, за спиной девушки стоял черноволосый парень Ричард Амотерия. Тут же помрачнев, Лоренс посмотрел на Генриетту, готовясь к самому худшему.

По крайней мере, так подсказывало ему сердце. Он в какой-то степени надеялся на то, что она ему поможет, но чувство тревоги переполнило все естество парня.

– Как ты, Лоренс?

– А разве не видно? По-моему, кое-кто обещался разрешить подобный вопрос.

– М-м-м... точно, помнится я такое обещала.

Генриетта меланхолично начала вспоминать прошедший вечер и ночь. Она сладко улыбнулась, глядя на парня. Прикрыв глаза, Генриетта вздохнула.

Наклонив голову вбок точно так же, как и всегда, девушка произнесла:

– Да, я с этим разобралась, отложив твою казнь на завтра.

– Что?

Парень не мог поверить в сказанное.

Первая половина фразы принцессы даровала надежду юноше, и он подумал, что все будет кончено. Его простят, его выведут из тюрьмы и этот инцидент скроют, но реальность была иной. Она жестоко и безжалостно прошлась по наивному сердцу юноши.

Как себя морально не готовь, как не настраивай к жгучей боли, все равно будешь страдать.

Лоренс провалился в пропасть. Он не знал, как реагировать и что делать. Вот только с его уст непроизвольно сорвалось всего одно слово:

– Почему?

– Потому что надоело играться. Это было здорово, что благодаря Ричарду у меня на месяц появилась замечательная игрушка. Расколоть тебя было сложно, а загнать вглубь сердца практически невозможно. Поэтому загнать тебя в свои сети и тут же раздавить было потрясающей идеей. Благодаря тебе я испытала много эмоций.

Парень не знал, что и говорить. Прямо сейчас он испытывал самые отвратительные эмоции. Его сердце разрывалось от сказанных слов. Ему хотелось провалиться под землю от собственной глупости.

Получается, принцесса все это время лишь игралась с ним? Весь этот месяц она старалась надавить на него, дабы тот сломался, но из раза в раз терпела поражение.

Поэтому она и позволила стать ближе к ней.

Хочу, чтобы он был дворецким – чтобы влиять на него как можно сильнее. И как только это желание было исполнено, запустился жестокий механизм.

Словно затаившийся тигр, Генриетта медленно собирала по крупицам информацию о Лоренсе. Изучала каждое движение и действие, и, воспользовавшись женским шармом, пробила его оборону.

Она сделала вид, что он ей нравится, провоцировала его ради того, чтобы собрать компромат и наконец сыграла крупный спектакль, в котором вышла жертвой. Даже умершие солдаты, как оказалось, являлись членами антикоролевской фракции и просто не могли упустить такую возможность.

Учитывая характер принцессы, Лоренс осознал, что она могла довести стражников до ручки и тем самым заставила их ополчиться против короны. Те, кого он убил собственными руками, были лишь невольными инструментами во всем этом спектакле.

 – Честно говоря, поначалу я не питала к тебе никакого интереса, но узнав от Ричарда что ты раб, мне в голову пришла идея. Почему бы не повеселиться со столь занятной игрушкой? Спасибо тебе за вчера. Это было весело, я никогда тебя не забуду.

– Ха-ха-ха-ха!

От бессилия парень рассмеялся, отчего у людей появилось сильное волнение и недопонимание.

Он смеялся от отчаянья, захватившего его сердце. Он снова наступил на те же грабли. Снова был одурачен и снова обманут. И стоящий за спиной девушки человек был так же во всем этом замешан.

– А я все гадал, почему именно я стал просто иигрушко? Дурак - вот кто я.

Дурак. Всего одной фразой парень описал свое состояние.

Дурак из-за того, что поверил красивой девушке. Дурак из-за того, что не заметил обмана. Дурак по причине того, что поддался желаниям и попался в ловушку.

– Ну, не стоит себя так обижать. Все же ты подарил мне замечательный месяц. Ричард, открой мне дверь.

– Уверена?

– Да, прежде чем все закончится, я хочу сделать кое-что. Тем более, его хорошенько побили и даже сломали кости на ногах и руках.

– Жестока, как и всегда, моя дорогая Генриетта.

Эти слова стали новым колом в сердце юноши, и он даже не мог сопротивляться. Он позволил себя развернуть и приподнять грязную рубашку.

На спине виднелась печать раба. Печать, которой клеймятся дети, рожденные в общине рабов. Когда ребенок рождается в таком сословии, на него накладывается несмываемая печать, которая растёт точно так же, как и тело ребенка.

Вечное напоминание о том, кто он есть.

Достав волшебную палочку Генриетта создала огонь и выжгла на теле парня слово «Свинья».

Спину обожгло, а боль заполнила все. Он пытался вырваться, но не мог и поэтому все что он мог делать это кричать от боли и от жаркого огня, что выжигал на его спине это жестокое слово.

– Раз родился бесправной свиньей, то ты должен быть свиньей.

В этот раз парень стиснул зубы. Стресс, что он испытал, исчез. Теперь на его месте появился гнев.

Вы… значит я для вас всего лишь игрушка!!!!

Зубы впились в губы, и небольшая струйка крови начала стекать по подбородку. Повернувшись на спину, он смотрел на ту, кому доверился и кого полюбил. На ту, кто растоптала все его чувства.

– Генриетта, ты...

– Я? И что я? Гениальная и непредсказуемая? Ты ведь это хочешь сказать?

– Ты шлюховатая свинья!

Вместе с этим криком парень плюнул девушке в лицо.

Поражённая тем, что по ее прекрасной щеке стекает плевок, девушка не знала, что и сказать. Низость, самая настоящая низость и самая большое неуважение.

– Вот черт! Если бы я знал, что все будет так, то отжарил бы тебя в тот момент, когда ты предлагала на ручках себя потащить! Всяко лучше, чем в кустах клещей да муравьев гонять! Нет, я бы тебя так оприходовал, что месяц бы ходить не могла, а потом бы и брюхо вздулось! Вот бы был скандал! Да что там скандал, ты бы так была унижена, что и после смерти б не отмылась от такого позора! Самое то для такой потоскухи !

– Нахальная мразь!!!

Громкий крик девушки прошёлся по тюрьме.

Оскалив молочно-белые зубы, Генриетта приподняла подол платья и пнула парня в бок. Боль прошлась по всему телу Лоренса, и он, вскрикнув изогнулся в спине сделав тем самым большую ошибку.

Разозлённая таким действием девушка грациозно и жестоко со всей доступной силой топтала его лицо крохотной ножкой. Яростный крик заполнил стены огромного кладбища пугая смертников, духов и неупокоенные души.

– Неблагодарный! Я столько для тебя сделала! Позволила себя коснуться, находиться рядом, даже кокетничала чтобы твои мысли были только обо мне! Я стала той, кого твоё сердце полюбило! А ты вот как мне отплатил?! Я благородно позволила тебе умереть через отрубание головы, вместо пытки червями или четвертованием лошадьми. Неблагодарная свинья! Грязное чучело, которому я отдала на сутки всю себя! Нельзя было хоть немного пойти на мои требования?! Я столько сил вложила в эту игру и все, что встречаю, это неблагодарность грязной свиньи!

– Генриетта!

– Чего ещё?!- рыкнула девушка в сторону Ричарда. Тот лишь изящно поклонился и произнёс:

– Если вы продолжите, то ваше прекрасное платье будет в крови. Прекрасные ноги ее высочества уже испачканы кровью этого раба.

– …

Девушка пару секунд смотрела на рыцаря, после чего перевела взгляд.

Она увлеклась.

Не сдержав эмоций, Генриетта начала топтаться по парню. Прекрасные туфли были красными, а капли крови перепачкали как ноги, так и платье.

Приглядевшись в сторону игрушки, она увидела, как тот еле дышал. Челюсть и зубы были переломлены, в то время как нос извергнут под неестественно углом.

Юноше даже не дали шансов на сопротивление.

Вздохнув принцесса развернулась.

– Ричард, мы уходим. Нужно подготовиться к завтрашнему событию.

– Ты уж прости, но раб как был рабом так им остался. Твоя вина, что не усвоил урок, который я преподал в Академии.

Сказав это, парень вышел из камеры, запер её и быстрым движением поспешил за девушкой.

***

Лоренс был морально раздавлен. Им снова воспользовались как игрушкой. И от этого юноше было больно. Он не мог ничего сделать. Не мог пошевелиться.

Все что мог сделать парень - лишь лежать избитый и израненный, заливаясь слезами. Он хотел провалиться под землю, как и в тот день. Он хотел, как можно дольше скрывать свое происхождение, но мир снова втаптывал в грязь, указывая на его место.

– Слушай парень. Не повезло тебе… кто бы мог подумать, что принцесса об тебя ноги вытрет. Мне даже жалко тебя как-то стало.

Видевший все это собеседник от начала и до конца не мог сам смириться с тем, что парень стал игрушкой этой твари.

– Будь я сейчас свободен, то смог бы помочь хоть чем-то, но к сожалению, я ничем не могу сделать - честно заявил тролль. Вот только от этого Лоренсу не было ни горячо, ни холодно.

Он был раздавлен и разбит. Человек, которому он доверился, предал его. Он впервые почувствовал, что сможет забыть о статусе навсегда, но все же этого не произошло.

Сказка про Золушку всего лишь сказкой. И такое нельзя было принять за чистую монету. Особенно умирая из-за переломов на лице и перекрытых дыхательных путей.

Однако тихие шаги прервали тишину.

Некто в чёрной робе спустился к камерам с пленниками и неспешно прошагал вперёд. Остановились возле камеры с избитым до полусмерти пленником, тень остановилась.

Тролль осторожно присмотрелся. Некто, скрывавший свою личность, достал из кармана кристалл исцеления и протянул его через решётки.

– Исцели.

Всего одной командой неизвестный активировал кристалл.

В зависимости от качества, кристаллы исцеления могли спасти любого в пределах дарованной дарами силы.

Незнакомец, скорее всего, не пожалел денег, дабы излечить лежащего на полу Лоренса.

Мягкий свет окутал парня, вернув его лицу привычный вид, попутно восстановив сломанные кости. Такова сила высших даров исцеления.

Слегка поморщившись, Лоренс слабо приподнялся.

– И что же ты сделал на этот раз?

Спросил его Юльман, снимая капюшон.