— Ага, — произнесла я и снова, срывая горло, крикнула: — Ваше лордство, тут какая-то баба говорит, что она ваша невеста… Проводить к вам?

В кабинете лорда что-то грохнулось на пол, а у меня в кармане юбки завибрировал телефон. Так как Бальтазар не отвечал, я потянулась за телефоном, предварительно все же выгрузив пакеты на стол, и с удивлением воззрилась на экран.

— Э-э-э? — поднесла трубку к уху, нажав на «прием».

— Гони ее в шею, Таша. И на будущее — невесты у меня нет. Еще не имеется матери, тетушек, сестер и кузин. Только не груби ей, это племянница верховного мага Скатерры.

— Ок, — ответила шефу и сунула трубку обратно в карман. — Э-э-э... В общем, дело такое, лорд Кроу отбыть изволили по делам. В ближайшие годы не вернутся.

— Что? — не поняла дамочка.

— Нет его на месте, что непонятно-то? — ответила ей, подходя ближе, и, подхватив под локоток, безошибочно развернула посетительницу в сторону синей двери. — Он, конечно, очень переживал, что не сможет с вами встретиться в ближайшее время, но обещал лет через пятнадцать обязательно вернуться и наверстать упущенное. А сейчас советую вам не тратить эти годы впустую и развлекаться на полную катушку.

— Вы думаете? — похлопав белесыми глазами, спросила бледная моль.

— Ну конечно! Вы так молоды и красивы, а пока лорд Бальтазар вернется... Зачем время зря терять? Молодость проходит, кожа увядает, а целлюлит на бедрах растет, — доверительно обратилась к ней.

— Что растет? — охнула та.

— Целлюлит! Ну, право слово, сами подумайте, чем больше целлюлит, тем шире пропасть между вашими сердцами…

Тараторя эту откровенную ерунду, подвела бледную дамочку к двери и, открыв ее, вытолкнула гостью за порог. Дверь закрылась сама, прямо перед ее носом, а дверной замок вспыхнул синим светом.

— Ушла? — послышалось у меня за спиной.

Развернувшись, я с удивлением уставилась на осторожно выглядывающего из-за приоткрытой двери Кроу.

— Угу, — кивнула мужчине и направилась к столу, все еще находясь в странной прострации от произошедшего. Так глупо я себя никогда не чувствовала, хотя и привыкла общаться с хамоватыми мужиками, наглыми посетителями и скандальными секретаршами. А тут влюблённая тетка.

— Лорд Кроу, а таких, — я махнула в сторону синей двери, — много?

— Много, к сожалению, — кивнул маг.

— А нормальные посетители будут? — с надеждой спросила, уже развернувшись обратно к столу и вытряхивая из пакетов свои покупки.

— Будут разные, Таша.

На этом мое боевое крещение состоялось и потекли обычные рабочие будни. Впереди меня ожидала большая работа по разборке документов.

Я освободила пару коробок, просто вытряхнув бумаги на пол в огромную кучу. Решила начать с самых простых категорий, по которым буду раскладывать эти залежи: «приказы», «прошения (заявления)», «доносы (отчеты)» и «прочее».

В прочее отправлялось все то, чему я не могла дать четкое определение и отнести к одной из указанных категорий. Часто бегала к Бальтазару, прося уточнить, о чем в той или иной бумаге указано, так как буквы прямо на глазах словно муравьи перед грозой разбегались по документу. Оказалось, это особо секретные отчеты, и прочитать их может только тот, кто составлял или кому они адресовались. Так у меня появилась новая коробка с категорией «секретно».

Под конец того же дня, заполнив до отказа одну из коробок, я снова постучалась к Бальтазару с просьбой достать и освободить мне еще коробку, так как в первой места уже не осталось. На что удивленный мужчина, пройдя в приемную, отреагировал странным, но должна сказать, правильным образом — наложил на коробки заклятие расширения чего-то там.

— Вы прямо Гермиона Грейнджер, — уважительно протянула.

— Кто? — Кроу с недоумением воззрился на меня.

— Ну, рыжая девочка такая… — не подумав, ответила ему и с удивлением уставилась на громко захлопнувшуюся дверь его кабинета.

Со временем гора из наваленного у стены архива документов исчезла полностью, уступив место красивым стеллажам с «оволшебленными» папками — хранящими в своих недрах тысячи бумаг. Также в моем кабинете все чаще стал появляться и тот самый сенс Алви.

В первые дни осторожный парень, стараясь не привлекать моего внимания, проскальзывал к Бальтазару, появляясь то из-за синей, то из-за красной двери. Через неделю такого партизанского хождения я решила, что пора знакомиться с ним ближе, и попросила помощи.

Так, слово за слово, я разговорила мою бывшую жертву. Не сразу, конечно, но со временем мы начали плотно общаться, чему я была несказанно рада. Все дело в том, что лорд Бальтазар старался со мной не пересекаться, не общаться и вообще держался максимально отстраненно и холодно.

Нет, конечно, когда он вызывал меня — это одно. Тут Кроу всегда обращался максимально доброжелательно, если это слово можно применить по отношению к нему. Но стоило мне только обратиться напрямую, то первая реакция была всегда одинаковой — дергающаяся бровь, трепещущие ноздри его выдающегося носа и почти белые радужки, хотя в остальное время они светло-серые. И когда только я их разглядеть успела?

Обеденный перерыв всегда проходил на половине лорда Кроу в огромной столовой. В первый месяц мы обедали вдвоем в этом странном, просторном помещении. Единственное, что меня радовало — сама еда, а все потому, что сам лорд ел быстро, молча морща свой «идеальный» шнобель. Нет, я не чавкала, не хлюпала и даже вилку держала в левой руке, а нож в правой. Но все равно его коробило от моего присутствия. Целый месяц я питалась под его недовольным и кислым взором без возможности покинуть помещение. Оказывается, этот пункт тоже был в договоре, а я его отметила среди других.

Как только я смогла наладить общение с сенсом, наши обеды преобразились, и теперь мы сидели в этом холодном помещении втроем, даже в какой-то степени общаясь. То есть я говорила с Алви, а Алви с Кроу. Но напрямую Кроу со мной за обедом разговаривать не хотел и любые попытки обратиться к нему в это время пресекал своей хмурой миной.