Глава 19: Тихий океан и рыбацкая удача

Тело всё ещё ныло после оркского побоища, но боль стала глухой, фоновой, как напоминание о прожитом дне. Давид собирался медленно, с расчётом. Сумка: мультитул, фляга с водой, лазурный фрукт, кусок оркского мяса, завёрнутый в кожу. Отдельно — прочная струна с летающих островов («металлический шёлк») и небольшой моток обычной верёвки. Копьё взял. Кинжал на поясе.

Дверь открылась в беззвучие.

Не полную тишину, а ровный, мерный шорох — бесконечное дыхание океана. Давид стоял на небольшом плавучем острове, едва больше комнаты. Его поверхность была плоской, покрытой плотным, упругим мхом и несколькими низкорослыми, корявыми деревцами с кожистыми листьями. Вокруг, во все стороны, до самого слияния с небом, простиралась вода. Воздух был влажным, солёным, тяжёлым. Ни ветра, ни птиц. Только вода и небо.

Мир бесконечного океана. Мир, где выживание зависело от того, что ты сможешь достать из этой бездны.

Первым делом — разведка. Он прошёлся по периметру острова. Деревья были крепкими, корни вплетались в саму основу острова — плавучее переплетение растительных волокон и, возможно, камня. По краям вода была прозрачной, и уже на глубине в пару метров он увидел первую рыбу — небольшую, серебристую, с огромными, чёрными глазами. Она проплыла лениво, не обращая на него внимания.

Потом появились другие. Стайки мелких, похожих на сельдь. Одиночки побольше, с длинными плавниками. А дальше, в синеве глубины, мелькнули тени. Большие. Очень большие. Огромные, плавные силуэты, размером с лодку, медленно патрулировали бездну под ним. Они не поднимались к поверхности, но их присутствие ощущалось — как тихое, постоянное давление. Это был их мир. Он был здесь гостем. Или возможной добычей.

Задача была ясна: вода у него была, еды — почти нет. Оркское мясо — ценный ресурс, но его надо сохранить. Нужно ловить рыбу.

Он взял своё копьё. Остриё, заточенное перед миром орков, было острым, но для гарпуна — слишком толстым. Он достал мультитул, выбрал маленькую пилку и начал аккуратно выпиливать на кончике шеста зазубрину, чтобы добыча не соскальзывала. Работа была кропотливой, но медитативной. Пока он пилил, наблюдал за водой.

Потом — леска. Прочная струна с летающих островов была идеальной — тонкой, невероятно крепкой, почти невидимой в воде. Он отмерил около пяти метров, один конец привязал к основанию шеста, чуть ниже острия, крепким морским узлом, который когда-то видел в книге. Второй конец оставил свободным — к нему нужно было привязать крючок.

Крючка у него не было. Но был мультитул с тонкими отвёртками и шилом. Он взял и заточил кончик шила на камне, получив подобие острого жала. Привязал его к леске, оставив небольшой загиб. Примитивный, но острый крючок. Наживка — кусочек оркского мяса, жилистый и пахучий.

Рыбалка началась.

Первые полчаса ничего не происходило. Он сидел на краю острова, свесив ноги в прохладную воду, держа копьё-удочку. Наживка колыхалась в метре под поверхностью. Мелкая рыба подплывала, обнюхивала, уплывала. Крупная игнорировала.

Потом леска дёрнулась. Сначала слабо, потом — резко, с силой. Давид едва не выронил шест. Что-то клюнуло. Не огромное, но сильное. Он начал вываживать, чувствуя, как дрожат его ещё не оправившиеся после боя мышцы. Рыба сопротивлялась, тянула в глубину. Он упёрся ногами, медленно, понемногу подтягивал. Наконец, у самой поверхности, мелькнула серебристая боковина — рыбина размером с его предплечье, с маленькой, но зубастой пастью. Он резко подсек и выбросил её на мох. Она билась, хлопая хвостом.

Первая добыча. Не монстр, но еда.

Он оглушил её обухом мультитула, потом аккуратно, вспоминая картинки из книг, распорол брюхо, вынул внутренности и выбросил их за борт (мелкая рыба тут же набросилась на угощение). Промыл тушку в воде. Мясо было белым, плотным. Он отрезал несколько маленьких кусочков для новой наживки, остальное завернул в крупный лист.

Теперь у него была и наживка, и еда. И некоторый азарт.

Вторую рыбину он поймал быстрее. Третью — ещё быстрее. К полудню у него было уже четыре тушки разного размера. Он сделал перерыв, съел лазурный фрукт, запил водой. Силы возвращались.

Потом он решил потренироваться. Гарпун из шеста был хорош, но требовал точности. Он отвязал леску, оставив только заострённое, с зазубриной остриё. Подошёл к месту, где у самого берега кружили мелкие, шустрые рыбёшки, размером с ладонь.

Первый удар промахнулся на полметра. Второй — чуть ближе. Вода искажала расстояние, рыба была быстрой. Он успокоил дыхание, сосредоточился. Вспомнил удары копьём в мире орков — не сила, а точность. Третий удар — и шест пронзил воду, пригвоздив серебристую рыбку ко дну. Он поднял её — маленькая, но победа.

Он потратил на это больше часа, поймав таким образом ещё пять мелких рыбин. Рука, державшая шест, стала твёрже, глаз — зорче. Это была не тренировка силы, а контроля.

К вечеру, когда небо начало розоветь на одном краю горизонта, он развёл маленький костёр из сухих веток и коры с деревьев. Использовал зажигалку-камушек. Огонь был крошечным, но достаточным. Он нанизал две крупные рыбины на очищенные прутья и поджарил их над углями, немного присыпав солью. Запах был божественным — дымный, морской, сытный. Он ел медленно, смакуя каждый кусок, чувствуя, как горячая, жирная плоть наполняет его силой. Остальную рыбу закоптил на том же огне, подвесив над дымом — запас на будущее.

Перед самым закатом он сел на краю острова, глядя, как гигантские тени в глубине начинают подниматься ближе к поверхности, привлечённые, возможно, запахом крови и дыма. Одна из них проплыла так близко, что он увидел её бок — тёмно-синий, с бледными полосами, огромный глаз, холодный и умный. Они смотрели друг на друга через толщу воды. Существо не проявляло агрессии. Оно просто наблюдало. Как и он.

Усталость была приятной, трудовой. Руки пахли рыбой и дымом, мышцы горели от непривычной работы — вываживания, ударов, разделки. Но внутри царило спокойное удовлетворение. Он не боролся. Он обеспечивал себя. В этом мире он был не жертвой и не воином, а рыбаком. И этого было достаточно.

Он потушил костёр, разбросал угли. Собрал свои трофеи: закопчённую рыбу, свёрток с солью, снасти. Посмотрел на темнеющий океан. Пора.

Он уселся на упругом мху, закрыл глаза. Желание вернуться пришло мгновенно.

Вечер в комнате пах дымом и морем. Он разложил закопчённую рыбу, проверил снасти. Леска была цела, «крючок» немного погнулся, но был ещё годен.

Сначала — короткая, восстанавливающая зарядка. 50 отжиманий (грудь ещё болела от удара орка, поэтому делал аккуратно), 80 приседаний, много растяжки для спины и плеч. Потом ­­— упражнения с шестом , не тычки, а плавные, точные движения.

Ужин — кусок закопчённой рыбы. Запил водой. Вкус был концентрированным, дымным, совершенно иным после свежей жареной рыбы.

В блокноте он сделал подробную запись, с зарисовками рыб и схемой своей импровизированной удочки:

——————————

Локация: Мир бесконечного океана (остров).

Угроза: гигантские глубинные существа (пока пассивны). Отсутствие ресурсов на острове. Риск упасть в воду.

Ресурсы: рыба (свежая и копчёная).

Опыт: Работа с водой, создание инструментов. Наблюдение за крупными морскими формами жизни без контакта. Тренировка точности (поимка мелкой рыбы).

Вывод: Важно уметь превращать то, что есть, в то, что нужно. Даже копьё может стать удочкой, а чужое мясо — наживкой для твоего ужина.

——————————

Он положил блокнот, потушил свет. Лёг спать, и сон его был ровным и глубоким, как океан в штиль. Перед глазами всё ещё медленно проплывали огромные тени, а в ушах стоял шорох набегающих на берег волн. Завтра — новая дверь.