Табака в песочнице нет, но смолить травяные самокрутки система Диса не запрещает. Более того, это направление выросло в отдельную отрасль, и каждый день травники выкидывают на рынок новые разработки с различными положительными эффектами. И хотя длятся они недолго, но помогают не испытывать угрызений совести из-за вреда курения тем, кто не способен избавиться от психологической привычки что-то поджигать и затягиваться.

Попрощавшись с Патриком, я поймал на себе взгляд бригадира рудокопов. Он кивнул и поднял руку, то же самое сделали остальные за его столом. Я махнул им в ответ и, лавируя между танцующими в сигаретном дыму игроками, пересек общий зал. Чуть не врезавшись в выходящую с кухни официантку с полным подносом, я поднялся по лестнице на второй этаж.

В своей личной комнате я пополнил сундук деньгами, полученными от Неда за продажу зелени, и полностью освободил инвентарь. По-хорошему, стоило вложиться во что-то повместительнее моей базовой сумки новичка, но стоимость даже обычных, на шестнадцать слотов, хранилищ начиналась от пяти золотых, и причем это безо всяких бонусов на снижение веса, не говоря уже о магических защитах на дроп содержимого после смерти. В общем, это из разряда «очень важно, но пока недоступно».

Стратегия прокачки на вечер и грядущую ночь родилась еще до разговора с Патриком. Мраколесье и край мурлоков на западе отпадали — там слишком оживленно. Идти в горы — совсем не вариант, как и в Болотину. Вряд ли я смогу достаточно эффективно сражаться с тамошними высокоуровневыми мобами. Если я правильно понял механику расчета меткости и урона, и то и другое снижается на 10% за каждый уровень выше моего. Скажем, по мобу на шестнадцать уровней выше я просто не буду попадать. А если ты мажешь, то и прием не прокачивается.

Исходя из этого, орудовать я решил в подземелье. Там никто не увидит моих чудесных преображений при срабатывании Метки, лучше лут и, в конце концов, мне не надо будет далеко ходить.

Сначала я подумывал о том непроходимом инстансе в Олтонских каменоломнях — «Зло из глубин». Но, все взвесив, от этой идеи пока отказался. Конечно, куча потенциальных достижений и зревший там годами лут манили почище бархатных полушарий Перевес, но…

Но мобы там высокоуровневые — это во-первых, и проходить тот инст я могу целый месяц, учитывая вышесказанное про урон и меткость. Во-вторых, я все-таки решился идти туда с «дементорами», хотя они об этом пока и не знают. Ну и в-третьих, меня же жаба задушит! Хомяк на груди рубашку будет рвать! С сумкой на восемь слотов мне придется оставить там большую часть лута! Ну на фиг…

Так что я выбрал другое подземелье. После исчезновения «Подвала храма Нергала Лучезарного» единственным инстансом в городе осталась «Городская тюрьма Тристада».

Из того, что мне удалось выяснить во внутриигровой энциклопедии, стало понятно, что там три босса: безумный ученый-гном, коварный гоблин из Лиги и настоящий драконид — покрытое чешуей существо на четырех лапах и с двумя руками.

Прорыв Бездны произошел несколько лет назад в правом крыле тюрьмы. В том самом, где отбывали срок за самые тяжелые преступления. Бывшие заключенные и до того не были паиньками, а с помутившимся рассудком и мутациями тела и вовсе стали серьезной угрозой для города. Поселение спас столичный высший маг, по каким-то своим делам проезжавший через Тристад.

Однако маг слишком спешил, чтобы зачистить тюрьму и запечатать портал, а потому просто зачаровал все правое крыло, переместив его в отдельный пространственный карман. Городские головы почесали затылки, но строить новую тюрьму не стали, оставив все как есть.

В самом деле так было, или это просто легенда, объясняющая появление такого инста в песочнице, не суть. Данж не самый сложный — на 10-й уровень, и его успешно проходили многие поколения игроков. А те сменялись каждые два года, учитывая, что «выпускники» песочницы уходят в большой мир, достигнув шестнадцати.

Риска почти никакого, и единственное, что мне могло помешать — если данж будет кем-то занят.

Стоило мне об этом подумать, подходя к тюрьме, как именно так и получилось. У портала в инстанс, переливающегося оттенками зеленого, оказалась группа игроков, ожидающих своих товарищей. Три разномастно и дешево одетых персонажа — два парня и девушка, все 8-го уровня — сидели на траве и о чем-то переговаривались. Надпись над их головами гласила, что это члены клана «Коты Шредингера».

— Привет! — сказал я. — Вы в инст?

— Скорее из него. Ждем танка и хила, — ответил высокий худощавый парень по имени Теллер. — На Фераксе легли, ему оставалось меньше 10%!

— Может, еще попробуем? — предложила девушка.

— Нет, Планка, мне уже пора выходить. Дождемся наших и офф. Ты как, Юкава?

— Да, мне тоже надо выходить, пока отец не врубил экстренный выход, — сказал третий, плотный азиат в кольчуге и с луком. — Завтра контрольная по алгебре.

— О боже! Кому нужна алгебра? Зачем она нам? — захныкала Планка.

— Всем нужна, не ной, — проворчал Теллер. Судя по одинаковой фамилии, они с Планкой брат и сестра. Он посмотрел на меня и прищурился. — А ты с какой целью интересуешься, Скиф? Здесь на твой уровень квестов нет. Тем более тебе нечего делать в инсте.

— Квесты? На инстанс выдают квесты?

— Ты как с Луны свалился! Начальник тюрьмы Купер не теряет надежды вернуть правое крыло в свое распоряжение. — Он показал мне на дальнюю дверь, ведущую в административный блок здания. — Купер всем выдает задания: на головы боссов, на зачистку всего крыла, на закрытие портала в Бездну… Только тебе еще рано об этом думать. Видишь, мы впятером на 8-м не смогли.

— Да я так, просто интересуюсь. — Я развел руками. — Долго не играл и сейчас, по сути, заново изучаю город. Смотрю, где и что.

— Ясно. Ну удачи тебе… Оп-па! — Он уставился на что-то прямо собой. — Наш танк Мозли лег, все, капец! И Борн тоже! Тряпка… Ладно, пойдем к кладбищу, ребята, встретим наших, оценим потери…

Разочарованно галдя, они встали и направились к месту воскрешения. Я проводил их взглядом, а сам направился получать квест.

Доска объявлений у главного входа в здание напоминала кадры из вестернов. Плохо нарисованные портреты преступников с надписями «Особо опасен!», «Разыскивается!», «Живым или мертвым!» шли внахлест по всей площади и пестрили изображениями самых разных тварей, обитающих от океана до Болотины. За голову лидера нагов — змеелюдей с побережья — обещано сто золотых! А вот объявление с Крушителем перечеркнуто красным — «Убит».

Эти квесты можно было получить автоматом, и я на всякий случай собрал все, забив список заданий. Но прежде всего меня интересовали те, о которых говорил Теллер.

Уверенно открыв дверь, я зашел внутрь и сразу наткнулся на стража — полного латника с закрытым забралом шлема. Положив руку на рукоятку меча, он спросил:

— Куда?

— К начальнику тюрьмы.

— Не положено, — ответил тот, смерив меня взглядом.

— Я насчет правого крыла. Хочу спросить, нет ли у начальника каких-нибудь поручений?

— Поручений? Для тебя? — изумился стражник и расхохотался. — Древник, Жлоб! Парни, вы только посмотрите на этого голодранца! Собрался в правое крыло! Ха-ха-ха!

— Постой, Марио! — тихо, но весомо молвил седой стражник без шлема, и хохот сразу прекратился. — Кто знает, какая сила скрывается в этом с виду неказистом пареньке? Как тебя зовут, боец? — обратился он ко мне.

Вопрос был странным, потому что неигровые персонажи всегда знают твое имя. Это механика мира: они живут, воспринимая все эти уровни, очки опыта и репутации, скиллы и характеристики, подсказки интерфейса и цифры урона как нечто само собой разумеющееся. Это был один из самых ключевых вопросов первых виртуальных миров, и в какой-то момент, когда скрипты персонажей сменил искусственный интеллект, движение за права неигровых персонажей добилось своего. Неписей уравняли с игроками по части доступной информации. Разве что перерождения они не получили, чтобы не нарушить реалистичности. Агрессивные мобы респаунятся, а вот ключевые неписи — нет.

— Меня зовут Скиф. Я и сам знаю, что пока не очень-то готов к встрече с теми тварями, что населяют правое крыло, но кто мне может запретить рискнуть своей головой?

— Ты прав, сынок, — сказал Древник. Он похлопал меня по плечу и перевел взгляд на Марио: — Пропусти его.

Тот не стал спорить со старшим и показал на коридор:

— Последняя дверь справа. Говори с господином Купером четко и по существу.

— Спасибо.

Я уже прошел мимо них, но сзади меня окликнули. Седой стражник придвинулся, подмигнул и едва слышно прошептал:

— Спасибо за Мэнни.

Сначала я даже не уразумел, о чем он, а потом соотнес одно с другим. Древника отыгрывал негражданин? Так же, как Дарго — Клейтон? Ну дела! Похоже, корпорация не остановилась на враждебных мобах и начала внедрять людей, чтобы отыгрывали таких NPC, как стража Тристада.

Я вспомнил стражника Гейла, который хотел отпустить меня за медяк, то есть за взятку. Уж слишком человеческим было его поведение, когда он вел меня к судье за порванное платье Висты!

Мысль осела в подсознании, пока я шел к кабинету начальника тюрьмы. Не увидев никаких опознавательных табличек на двери, я просто постучал.

— Войдите, — раздраженно ответили изнутри.

В тесном кабинете, зарывшись в горы бумаг, сидел суровый лысый мужчина — начальник тюрьмы Купер. Он поднял голову, моментально считал мой уровень и экипировку и поморщился.

— Говори! — рявкнул он.

— Добрый день, господин Купер! Нет ли у вас для меня поручений? Я собираюсь в правое крыло…

— Нет, — ответил он и тут же забыл обо мне, погрузившись в изучение бумаг на столе.

— Но, может…

— Древник! — заорал начальник, не поднимая головы. — Почему посторонние в моем кабинете?

Ничего не понимаю! Теллер говорил, что квесты выдаются всем, но со мной даже говорить не стали!

Появившийся Древник рассыпался перед шефом в извинениях и, подхватив меня под руку, вывел из кабинета.

— Низкая репутация с городом, — пояснил он. — И я, дурак, сразу не догадался посмотреть. Ты социалкой вообще не занимаешься, Скиф?

— Социалкой? — Я остановился. — Нет. А вы, простите… человек?

— Самый что ни на есть! — воскликнул Древник, подмигнул и покачал головой. — А что, разве я похож на гнома?

— Показалось… — Я кивнул, поняв, что он не хочет или не может говорить о том, кем является на самом деле. Возможно, та же история, что и с моим статусом «угрозы». — В любом случае спасибо за то, что пытались помочь, господин Древник!

Я покинул административный блок, чувствуя на себе пристальный взгляд седого стражника. Интересно, как ему так играется? В праве ли он уволиться и заняться чем-то иным? Полный ли у Древника контроль над вроде бы неигровым персонажем? Вопросов много, а ответов — почти никаких. И единственный человек, который мог бы помочь, — тот карлик из Калийского дна.

Впрочем, это было обычное любопытство, и я забыл о странном стражнике Древнике, едва зашел в данж.