Понаблюдав с минуту за его бурной реакцией, Дина торжествующе расхохоталась: «Ты никогда меня не получишь, тварь. Сожалей о том дне, когда лишил меня невинности. Плачь, скули, умоляй меня прекратить! И тогда я подумаю, как поскорее оборвать твою жалкую жизнь…»

Пытаясь успокоить участившееся от возбуждения дыхание, Кён тихо произнёс в ответ:

«Дина, пойми уже, что я ни о чём не жалею. Если бы у меня была возможность пережить те дни заново, то я бы сделал все то же самое, даже зная, чем всё закончится. Почему? Да потому что я тебя люблю!»

Девушка обескураженно отшатнулась, изумлённо воззрившись на юношу. В груди её зародилось странное, но очень знакомое чувство. Да, также было, когда первый хозяин хвалил её за хорошую работу, в то время, когда она была… счастлива.

Дина отказывалась испытывать подобные чувства к этому мерзавцу. Она крепко сжала кулаки от нахлынувшего негодования. Чёртов ублюдок не против такого исхода?! Он ни о чём не сожалеет, потому что влюблён?! Паскуда! Выходит, она зря потратила время?! Зря унижалась тут на радость его глаз?!

«Ты заплатишь за свои слова…» – дрожащим голосом прошептала она и резким движением сорвала с него обрывки штанов с трусами. Пред глазами предстал бордовый монстр, полный сил и желания. Один лишь его вид наполнял её ни с чем не сравнимым омерзением, а от запаха в горле появился комок. Она презирала эту твёрдую похотливую штуковину, отнявшую её драгоценную невинность.

Дина оторвала кусок простыни, села на корточки и приставила кинжал к паху ненавистного парня, а затем пристально посмотрела на свою жертву: «Посмотрим, как ты запоёшь, лишившись своего младшего Кёна.»

~Бах~

Внезапно через окно в шею девушки что-то вонзилось.

Дина быстро вытащила смазанный каким-то веществом дротик из шеи. Весь мир для неё в это мгновение словно застыл. Сердцебиение глухим стуком отдавалось в ушах. Она медленно перевела ошарашенный взгляд на Лавра. На его губах расцвела широкая улыбка. Произошедшее явно было его рук дело.

Девушка, не теряя ни секунды, замахнулась кинжалом парню в горло, но держащие его путы резко лопнули, причем все разом. В тот же момент он со всей силы ударил её обеими ногами в грудь, оттолкнув к дальней стене. Во время полёта у служанки вся жизнь перед глазами пролетела.

Ударившись о стену, она почувствовала, как на неё накатывает сонливость. Она не успеет его прикончить… Как же она облажалась. Лучше б сразу убила, зачем только устроила весь этот балаган с танцами? Неужели всё вновь повторится? Она не хотела возвращаться в тот ад… Не хотела быть подстилкой этого чудовища…

Дина дрожащей рукой схватила выпавший кинжал, и подвела его острие прямо к сердцу, но в последний момент остановилась. Почему?! Почему не получается просто убить себя? Почему ей так хочется жить? Ведь весь прошлый месяц она тысячу раз ловила себя на мысли, что, если дать ей пять секунд свободы и кинжал, она без колебаний убьёт себя. А сейчас, после встречи с проклятым насильником, все мысли перемешались. Жажда отомстить ему грела сердце, создавала ощущение, что у неё в жизни еще есть что-то, ради чего стоит жить. Но были ли эти чувства исключительно желанием отомстить?..

В глазах отчаявшейся девушки заблестели слёзы, кинжал выпал из рук. Уже теряя сознание, она прожгла своего мучителя взглядом, в котором смешались ненависть, безнадежность и что-то, о чем она даже не хотела думать. В глазах стремительно темнело. Хотелось бы, чтобы эта тьма длилась вечно…

Спустя, казалось, целую вечность Дина приоткрыла слипшиеся глаза. Зрение прояснилось. Она находилась всё в той же комнате, внутрь слегка задувал прохладный ночной ветерок, руки и ноги не связаны, внизу живота всё в порядке. Что происходит?

Девушка оглядела комнату и увидела сидящего на кровати Кёна – ноги расставлены, голова и взгляд опущены в пол, словно он что-то пытался там отыскать.

Дина резко поднялась на ноги и ощутила хорошо ей знакомую слабость. Дыхание её задрожало, а сердце бешено забилось, как у загнанной в угол лани. Она попыталась на цыпочках покинуть помещение, но тут же услышала раздраженный хриплый голос:

«Сука, ты знаешь, как тяжело найти ингредиенты для ослабляющего яда в час ночи?»

«Что ты хочешь со мной сделать?!» – нервно спросила она.

Кён помолчал, красноречиво осмотрев её превосходное тело хищным взглядом, а затем игриво клацнул зубами. – «Я тебя съем.»

Дина до крови закусила губу. Ей вдруг стало очень стыдно за свое недавнее развратное и совершенно неподобающее поведение… Хотелось провалиться сквозь землю…

«Грязное ничтожество, только попробуй меня тронуть!» – прошипела девушка и рванула к двери, но он моментально схватил её за ногу и потащил обратно.

«А-аа-а-а-а! Отпусти меня, мерзкий ублюдок! Или господин Бай убьёт тебя! Он тебя уничтожит!» – визжала Дина.

«Да мне насрать!» – Кён схватил её за волосы и под пронзительные крики грубо отволок на кровать, прижал к матрасу и крепко впился в губы служанки. Он смаковал вкус её слюны и запах её вспотевшего от страха тела, словно наркоман, который после долгого перерыва наконец дорвался до дозы.

Парню не хватило терпения и сдержанности, чтобы допросить её о местоположении письма. Проклятье не давало сосредоточиться на том, что “нужно”, а заставляло кидаться на то, что “хочу”. С другой стороны, письмо наверняка уже доставлено, так что вряд ли допрос принёс бы результат. Что касается событий, следующих после встречи, то он тоже понятия не имел, как с ней быть. Как уже давно выяснилось, подчинительную формацию Лавр способен наложить только на бессознательного практика на несколько ступеней развитее себя самого, но не более того, иначе провал неминуем. Дина превосходит его в развитии души чуть ли не на две области. Подчинить её своей формацией невозможно!

По щекам девушки скользили солёные слезинки. – «М-м-мм-м-м-мм-мм!» – всё её тело била неконтролируемая дрожь. От её былой надменности не осталось и следа. Сейчас она просто испуганная девушка, которую берут против воли.

Кён отстранился от неё и неожиданно огрел ладонью по лицу. – «Сука, как у тебя только духу хватило покинуть особняк?!» – ещё одна пощёчина. – «Как ты посмела покушаться на мою бесценную жизнь?!» – ещё удар. – «Чем тебе не понравилась роль любимой подстилки будущего императора? Или ты недостаточно умна, чтобы оценить мой потенциал?!» – ещё удар.

От сильных пощёчин щёки Дины горели пламенем. От унижения сплошным потоком капали слёзы, а в глубине глаз тлели искры ненависти.

«Хватит меня бить!..» – запротестовала она. – «Если любишь – отпусти!»

«Закройся нахуй!» – рявкнул Кён и сам заткнул её поцелуем, вновь оттолкнул, что-то со стоном прорычал, огрел ещё раз и вновь страстно впился в губы. Её слёзы и мольбы стали для него лучшей наградой, а сладкий вкус нежных губ будоражил дух и кое-что пониже.

Дина была потрясена. Она уже вообще не понимала, что тут происходит. На неё, высшую служанку, обычно даже взглянуть лишний раз боялись, а этот парень на шесть лет младше ведёт себя с ней, как разгневанный король с изрядно провинившейся, но всё еще любимой наложницей. И как ей на это реагировать?..

Кён схватил Дину за руки, соединил её локти за спиной и связал верёвкой столь крепко, чтобы лопатки тёрлись друг об друга, затем грубо скинул девушку на пол и прицелился…