Глава 712
Не прошло и нескольких секунд, как парочку окружила толпа древних волков, а затем явился один из соратников альфы. Он испускал устрашающую жажду крови и давление, и, казалось, на части разрывал юношу взглядом: «Ты осмелился явиться к нам на порог?! Человеческая глупость не знает границ! Сейчас ты умрёшь!»
Серафима судорожно потянулась к талисману, хотя понимала, что он не поможет… Почему этот злодей пришёл на верную смерть?! Он рассчитывал, что она защитит его? Дурак!
Но не успел старейшина дёрнуться, как из пустоты материализовалась женщина, чей прекрасный и устрашающий лик знал каждый высший зверь в лесу.
«С дороги, мелюзга.» – скомандовала Гера и взмахом руки разбросала древних волков во все стороны, тем самым освободив себе путь на территорию Вульфалов.
Кён в полной невозмутимости последовал за императрицей.
Челюсть Серафимы чуть не отвалилась: {Что Гера здесь делает?!} – она догнала посланника богини и спросила его телепатией, но он сохранял молчание.
Вскоре троица попала в шатёр альфы. Внутри находился Вайт, его сын Фенрир и многие старейшины Вульфалов. Их взгляды застыли на незваных гостях.
Осознав, что их почтила визитом сама императрица, все они поспешили поклониться ей.
«Я пришла сообщить, что ваша обида на главу моего гарема не имеет никакого смысла, потому что он выполнял мой приказ. Я проверяла его способности, а также ваше умение противостоять людским проделкам. К моему разочарованию, вы провалились.»
Все присутствующие древние волки потрясённо переглядывались.
Фенрир поднял взгляд на Кёна и зябко передёрнул плечами от воспоминаний о том огромном унижении. Хвост метнулся под ноги.
«За доставленные вам неудобства глава моего гарема в качестве извинения желает преподнести вам подарок. Готовы ли вы принять его – дело ваше. Однако любые разногласия с ним отныне решайте только через меня.» – строго сказала Гера.
Вульфалы перевели взгляды на ненавистного человека, не зная, как им реагировать.
«Мне очень жаль, что так сложилось.» – произнёс Кён. – «Даже если у меня не было выбора, я всё ещё чувствую свою вину, поэтому в качестве извинения за содеянное я готов предоставить вам набор из десяти пилюль медицины трансформации в область властелина низкого качества.» – он вынул из кольца коробочку, и шатёр наполнила плотная, бодрящая аура медицины, от которой даже огонь факелов стал зелёным.
Древние волки непроизвольно глубоко вздохнули. Их глаза с нескрываемым интересом смотрели на бесценные пилюли. Для наследия любой великой семьи нет ничего важнее, чем запас медицины развития, особенно трансформации в область властелина.
Гера с нескрываемым огорчением смотрела за действиями юноши. Подлый человек столь расточительно относится к её сокровищнице, что пропадало всякое настроение. Мантикорша всё лучше осознавала, в каком плачевном положении находится.
«Мы готовы принять подарок и забыть о всех наших разногласиях.» – наконец, произнёс Вайт. Он был бы последним глупцом, откажись от такого сокровища, тем более, что основная вина за произошедшее лежит даже не на человеке, а на императрице.
Кён подошёл к альфе древних волков и передал ему набор медицины, затем повернулся к Фенриру, из-за чего молодой волк вздрогнул и вжал голову в плечи, и сказал: «Лично тебе я готов предоставить одну копию техники, которая сделает тебя сильнее. Описание прилагается. Надеюсь, этого будет достаточно, чтобы ты простил меня за содеянное. Я действительно не хотел этого делать.»
«С-спасибо…» – неуверенно сказал Фенрир, приняв подарок.
Вскоре троица покинула территорию Вульфалов.
Серафима боялась даже пискнуть в присутствии Геры. Она ума приложить не могла, почему императрица помогает Кёну извиниться за то, что он выполнял её же задания. Сама же приказала волкам переломать себе ноги! Это настолько хорошо она теперь к нему относится?! Но подобное отношение не заслужит даже самый настоящий глава гарема! Тогда как ему удалось провернуть всё это?!
«Зачем ты всё это делаешь?» – сердито спросила Гера, сжимая кулаки.
«Меня воспитали так, что человек всегда должен возвращать долги и уметь быть благодарным.» – сказал Кён. Следуя своим принципам, он обязан был расплатиться с волком. Тем более, что сейчас это ему ничего не стоит. Всё-таки серый ни в чём не виноват. Он этого не заслужил. Если парень не будет следовать этому принципу, то грош ему цена. Обычный эгоист, берущий своё и ничего никогда не возвращающий – не этому его учили.
«Думаешь, я поверю, что ты искренне желаешь заслужить прощения перед Вульфалами? Это не имеет смысла! Тем более ты сделал это за счёт содержимого моей сокровищницы!»
«Не волнуйся. При необходимости я за несколько дней пополню запасы твоей сокровищницы медициной, ценность которой значительно выше того потрепанного набора.»
Кулаки Геры захрустели от напряжения. Она не верила ни единому слову человека!
Тем временем идущая чуть позади Серафима вообще ничего не понимала. Почему императрица делает то, что ей не нравится? Почему со стороны всё выглядит так, будто она не альфа, а всего лишь подчинённая Кёна? В этом нет никакого смысла!
Вскоре троица попала на территорию Тириндуров и приблизилась к центральной зоне.
Кён обратился к светлой: «Серафима, сейчас ты увидишь и услышишь то, чего никто не должен знать. Дай мне обещание, что будешь молчать, либо подожди снаружи.»
«Я буду молчать! Никому ничего не скажу…» – пообещала девушка в предвкушении.
Кён кивнул и ступил на территорию первой принцессы. Он испытывал лёгкое волнение перед встречей с Трианой в новой обстановке – теперь он контролирует свою жизнь.
Охрана окружила гостей, но узнав императрицу, пала ниц, не смея преграждать ей путь.
Вскоре Кён первым вошёл в особняк.
На звук шагов бойко выбежал из гостиной белый большеглазый тигрёнок.
Кён с нежной улыбкой сел на корточки: «Креветочка, привет! Как дела?»
«Папа? Папа!» – Урсула радостно подбежала к человеку и обняла его лапками.
От переизбытка милоты Кён начал целовать пушистую прелесть в щёчки, усатый носик и шею. Она была такая тёплая и ласковая, что сердце пело от радости, а глаза слезились.
«Урсула так рада, что с папой всё хорошо…» – мурлыкнул тигрёнок. – «Урсула переживала, что папа попал в беду, поэтому она попросила маму, и мама помогла.»
«Так это из-за тебя она пришла…» – Кёна тронули слова ребёнка.
Вдруг в особняк вошла Гера и посмотрела на тигрёнка сверху-вниз красными глазами.
Глаза Урсулы округлились от испуга, а шерсть и хвост встали дыбом.
Кён тут же приказал Гере не пугать малышку и попытался её успокоить: «Всё в порядке, Урсула! Она не причинит тебе зла! Не бойся её, пожалуйста…»
По своей природной наивности Урсула поверила папе, и в его объятьях ей полегчало.
Ранее Гера подслушивала разговор Кёна и Серафимы о принцессе Триане, из-за чего знала, кто настоящий отец малышки, поэтому не удивилась тому, как она относится к юноше.
С лестницы вниз, ведущей в тренировочное помещение, вылетела Триана: она почувствовала присутствие чего-то опасного и устрашающего, поэтому побежала к Урсуле, опасаясь, что с ней может что-нибудь случиться.
Обнаружив в гостиной саму императрицу Геру, тигрица обомлела и одновременно испугалась, но увидев дочку, обнимающуюся с отцом, беспокойство ослабло.
Белокурая девушка в меховом нижнем белье поклонилась альфе леса: «Здравствуйте, Ваше Величество. Позвольте узнать, по какому вопросу вы почтили первую принцессу белых тигров своим присутствием?»
Гера холодно фыркнула: «Потому что у “хозяина моего гарема” есть к тебе какое-то дело.»
Брови Трианы взлетели вверх, и она перевела взгляд на Кёна, который с каким-то аномальным спокойствием нежился с дочкой. У него было совершенно беззаботное выражение, как у Сруля, когда он чувствовал себя в полной безопасности из-за её покровительства.
Кён ещё раз чмокнул Урсулу в носик и, поднявшись, сказал: «Привет, Триана. Мне следовало предупредить тебя о визите, но я решил сделать сюрприз.»
{Почему он говорит так, будто прийти сюда с императрицей – это его инициатива?! Гера бы не стала тратить своё время из-за его прихоти! Но она сама сказала, что пришла из-за него… Я не понимаю!} – Триана схватилась за голову. Она растерялась, не зная, как ей следует реагировать. Неужели придётся вести диалог с Кёном в присутствии альфы леса, тратя её время?! Но за такое неуважение мантикорша может с неё шкуру содрать!
«Тигрёнок, что случилось? У тебя голова кружится?» – с лёгкой снисходительной улыбкой спросил Кён, подошёл к принцессе и приподнял её голову пальцем за подбородок.
~бам~
Триана оттолкнула человека так, что он врезался в стену, и уважительно обратилась к императрице: «Ваше Величество, если у Вас есть ко мне какое-то дело, то я слушаю…»
Гера холодно фыркнула и, скрестив руки, отвернулась: «Бесит.»
Кён тихо рассмеялся. Ему было забавно наблюдать за тем, как упорно тигрица следует иерархии. Старается уважить альфу леса и боится её хоть как-то оскорбить.
«Ч-что происходит?» – неуверенно выдавила из себя Триана, в конец растерявшись.
Кён отправил звуковое сообщение в голову Геры, и она нехотя повторила его лживые слова: «Этот благородный человек – мой альфа. Если ты с этим не согласна, то можешь бросить мне вызов и в честном поединке один на один доказать обратное.»
Триану, казалось, поразила молния. Она потрясённо выпучила глаза на юношу. В её голове замкнуло. Такого диссонанса она в жизни не испытывала! Если Кён приходится альфой альфе леса, то, получается, она сама приходится ему омегой, причём жалкой и ничтожной? Значит ли это, что её мечта сейчас исполнилась? Но он всё ещё в королевской области! Слабак, которого она за одну секунду одолеет!
Тем временем Серафима прикрыла рот ладошкой, догадавшись, что случилось: каким-то образом хитрый злодей взял под контроль саму императрицу Геру! Это звучало совершенно невозможно, но иного объяснения быть не может!
Урсула непонимающе хлопала ресницами, пытаясь понять, почему мама так реагирует. Подумаешь, папа приходится альфой какой-то страшной женщине… Что в этом такого?
«Т-ты арканировал императрицу?!» – наконец, осознала Триана.
«Столь мощного арканума не существует, но в целом ты права.»
«Не может быть… Ты изначально это планировал?!» – с трудом верила тигрица.
«Да, я выбрал Геру именно с этой целью.»
«Ты самый хитрый и коварный человек на свете…» – отстранённо произнесла Триана. Как высший зверь, она не могла восхищаться этими качествами, но результат налицо: парень теперь возглавляет лес, добившись всех своих целей. Он совершил невозможное.
«Теперь лес ждут большие перемены. С завтрашнего дня будут объявлены два новых закона: о запрете людоедства и ведения разумных питомцев. И всё это благодаря тебе, Триана. Ты не представляешь, насколько я тебе и дочке признателен за то спасение. Спасибо, что защитила дурака, который обманул тебя, от разъярённого отца.»
«Значит, большие перемены? Ты же не собираешься устраивать геноцид?»
«Нет, ты же меня знаешь…»
«Действительно… Чего это я.» – подтвердила Триана. Пожалуй, Кён единственный человек, которому она могла бы доверить свою родину. Ей даже стало легче оттого, что лес ждут перемены, которые она намеревалась организовать сама, в будущем.
«Как насчёт пообщаться в более располагающей обстановке?»
«Нет! Если ты решил, что, возглавив лес, я тебя прощу, то ты идиот! Ты обманул меня один раз, обещав стать альфой ко дню богини – а я дала тебе шанс исправиться. Но ты обманул меня второй раз, выбрав Геру, и мне плевать, насколько оправдан твой выбор!»
«Я спасла тебя от отца, чтобы не горевала Урсула, и чтобы ты выполнил данное мне обещание, а до тех пор прошу держаться от меня подальше, иначе я за себя не ручаюсь.»
Настроение Кёна резко упало. Почему-то он решил, что теперь контролирует абсолютно всё в лесу, в том числе отношение Трианы к себе, но в этом нет никакой логики. Она ведь права. За два вероломных обмана оправданиями не отделаешься.
«Ма-а-ам, не прогоняй папу!» – жалостливо попросила Урсула.
«Не вмешивайся в наши дела, котёнок. Он заслужил такое отношение к себе.»
«Но с папой можно веселиться сейчас! Тогда зачем думать о прошлом?»
«Ты ещё слишком маленькая, чтобы это понять.» – Триана погладила дочку по голове.
«Триана, позволь мне хотя бы проводить время с дочкой.» – попросил Кён.
Тигрица нахмурилась, уже желая отказать, но услышала голосок дочки.
«Хочу играть с папой! Хочу играть с папой! Мама, позволь Урсуле играть с папой!» – Урсула требовательно запрыгала, скача вокруг мамы.
«Я не обижу её, и не буду учить плохому. Мы просто иногда будем вместе играться. Заодно она познакомиться со своей сестрой.» – сказал Кён, но видя колебания на лице Трианы, добавил. – «Позволь ей наслаждаться жизнью. Обиды между родителями не должны касаться детей. В будущем я всё равно стану тебе альфой, и ты это прекрасно знаешь.»
Слова юноши убедили Триану, и она кивнула: «Один день в неделю она будет с тобой.»
«Ур-р-р-ра-а-а-а! Я буду проводить время с папой!» – очаровательно зарычала Урсула.
«С каким ещё папой?!» – на входе в особняк появился большой белый тигр – Илдун.
Самые интересные комментарии
Пусто