— Мрм… оох… хуа-а…

Зародившийся после рассвета прохладный бриз покалывал её кожу; она толкалась и ворочалась под одеялом, слегка шумя.

Обычно сейчас она уже ожидала услышать их — но сегодня возле неё не раздавалось никаких звуков шагов.

— ...О-о-ох?..

Она была не из тех людей, которым тяжело давался подъём с кровати, но без привычных звуков ей было тяжело открыть глаза.

Когда она наконец выбралась из соломенной кровати, то потёрла свои тяжёлые сонные веки и хорошенько зевнула.

Полудни всё ещё были тёплыми, а вот ночью и утром уже начинало подмораживать.

Дрожа и пошатываясь, она, как и всегда, натянула нижнее бельё на своё по-здоровому пухловатое тело.

— М-мм… чуточку… туговато, кажется?

Неужели она прибавила в весе? Или же слегка подросла? Что бы это не было, она это не приветствовала. Постоянная покупка новой одежды и нижнего белья была довольно нечестной по отношению к её дядюшке.

«Но ведь и носить одежду, которая тебе не подходит, тоже нехорошо».

Может, она могла бы слегка перекроить уже имеющуюся одежду.

С такими мыслями в голове она открыла окно, и свежий утренний бриз ворвался к ней в комнату.

Улыбаясь от удовольствия, она выглянула наружу, опёршись своей роскошной грудью о подоконник.

Этот пейзаж она прекрасно знала и любила.

Широкие, уходящие чуть ли не за горизонт поля. Коровы, мычащие вдали. Кудахтанье куриц. Дым, поднимающийся от столь далёкого города. Мир.

— ...Ох, точно, — рассеянно пробормотала Пастушка, греясь в лучах золотого солнца. — Сегодня его здесь нет.

— Почему бы тебе не пойти в город?

— Чего-чего?

Чтобы посмотреть на своего дядюшку, Пастушка повернула лишь головой. Завтрак был окончен, и она складывала блюда возле раковины.

Когда здесь не бывало, надо было мыть не так много посуды. Это делало всё проще и тоже, пусть и по-своему, было хорошо.

— Я сказал: почему бы тебе не пойти в город?

Она вновь посмотрела на него. Выражение его лица было простым и искренним, а сам он угрюмо смотрел на неё.

— Хм? — спросила она, оглядываясь на него, попутно беря тарелки и протирая их. — Да как-то не особо мне туда и хочется. Да и дел у меня там практически нет.

— Ну а вот это уже неправда. — Её дядюшка всегда был таким серьёзным. Он продолжил, не оставив даже места для паузы: — Там ведь твои друзья, верно?

— Друзья, да…

Пастушка отрешённо улыбнулась. Она взяла пригоршню песка из стоявшего рядом с ней ведра и начала втирать его в поверхность одного из блюд со звуком шкхрть-шкхряб.

— Полагаю, этого человека можно при желании назвать другом. Но я думаю, что для меня она, скорее всего, больше компаньон, с которым мы разделяем общие ценности.

— Иногда тебе стоит выбираться отсюда и веселиться.

— Хм-м…

Пастушка издала звук, не похожий ни на согласие, ни на отказ.

Проверив, что втираемый ею песок избавился от всех пятен на тарелке, она вновь промыла её водой.

Наконец, она нежно протёрла блюдо, тем самым высушив его, и вернула его на полку для посуды.

— Но мне надо приглядеть за скотом и урожаем, проверить каменную стену и забор, доставить продукты, а затем нам обоим надо подготовиться к завтрашнему…

Она считала свои задачи на пальцах — у неё действительно было много работы. Так много всего надо было сделать. И сделать это надо было сегодня. Она должна была заняться всем этим сегодня. Всем этим надо было заняться, и откладывать это не стоило.

«Верно», — Пастушка кивнула, от чего её грудь слегка затряслась. — У меня нет времени на баловство. Хорошо, что у нас полно работы!

— А я говорю тебе сходить повеселиться. — Его голос не принимал никаких возражений.

Она посмотрела на него, ошеломлённая его резким тоном.

Её дядюшка был непреклонен. Когда он становился таким, то скорее горный ландшафт бы изменился, чем его мнение. Он провёл десять лет растя её, и она прекрасно его понимала даже без слов.

— А? Но… ам…

— Ты всё ещё в нежном возрасте. Сколько тебе? Я хочу услышать, как ты произносишь это вслух.

— Ам, мне… восемнадцать… — Она неистово кивнула. — Почти девятнадцать.

— Тогда работа от рассвета и до заката не является твоей обязанностью. — Пастушка напрягла свой мозг в попытках подобрать ответ.

«...А? Почему это я так сильно против прогулки в город?»

Эта мысль вспышкой пронеслась по её разуму и исчезла. Сейчас было не до неё.

— Н-но что насчёт денег…

— К счастью, мы не крепостные. Недостаток ресурсов не управляет нашими жизнями.

— Ну, да, но…

Это было бесполезно. Её вялое сопротивление быстро было подавлено, и Пастушка потеряла дар речи.

Ну и что теперь? Тарелки были чисты, и у неё больше не было на руках карт, которые она могла бы разыграть.

Она лениво походила по кухне, пока, наконец, не плюхнулась в кресло напротив своего дядюшки.

— Тебе не стоит беспокоиться обо мне. — Он был как всегда добр и говорил с ней, словно с маленьким ребёнком.

Пастушка накуксила губы — не обязательно было говорить с ней именно так — но ничего не сказала. Может, и сам этот поступок был каким-то детским. В таком случае…

— Сходи повеселись. — Пока он смотрел на неё, его морщинистое лицо смягчилось и расслабилось. — Юная девушка, работающая на ферме каждую минуту своей жизни, кроме тех, когда она спит? Уверен, у тебя там найдутся какие-нибудь девичьи дела, или тебе просто захочется чем-нибудь заняться.

— Наверное…

Пастушка не особо в этом разбиралась.

«Девичьи дела?»

Чем бы она могла заняться? Приодеться? Поесть сладостей? Все её идеи казались пустыми и неясными.

По сравнению с этим, завтрашняя погода выглядела ясной и понятной…

— ...Ладно, — сказала она минуту спустя, всё ещё неуверенная в том, поняла она хотя бы что-то или же нет. — Я схожу туда ненадолго.

— Да, так и поступи.

— ...Ладно.

Увидев облегчение на лице своего дядюшки, она смогла лишь кивнуть.

У неё не было тележки, а его не было рядом — она была здесь сама по себе.

Она заметила, что её шаг был довольно неустойчивым, хоть она и шла в город по столь знакомой дороге.

Как она обычно ходила по этой дороге? В итоге она почувствовала себя крайне озадаченной.

А затем, прорезая путь сквозь толпу входящих и выходящих авантюристов и торговцев, она прошла сквозь городские врата и вошла в город.

Пастушка криво улыбнулась, когда ноги начали нести её к Гильдии Авантюристов — месту, к которому она шла в первую очередь, когда оказывалась в городе. Осознанно отменяя действия своего подсознания, вместо гильдии она пошла прямо вперёд, вглубь города, к рыночной площади.

В воздухе витали болтовня, крики торговцев, звуки детских игр, крики их матерей, зовущих их, и переговаривающихся друг с другом авантюристов. Погрузившись с головой в эти звуки, Пастушка безучастно села на случайную скамейку. Она наблюдала за мальчиком и девочкой, возможно, лет десяти, пробегающими мимо. Она проследила за ними взглядом и вздохнула.

«Если подумать…»

— ...А у меня вообще есть друзья?..

В этом мире не осталось никого из тех, кого она могла бы знать с самого детства. Она переехала десять лет назад, и первые пять лет из этой декады она была поглощена лишь тем, что было у неё прямо перед глазами *.

«Как-то поздновато сейчас предаваться воспоминаниям».

Учитывая то, какой она была тогда, ей ещё повезло, что он позвал её, пока та мялась на месте.

Тогда на его шлеме всё ещё были рога, а её волосы были гораздо длиннее.

Все последующие пять лет её голова была заполнена лишь им. Она прицепилась к нему, не имея возможности просто повеселиться.

— Ох, но…

Она помотала своей головой, думая о регистраторше и официантке, с которыми она виделась практически каждый день. Их вполне можно было посчитать её подругами — но их было всего две. Что ж, и двоих друзей было вполне достаточно.

Множество людей вообще не имеет друзей.

— ...Я вполне неплохо справляюсь.

Эта мысль хорошенько поправила её настроение. Она слабо улыбнулась и продолжила наблюдать за людьми, приходящими и пересекающими площадь.

Выражения их лиц казались бесконечно разнообразными. Кто-то, кажется, был занят своим времяпрепровождением, кто-то выглядел печально. Некоторые казались одинокими, другие радостными. Но все они шли по площади без единого колебания, имея в головах какую-то конкретную цель. Работа или еда, или место, которое они звали домом, или же место, в котором они могли повеселиться,или, или…

Совсем не как она.

Пастушка сидела на скамейке, прижав колени к груди.

«Это серьёзная проблема».

«В конце концов, у меня всё же нет никаких привязанностей к чему-либо за пределами фермы…»

— ?.. Что-то не так?

Ей показалось, что она узнала раздавшийся над её головой голос.

Она посмотрела наверх и увидела девушку с золотистыми волосами, глядевшую на неё с лёгким замешательством. У неё была элегантная стройная фигура, а одета она была в скромную конопляную одежду, простую и непритязательную.

Пастушка моргнула, пытаясь вспомнить, кем та была, а затем хлопнула в ладоши.

— Э-эй, ты ведь та жрица…

— Ох, да. А вы девушка с фермы, верно?

— Ага, всё верно. — Пастушка кивнула и встала, похлопав себя по округлому заду, стряхивая с него пыль. — Что с твоей одеждой?

Вместо своего обычного одеяния Жрица была одета в уличную одежду; по сути, её нынешняя одежда могла вполне себе принадлежать девушке из фермерской деревушки.

— В этот раз мне пришлось остаться тут, так что я подумала… может, мне стоит сходить развеяться. — Тонким пальчиком она почесала свою щёку в жесте, ярко показывающим неловкое смущение. — Но я совершенно не знаю, чем мне заняться.

— Ага, я тоже. Я прекрасно тебя понимаю. Обычно, я бы просто занималась всякими фермерскими делами.

Ого. Они были одинаковы.

Она знала, что её чувство сплочённости может оказаться односторонним, но Пастушка всё же глубоко вдохнула, вздохнула и слегка расслабилась. Всё-таки, она всегда была дружелюбной; она совсем не нервничала. Да и, в любом случае, она ведь была одним из членов его группы.

Нельзя было сказать, что в её голове не осталось ни тени сомнений — но Пастушка решительно вознамерилась заставить себя придерживаться дружелюбной позиции.

— Ты сказала, что в этот раз тебе пришлось остаться тут. Почему же?

— Ох, а-а-амм, как бы… — Вдруг, Жрица прервалась и не смогла закончить предложение; её глаза начали метаться из стороны в сторону. Её щёки покраснели — у неё что, слегка приподнялась температура? — а её глаза с подавленным видом уставились на землю.

«Хм?» — подозрительно подумала Пастушка, но объяснение было уже на подходе.

— Сегодня… слегка тяжеловатый день для этого…

— Конечно. — Пастушка натянуто улыбнулась и кивнула. Каждой женщине приходилось иметь дело с такими моментами.

Должно быть, смущённой юной девушке было очень тяжело, когда из неё чуть ли не вырывали подобную информацию.

— А чем ты обычно занимаешься, ну, знаешь, когда не ходишь в приключения?

— Молюсь.

Пастушка знала, что это была неуклюжая попытка сменить тему разговора, но ответ девушки был кратким и простодушным. Она более-менее подходила под образ, который Пастушка сформировала в своей голове, пару-тройку раз увидев её издалека.

— Правда! — одобрительно сказала Пастушка, а Жрица приложила свой тонкий пальчик к губам и задумалась.

— Ещё я читаю священные писания, Справочник Монстров * и тренируюсь.

— Боже, а ты из серьёзных, да?

— Просто я ещё недостаточно изучила.

Возможно, Жрица не привыкла к похвалам, потому что удивлённое лицо Пастушки заставило её покраснеть от смущения.

«Хмм…»

Она решила не говорить, что запланировала попозже расхвалить ему Жрицу.

Несмотря на свой внешний вид, он по-своему заботился о людях, так что, быть может, она лезет не в своё дело, но…

— ...Эй.

— Да?

— Не хочешь прогуляться? — Пастушка улыбнулась. — Раз уж мы тут столкнулись друг с другом и всё такое.

— ...Вы правы. — Жрица вновь улыбнулась, да так, словно в поле расцвёл маленький цветочек. — Да. Давайте немного пройдёмся.

— Если подумать, до него ещё далековато, но стоит лету закончиться, как нагрянет фестиваль урожая, верно?

— Ах да. В Храме скоро начнутся приготовления к танцу подношения.

— Интересно, кого выберут на роль танцовщицы. Ты не думала вызваться в кандидатки?

— Нет, едва ли. Эта роль требует огромной ответственности. Я ещё не готова.

— Думаешь? Может, нашей ферме стоит установить прилавок… мы могли бы подготовить что-нибудь, помимо еды.

— На улице уже так жарко, но осень наступит, не успеешь и глазом моргнуть, не так ли?

Пока эти двое шли рядом друг с другом, не имея конкретной точки назначения, они лениво переговаривались.

Приграничный городок был одним из самых далёких от центра страны поселений. Естественно, в нём бывало много посетителей, а целые толпы людей шли куда-то именно через него. Но да, конечно, их было не так много, как в водном городе или же Столице, так что они встречали множество знакомых лиц тут и там, пока бесцельно прогуливались.

— Ох, рад встрече!

— Здравствуйте!

Пройдя мимо знакомого авантюриста, Пастушка поклонилась, а Жрица уважительно кивнула. Её круг знакомых определённо вырос после нападения гоблина-лорда на город.

«Весьма странное ощущение».

Пастушка непроизвольно захихикала, незамедлительно приковав к себе озадаченный взгляд Жрицы.

— Да ничего, ничего, — маша рукой сказала Пастушка, но улыбка никак не сходила с её лица.

Что бы он не говорил, он явно был связан с огромным количеством людей.

«Совсем не как я, да?»

— ...Эй. А какой он? В смысле, обычно.

— Какой он? Что вы имеете в виду?

— Мне просто интересно, вдруг он, ну ты знаешь, бывает занозой в одном месте или ещё что…

Пастушка соединила руки на спине и покружилась на месте, но Жрица взмахнула рукой и сказала:

— Ох, что вы! Он всегда помогает мне и всё в таком духе. Боюсь, это я вечно доставляю ему проблемы…

Ни в словах Жрицы, ни на её лице нельзя было узреть ни капли фальши.

От облегчения Пастушка расслабила свою было напрягшуюся внушительную грудь. Облегчение было вызвано словами о том, что он не доставлял проблем? Или же то, что к нему не испытывали неприязни? Она не знала, какой вариант был верен.

— Но… — Голос Жрицы затих, и она дразня подмигнула. — ...Возможно, он всё же бывает занозкой.

— Ох, вот оно как?

Эти двое переглянулись и рассмеялись.

Тот факт, что он был совместной для них темой, был весьма сомнительным во многих смыслах, но в то же время о нём так легко было разговаривать. Как он мог быть настолько странным, серьёзным и недогадливым, и при этом тебе никак не удавалось давать ему делать всё, что только вздумается. Он давал им неплохую пищу для разговора.

— Но я действительно многим ему обязана.

Жрица описала ту его сторону, которую Пастушка никогда не видела.

Как когда она впервые увидела его, то решила, что это какой-то монстр. Каким он был, вероятно пытаясь вести себя как авантюрист Серебряного ранга. Как быстро он оказывался под столом, когда группа собиралась выпить. Как он всегда охотно вызывался в дозор, внимательно учитывая большое количество заклинателей в их группе.

«Это звучит так в его духе», — подумала Пастушка. Но ещё она подумала: «Он ходил пить вместе со всеми?»

— И он многому меня научил о том, как быть авантюристкой.

— Чему, например?

— Например… — Жрица приложила пальчик к своим губам. — Например, он рассказал мне о кольчуге.

— Кольчуге?..

Где-то в глубинах подсознания Пастушка попыталась вспомнить все предметы, которые он держал в своём сарае. Кольчуга была одной из любимых частей его снаряжения. Она вспомнила, как он бережно полировал её при помощи масла. Он даже показывал ей, как делать экстренную починку повреждённых сегментов с помощью проволоки.

— Но... — Она вдруг вспомнила вопрос, который царил в её голове уже долгое время. — Разве она не тяжёлая?

— Если повязать пояс вокруг бёдер или живота, это распределит вес по всему телу, так что всё не так уж и плохо. — После чего она добавила: — Но плечи всё равно затекают.

Пастушка кивнула. В этом был смысл.

— Тяжело быть авантюристкой, да…

— Я ношу лишь кольчугу, но я осознала, что многие маги предпочитают не носить вообще никакой брони. — К примеру, дворф, кажется, полностью игнорировал сам факт её существования.

От слов Жрицы Пастушка уклончиво кивнула. Существовало старое предание, гласившее, что металл вмешивается в действие магии — но она не знала, было ли оно правдой. Она сама частично была уверена, что это лишь суеверие, но изредка она встречала людей, которые держали у себя подковы, чтобы отгонять магию.

Магия, колдовство и божественные чудеса были той темой, о которой Пастушка знала ровным счётом ничего.

Гораздо сильнее её заинтересовало…

— Кольчуга, да?

— Простите?

— ...Эй, в Гильдии ведь продают кольчугу, броню, шлемы и всё такое, верно?

— Что? Ох, да, — сказала Жрица, поспешно кивая. — Я сама купила там свою кольчугу.

— В таком случае… — Пастушка ухмыльнулась, словно ребёнок, ускользнувший из под надзора своих родителей, чтобы поиграть. — Как насчёт немного посмотреть на товар?

— О-ойой…

И вот перед глазами Пастушки оказалось нижнее бельё.

Или, если точнее, броня, практически выглядевшая как нижнее бельё.

Это был набор, включавший в себя броню для груди и небольшой кусочек брони для нижней части тела. Если не придираться, то это вполне можно было назвать лёгкой бронёй.

В вопросе мобильности она на голову превосходила полноценный набор металлической брони.

Броня эта сама по себе имела прекрасные изгибы, была крепкой и искусно сделанной. С такой перспективы она была безукоризненной.

Проблема крылась в том, что она покрывала недостаточную площадь тела.

Это была всего лишь броня для груди — если честно, это была броня для груди — и трусики.

Действительно, в наборе были ещё и наплечники, но дело было совсем не в них.

— А? В-вместе с этим ведь надо носить что-то ещё, да?

— Нет, это полный набор. — Паренёк-подмастерье, сидевший за прилавком и водивший мечом по круглому точильному камню, взглянул на них. Теперь он пристально смотрел на них, не отрываясь, скорее всего из-за того, что на самом деле он переживал о том, как девушки держали в руках товар.

— Кто… кто-нибудь действительно покупал это? — спросила Жрица неверящим голосом. Не было понятно, заметила ли она, как покраснели его щёки.

— Ну, в ней легко передвигаться. Да и какую-никакую защиту она предоставляет… по крайней мере, на это делается упор при продаже. — Затем паренёк пробормотал нечто, что звучало как оправдание: — Не уверен, точно ли мне стоит говорить это, но, — и добавил: — Некоторые девушки, ну, вы знаете. Они хотят, ух, привлекать парней…

— Привлекать? Да, в этом наверняка можно привлечь к себе внимание. — Пастушка взяла в руки бронелифчик, покраснев и пробормотав: — Ойой.

Она осмотрела её спереди, повернула и осмотрела её сзади, провела пальцем по некоторым углам той части, что должна была держаться на бёдрах, отодвинула его, всё ещё держа в руках, и осмотрела ещё раз.

— А разве оно не чересчур откровенно?

— ...Мы получаем на неё достаточно заказов, чтобы она заслуживала право висеть тут, — пробормотал паренёк-подмастерье, тактично отведя глаза.

— Хм-м, — вздохнула Пастушка. — Полагаю, для ношения чего-то столь опасного требуется храбрость. Это ведь по сути своей купальник.

— И правда… — Жрица кивнула с непонятным выражением лица. С огромным любопытством она пошла изучать предметы на полках. Скорее всего, как та, кто всегда находился в тылу, она не так часто имела дело с оружием и бронёй. Жрица вызывала в Пастушке чувство любопытства.

— Ох, это же… — Вдруг Жрица застыла перед демонстрационным набором брони. С улыбкой на лице она взяла что-то в руки. Это был шлем.

— Эй, я узнаю его.

Это был вполне естественный ответ от Пастушки, которая тоже улыбалась. Жрица взяла сверкающий, но дёшево выглядящий шлем. За исключением рогов, торчащих с обеих сторон, и того факта, что он был совершенно новым, этот шлем был прямо как у него.

Пастушка посмотрела вниз и уставилась на шлем, вглядываясь сквозь его пустое забрало, после чего хлопнула в ладоши.

— Эй, а почему бы нам не надеть его?

— А? А разве можно? — Жрица ошарашенно склонила голову от столь неожиданной идеи.

— На вывеске написано, что тут можно примерять вещи.

— Ам-м, ну ладно, чему быть, того не миновать…

Держа шлем с лёгкой неохотой, жрица сперва надела хлопковую балаклаву, на которой было написано «Для примерок». Она натянула её, внимательно присматривая за своими длинными волосами, после чего скользящим движением надела шлем.

— О-ойой…

Её хрупкое тельце склонилось на одну сторону; должно быть, на вид тяжёлый шлем оказался тяжёлым и в действительности. Пастушка рьяно протянула руки, чтобы поддержать её. Стройная фигура девушки оказалась ужасающе лёгкой.

— Воу, ты там в порядке?

— Ох, я в порядке. Просто слегка потеряла равновесие…

Через забрало можно было увидеть глаза Жрицы, всё ещё невинные, несмотря на надетое снаряжение. Судя по лёгкому покраснению на её щеках, можно было заметить, что её эта ситуация до странного смущала.

— Хех-хех… я… Я думаю, он довольно тяжёлый. И в нём тяжеловато дышать…

— Всё потому, что этот шлем закрывает голову целиком. Это вполне естественно — а забрало довольно плотно сидит.

От замечания паренька-подмастерья Жрица поспешно ослабила зажимы, и забрало поднялось.

— Фууф!

Пастушка рассмеялась от этого казавшегося непроизвольным вздоха, отчего лицо Жрицы стало ещё краснее.

— Э-это не повод для смеха!..

— Аах-ха-ха-ха-ха! Прости, прости. Ладно, я следующая.

Жрица сняла шлем, а затем и балаклаву. Когда Пастушка взяла их и натянула хлопковую защиту для головы то уловила слабый сладковатый аромат пота.

«Хм?»

Это было... нет, не парфюм, но как ей удавалось естественным образом источать такой запах?

«Завидую!» — с этой мыслью она надела шлем.

— О-охох… а тут довольно тесно.

— Ага, я же говорила?

Через тесные щели в забрале мир казался тёмным, узким, и от него так и веяло дурными предчувствиями. Она с усилием вобрала в себя* воздух и выдохнула, после чего вид в её глазах начал пошатываться.

«Такой мир встаёт перед его глазами?»

Как же она, Жрица, и другие его компаньоны представали в его глазах? Как выглядели их лица.

— Я могу более-менее представить себе это, но…

— Что такое?

— Мм. Разве то, что он может видеть наши лица, а мы не можем видеть его, не слегка нечестно?

— Аах, — одобрительно сказала Жрица, хихикая. — И правда.

— Не то чтобы я думаю, что он сознательно пытается его скрыть… Хоп!

Она кивнула, когда паренёк-подмастерье сказал: «Не забудьте положить его туда, где взяли, хорошо?» Она вернула шлем и балаклаву на полку.

Она вздохнула, а её грудь начала подскакивать, пока она потягивала свою шею во все стороны. Она явно не считала, что находится в плохой физической форме, но, всё равно, броня определённо напрягала плечи.

«Хм-м-м…»

— Скажи-ка…

— Да?

— Раз уж мы здесь... — Пастушка улыбнулась, словно дитя, задумавшее шалость. — Почему бы нам не примерить ту броню?

Жрица посмотрела туда, куда та указывала пальцем, после чего опустила голову, а лицо её пылало яркой краской.

— Во-от блин! Моя страна теперь, словно гренки!

— Какая жалость… Что ж, это ни капли не смешно.

— Этот дракон слишком уж силён! У меня нет ни подходящего снаряжения, ни навыков для победы над ним!

— Но ты найдёшь способ победить. Разве не поэтому у тебя Платиновый ранг?

После осмотра изделий в мастерской эти двое прибыли в таверну и застали странное зрелище.

Полдень уже прошёл, а сумерки ещё не наступили, и в таверне Гильдии было не так много посетителей. Но все выглядели готовыми к их нашествию. Стулья стояли возле столов, а официантка подметала угол пола.

Инспектор, Регистраторша и Высшая Эльфийка Лучница сидели за столом с разложенными перед ними картами. Компания из них была странная, но какая уж была.

— Чем вы все занимаетесь?.. — нерешительно спросила Жрица, моргая и поглядывая на столешницу.

Она всё ещё выглядела взбудораженной от случившегося ранее и никак не могла успокоиться; она поправила свою слегка встрёпанную одежду.

— Ох, это настольная игра, — ответила Регистраторша, поглядывая назад на Жрицу через плечо. На ней тоже была не униформа, а личная одежда. Выглядела она опрятно и модно.

Подумав про себя: «А она хорошо выглядит», — Пастушка направила свой взгляд на стол. Там, разумеется, лежало игровое поле с несколькими фишками, картами и игральной костью на нём.

— Я нашла её вчера, когда разбирала некоторые старые документы, так что мы подумали, почему бы нам не попробовать…

— Только вот этот дракон! Он такой сильный! — проскулила Высшая Эльфийка Лучница, а её маленькая грудь упёрлась в стол.

— Не будь он так силён, то не был бы драконом. Я понимаю, о чём ты, но не принимай это так близко к сердцу, — сказала Инспектор — тоже в повседневной одежде — с натянутой улыбкой. Предположительно, красного цвета фишка в виде дракона, стоявшая прямо в центре стола, и была обсуждаемым вирмом *.А лежавшие вокруг него фишки были авантюристами, погибшими в сражении с ним.

— Ну так как ты себя чувствуешь? — спросила Высшая Эльфийка Лучница, повернув свою голову в сторону Жрицы.

— Ох, хорошо. — Жрица смущённо кивнула. — Всё уже почти закончилось.

— Славно, — сказала Высшая Эльфийка Лучница, помахав ей. — В таком случае помоги мне тут. Мне уже не хватает авантюристов.

— В этой… настольной игре… есть авантюристы? — Пастушка склонила свою голову набок от недоумения. В этом практически был смысл, но она всё никак не могла сложить из кусочков пазла общую картину.

— Простым языком, — сказала Регистраторша, — ты притворяешься авантюристом. Хотя здесь полно правил и всякого прочего.

— Притворяешься авантюристом? — пробормотала Пастушка, размышляя над этой идеей. — То есть, надо, как бы, убивать гоблинов и всякое такое?

— Конечно. Можно встретить несколько базовых монстров, когда ты в роли авантюриста пробираешься по пещере. — Регистраторша ткнула в одну из металлических фишек, скорее всего напоминавшую потёртого воина в лёгкой броне или вора, и улыбнулась. Насколько Пастушка могла судить, на фишке не было шлема. Она оказалась слегка разочарована этим фактом.

— Так всё выглядит с высокоуровневой перспективы, где вопрос уже заключается в том, сможешь ли ты спасти мир от нависшей над ним угрозы.

— Тебе надо собрать легендарные оружие и броню и прокачать свои скиллы до необходимого уровня до того, как дракон пробудится *,— пробурчала Высшая Эльфийка Лучница, резко поднимая голову, дав своим ушам повиснуть. — Но нам не хватает либо рук, либо времени *.

— Можно ещё брать квесты в деревнях и собирать снаряжение, и сражаться с драконом… — Инспектор перечисляла задачи на пальцах, кивая самой себе. Кажется, она была полна уверенности, несмотря на свой проигрыш в битве, отчего выглядела глупой, но надёжной. — Можешь попробовать и узнать, каково управлять Гильдией Авантюристов, где тебе приходится заниматься абсолютно всем.

— Не знала, что существуют такие игры, — сказала Пастушка, с невероятным интересом протянув руку и подобрав фигурку, выглядящую как рыцарь в броне и шлеме.

Он выглядел более потёртым, или же, как минимум, его броня выглядела более дешёвой — но какой же чудесный рыцарь. Неплохо.

— Для меня такое полностью в новинку…

В её голове «игры» в основе своей были ограничены теми, где ты набираешь очки с помощью комбинаций карт. Похожие развлечения могли включать в себя прослушивание музыки, игры с кубиками и, возможно, соревнования, если дело было на фестивале.

Регистраторша захихикала, увидев, как та уставилась на поле и фишки.

— Хочешь попробовать?

— А? Можно?

— Конечно, — сказала Регистраторша, сморщив глаза и кивнув в ту сторону, где радостно светилось лицо Пастушки. — Нелегко просто ждать здесь и ничего не делать, верно?

— Хрм. — Из Пастушки вырвался лишь тихий звук. Эту девушку нельзя было обхитрить.

«Полагаю, именно таких и называют взрослыми женщинами».

Знала ли она о мыслях Пастушки или же нет, Регистраторша никогда не прекращала улыбаться.

— Давайте, мы будем только рады новым авантюристам. Не стесняйтесь!

— Ух, ладно, вы не против, если я, тогда… Как насчёт присоединиться ко мне? Раз уж вы здесь…

— Ох, хорошо!

Пастушка потянула Жрицу за рукав, практически силком утягивая её на стул. Теперь за круглым столом сидело пять женщин, формирующих собой полноценный круг. Несомненно, много авантюристов, знай они об этом, начали бы сетовать, как же им хочется в таверну.

— Итак, начните с выбора фишки, пожалуйста, — сказала Регистраторша, а её голос и улыбка были гораздо мягче, чем когда она стояла за стойкой регистрации.

— Хм-м… — Пастушка выставила руки перед грудью и скрестила их, внимательно уставившись на самых разнообразных авантюристов, стоявших на поле ровным рядом.

«Да… Думаю, я хочу взять этого».

Неуверенная в своём выборе, она взяла рыцаря, которого заприметила ранее. Из-за стального шлема увидеть его лицо было невозможно, но у него были щит и поднятый меч, а сам он смотрел точно вперёд.

— Лично я… думаю, мне пойдёт этот.

—Ох, ам, я возьму… — Жрица приставила свой бледный пальчик к губам и задумалась, слегка отрешённо глядя на фигурки. Затем, с громким «ах!» она огляделась и выбрала одну конкретную фишку.

— Э-эту, пожалуйста!

Выбранный ею персонаж был эльфийкой-заклинательницей, роскошное тело которой было покрыто робой.

— Хороший выбор, — сказала Высшая Эльфийка Лучница с понимающим смешком, и Жрица слегка неловко поёжилась.

— Ладно, что касается меня… — Высшая Эльфийка Лучница дёрнула ушами с выражением лица охотника, выслеживающего свою добычу. — Ладно! На этот раз я возьму его! Дворфа-воина!

— Боже, а ты уверена? — спросила Регистраторша, но Высшая Эльфийка Лучница ответила:

— Ну разумеется! — и выпятила свою маленькую грудь. — Я покажу этому дворфу, что я гораздо лучше в… дворфании * ... чем он когда-либо был!

— Тогда я продолжу играть за скаута.

— Хех-хех-хех! Это значит, что у вас нет монаха. Что ж, эту роль я возьму на себя.

С улыбкой на лице Регистраторша поставила воина в лёгкой броне в потёрто выглядящей броне, а в это же время Инспектор выбрала старика, держащего святую печать.

И вот авантюристы были собраны. Рыцарь в броне и шлеме, эльфийка-заклинательница, дворф-воин, скаут в лёгкой броне и монах-ветеран. Это была группа, отправившаяся сразиться с гигантским драконом и спасти мир. Регистраторша кратко объяснила правила Пастушке, после чего вторая крепко сжала в руке игральную кость.

«Вперёд».

— Мой авантюрист — это герой, который защитит деревню, спасёт принцессу и одолеет дракона!

Под это решительное заявление Пастушка сделала первый бросок кости, упавшей прямо на игральное поле. *

— Аах, мы проиграли.

Город и небо были окрашены в ультрамариновый цвет сумерек. Пастушка равнодушно говорила, глядя на сверкавшие в далеке звёзды. Пока она шла, соединив руки за спиной, Жрица семенила за ней маленькими шажками, словно крохотная птичка.

— Мы так и не смогли добыть Меч Убийства Драконов *,да?

— Не смогли пробиться сквозь его чешую.

В итоге их руки были заняты убийством гоблинов. А дракон уничтожил девушек, и им не удалось спасти мир, но…

— Но это определённо было весело, не так ли? — сказала Жрица.

— Ещё как, — согласилась Пастушка.

Осень всё ещё казалась такой далёкой, но бриз, дувший всё холоднее и холоднее, недвусмысленно намекал о её приходе.

Мир, который он видел.

Мир, в котором он жил…

Ей удалось хотя бы мельком увидеть его.

— Эй… — Пастушка рассмеялась от ласкающего её ветра, а на щеках её до сих пор играл румянец от игры. — Примерка товара в оружейной лавке, игра в таверне… Не особо-то это и по-девичьи, да?

— Ах-ха-ха-ха…

Жрица сухо засмеялась и уклонилась от вопроса. Она была на три-четыре года младше Пастушки и выглядела в её глазах похожей на младшую сестру.

«Интересно, что о ней думает он».

— Хм. — Возможно, Жрица заметила тихий вздох, который издала Пастушка, а может и нет. Но она посмотрела на неё с простодушной улыбкой.

— Я бы хотела как-нибудь ещё раз поиграть.

— ...Ага. Я тоже.

— В таком случае… — Жрица убежала на несколько шагов вперёд, и шажки её отдавали лёгким топ-топ-топ,развернулась на месте и встретилась лицом к лицу с Пастушкой. Её золотистые волосы струились на ветру, ловя последние лучи уходящего солнца и сверкая его затухающим светом. — ...Давай сделаем это!

«А. — Пастушка выдохнула, даже не заметив этого. — Полагаю, у меня всё же есть здесь связи».

Она думала, что у неё есть лишь он да ферма. Но из-за того, что он был связан с этой девчонкой, та попала и в её круг.

— ...Конечно. — Пастушка отряхнула свой зад и улыбнулась. — Давай как-нибудь повторим.

Всем привет, народ, с вами Ред, и эта глава была про довольно странное сочетание персонажей. Буду честен, первая часть была скучной: походы по магазинам, болтовня и переодевашки. Причём переодевашки даже не были описаны. Да, признаю, это была крайне неплохая тема со сведением персонажей, которые раньше никогда не контактировали. То есть да, все так рядом живут, пересечься должны были рано или поздно (городок-то небольшой). Это было весьма познавательно. Теперь я хочу глянуть, как будут контактировать Гобс с Герой-тян (потому что они так часто оказываются чертовски рядом, но никогда не сталкиваются, что мне просто хочется увидеть их общение), Ведьма с Девой Меча (но, думаю, этот контакт будет лишь в каком-нибудь хентае), Ящер с Регистраторшей, и как будет себя вести команда из Гобса, Копейщика и Воина в Тяжёлой Броне? Оууууу… точно… а ведь об этом вы очень скоро узнаете (ждите следующую главу где-то через неделю… и да, это не спойлер, потому что ещё на цветных иллюстрациях это было).

Ко второй части… набираем воздуху… ПЕРСОНАЖИ РАНОБЕ, ОСНОВАННОМ НА ДНД И ЕГО ПРАВИЛАХ, КАТАЛИ В ГРЁБАННЫЙ ДНД, ЭТО ЧТО ВООБЩЕ ЗА СХЛОПЫВАНИЕ РЕАЛЬНОСТЕЙ?!! Не знаю как вы, а я орал каждый абзац. Это просто эпично. Четыре тянки, одна из которых настоящая авантюристка, притворялись авантюристками и откатывали кампанию в ДнД. И профукали, ибо кто ж такой дисбалансной пати-то прёт? Ещё и качались не так, наверно. Эту часть я буквально сделал за пару часов, потому что она была такой интересной и забавной, что мне хотелось поскорее дойти до её конца.

На этом всё. Подкидывайте донаты, ибо работать над ранобе тяжело, а следующая глава была очень жирной (всё нормально, просто я её уже сделал)... а ещё я сделал две главы, так что вас ждут две сразу. Кошельки будут внизу, ну а с вами был Red «Буду огненным магом» Crow.

Правда, тут возниклас какая-то странная ерунда. По манге «Год первый» Пастушка позвала Гобса во время их первой встречи за все эти годы. А тут наоборот. Я не знаю точно, авторский ли это косяк или анлейтерский (авторские косяки тут тоже есть. Вон, у официантки в ранобе обычные руки, а в манга-адаптации лапы.), так что оставим как есть. Но вы знайте.

НО ТАК КАК У НАС ТУТ ДНД, МАТЬ ВАШУ, то вирм — это в принципе термин для описания целой кучи драконов. Но драконов уже классического вида: тучное тело, лапы, хвост, большой возраст и тд. Есть ещё вирмлинги (моя не знать русский перевод ДнД терминов), и это мелкие поддраконы. Сами же вирмы появились в ДнД в 3,5 редакции, да так и остались там до сих пор. В 5 редакции их количество просто зашкаливает. Хотя 5 такая себе, троечки вечно в наших сердцах.

Группу-то дамы собрали. Но в ДнД есть такая тема как персонажи-примеры. То есть, это полностью готовые персонажи со скиллами, статами и тд. В принципе — это такой гайд, как вам стоит играть и качаться, если вы выбрали определённые расу и класс.

А теперь о том, кто здесь кто.

(Как я понял, здесь идёт речь именно о редакции 3,5, но я мог сильно облажаться, так что не судите строго.)

Человек Воин (Пастушка) — Регдар. Правда, у настоящего Регдара шлем не закрывает всё лицо, а вот броня и шлем по описанию чертовски подходят.

Эльфийка Заклинательница/Волшебница (Жрица) — Майали. Правда, оригинальная Майали не так роскошна, как её описывают тут (по крайней мере в районе груди).

Дворф Воин (Высшая Эльфийка Лучница) — Тордек. Ууууууух, вот это перс. Этакий герой, рождённый сосать. Да, конкретная сборка была дико слабой, очень сильно зависела от снаряжения и отставала от других классов по показателям. Всё было настолько плохо, что на 15 уровне он наносил такой же урон, как некоторые персы на 2. Теперь Тордек — это локальный мемчик фанатов днд, означающий криворуко собранного персонажа.

Насчёт выбраного Регистраторшей перса я хз, ибо ни расы, ни пола не знаю. Возможно это Совеллис, но не факт.

Человек Монах (Испектор) — да тут тоже всё сложно и плохо. Персонажа-примера я с ним не нашёл (а вы думали, я такой задрот ДнД, что помню всех персонажей?). Сорян.