Из пяти внедорожников выбралось в общей сложности двадцать человек, и один из них — мужчина среднего возраста высокого роста с седеющими волосами, синими глазами, крепким телосложением — произнес властным и грозным голосом:

— Я Джесс! Ло Чэнь, открывай проход!

— Джесс! Это министр Джесс!

— Прибыл министр Джесс!

— …

Увидев этого человека, многие из бойцов на подземной базе побледнели и почти что ударились в панику.

Джесс был главнокомандующим повстанческих сил востока и одним из членов комитета.

До того, как Ло Чэнь перешел на сторону Юэ Чжуна, его непосредственным командиром был Джесс.

Джесс был очень уважаем среди повстанцев востока, и потому, увидев его, многие из бойцов-ветеранов стали испытывать сомнения в правильности сделанного ими выбора.

Ло Чэнь со странным выражением глаз посмотрел на Джесса: «Не думал, что прибудет именно он».

С совершенно спокойным взглядом, ни капельки не взбудораженным от прибытия этого человека, Айлоя спросила:

— Убить его? Совместной атаки всех наших бойцов будет вполне достаточно для его уничтожения.

Для Айлои ничто не имело значения, кроме Ло Чэня, и, кто бы ему ни угрожал, она всегда была готова устранить угрозу для командира.

— Нет. Джесс — человек, достойный уважения. Он приложил очень много усилий для развития и поддержки повстанческой армии, и я его сильно уважаю. Более того, он божественный воин 3-го типа, и маловероятно, что даже при атаке всеми наличными силами мы сможем его убить, но то, что приведем в ярость, так это точно. Я отправлюсь на переговоры с ним. Если он присоединится к нам, можно будет считать, что наши силы как минимум удвоились, — отверг предложение Айлои Ло Чэнь и после объяснения вышел быстрым шагом из комнаты.

Сжав зубы, Айлоя молча последовала за ним.

Входная дверь базы открылась, и Джесс без всяких проблем смог зайти внутрь.

В помещении, предназначенном для приемов, его встретили Ло Чэнь и Айлоя — больше никого из повстанцев там не было.

Сам Джесс, как ранее было сказано, воин 3-го типа, и, так как на этой базе не было равных ему по силе бойцов, Ло Чэнь больше никого не позвал на встречу.

С помрачневшим при виде Ло Чэня лицом Джесс спросил низким голосом, в котором явственно звучало уважение:

— Ло Чэнь, почему ты предал повстанческую армию? Ты уже позабыл клятвы, что давал, когда присоединился к нам?

Ло Чэнь отозвался с не менее глубоким уважением в голосе:

— Министр Джесс, клятв я не забыл, а причина, по которой вышел из подчинения повстанческой армии, в том, что я встретил Спасителя из Пророчества — предсказанного главу наших повстанческих сил, за кем мы все должны немедленно последовать. Его зовут Юэ Чжун, и на правой руке он несет божественную печать.

Среди людей, прибывших с Джессом и теперь слушавших ответ Ло Чэня, был один молодой человек с весьма выдающейся внешностью. Одет он был с непривычной для повстанцев роскошью, закрывающей его чистую светлую кожу, и во время рассказа Ло Чэня у него на красивом лице играла холодная, презрительная улыбка. С презрительным хмыканьем он произнес оскорбительным тоном:

— Спаситель? Да что за нелепая ложь. Если в нашем мире и может существовать такой персонаж, как Спаситель, то это будет не кто иной, как мой отец Гун Чантянь, но никак не упомянутый тобой, никому не известный Юэ Чжун.

После этого с явным выражением враждебности на красивом лице этот юноша бросил взгляд на Айлою, и в его глазах вспыхнула неприкрытая жажда обладания:

— Дядя Джесс, теперь, когда нам всем стало ясно, что Ло Чэнь затеял все это восстание для своих личных выгод и предал наше дело, пожалуйста, пристрелите этого предателя на месте!

С изменившимся выражением лица Айлоя встала перед Ло Чэнем, заслоняя его своим телом, и выкрикнула:

— Гун Фэй, как ты можешь такое говорить, когда мы все рассказали без всякой утайки, да и наше присутствие на переговорах говорит о нашей полной искренности, к чему столь мерзкие обвинения!

Все с той же холодной улыбочкой Гун Фэй ответил:

— Айлоя, ты прибыла сюда по приказу командира всей восточной повстанческой армии, министра Джесса. Ты не имеешь никакого права находиться рядом с мятежниками, иначе ты сама будешь считаться предателем, а ведь тебе должна быть вполне понятна судьба, ожидающая предателей.

Айлоя выставила в сторону Гун Фэю поднятый средний палец и пожелала ему:

— Чтоб ты жрал собачье дерьмо!

Тут же переведя взгляд на министра Джесса, Гун Фэй произнес голосом, полным несравненной пренебрежительности и самодовольства:

— Ну что ж, это было все просто великолепно! Дядюшка Джесс, ты ведь теперь убедился в непробиваемой тупости этих людей, но все еще не применил силу для их ареста?

Гун Фэй был единственным сыном Гун Чантяня, его мать умерла, когда он был еще ребенком. Гун Чантянь крайне любил его и окружал постоянной опекой, боясь, как бы с ним чего не случилось. Из-за этого Гун Фэй обзавелся такими превалирующими чертами характера, как заносчивость и своеволие, отчего даже такой человек, как Джесс, совершивший столько подвигов и занимавший должность одного из четырех министров, не пользовался уважением в его глазах.

Джесс, нахмурив брови, обратился к Ло Чэню:

— Ло Чэнь, уже слишком поздно для сожалений о сделанном тобой выборе. Но стоит тебе только сдаться и обеспечить сдачу своих бойцов, и я буду просить верховное командование о милосердии для тебя.

В повстанческой армии была довольно жесткая дисциплина, и людей подобных Ло Чэню, что предали или взбунтовались против организации повстанцев, ожидала только смерть. Так что то, что Джесс предложил свое заступничество в пользу Ло Чэня, вообще было практически неслыханным делом.

Ло Чэнь ответил с убежденностью в голосе:

— Это полностью невозможно! Я подчиненный главы Юэ Чжуна, и я не предам его. Джесс, у Юэ Чжуна и вправду божественный знак на руке, он наша единственная надежда на жизнь и победу! Пожалуйста, министр Джесс, присоединяйтесь к нам!

Со сложным клубком чувств в глазах Джесс, вздохнув, ответил:

— Ло Чэнь, да ты и вправду безумен. Сдавайся немедленно, я не хочу казнить тебя своими руками за предательство!

С холодной улыбкой Гун Фэй громко скомандовал:

— Взять их! Если Ло Чэнь окажет сопротивление, казнить на месте! Айлою же доставить мне живой.

Четверо мужчин, стоявших рядом с Гун Фэем, тут же размазываясь от скорости, бросились вперед к Ло Чэню. Они были божественными воинами 2-го типа, так что им не составило никакого труда захватить Ло Чэня.

— Ни шагу ближе! — со вдохом Ло Чэнь нажал на кнопку, и в комнату из открывшихся амбразур высунулось десяток пулеметных стволов, нацеленных на Джесса и сопровождающих.

При виде уставившихся на него тьмой стволов пулеметов у Гун Фэя сильно переменилось выражение лица, и он практически застыл на месте.

У Джесса, наоборот, это вызвало только еще большую хмурость на лице и печаль, и он с упреком сказал:

— Ло Чэнь, эти игрушки не способны меня остановить.

Ло Чэнь ответил совершенно спокойным голосом:

— Так оно и есть, против твоей силы воина 3-го типа это просто ничто. Но под этим помещением заложено огромное количество взрывчатки. И при взрыве в столь небольшом объеме даже тебе не выжить.

От услышанного Джесс еще сильнее помрачнел. Подобное не смог бы пережить и воин 4-го типа.

Все с той же гримасой на лице Джесс сказал:

— Ладно, я уйду. Но в следующий раз мы уже встретимся как враги.

И в эту секунду в комнату ворвался солдат с громкими радостными криками:

— Глава! Глава вернулся! И он захватил множество вертолетов!

С вспыхнувшей в глазах радость Ло Чэнь предложил:

— Джесс, почему бы тебе вместе со мной не встретить нашего главу? Мы, люди, слишком слабы перед лицом такого врага, как Святой клан, я не хочу быть твоим врагом, ведь это будет только пустой растратой сил нашего вида!

Немного помолчав, Джесс медленно ответил:

— Ну что ж, я посмотрю на этого Юэ Чжуна.

Гун Фэй с насмешкой посмотрев на Ло Чэня, сказал:

— Я тоже хочу его увидеть. Надеюсь, что он не будет прятаться за женской юбкой, как один отброс!

Ло Чэнь просто мазнул по нему взглядом и даже не удосужился ему ответить.

Все в повстанческой армии знали, что сын Гун Чантяня был самовольным и заносчивым глупцом. Но сам Гун Чантянь был выдающейся личностью, вся повстанческая армия под его руководством сильно окрепла, и без него она, скорее всего, уже распалась бы. К тому же он был божественным воином 3-го типа, что был крайне близок к достижению состояния воина 4-го типа.

Не говоря ни слова, Айлоя бросила на Гун Фэя холодный взгляд.

Высыпавшие из подземного укрытия все люди были потрясены открывшейся перед ними картиной.

В небе плотным строем шло более ста вертолетов. Среди них были как транспортные, так и боевые машины. Количеством они превосходили число вертолетов, какими обладала вся повстанческая армия в целом.

И конечно же, когда по приземлении транспортных вертолетов из них вышло несколько сотен ОБМ RH2, подобное привело людей в крайнее изумление.

«Трофеи главы?! Невероятно!» — Ло Чэнь с неверием смотрел на двести с лишним марширующих ОБМ RH2. Он потер глаза, что бы убедиться, что ему не привиделось, и снова посмотрел на ОБМ. Это открытие заставило его сердце наполниться дикой радостью, и он незаметно для себя пробормотал:

— Это и в самом деле он! Он и вправду Спаситель! Невероятно! Поразительно!

«Это все на самом деле?! Да как такое вообще возможно?» — столь же не верящими глазами Айлоя с ошарашенным лицом смотрела на двести ОБМ перед ней.

Всего в третьей восточной армии было три таких ОБМ. Всего во всей восточной повстанческой армии насчитывалось десять RH2. Ну, а если посчитать все ОБМ во владении повстанцев, то их не набиралось даже и пятидесяти, а сейчас перед ними было двести машин, что в четыре раза превышало численность того, чем владели все повстанцы.

Гун Фэй в отчаянии бормотал про себя:

— Это невозможно! Попросту невозможно! Откуда у них столько ОБМ RH2?!

С поддержкой в виде более двухсот ОБМ Ло Чэнь теперь превосходил по мощи силы, которыми располагал комитет повстанческой армии, и подобный поворот событий было очень не просто осознать для Гун Фэя.

Лица бойцов, сопровождавших его, тоже побледнели. Они впервые видели такое огромное количество марширующих ОБМ. От каждого шага машин содрогалась земля, этот катящийся стальной поток мог сокрушить любого вставшего перед ними врага.

По глазам смотрящего на двести с лишним ОБМ Джесса можно было понять, что он о чем-то напряженно размышляет.

Спрыгнув с подошедшего к Ло Чэню ОБМ, Юэ Чжун с улыбкой произнес:

— Ло Чэнь, что думаешь о нашем новом пополнении армии?

Ло Чэнь, по всем правилам вежливости, слегка согнулся в пояснице, обозначая уважительный поклон, и ответил:

— Для меня честь служить под вашим руководством!

Вперед выступил Джесс и без всяких обиняков сказал:

— Приветствую, я Джесс. Не позволите ли вы мне взглянуть на вашу божественную печать?