Глава двести девяносто семь

- Э-это... - выкрикнул граф Хисайн, вцепившись в подлокотники своего кресла. Его руки дрожали.

Причиной тому было содержание письма, которое он только что получил от своего сына Григона из Демейра.

- Это... как такое вообще возможно? Он смеет...! - вопил граф Хисайн, содрогаясь от ярости.

Это спровоцировало всплеск верноподданнических чувств среди его подчинённых.

- Вы не можете сидеть сложа руки! Пусть он и король другой страны, как он посмел поднять руку на рыцаря-командора нашего государства?! Покойный сэр Камье был прославленным мечом нашей страны! Вы должны высказать протест Королю Марена, как только он прибудет в замок!

- Что за чушь вы несете?! - взревел граф Хисайн, и дворяне в страхе съёжились на своих местах.

Почему граф злится на них? Дворяне были сбиты с толку столь неожиданной реакцией. Граф Хисайн указал пальцем на вельмож и продолжил: - Вы что, все с ума посходили? Что вы собрались предъявлять Королю Марена по поводу сэра Камье? Мы должны быть благодарны ему за то, что он позволил замять это дело!

- Ах...

- П-прошу прощения.

Дворяне сжались еще сильнее. В редкие моменты гнева своего монарха они забыли, что, хотя их господин - граф Хисайн - и был мелочным скрягой, он отнюдь не был некомпетентным. Напротив, он был очень способным правителем. Как дворяне графства, так и монархи иностранных государств признавали, что огромная заслуга в нынешнем успехе графства Хисайн принадлежала его таланту финансового управления и политическому чутью.

- Одно дело, если бы он добился успеха, но раз уж он проиграл и даже погиб, неужели вы не понимаете, что нам Королю Марена и сказать-то нечего, будь у нас хоть десять ртов?

-...

- Более того, сэр Камье знал Короля Марена, но Король Марена понятия не имел, кто он такой, верно? Они могут поставить точку в этом деле, просто выразив сожаление. Как вы думаете, как они отреагируют, если мы попытаемся протестовать? - продолжал граф Хисайн.

Очевидно, они спросят, почему рыцарь графства преградил путь монарху, который шел на помощь этому самому графству. Это поставило бы графство Хисайн в еще более затруднительное положение. Если бы Камье остался жив, но потерпел поражение, дело можно было бы списать на недоразумение и закончить всё смешками и улыбками, но со смертью Камье инициатива перешла к Королю Марена. Было по-настоящему грустно и обидно, что рыцарь графства был убит, но смерть Камье посеяла семена еще большей проблемы. В конце концов, он умер крайне позорной смертью.

-...

Дворяне, терзаемые вопросами и любопытством, ждали, когда гнев графа утихнет. Если он не расстроен смертью своего любимого рыцаря Камье, то почему он так зол? Впрочем, вскоре их любопытство было удовлетворено.

- Григон! Этот тупица! Поверить не могу, что ты просто отдал им все припасы! Ты должен был восстановить честь сэра Камье и заключить с ними сделку, учитывая положение графства! - воскликнул граф Хисайн.

Он был расстроен тем, что Григон не сумел соблюсти ни честь, ни практические интересы графства.

- Вдобавок ко всему, все Рыцари Рассвета даже стали рабами короля? Проклятье! - в ярости граф Хисайн даже сорвался на недостойные его сана слова. Однако дворяне не находили слов. Все они знали, сколько этот прижимистый граф вложил в Рыцарей Рассвета.

Короче говоря, честь графства была втоптана в грязь, а Григон из-за своей неопытности обрек их на огромные убытки.

- Мы не можем просто так сидеть. Нужно обдумать, как вести себя с Королем Марена, когда он прибудет. Мы должны сделать всё, чтобы минимизировать наши потери, насколько это возможно, - сказал граф Хисайн.

В каком-то смысле он вел себя очень беспардонно, но дворянам графства оставалось только отчаянно искать идеи. Даже если граф Хисайн был наглым и бесстыдным, он демонстрировал образцовое отношение как монарх нации. Первоочередным приоритетом правителя были интересы его страны. Что бы ни говорили другие, стремление монарха сосредоточиться на интересах своего государства, невзирая на затруднительное положение, заслуживало похвалы.

- Судя по письму, Король Марена всё еще чувствует небольшую ответственность за смерть сэра Камье. Давайте воспользуемся его чувством вины и...

- Мой лорд! Прибыло письмо от Его Превосходительства герцога Визече!

- Что?! - глаза графа Хисайна расширились от удивления при этой неожиданной новости. Как и другие монархи и дворяне региона, граф Хисайн глубоко уважал герцога Визече. Точнее говоря, граф Хисайн считал герцога Визече фигурой сложной, в отличие от тех, кто почитал его просто за старшинство. Причина крылась в том, что в роду Визече был бывший папа римский. Это была в высшей степени престижная, религиозно значимая семья, в то время как семья Хисайн была изгнана из Священной Империи. Граф Хисайн и днем и ночью мечтал о восстановлении в правах. Поэтому он не мог не опасаться герцога Визече, который имел большой вес и голос в папстве. Таким образом, он был крайне удивлен, но и встревожен, гадая, зачем герцог Визече прислал ему письмо.

- Впустите их. Живо, - приказал он.

Вскоре в покои вошла делегация, присланная герцогом Визече.

- Законному правителю графства... - представитель делегации вежливо поприветствовал графа Хисайна, прежде чем протянуть позолоченное письмо.

- Это собственноручное письмо Его Превосходительства герцога для Вашего Превосходительства графа.

- О... - ожидания графа Хисайна возросли еще больше, когда он принял письмо от герцога Визече, который был гегемоном как в политике, так и в религии во всем регионе. Граф Хисайн вскрыл конверт слегка дрожащими руками, а затем принялся жадно читать, словно боясь пропустить хоть букву.

-...! - вскоре его глаза округлились от изумления. Руки задрожали еще сильнее, когда он, наконец, дочитал письмо и поднял голову. Граф отрешенно посмотрел на дворян, которые взирали на него с любопытством, а затем снова перечитал письмо от начала до конца.

Наконец он снова поднял голову.

-...?!

Дворяне были поражены: граф Хисайн выглядел так, будто его душа покинула тело, хотя еще мгновение назад он был полон решимости и рвения. В наступившей тишине граф разомкнул сухие, потрескавшиеся губы.

- Нам нужно будет сотрудничать с ним как можно активнее...

- Что?

- Мы будем сотрудничать с Его Величеством и делать всё, что он пожелает. Золото, серебро, сокровища - что угодно, - продолжал граф Хисайн.

- М-мой лорд? - дворяне не верили своим ушам. Граф Хисайн был скрягой, который ценил золото превыше жизни, так почему он вдруг так заговорил?! Может быть, в письмо было вплетено заклинание, одурманившее читателя?!

Потрясенные и сбитые с толку, дворяне замолчали. Граф Хисайн продолжал возбужденным голосом: - Только Его Величество может восстановить в правах мою семью и наше графство! Заветное желание нашего рода наконец-то может исполниться, господа!

-...!!!

Почему граф Хисайн стал таким прижимистым скрягой? Почему он, будучи монархом, донашивал одежду своего отца, втискиваясь в вещи, которые были ему явно малы? Всё это было ради религиозного восстановления его семьи. Всё дело было в его давнем желании доказать веру своей семьи, жертвуя невообразимо огромные суммы и стараясь не делать ничего, что могло бы вызвать неодобрение церкви. Это было последней волей его предков.

Однако даже каналы диалога со Священной Империей были перекрыты, и граф Хисайн долгое время пребывал в отчаянии. Но решение проблемы нашлось в письме герцога Визече.

[Король Марена - человек, получивший благословение верховного жреца. Он также получил приглашение в Священную Империю. Если вы отнесетесь к нему должным образом, я уверен, он передаст вашу просьбу папству. Более того, я также приложу все силы, чтобы представить ваши интересы. Однако при условии, что вы присоединитесь к коалиции, которую я возглавлю вместе с королем Марена. Причина проста. Общаться с папством от имени одного лишь графства Хисайн будет невозможно. Но это станет возможным от имени союза]

Этот план казался более осуществимым, чем любой другой. Граф Хисайн в волнении пробормотал фразу, написанную в конце письма герцога Визече:

- Если не можешь победить в одиночку - объединяйся...

Это было поистине мудрое изречение.

Одержав великую победу на горе Фелипоа, Юджин направился в Бирн, столицу региона Демейр, где находился Григон.

Григон проливал слезы благодарности, благодаря Юджина за то, что тот всего за несколько дней полностью подавил восстание монстров. Он выглядел так, будто уже забыл о припасах и еде, которые у него отобрали. Григон не только унаследовал скупой нрав своего отца, но и считался весьма компетентным губернатором. Он знал, как себя поставить и что должно быть в приоритете у лидера.

Он мог снова собрать провизию и припасы, чтобы восполнить потери, но жизни жителей графства и стабильность Демейра нельзя было купить за деньги. На самом деле, заработать было бы невозможно, пока Демейр не стабилизируется. Григон, как будущий граф, прекрасно это понимал и был искренне благодарен Юджину. Поэтому он решил дать Юджину небольшой совет.

- Мой отец не такой, как я, Ваше Величество.

-...?

Григон понизил голос и продолжил:

- Мой отец никогда не сделает ничего себе в убыток. Хотя говорят, что я пошел в него, я лишь светлячок на фоне солнца. Так что будьте осторожны, когда будете вести переговоры с моим отцом.

- Благодарю за совет, - ответил Юджин.

Это не было большим секретом, но он кивнул. В то же время ему было любопытно и немного тревожно. Насколько же невыносим граф Хисайн на самом деле, если даже его собственный сын говорит такое? Несмотря на то, что Юджин был абсолютным, трансцендентным существом, вопрос денег стоял совсем иначе. Юджин был благородным рыцарем, который просто хотел получить справедливую оплату за свои услуги, поэтому он не собирался отбирать чужое богатство и имущество подобно бандиту. Конечно, если его противник начнет играть грязно, он тоже не станет церемониться.

"Но граф Хисайн считается мастером интриг, верно?"

Именно поэтому он смог накопить богатство, способное шокировать даже императорскую семью Римской империи.

"Что ж, подобное состязание заставляет понервничать".

Это не была битва стали, магии и тайн. Юджину почти не было равных, когда дело касалось борьбы сил, поэтому он на самом деле с нетерпением ждал встречи с графом Хисайном. В частности, он хотел одержать полную победу, так как сразу после встречи с графом ему нужно было отправиться в Петрукку. Вновь разжегши в себе боевой дух, Юджин вместе с экспедицией и Рыцарями Рассвета отправился к замку графа Хисайна.

Четыре дня спустя Юджин прибыл в город Вена, столицу графства Хисайн. Путь должен был занять на два или три дня больше, но Юджин торопился. Поэтому одежда и доспехи участников экспедиции и Рыцарей Рассвета были покрыты слоем грязи и пыли. Любому с первого взгляда было ясно, что они измотаны тяжелой битвой и долгим путем.

"Эффект будет не таким сильным, если они будут сиять чистотой, верно? Нужно показать всем, как усердно они трудились".

В человеческой природе заложено сочувствие к тем, кто выглядит усталым и изможденным. Более того, благодарность народа только возрастет, когда они увидят, насколько изнурены благодетели их страны. Неизвестно, сработает ли это против мастера интриг, но Юджин подготовил своего рода "внезапную атаку".

Прибыв в город, он отправил в замок посланника. Однако...

- Ваше Величество! - крикнул Эдмунд, быстро вернувшись из замка.

- Да. Ты сообщил им, что мы прибыли? Мы можем войти прямо сейчас? - спросил Юджин.

- А, да. Но... - Эдмунд замялся.

Юджин мысленно цыкнул.

"Тц. Как и ожидалось, он настолько грозный противник?"

- Все дворяне, включая его сиятельство Хисайна, ждут перед воротами. Но они приготовили в два раза больше золотых слитков, чем обещали изначально. Я даже представить не могу, к чему всё это...