– Ваше величество императрица, пора вставать.

– ?..

Заслышав человеческий голос, птицы улетели. Слова, которые донеслись до ушей Ласильи, удивили её даже больше, чем птицы, что, казалось, говорили по-человечески. 

“Ваше величество императрица?..”

“Кого ты называешь императрицей?”

– Что ж, тогда я открываю дверь.

Тяжёлая дверь распахнулась с громким звуком, сопровождаемым разговорами людей.

Вжик.

Кто-то отодвинул гладкую занавеску, висевшую у подножья кровати.

– Вы хорошо отдохнули, ваше величество?

– !..

Ласилья ни слова не могла произнести, она лишь приоткрыла рот. В её глазах не было ничего, кроме немого удивления. Её поприветствовали поклоном шесть женщин, скрестивших руки на груди. Именно её они и называли императрицей.

– Ваше величество, что с вами?

После долгого молчания спросила женщина, стоявшая впереди. Судя по поведению и возрасту, её положение было выше остальных.

– Как вы меня назвали?..

– Госпожа императрица, вы чем-то взволнованы?

– …

“Я не ослышалась. Это не может быть ошибкой. Вокруг больше никого нет... Эти женщины точно называют меня императрицей.”

“Почему? Что происходит?”

– Я…

Ласилья с трудом проглотила слюну, словно это были иглы.

– Кто я… Как вы меня назвали?

– Что?..

Женщины одинаково смотрели на Ласилью. Вскоре после этого по дворцу быстро распространились слухи об амнезии императрицы, Картахены Пиэллион.

***

Обстановка была напряжённой.

Открыв глаза, предсказательница этой неизвестной страны, внезапно ставшая императрицей, не могла осознать всю абсурдность сложившейся ситуации.

Ласилья заявила, что ничего не помнит, а дворцовые лекари и пальцем не пошевельнули, спросив лишь о правдивости ситуации.

Это было очень странно, даже подозрительно.

– В таком случае это амнезия. Мне сообщить его величеству?

Дворцовый лекарь, напомнивший об императоре, осторожно спросил у неё.

– Как это понимать?

Ни придворные, ни слуги не подозревали об амнезии. Они лишь наклонялись и смотрели в её глаза.

– Никто в неё не верит. В эту “амнезию”.

– «Если так, то в чём причина?» - задумавшись на мгновение, спросила у придворной дамы Ласилья.

– Раньше со мной подобного не случалось?

– Что? Эм… Нет, ваше величество.

Ласилья заметила, как та закатила глаза перед ответом.

– Звучит так, будто амнезии раньше не было, но что-то похожее происходило.

Придворная дама снова закатила глаза.

– Видите ли… Вы настолько чувствительны и нежны, что в день появления синей луны вам всегда становится плохо.

– Синей луны?..

– Да, ваше величество. Синяя луна появится через пару дней.

“Синяя луна… Я уже слышала о ней. Говорят, что она освещает ад. Некоторые зовут её луной смерти. В ночь, когда взойдёт огромная и яркая синяя луна, никто не сможет увидеть своей тени. Далёкая невероятная луна, которая видима для глаз, но не имеет отражения на поверхности.”

“Я считала её лишь старой сказкой. Наверное, потому, что никогда не видела.”

“Возможно, в этом и причина.”

С незапамятных времён к синей луне приписывали всевозможные виды зла.

Одни говорили, она призывает демонов, другие считали, что насылает проклятия. Легенды также гласят, что хороших людей синяя луна лишает рассудка, а некоторых даже жизни.

– Говорите, синяя луна как-то связана с её амнезией. Не может быть… Даже если так, это всё равно тревожно.

– Чувствительность и болезнь – не одно и то же. Если они не поверят, то подумают, что их пытаются одурачить.

Дворцовый лекарь сказал, что императрица чувствительна, но не больна. Это имело совсем другое значение.

– Вы ведь не верите ни единому моему слову? Тем более, что на самом деле я не настоящая императрица, да?

Она вся тряслась.

– Так что же мне делать?

Ей было необходимо время, чтобы спокойно обдумать ситуацию. Поэтому Ласилья посмотрела на стоящих рядом и сказала,

– Если это уже не первый случай, когда мне нездоровится, думаю, его величество предвидел подобное. Нет необходимости ему сообщать.

“Всё усложнится ещё больше, если император узнает.”

– О… Вы точно в этом уверены?

Придворный вздохнул с облегчением. Естественно, он боялся сообщать императору об этом недуге. Ласилье было необходимо как можно быстрее найти выход из сложившейся ситуации.

“Я не… не должна быть здесь. Мне нужно вернуться в королевство Деларт.“

Внезапно она почувствовала тяжесть, будто в её груди находился камень. Раз Господь возродил её, то для этого должна быть причина. И если причиной смерти Ласильи было предательство принца Рикардо, сейчас у неё всё ещё есть шанс остановить восстание.

– Мне нужно сосредоточиться на воспоминаниях в тишине. Оставьте меня одну.

Все согласились с её словами. Они опустили головы и вежливо поклонились.

– С императрицей, похоже, всё не очень просто.

Поклонившись, все стремительно, один за одним вышли. Шаги были быстрыми, но не издавали ни единого звука.

***

– Что? Потеряла память?

Слухи быстро распространились по императорскому дворцу. Вдобавок император сразу поручил двум теневым рыцарям следить за каждым шагом своей жены.

Одна из них, Раян, уронила надкушенное яблоко, услышав слово «амнезия». Подобное было для неё, первого человека, достигшего звания мастера меча, большой редкостью. Настолько новость стала неожиданной.

– Так точно, амнезия.

Сербен, второй теневой рыцарь, только прибывший в императорский дворец всё разузнать, подкинул упавшее яблоко ногой, поймал левой рукой и отдал Раяне.

Увидев, что та нахмурилась, он вытер яблоко о свою рубашку и снова протянул ей.

Хрумк!

Смотря на Сербена, она укусила яблоко.

– Амнезия – необычное явление? То есть не как сердечные приступы, бессонница и паралич, от которых её величество часто страдает?

– Как такое возможно? Однако синяя луна появится уже скоро. Значит, возможна любая болезнь.

– А, точно. Синяя луна.

Лица двух рыцарей исказились абсолютно одинаковыми выражениями. На обоих были кислые мины.

– Его величеству станет ещё хуже, когда взойдёт синяя луна. Императрица не хочет брать на себя ответственность за это, поэтому специально притворяется больной… Я на протяжении четырёх лет наблюдаю подобное. Но в этот раз амнезия?

Хрумк!

Раян откусила ещё кусочек и нахмурилась, поджав губы к носу. Сербен восхищённо посмотрел на яблоко, от которого за два укуса остались лишь косточки.

– Разве наша коварная, злая императрица не знает, что, даже потеряв память, она может «контактировать» сколько ей угодно?

Сербен ухмыльнулся и легонько дотронулся до морщинистого носа Раяны.

– Не думаю, что наша коварная императрица так сильно просчиталась. Должно быть, у неё на уме что-то другое.

– И что же это может быть?

– Ну, я слышала, что она приказала ничего не говорить его величеству.

– Тогда я ещё больше не понимаю. Притворяться больной, только чтобы не контактировать с ним во время синей луны. Тогда зачем это скрывать? В любом случае молва пойдёт по всему дворцу.

– Может, императрица готовится разыграть какую-то драму? Она такое любит. Привлекать к себе всеобщее внимание.

– В таком случае она, должно быть, очень счастлива сейчас.

– Знаю.

Два рыцаря, которые были близнецами, обычно плохо ладили, но на тему императрицы Картахены у них не возникало разногласий. Они давно утверждают, что её величество – бессовестная, лживая мошенница.

И в доказательство приводят то, что она отлёживалась в кровати каждый раз, когда появлялась синяя луна, прикрываясь самыми разнообразными недугами.

Хрумк!

Раян кусала так, будто это яблоко – её заклятый враг.

– Ага, до синей луны осталось совсем немного… Как там его величество? Нет ничего необычного?

– Может, спросим у него лично?

– Все знают, что он – очень стойкий человек. Скажет, что всё хорошо, ведь ещё жив, даже если его боль будет хуже смерти.

К сожалению, это замечание было неоспоримым.

Император Эллиадена, Лескаль, во многом отличался от обычных людей.

В основном своим великолепным золотым обличием. Он был устрашающе, нечеловечески красив. Даже до восхождения на трон являлся крайне замкнутым человеком. Его зрение было в два раза острее, чем у обычного человека, жизнь – в два раза дольше, а кожа – невероятно прочной, не подверженной болезням и повреждениям.

Лескаль был во много раз сильнее обыкновенного человека, причём как телом, так и духом. 

Всему виной то, что в его жилах текла кровь императорской династии, смешанная с кровью демона. 

В других императорах признаки демонической крови проявлялись слабо, но Лескаль был другим. Он родился с чертами демона, которые невозможно было скрыть. 

Но даже его монструозное тело испытывало боль. 

Он чувствовал ужасную боль, будто тело разрывалось, сдерживая переполняющую его мощь демонической крови. Особенно в ночь синей луны, когда глава демонического рода является в мир людей, а демоническая кровь бурлит, словно высмеивая человеческий род.

Кожа разрывается, а из этих ран проступают твёрдые чешуйки, рога растут сквозь лобную кость, костлявые крылья раздирают спину. Когда луна пропадает, к нему возвращается человеческий облик, но боль не проходит. 

Раян, долгое время сидевшая на полу, покусывая губу, вдруг прыжком вскочила на ноги.

– Пойду разузнаю, что задумала наша коварная императрица.

Сербен, скрестив руки, кивнул. 

– Слежка ничем не поможет. Судя по этой «потере памяти», её величество собирается снова оставаться в своей спальне. Сама знаешь, тут мы бессильны.

– Я это прекрасно понимаю, но всё равно в бешенстве!

Это случилось в момент, когда Раян крикнула.

Бам!

– Ваше величество?

В комнату вошёл Лескаль. 

Он стоял, сжав руки в кулак. На его лице почти не было эмоций, но на рыцарей произвёл яркое впечатление.

– Мне нужно к императрице.

– Что?

Его реплика была крайне подозрительной.

Насколько было известно рыцарям, император никогда сам не приходил к своей супруге. Лескалю всегда было на неё всё равно. Даже фонтан в дворцовом саду волновал его больше. 

Так или иначе, он искал её. Это был необычный случай.

Лескаль протянул сжатый кулак к Раяне.

– Симптомы проявляются.

– Ваше величество!..

Сквозь потрескавшуюся кожу его кулака проступали каменные чешуйки. 

– Чёрт!

Раян плотно закрыла глаза.

Никто не мог подобраться к злой, коварной, лживой императрице по одной причине.

К сожалению, только она могла обуздать демоническую кровь.