Агентство, Эвисхан, Тенебра, десятки Воровских Гильдий, Гильдий Наемников и многочисленных торговых караванов обращались к огромному количеству людей, распространяя информацию об ужасных и противоестественных планах Безумного Дракона Лунака и Лация. По всему континенту. Пользуясь репутацией и именем Роана Лэнцепхила…

Но, как и опасались великие умы королевства Амарант, люди не слушали правду.

Точнее, считали правду ложью.

Они полагали, что королевство Амарант и в частности Роан просто паникуют в связи с Зовом Святой Земли и поэтому распространяют нелепые слухи.

Тем временем, королевства Першион, Истел и Лайт объявили о поддержке королевства Амарант.

Благодаря этому некоторые все же начали приходить к выводу, что слухи, распространяемые королевством Амарант, не могут быть ложью.

Конечно, большинство все еще считало, что королевства Першион и Истел, которые всегда находились с Роаном в хороших отношениях, просто были против Зова по личным причинам, и к распускаемым слухам это никакого отношения не имело.

С другой стороны, некоторые страны оказались в сложной ситуации, когда сразу несколько королевств встали на сторону Амаранта.

Особенно справедливо это было в отношении Альянса Аймас, который граничил с королевством Истел. Члены Альянса вполне справедливо опасались того, что Истел может напасть на них всей своей немалой мощью.

Похожие проблемы имелись и у королевства Байрон, которое граничило с королевством Першион. Королевство Байрон напало на королевство Амарант сразу же после объявления Зова, и до того, как узнали, что их соседи выступят в поддержку жертвы агрессии. Так что теперь они боялись того, что королевство Першион воспользуется возможностью и нападет на их ослабленные границы.

Азатем произошло нечто шокирующее.

Два дня тому назад вокруг северной части Зерновых гор начал распространяться странный слух.

Он был достаточно прост.

Черный Безумный Дракон Лунак, которого никто не видел сотни лет и которого уже начали считать сказкой, вдруг объявился в горах.

Он был ранен. А еще он разграбил деревню и замок около горного хребта, сжег их дотла и исчез на севере континента.

Таким образом, люди наконец-то начали прислушиваться к сведениям, которые распространяли жители королевства Амарант, задумываясь о том, могли ли эти сведения быть правдивыми.

До всех начало постепенно доходить, что что-то в этой истории наверняка совпадает с реальностью.

Стало ясно, что истинные намерения королевства Амарант и Роан не так просты, как могло показаться на первый взгляд. Особенно сильно повлияло на людей то, что считавшиеся погибшими во время битвы солдаты на самом деле сохранили свою жизнь. Они не только были живы, но и испытывали весьма порядочное обращение, хотя и содержались в тюремных лагерях Амаранта.

Пока что такой положительный сдвиг наблюдался лишь на северных землях континента.

Однако вскоре слухи стали распространяться быстрее, чем лесной пожар.

Королевство Амарант вновь сосредоточило свои усилия на распространении правды по всему континенту.

Роан, теперь путешествующий в сопровождении Эйли и Калиана, с жадностью поглощал запасы Королевского Корпуса, словно человек, который голодал месяцами.

— Хааах…

Роан доел содержимое последней огромной тарелки, стоявшей перед ним, а затем удовлетворенно выдохнул и откинулся назад. Голод, который, казалось, будет терзать его вечно, наконец-то был полностью удовлетворен.

— Ты наелся? — с улыбкой спросила Эйли Лэнцепхил, в такие минуты оберегавшая его покой.

Роан неловко улыбнулся.

— Да. Теперь, думаю, можно жить…

Эйли счастливо улыбнулась.

— Какое облегчение.

Она знала, что Роан страдает от сильнейшего голода, поскольку он объяснил ей все, что с ним произошло и какие последствия это имело.

«Душа Божества, затем тело Божества… человек, вобравший в себя божественную силу…»

Это был Роан.

Однако для Эйли такие перемены в нем были не особенно важны.

«Не покалечься, не погибни, останься со мной как можно дольше…»

Даже если Роан утратит все свои способности, даже если перестанет быть монархом, ей будет все равно.

Для нее был важен сам этот мужчина.

В этот самый момент в ее мысли вторгся осторожный голос Роана.

— Как там Калиан?

На самом деле Калиан пострадал куда больше, чем Роан.

Если Роана тревожил лишь ужасный голод, то Калиан страдал от тяжелых травм, нанесенных ему ядовитым дыханием Лунака.

Это были жуткие травмы. Казалось, его кости плавились внутри тела, мышцы теряли свою плотность, а боль, сопровождавшая этот процесс, была просто невероятной.

Однако, к счастью, Калиан не был обычным человеком. Он был Драконом.

К тому же само королевство Амарант было лучшим местом для того, чтобы исцеляться после тяжелых ранений.

Роан связался с замком Медиазис и приказал им приготовить огромное количество волшебного камня. Кроме того, Эйли созвала старейшин эльфов, которые годами медитировали в глубине Зерновых гор, и приказала им посвятить себя лечению Калиана.

Огромное количество волшебного камня и эльфийские старейшины.

Получилась практически идеальная комбинация.

Медленно, но неуклонно Калиан залечивал раны, и его состояние улучшалось с каждым днем.

— Ему намного лучше. Возможно, сегодня он придет в сознание, — с заботой произнесла Эйли.

Роан едва заметно улыбнулся и кивнул.

— Я так тебе благодарен.

— Не говори так. Я благодарна тебе больше.

Их чувства друг к другу нельзя было выразить обычными словами, в том числе и словами благодарности.

Они безгранично любили друг друга.

— Мне бы сходить да навестить Калиана…

Когда Роан встал, Эйли молча встала рядом с ним.

Роан взглянул на лицо любимой и взял ее за руку.

Как правило, монархам, членам королевской семьи и дворянам было не свойственно столь открыто проявлять свои чувства, но Роан не колебался.

Честность для него была важнее.

Когда Роан и Эйли рука об руку пересекли лагерь, многие рыцари, легионеры и все солдаты хлопали в ладоши и искренне приветствовали их.

Даже эльфийские воины, которым была свойственна молчаливость и сдержанность, присоединились к этим приветствиям.

Они были по-настоящему восхищены и ощущали благоговение перед способностью Роана уничтожить сотни Темных Эльфов одним легким движением ноги.

Они гордились тем, что их монарх был самым сильным человеком в мире.

Аплодисменты продолжались до тех пор, пока Роан и Эйли не достигли гигантского шатра, в котором лечили Калиана.

Роан осторожно шагнул внутрь, склоняясь под низким пологом, и Эйли молча последовала за ним.

— Ээээ… — невольно выдохнул Лэнцепхил.

Войдя в шатер, он тут же ощутил огромное количество маны, от которой его кожа словно сжалась, став жесткой, а дыхание перехватило.

«Шатер окружен волшебными камнями»

Это был его собственный прямой приказ, но он впервые оказался внутри такого сооружения. Здесь находилось так много волшебных камней, что и сосчитать было невозможно.

Даже если построить дом полностью из волшебного камня, казалось, эффект будет таким же.

Кровать, на которой возлежал Калиан, была изготовлена из того же материала.

— Прошу прощения за доставленные хлопоты, — произнес Роан, склоняя голову перед старейшиной эльфов, как раз занимавшимся стабилизацией потока маны возле кровати больного.

— Нет, что вы. Для нас большая честь помогать вам, — тихо рассмеялся тот и почтительно склонил голову.

Несмотря на то, что старейшины были несоизмеримо старше, они испытывали к Роану глубокое уважение. Пусть он и был человеком, однако шел по тяжелому, одинокому и святому пути.

А еще, конечно же, он был мужем Писцис Эйли.

— Как Калиан?

Роан подошел к кровати ближе.

— Тело, почти разрушенное, уже почти полностью восстановлено. Мана Сердца Дракона также заполнена… до некоторой степени. Однако он все еще не пришел в сознание.

— Хм, ясно.

Роан понимающе кивнул.

Его взгляд замер на неподвижном теле Алого Дракона.

Калиан все еще оставался красивым молодым человеком, с легкостью привлекающем к себе взгляды окружающих.

«Конечно, поток маны стабилен».

Как и говорила Эйли, а вслед за ней старейшины, состояние Калиана значительно улучшилось.

Но если он не сможет проснуться, то толку от этого будет мало.

— Калиан, ты же не собираешься все проспать, верно?

Вопрос прогремел на весь шатер.

Роан протянул руку и возложил ее на грудь Алого Дракона.

— Ну-ка вставай! У нас еще много работы.

На лице Роана возникла слабая улыбка.

Казалось, он и не ожидал никакого ответа.

Однако мужчина ощущал, что должен был это произнести.

И вдруг…

— Я собирался просыпаться и без твоих подсказок… — раздался полный юмора голос.

— Ах!

— Оу…

Старейшины удивленно воззрились на своего пациента. А потом преклонили колено перед постелью Алого Дракона.

Эйли поступила также.

— Калиан! — воскликнул Роан, чувствуя одолевающее его волнение.

Калиан, который еще несколько мгновений назад лежал без движения, словно мертвец, сейчас уставился на него широко открытыми глазами.

— Роан…

Его голос прозвучал слабо.

— Да — да, говори!

Роан нахмурился, весь обратившись во внимание.

Калиан рассмеялся и ткнул пальцем себе в грудь.

— Это неприятно и даже стыдно… не мог бы ты перестать меня лапать?

— Оу! — и Роан тут же снял руку с грудной клетки дракона.

Калиан снова расхохотался и медленно сел.

Еще больше его развеселило то, что Эйли и эльфы сгрудились вокруг, преклонив колено.

— Не нужно этих почестей. Вставайте.

Старейшины смущенно переглянулись и осторожно встали.

— Благодарим, Калиан.

Голос, полный почтения и благоговения, разнесся по шатру.

Калиан кивнул и оглядел себя быстрым взглядом.

— Уф! Что за беспорядок!

Несмотря на его возглас, он был искренне удивлен состоянием своего тела, оказавшимся гораздо лучше, чем он ожидал.

— Похоже, ты действительно постарался…

И он вгляделся в волшебные камни, которые буквально переполняли шатер.