Глава 8: Интриги и План

Спустя десять лет Леону исполнилось 24 года. Он стал умным и хитрым человеком, способным избегать любых выходок семьи герцога Д'Аркана и даже отвечать им за их жестокость. Феликсу исполнилось 18 лет, и он теперь служил Леону, оставаясь его верным другом и соратником. Их отношения наполнились доверием и взаимопомощью.

Ранним утром Леон и герцог Эдмунд Д'Аркан находились в кабинете. Солнечные лучи проникали через большие окна, освещая помещение. На столе герцога лежало письмо из императорского дворца, печать которого красноречиво свидетельствовала о его важности. Герцог аккуратно вскрыл конверт и начал читать письмо вслух:

"Герцогу Эдмунду Д'Аркану,

Императорский двор приказывает Вам немедленно отправиться на фронт против Королевства Нордхейм. Ваша военная поддержка и стратегические навыки необходимы для защиты наших земель. Вы должны немедленно собрать свои войска и выступить на север.

С уважением,

Император Вальдории"

Герцог откинулся назад в кресле, глубоко вздохнув. Леон стоял рядом, его лицо оставалось бесстрастным, но в уме он ликовал: "Как же прекрасно всё идёт по моему плану."

— Леон, как думаешь, Анна справится с управлением поместьем и герцогством? — спросил герцог, внимательно глядя на него.

— Конечно, ваша светлость. Дайте ей шанс. — ответил Леон с уверенной улыбкой.

— Как скажешь. Ты здесь уже 10 лет и знаешь, кто что делает, — сказал герцог, доверяя мнению Леона.

— Ваша светлость, надеюсь, вы вернётесь с победой, — добавил Леон, вежливо поклонившись.

Герцог кивнул и улыбнулся:

— Благодарю, Леон. Ты всегда был моей опорой.

Спустя некоторое время герцог покинул поместье, направляясь на фронт против Королевства Нордхейм. Поместье погрузилось в тихую суету подготовки, и Леон внимательно следил за всем, чтобы ничего не было упущено.

Анна, оставшаяся главной в поместье, сидела за столом в кабинете, окружённая кипами бумаг. Она нервно перелистывала документы, пытаясь разобраться в делах, но ничего не понимала.

— Почему тут так много бумажек? Я ведь ничего не знаю, почему отец поставил меня? — говорила она вслух, раздражённо бросая документы на стол.

В этот момент дверь кабинета приоткрылась, и вошёл Леон, держа поднос с чашкой чая.

— Не желаете чашечку чая, госпожа? — вежливо спросил он, сдерживая улыбку.

— Давай, неси сюда, бесполезный дворецкий, — отрезала Анна, не поднимая глаз.

Леон аккуратно налил чай, наблюдая, как пар поднимается от чашки. В его уме мелькнула мысль: "Надеюсь, наркотик сработает."

— Ваш чай, госпожа, — сказал он, ставя чашку перед Анной.

Она быстро взяла чашку и начала пить чай, снова погрузившись в бумаги. Леон стоял неподалёку, наблюдая за её реакцией.

— Прочь отсюда, — резко сказала она, заметив его взгляд.

— Как скажете, госпожа, — ответил Леон, покидая комнату.

Спустя несколько минут Анна почувствовала странное головокружение и слабость. Её руки дрожали, и она едва могла сосредоточиться на документах. Она попыталась встать, но ноги не слушались.

— Что... что происходит? — прошептала она, ощущая, как сознание медленно ускользает.

Леон, наблюдавший за ней через приоткрытую дверь, видел, как Анна слабеет. Он вошел в комнату и тихо закрыл дверь за собой.

— Анна, вам нужно отдохнуть. Позвольте мне помочь вам, — сказал он с притворной заботой.

— Леон, что ты сделал? — слабо спросила она, чувствуя, как силы покидают её.

— Всего лишь немного помог вам расслабиться, госпожа, — ответил Леон, усаживая её в кресло.

Анна потеряла сознание, и Леон осторожно уложил её на диван. Он знал, что теперь поместье будет под его контролем, и никто не сможет ему помешать.

На следующий день Леон начал активно управлять делами поместья. Он раздавал указания слугам, следил за выполнением ежедневных обязанностей и контролировал финансовые операции. Феликс, его верный друг и помощник, был рядом, готовый поддержать его во всех начинаниях.

— Феликс, проследи за тем, чтобы все было готово к приезду гостей. Сегодня у нас важные дела, — сказал Леон, направляя друга.

— Конечно, Леон. Я всё сделаю, — ответил Феликс с улыбкой.

Леон чувствовал, что наконец-то достиг своей цели. Теперь он мог управлять поместьем так, как считал нужным, и никто не мог ему помешать. Он знал, что впереди ещё много испытаний, но был готов встретить их с высоко поднятой головой.