После месяца заточения на Небосводе обычный рынок людей Юшенгу казался раем свободы и разнообразия. Не спеша в новом облике дракон брел среди палаток торговцев, отовсюду пробуя новое.

Драконы никогда не платили низшим, но были щедрые, которые словно подачку могли отдать мешок золота за один мандарин, просто потому что боги не нуждались в деньгах. И случайно или намеренно находя золото, драгоценные камни могли отдать в дар людям. Что для драконов лишь металл, для людей чуть ли не дороже жизни.

Юшенг, конечно, не обладал средствами и даже столкнулся с тем, что ему не верят, что он дракон.

Кто-то на него смотрел как на странного человека-переростка, а кто-то видел в его росте угрозу бога.

Среди надменных беловолосых созданий божественного роста, в красивых серебристых одеждах и фиолетовыми глазами, которые были готовы сжечь дотла этот рынок, если им что-то не понравится, Юшенг ощущал себя лишним.

Драконы ходили в основном парами или кучками, вместе исследовали мир или временно спустились с небес посмеяться с людей.

Все раздумья Юшенга о мире прервал человек, который начал на него кричать:

— Ты вор! Положи на место мандарин, 1 золотая, потом делай, что хочешь!

Дракон опешил.

— Ты не видишь, какого я роста? С чего богу тебе платить?

— Все знают, что у драконов белые волосы и фиолетовые глаза, то, что ты переросток, не значит, что можно притворяться высшим!

Юшенг нахмурился, словно обиженный ребенок. Подумать только, его особенность может портить его же жизнь.

— Не сравнивай меня с людьми, ты опускаешь мою честь. Если хочешь проверить, как я сожгу весь твой прилавок до тла, советую подумать еще раз.

Нагло подкинув мандарин, Юшенг пошел прочь. Он не хотел вредить людям, но этот мир ему казался довольно грубым и жестоким, по сравнению с Небосводом.

«И как они живут так… Оказывается, Небосвод не самое ужасное место. Мне даже император не хамил, а какой-то глупый торговец… Да как он смеет?»

— Юшенг? Это тот самый черный дракон, который объявился недавно?

Внезапно толпа богов окружила высокого юношу, с любопытством разглядывая. Никто не верил, что такое действительно может быть. С интересом пытаясь подружиться со странным драконом и даже пытаясь потрогать его волосы, чтобы убедиться, настоящие ли они, никто не ожидал, что юный дракон просто молча решит пройти сквозь толпы. Драконам лишь оставалось перешептываться о том, какой он дикий, необразованный, да и вообще, наверное, волосы чем-то покрасил.

Юшенг совсем не умел общаться и жить в этом мире во второй форме. Это, по сути, его первый день, и он уже собирал лишнее внимание из-за своей проклятой внешности и непонимание общества. Но он знал точно лишь одно, что не хочет ни с кем говорить, кроме Юй Циу.

«И как я вообще с ним познакомлюсь? Люди так реагируют на драконов, уже со страхом и враждебностью. Кто вообще захочет со мной искренне говорить, если я бог, так еще странный? Он, конечно, не увидит моих особенностей, но если кто-то ему скажет, что рядом с ним дракон, мне не поздоровится. С высоты небес как-то было проще наблюдать за общением людей, теперь я тут, и ничего не понятно. Даже драконам слова сказать не могу, что говорить про Юй Циу. Я не готов с ним говорить».

Где-то находясь в своем выдуманном мире, Юшенг насобирал корзину мяса, фруктов и овощей. После того, как люди увидели, что толпа драконов общалась с Юшенгом, черным драконом, среди торговцев быстро разнеслась новость об уникальном существе, которого не стоит путать с обычным человеком.

«Я для них такой же странный, как для драконов, и не более чудак, чем Юй Циу».

Упорно чувствуя себя не на своем месте, Юшенг брел с огромной корзиной еды в руках по горной тропинке. Чтобы добраться до хижины Юй Циу, будучи человеком, нужно усердно пройти рисовые поля, чайные плантации, так еще и гору покорить. Вот уж ад на земле, а не дорога! Любой так ругался каждый раз, когда шел по нужде на гору в маленькую деревню.

Юшенга окутывали смутные чувства. Когда он был всего-то ребенком, бродящим по миру, вторая форма казалась ему чем-то интересным. Будет ему 301 год, и жизнь заиграет новыми красками. Он будет по-новому исследовать мир, общаться с людьми и сможет заговорить с Юй Циу. Люди будут его бояться и восхищаться.

Но всё оказалось совершенно не так. Всё, что он ощущал, лишь дикое одиночество и непринятие себя. На Небосводе для других он оказался изгоем, все боялись общаться с черным драконом, к которому вышел лично император. Кто-то завидовал, кто-то считал Юшенга дикой зверушкой. Но больше всего всех поразило, как он вольно покинул Небосвод, прося такую наглость у самого императора. Не было ни одного дракона последние сотни тысяч лет, который вел бы себя подобно Юй Циу. Он был действительно свободен.

Для людей же Юшенг — двухметровая угроза. То ли человек больной, то ли непонятный бог.

«Как-то быть взрослым не весело».

Горестно усмехнулся дракон, наблюдая, как люди тягают с поля тяжелые мешки урожая. В этом году урожай был настолько хорош, что в амбарах не хватало места для его хранения, а полевые рабочие не могли уже тянуть мешки.

Поставив корзину на землю, Юшенг направился к рабочим. Шелковые черные волосы развивал ветер, чернильные глаза, полные разочарования, были готовы к новым страхам людей.

Внезапно мощный порыв ветра с легкостью сдвинул весь урожай к амбарам. Юшенгу хватило лишь одного дыхания дракона. Люди в шоке смотрели сначала на мешки, потом на дракона. Который как ни в чем не бывало стоял довольный результатом.

«Люди такие жалкие и беспомощные, то, что они делают целый день, бог может совершить за секунду».

Невольно подумал Юшенг. Как внезапно опешил от неожиданной реакции. Дети из деревни выбежали смотреть на странного бога, в руках держа деревянные игрушки в форме драконов. Люди начали благодарить Юшенга, вовсе не боясь и даже в знак благодарности запихав ему кучу даров в виде еды, настоек и меда.

— Господин, боги никогда не были добры к нам, эти напыщенные драконы всегда ходят мимо и лишь обсуждают что-то. Что для вас секунда, нам целая неделя. Но вы, видно, не такой. Ваш внешний вид и доброта, вы наш новый бог горы?

Юшенг не мог осознать, что люди в этой деревне казались более простыми и открытыми. Так вот она, разница местного менталитета? Чем дальше от города, тем люди проще. Проигнорировав все благодарности, дракон лишь спросил:

— Здесь есть храм драконов?

— Ох, нас давно уже забыли боги. Драконы не посещают эту деревню, либо очень редко пролетают над ней. Храм когда-то был на вершине горы, но с тех пор, как убили дракона, охранявшего эту деревню, говорят, то ли люди, перестав верить в своего спасителя, разрушили храм, то ли сами драконы сожгли его святилище дотла, с тех пор мы не строили храмов и не взывали к богам. А эта деревня — драконами забытое место. А кости того дракона вообще нашли в недрах обрыва Хъян. Потом их увезли в какой-то более известный храм, людям показать.

— А кто живет на вершине горы?

— Калека и его отец, только отец уже давно умер, а слепой так и остался. Редко вижу его, он, понятное дело, никуда не выходит по такому склону. Да и в деревне его не любят, он тебе сапог пара. Выглядит почти как дракон, да только слепой и вовсе не бог. Все его то ли бояться, то ли просто игнорируют. Никому не хочется общаться с такими.

— Вы просто его невзлюбили из-за внешнего вида? Как глупо. Если кто-то еще будет здесь смеяться над ним, передайте, что я сожгу их.

Каждый раз, слушая о Юй Циу со стороны, Юшенга словно резали ножом. Ведь он ощущал то же самое отторжение от людей и богов.

Юный бог неспеша пошел с новыми дарами к своей корзине, которую усердно собирал для Юй Циу. Внезапно до дракона докопалась пытливая девочка.

— А вы правда дракон?

Юшенг, недовольно вздернув бровь, обернулся, ему так надоело, что никто не верит в его силу, что хотелось тотчас обратиться в первую форму и снести тут всё к чертям. Но вместо этого воздушным потоком он молча поднял игрушку дракона девочки.

Секундный шок, и девочка тут же убежала в страхе, позабыв свою игрушку, которая упала на землю.

«Людей не понять, сначала не верят, потом боятся».

«Лоньянь. Обрыв Хъян. И кости Самира. Как странно. И тут же на горе Хеъян живет Юй Циу, человек, похожий на дракона, но он не бог. Но катастрофа произошла много лет назад, а Юй Циу молод. Если дракон — это душа, а убить дракона можно, расколов его душу, мог ли Юй Циу быть осколком, который возродился через несколько сотен тысяч лет? А всё это время обрыв Хъян хранил в себе часть Самира? Звучит как бред…»

Юшенг не спеша продолжал подниматься на гору, бесконечно думая о том, что произошло здесь во время мирового потопа.