Том 1. Глава 1. Встреча с магией.

— У-а-а. У-а-а.

Сон Винсента был прерван плачем новорождённого ребёнка, что ранним утром эхом разнёсся по горам.

— У-а-а.

И даже тогда, когда он потирал свою взлохмаченную ото сна голову, история о младенческой горестной жизни всё не утихала.

— Господи, в чём же я так провинился? — задал он вопрос, не требующий ответа. Мышцы охотника напряглись в кромешной темноте, когда тот откинул одеяло и поднялся с кровати.

— Кто, чёрт возьми, голосит?.. В такую-то рань.

Винсент внимательно оглядел свою спящую возлюбленную. Он надеялся, что ей снятся приятные сны. Вполне вероятно, возникли бы проблемы, услышь она раздающийся плач.

— Фу-ух.

У супругов, проживших в браке целых семь лет, детей не было. Они отдали целое состояние врачам, дабы узнать, в чём причина, но те лишь пожимали плечами.

 — Существует понятие под названием «сексуальное влечение». Только и всего. Видимо, ни у вас, ни у Олины нет проблем с этим, так что не переставайте пробовать. Ха-ха! — беспечно говорили они.

Винсент тоже смеялся первое время, но годы шли, а ситуация не улучшалась. Прожив почти пять лет в браке, возлюбленным не оставалось ничего, кроме как принять горькую правду о том, что они не смогут иметь детей.

Его жена, Олина, умело скрывала свою печаль, однако в те дни, когда она изредка бросала грустные взгляды, Винсент не мог не сетовать на свою нижнюю часть тела.

 — Да что за люди, будто специально соль на рану сыпят! — негодовал Винсент. Отбросив терзающие душу мысли в сторону, мужчина взял в руку свой заострённый топор и направился к выходу.

 — Кто?! Кто так вопит посреди ночи?! - крикнул он так громко, что его голос эхом разлетелся по горам.

Ответа не последовало, и лицо Винсента вмиг помрачнело от столь звенящей, окутывающей его тишины.

 — Это ловушка? — спрашивал он самого себя. Большинство охотников строили дома глубоко в горах. Всё потому, что им необходимо утром проверять установленные ночью ловушки и проводить по несколько дней в горах, выслеживая крупную дичь.

Естественно, общественная безопасность была его обязанностью. Разбойников, что выжидают момента воспользоваться подобными слабостями, было предостаточно.

Нельзя исключать тот факт, что приехал торговец издалека, однако света от факела в ночной тиши не наблюдалось.

 — Ты, гнилой ублюдок! Я разорву тебя на мелкие кусочки!

Было ясно, в худшем случае прольётся чья-то кровь. Медленно шагая, мужчина добрался до конюшни, откуда доносился звук, и резко распахнул двери.

Своим орлиным взглядом охотник окинул помещение.

 — Ф-р-р-р, — слух Винсента настигло фырканье лошадей. Животные никогда не лгут. Эти мысли заставили Винсента немного расслабиться.

 — Здесь негде прятаться, — подумал он. Да и следы вторжения тоже отсутствовали.

 — Но как… — взгляд Винсента вдруг наткнулся на детское одеяло, мирно покоящееся на соломенной подстилке. Личико малыша, которому на вид было не больше двух месяцев от роду, корчилось в жалостной гримасе плача.

Винсент спешно спрятал топор за спину. Опускаясь на колени перед одеялком, он отложил металлический предмет в сторону.

 — У-а-а, у-а-а, — в него был завёрнут прекрасный, словно полная луна, ребёнок.

Пока ещё ничего не знающий, совсем недавно появившийся на свет младенец, который в будущем заявит о себе на весь мир.

В тот момент, когда мальчишка увидел лицо взрослого человека, его губы потихоньку начали растягиваться в яркой улыбке. Глаза Винсента расширились. И вдруг, будто поражённый ударом молнии, мужчина резко поднялся и стремительно выбежал из конюшни.

 — Что за шутки такие, чёрт подери?! Как можно бросить ребёнка?! Сейчас же выходи ублюдок, что такое учинил! — от его крика, казалось, задрожали горы. - Не собираешься выходить? Где это слыхано, чтобы родители так избавлялись от своих детей?! Ты действительно мерзок! Знаешь об этом?

Ответа по-прежнему не было.

 — Ты правда бросил его! Все твои шансы исчерпаны! Просто появись передо мной, и я превращу твою рожу в кашу! — кричал Винсент, что есть сил.

Он не хотел, чтобы его мучили сожаления, когда тот будет вспоминать сегодняшний роковой день в далёком будущем. 

 — Фух! Фух… — бросив взгляд в глубину кромешной тьмы, Винсент перевёл дыхание и после чего вернулся в конюшню.

Ребёнок, который ещё недавно так горько плакал, мирно спал в конверте из одеяла. Подняв младенца дрожащими руками, мужчина осторожно прижал ухо к маленькой груди ребёнка.

 — Ох… — его сердце билось гораздо быстрее, чем у взрослого человека.

 — Дорогой, что случилось? — раздался встревоженный голос женщины, прибежавшей на крики мужа.

Вместо того чтобы ответить, Винсент просто показал спящего малыша, что лежал у него на руках.

 — Что это за ребёнок? — снова спросила она.

Винсент колебался. Он в душе не чаял, как объяснить всё происходящее, и, в конце концов, тихо сказал:

 — По всей видимости… Это наш ребёнок.

***

Раннее лето.

Вода в ручье была холодной, а в лицо бил прохладный ветерок. Винсент спешил домой, взвалив тушу убитого лося на свои широкие плечи. Он больше радовался тому, что вот-вот увидит свою семью, нежели хорошему улову.

 — Широн! Папа дома!

 — Папочка! — личико двенадцатилетнего мальчишки, со всех ног бегущего к входным воротам, озарила широкая улыбка.

Лицо его было сравнимо с огранённым драгоценным камнем, что разнилось с внешностью Винсента, похожего на неуклюжую скалу. Природа наградила его блестящими, словно золотые нити, волосами и глазами, цвета ясного неба, сияние которых было видно уже издалека.

Плечи Винсента вздымались сами по себе всякий раз, как он видел своего, похожего на куклу, сына.

Сбросив тушу лося на пол, мужчина тут же уткнулся в грудную клетку мальчишки.

 — Верно, сыночек. Как поживало наше сокровище всё это время?

 — Хорошо. Помогал маме с готовкой и много читал.

Готовка и книги. Винсента слегка смутило несоответствие между этими двумя словами, но тот не подал виду.

 — Хо-хо, тебе так нравится читать?

 — Нет, просто… Здесь особо больше и нечем заняться.

Винсент почувствовал сожаление, посмотрев на сына, который съёжился, поняв, что точно совершил ошибку.

На самом деле он тоже знал. Этот, будто спустившийся с небес, чудо-ребёнок был гораздо умнее своих сверстников, начиная с чтения по буквам, которым обучила его мать, мальчик достиг того, что самостоятельно читает трудные книги.

«От этого ещё паршивей...» — подумал Винсент. Охотнику нелегко найти деньги на то, чтобы обеспечить своих детей образованием. Единственное, чему он может научиться, так это искусству охоты, на оттачивание которого он потратил всю свою жизнь.

Как говорится, самая стабильная жизнь для ребёнка травника — быть травником, а для ребёнка охотника — охотником.

Даже самая пустяковая работёнка требует знаний и хитростей, которые помогут не остаться с голодным желудком.

Однако Винсент не смог заставить себя сказать это.

 — Ты молодчина, Широн. Чем бы ты ни занимался, всегда нужно учиться, чтобы преуспеть в будущем. В следующий раз, когда поеду в город, куплю тебе книгу.

 — Не стоит. Я прочитал книги, которые ты покупал мне, но в их содержании нет ничего особенного.

Винсента насмешило хвастовство сына. Популярные книги стоят целое состояние, и Винсент не мог их себе позволить, потому он бродил по антикварным магазинам в поисках изданий, выброшенных дворянами, — они были в разы дешевле. Хотя он предполагал, что эти книги были не того уровня, содержание которых ребёнок смог бы переварить.

 — Добрый мальчик, — от натуры ребёнка, который с пониманием относится к непростой ситуации в семье, у Винсента защекотало в переносице. - Кстати! Как смотришь на то, чтобы пойти рубить со мной дрова? Учёба, безусловно, важна, но мужчина должен быть ещё и физически здоровым. Сегодня папа научит тебя этому.

 — Ничего себе! Значит, ты мне тоже дашь топор? — будучи в предвкушении, спросил Широн.

 — Ха-ха, само собой! Сегодня вырубим с тобой все деревья в горах!

Винсент подарил Широну топор с таким видом, будто ждал этого момента всю свою жизнь.

Это было дорого по сравнению с ведением хозяйства, но в отличие от книг с помощью топора можно было заработать.

«И всё же, мне кажется, что он станет горцем...» — строил свои догадки Винсент. В любом случае, если это претворится в жизнь, нужно, чтобы мальчишка укрепил своё хрупкое тельце и повысил физические способности.

«В самом деле?» — вдруг в мыслях Винсента промелькнуло недоверие.

«Внешностью он удался, да и умён, к тому же. Быть может, он выходец из семьи аристократов?» — покачал головой Винсент. Всякий раз, когда мужчина задумывался об этом, его переполняло чувство благодарности за такой дар, но в то же время он мучился от угрызения совести.

«Ни к чему эти мысли. Широн — мой ребёнок. Я не просто подобрал его в конюшне, он тот, в ком течёт моя кровь».

Взяв волю в кулак, Винсент с сыном направился в зону лесоповала, расположившуюся в километре от лачужки.

 — Итак, сейчас я покажу тебе, как нужно делать, а ты смотри внимательно и повторяй за мной, — Винсент плюнул на ладони и стал с лёгкостью рубить дерево. Вскоре после этого, некогда устремлённое к небу дерево с треском упало на землю.

В этом нет ничего особенного, однако количество ударов топором зачастую показывает мастерство дровосека. Винсенту, который таковым не является, понадобилось нанести десять ударов, что уже весьма впечатляет.

 — Если ты вот так ударишь по одному и тому же месту, а затем наклонишь дерево, то оно не выдержит собственного веса и упадёт. Сможешь? — объяснял Широну мужчина.

 — Да, я попробую, — ответил мальчик.

Пока Винсент выбирал подходящее дерево, Широн начал с того, что поплевал на ладони, в точности повторив за отцом. Понаблюдав всего лишь раз, мальчишка перенял расположение топора и позу, вплоть до привычки его отца потирать ладони.

Винсент радостно наблюдал за сыном, думая о том, как же он всё-таки умён. Но когда тот поднял топор высоко вверх, его поза оказалась до жути неустойчивой.

 — Это далеко не то занятие, где нужно работать лишь головой, — поучал Винсент сына. Топор — достаточно тяжёлый инструмент и даже для того, чтобы срубить дерево, понадобится немало усилий.

 — Тебе нужно наращивать мускулы. Только так в будущем ты сможешь жениться и воспитать ребёнка, — продолжал мужчина. На белом свете не сыскать девушки, что захочет выйти замуж за человека, который не умеет зарабатывать деньги.

 — И-ик! Ыгх! — стиснув зубы, Широн замахнулся топором, но точка удара постоянно была разной. Винсент решил дать ему совет:

 — Не стоит использовать всю свою силу без остатка. Лучше бей слабее, уделяя больше внимания точности.

Широн прислушался к словам отца. Но когда мальчишка наносил удары, используя подходящие усилия, дерево от слова совсем не подавало признаков скорейшего падения.

 — Неужели мой сын настолько слаб? — брови Винсента свелись к переносице.

 — Фу-ух, тяжело! — отдувался Широн.

 — Всё нормально. Нет, хочу извиниться. Честно говоря, я понимаю, что тебе не подходит подобный вид деятельности. Но что поделать, раз уж ты сын охотника… — мужчину захлестнули эмоции, — Ты очень смышлёный ребёнок. Гораздо умнее сына травника Барона и дочери продавщицы фруктов Стеллы. Мой сын не должен чувствовать себя подавленно из-за того, что тебя называют слабым. Это всё моя жадность… — в уголках глаз Винсента начали собираться слёзы.

Но поглощённый совсем другими мыслями Широн не обратил на это внимания, и он спросил:

 — Кстати, папа, как научиться хорошо колоть дрова? — вопрос мальчика привёл Винсента в замешательство. Он был очень удивлён тем, что его, казалось бы, незаинтересованный в подобного рода занятиях сын, задал такой вопрос.

 — Ты действительно хочешь этому научиться?

 — Да, научи меня. Это интересно.

Приободрённый словами сына Винсент подвёл Широна к дереву и указал желобок:

 — Итак, взгляни на эту щель. Сила у тебя появится естественным образом, когда ты подрастёшь. Но по правде говоря, огромное количество силы играет далеко не самую важную роль. Самое главное — конечно же, точность. Если будешь ударять по одному и тому же месту, немного меняя угол наклона, это сыграет тебе на руку куда больше, — давал советы мужчина, пользуясь своим жизненным опытом.

 — А, вот оно как, — внимательно слушая объяснения отца, отвечал Широн.

Винсент наконец разглядел щель, которую сделал его сын.

 — Это… — удивлению мужчины не было предела. Трудно было поверить в то, что новичок смог поместить лезвие топора в одно и то же место несколько раз подряд. Применяя такой способ, свалить дерево, не прикладывая силы, было бы наоборот только сложнее.