Старенький бар, напоминающий о том прошлом, что давно кануло в Лету. Гнилая, разбухшая от влажности дверь, отражающаяся как в глубокой луже, так и в стеклянных окнах таких же старых домов, из-за непрекращающегося дождя. И человек в чёрном синтетическом дождевике, скрывающем всё тело, стоял рядом с дверью, намереваясь войти.

Достаточно сказать, что из вида он, если и выделялся, то был незаметен на улице, где фонари с неоновыми вывесками, заполонившие центральные районы внегородского сектора, в переулке седьмого района внутреннего сектора отсутствовали.

Без замедления рука потянулась к дверной круглой ручке. Не без трудностей, приложив достаточно усилий, дверь всё же поддалась.

«Дыра».

Войдя во внутрь, первым, что заметил посетитель, была ни драка, назревающая где-то в самом дальнем углу бара, до которого возможно было дойти за десять коротких шагов, ни старые, потрескавшиеся столики со стульями в стиле: «ретро – реставрации не подлежит», и даже ни барная стойка, повидавшая лучшее ещё полвека назад, а запах мерзкой сырой гнили вперемешку с табаком, где аромат алкоголя действительно можно назвать ароматным.

Ни обращая внимания ни на что из этого, посетитель направился в сторону барной стойки, глазами пытаясь кого-то найти. Половицы скрипели от лёгкой поступи, но этот неприятный для ушей элемент было сложно вычленить из огромного разнообразия местных звуков: громких споров, перерастающих в ругань, несварение десятка желудков, и музыки, играющей из дешёвых или старых колонок. И конечно, самое громкое, привлекающее на себя внимание: звук набирающей обороты драки.

Добравшись до стойки, мужчина в дождевике сел рядом с уже пригубившим, но недостаточно для того, чтобы опьянеть, человеком. При посадке круглый бесспинный стул жалобно заскрипел, но вес всё же выдержал.

— Мне пожалуйста коктейль "Мёртвая дама!", — достаточно громко сказал он, чтобы занимающийся протиранием бокалов и не обращающий внимания на посетителей бармен, сделал свою работу.

Бросив на незваного гостя взгляд, полный презрения, при этом наполненный непонятной для многих грустью, он начал смешивать алкоголь.

— Сделайте два. Ещё один для товарища рядом со мной.

Бармен, натянув улыбку лишь одним уголком своих губ, прищурил глаза и сказал:

— Конечно-конечно, сделаем... в лучшем виде.

Небольшая заминка хоть и была замечена, но вниманию не удостоилась.

— А вы щедры. — обратился незнакомец к недавно прибывшему.

— Да что вы, этот коктейль один из дешёвых.

— Всё так, но лишь настоящий ценитель может насладиться его вкусом.

— Да, ценитель. — согласился незнакомец со словами мужчины.

***

— Коктейли готовы.

В нашу сторону проскользнули бокалы. Хоть бармен и был неприветлив, но своё дело знал.

— За наше здоровье и самое главное – здоровую печень! — сказал незнакомец, передавая гостю остановившийся бокал левой рукой, а правой уже поднося свой напиток ко рту.

— Да будет вам, — забрав выпивку, мужчина поднял руку с бокалом, залпом осушив содержимое. Рука была тонкой, можно сказать костлявой, да и в целом выглядел он как дистрофик, хоть и немного, совсем чуть-чуть, казался жилистым. Чёрные растрёпанные волосы слабо прикрывали глаза, но цвет можно было понять – голубой. В основном выглядел он как обычный человек, правда можно было назвать его треугольным, заостренный подбородок и плоская из-за волос голова, в купе с худощавостью, да и в целом острые черты делали свое дело. Постоялец продолжил: — Вот, вроде бы мы уже вместе и выпили, а имён друг друга не знаем!

— Михаил Лукьянов, можно просто – Миша. — представился подсевший незнакомец. — Теперь ваша очередь.

— Какие вопросы! Сейчас!

Встав со своего места, человек вытянулся, как солдатик, убирая при этом левую руку за спину, оставляя ту на уровне пояса, а правую переместил вперед, прижимая к тому же месту, после чего, поклонившись совсем чуть-чуть, сказал:

— Сергей Фёдорович, всегда рад компании, в которой можно выпить и поболтать.

Лёгкая улыбка посетила лицо Сергея.

— Сергей, Серега, Фёдорыч, как вам угодно, главное, чтобы не Серёжа. — сказав своё имя, товарищ сел на своё место, привлекая внимание бармена. — Нам ещё по бокальчику того же. Вы же не против? — обратился тот к Михаилу.

— Да пусть я утону в море алкоголя, отказавшись от бесплатной выпивки!

Собутыльники звонко посмеялись и продолжили разговаривать. Вскоре коктейли были готовы, и они также просто осушились; за время их разговора было заказано ещё несколько аналогичных бокалов. Сколько они выпили за те недолгие полтора часа, неизвестно.

***

— А я ему говорю, ну куда нам до инспекторов, мы же совсем, — постучал по деревянной стойке Сергей, — а он мне что? Говорит, совсем я его не понимаю.

— А что после? — поинтересовался Михаил с интересом, продолжая водить пальцем по грани бокала.

— Да что там, помер он, решил взяться за висяк и всё там. Нашли его у себя дома в ванне, задушенным, — сделав небольшую паузу, чтобы освежить пересохшее горло оставшейся жидкостью, он продолжил — хороший был мужик, любил своё дело, горел этим, эхххх… жаль, что помер.

Повисло недолгое, но тяжёлое молчание. Никто не хотел нарушить его сразу, каждый по разным причинам.

— Знаете, а ведь был у меня один случай… — нарушил молчание Михаил.

— Что за случай? — поинтересовался Сергей, не скрывая любопытства и показал бармену жест, чтобы тот повторил.

— Знал я одного оперативника, так он крупную сумму одному ниппондзину задолжал. Вот и что в конце?

— Выплатить он не мог?

Поднимая голову вверх, Лукьянов тяжело вздохнул, повернул голову к собеседнику и полушепотом сказал:

— Ну конечно нет. Сами ведь знаете, как оно бывает — с грустью улыбнулся Михаил.

— Значит он тоже… того.

— Да, тоже, но самый интересный в этой истории – убийца.

— И чем же он так интересен?

К посетителям, по столу проскользнула пара бокалов, и Сергей, ожидая ответа, поднёс один из них к губам.

— Это был его близкий друг.

— КХА-КХА! — закашлялся собутыльник, выпитым напитком.

Тут же Михаил рывком оказался за спиной Сергея, лёгким ударом ладони пытаясь привести пострадавшего в нормальное состояние, что получилось удачно.

— Какая реакция.

— Ни каждый день приходится слышать такую историю, — будто оправдываясь выпалил собеседник.

— Согласен, особенно если она похожа на вашу.

— Что? Не совсем понимаю, к чему вы ведете.

Рука говорящего потянулась к лицу ладонью, закрывая нижнюю часть, словно вытирая что-то.

— Ну как же, двое друзей собрались, чтобы выпить, отметить начало выходных. И как назло, убитые, перешли дорогу своим друзьям, копая там, где не нужно. Вот здесь и пересечение.

— Я ничего не сказал о убийце и об обстоятельствах убийства, да и случаи... совершенно разные. — Непонятная нервозность появилась на лице Сергея.

— Да? А вот мне кажется, что личные мотивы убийц, одинаковы. Или вам так не кажется? — усмехнулся Михаил.

— На что это вы намекаете?

Опасно прищурил глаза Фёдорович.

— Я? Да так, ни на что, просто, как и ваш друг, люблю браться за сложные дела. — сказал Михаил, попивая свой коктейль.

— Я совсем перестал вас понимать, уважаемый, не боитесь оказаться там же?

— Теперь мне стоит спросить, на что вы намекаете?

— Не стоит, в отличие от вас я кристально чист.

— Да, Серёжа, конечно. — Пренебрежительно бросил слова Лукьянов.

— Думаю, на этом стоит закончить.

Сергей стал вставать со стула, при этом несколько раз чуть ли не упав обратно. Но все же выполнив задуманное, его ноги побрели к выходу, и когда он уже почти был вышел, вслед ему донеслось:

— Смотри, не упади где-нибудь там, где не надо.

Без реакции на эти слова он просто окончательно вышел.

— …А то вдруг упущу из-под носа, — уже себе под нос сказал Михаил(?).

Посмотрев на недопитый бокал, человек в дождевике встал с мыслями: «Алкоголь здесь, как и само место, дрянное».

Через пять минут ни странного человека в дорогом дождевике, ни менее странного его компаньона уже не было.

***