Реальность сложилась вокруг нас, словно оригами времени, развернувшееся невидимыми руками. Ночь уступила место яркому весеннему дню, залившему узкие мощёные улочки золотистым светом. Воздух дрожал от тепла и был напоён ароматами влажной земли после дождя, свежевыпеченного хлеба и цветущих яблонь. Где-то вдали звонили колокола — мелодичные, почти беззаботные, не предвещающие бури, которая вот-вот разразится.

Мы с Раэлем материализовались посреди рыночной площади, окружённой домами с черепичными крышами и резными ставнями. Торговцы расхваливали товары, дети носились между прилавками с криками восторга, женщины сплетничали у колодца. Жизнь кипела привычным ритмом, не подозревая, что среди этой идиллии ходит тот, кто способен превратить всё в пепел одним желанием.

И тут я увидела его — Кассиана.

Три года изменили мальчика кардинально. Теперь это был подросток лет четырнадцати, высокий и жилистый, с атлетическим телосложением юного хищника. Белые волосы, отросшие до плеч, были небрежно собраны в низкий хвост, открывая аристократические черты лица, ставшие более резкими и выразительными. Но глаза остались прежними — золотистыми, с вертикальными зрачками, которые он тщательно скрывал под глубоким капюшоном тёмно-синего плаща.

Кассиан скользил через толпу с грацией призрака, лёгкий и неуловимый. Удивительно, но никто не обращал на него внимания — даже когда люди случайно встречались с ним взглядом, они тут же торопливо отводили глаза и спешили прочь, словно инстинктивно чувствуя опасность.

— Магия сокрытия? — спросила я, наблюдая, как пожилая торговка фруктами отшатнулась от Кассиана, даже не осознавая этого.

— Нет, — покачал головой Раэль, поправляя очки, которые явно носил для красоты. — Это естественная реакция на силу хищника. Люди чувствуют её подсознательно, как олени чувствуют приближение волка.

— И где мы, кстати? — Я оглядела площадь, пытаясь определить архитектурный стиль зданий.

— Королевство Болгария, — ответил Раэль. — Конец десятого века. Прошло ровно три года с тех пор, как наш юный герцог покинул пепелище приюта.

Мой взгляд зацепился за флаг, развевающийся над одним из административных зданий — чёрный двуглавый орёл на красном фоне. Это изображение вызвало странный резонанс в памяти, словно эхо чего-то важного.

В голове внезапно вспыхнуло другое видение — величественное знамя с белоснежным двуглавым орлом на тёмно-синем фоне, окружённым золотыми звёздами и изящными геометрическими узорами. Под орлом скрещивались два клинка, а над ним парила корона с семью зубцами, каждый из которых символизировал что-то важное.

— Империя Аурелис, — прошептала я, сама не понимая, откуда взялись эти слова.

Раэль резко развернулся ко мне, янтарные глаза сузились до щёлочек.

— Что ты сказала? — В его голосе слышалось напряжение, тщательно скрываемое под маской любопытства.

— Я... не знаю, — честно ответила я, потирая виски, где вдруг заныло. — Этот флаг напомнил мне что-то. Империя Аурелис... это реально существует?

Раэль изучал моё лицо с интенсивностью учёного, рассматривающего новый вид бабочки под микроскопом.

— Нет, — сказал он наконец, но в голосе прозвучала какая-то недосказанность. — По крайней мере, не в этом времени. Пока что.

Он явно не собирался развивать тему, вместо этого указал на Кассиана, который уже покидал площадь.

— Лучше последуем за ним. У меня предчувствие, что сегодня произойдёт нечто... значительное.

Мы двинулись следом, сохраняя дистанцию. Пока мы шли, меня не покидал вопрос, мучивший с того самого момента, когда я увидела, как Нихиль даровал Кассиану свою силу.

— Какова цена? — спросила я внезапно.

— Чего? — Раэль бросил на меня озадаченный взгляд.

— Цены за силу, — пояснила я, наблюдая, как Кассиан легко перепрыгнул через лужу, которая обычному человеку показалась бы препятствием. — Ведь за любую силу приходится платить, особенно за такую чудовищную.

Раэль остановился и внимательно посмотрел на меня, словно я произнесла нечто неожиданно проницательное.

— Интересно, что ты спрашиваешь об этом именно сейчас, — протянул он. — А не тогда, когда Нихиль только заключал сделку с одиннадцатилетним мальчиком.

Я пожала плечами.

— Тогда я была в шоке. Сейчас же... логика подсказывает, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Особенно когда сыр способен убивать богов.

— А твой герцог тоже платит за твою силу? — спросила я, поворачиваясь к нему.

Раэль театрально задумался, почесал подбородок, затем широко улыбнулся с видом кота, поймавшего канарейку.

— А нет у меня никакого герцога, — признался он с нарочитой беспечностью.

— Как это нет? — Я уставилась на него. — Ты же говорил...

— Я говорил, что у меня был герцог, — Раэль подмигнул. — Но он... скажем так, отправился в кругосветное путешествие по мультивселенной и до сих пор не вернулся. Возможно, застрял где-то между реальностями, возможно, нашёл себе хобби поинтереснее, чем служение древним богам. Кто знает?

— Ты серьёзно потерял своего герцога? — недоверчиво переспросила я.

— Не потерял, — поправил Раэль с деланной обидой. — Он сам решил исследовать бесконечные просторы бытия. А я что, няня что ли? Должен за ручку водить? У каждого свой путь к просветлению.

Что-то в его глазах — мелькнувшая тень сожаления — намекало, что история гораздо сложнее, чем он рассказывает.

— А цену за свою силу он платил? — не отставала я.

— Конечно! — воскликнул Раэль с энтузиазмом. — Самую страшную из всех возможных!

— Какую? — Я приготовилась услышать нечто ужасающее.

— Ему приходилось терпеть мои шутки, — абсолютно серьёзно ответил Раэль. — Представляешь? Целые столетия! Бедняга, наверное, поэтому и сбежал.

Я покачала головой, не зная, смеяться или плакать от его невозможности давать прямые ответы.

Мы свернули вслед за Кассианом в узкий проулок, отрезанный от шумной суеты площади. Здесь было тише, тени ложились гуще, а воздух казался тяжелее, пропитанным чем-то неприятным. У входа стояли двое крепких мужчин с суровыми лицами и оружием на поясах — их глаза внимательно сканировали каждого проходящего.

Когда они увидели Кассиана, то кивнули с почтительностью, смешанной со страхом.

— Что здесь происходит? — прошептала я, хотя знала, что нас никто не слышит.

— Сейчас увидишь, — мрачно ответил Раэль.

В глубине проулка разворачивалась отвратительная сцена. Высокий худощавый мужчина в богатой, но помятой одежде что-то восторженно расхваливал перед группой потенциальных покупателей. А за его спиной...

Мой желудок скрутило от ужаса. За его спиной стояли клетки — добрый десяток, и в каждой томилось существо с человеческими чертами, но явными животными особенностями. Лисьи уши и хвосты, волчьи, кошачьи, птичьи — целый зоопарк человеческих гибридов. Многие выглядели совсем юными, некоторым явно не исполнилось и десяти лет.

Все они были закованы в тяжёлые цепи, одежда изорвана и испачкана, тела истощены от голода и плохого обращения. Но хуже всего были их глаза — потухшие, безжизненные, полные молчаливого отчаяния.

— Работорговец, — процедила я сквозь зубы, чувствуя, как внутри поднимается волна слепой ярости. — Он торгует ими, как скотом.

— Зверолюди, — тихо пояснил Раэль. — В этом мире они считаются низшей расой, недочеловеками. Их используют для чёрной работы, гладиаторских боёв, утех богачей и... ещё худших вещей.

Кассиан медленно приблизился к клеткам. Его лицо оставалось бесстрастным, но я заметила, как сжались его кулаки, как вокруг него начал дрожать воздух.

— Эй, молодой господин! — радостно воскликнул работорговец, потирая жирные ладони. — Желаете приобрести отменный товар? У меня лучшие экземпляры во всём королевстве! Все здоровые, крепкие, хорошо обучаемые!

Кассиан не ответил. Он медленно прошёл вдоль клеток, внимательно разглядывая каждого пленника. Зверолюди инстинктивно сжимались, отводили взгляды, пытались казаться незаметными.

Все, кроме одного.

В дальней клетке сидел мальчик примерно того же возраста, что и Кассиан. Серебристо-серые волосы, волчьи уши и хвост того же оттенка, ярко-голубые глаза, которые смотрели на мир с нескрываемым вызовом. Его тело покрывали синяки и ссадины, но в глазах не было страха — только любопытство и внутренний огонь, который не смогли погасить ни цепи, ни побои.

Когда Кассиан остановился возле его клетки, мальчик-волк не отвёл взгляд. Наоборот, он подался вперёд насколько позволяли оковы и уставился на незнакомца с откровенным интересом.

— Этот слишком дерзкий, господин, — тут же вмешался работорговец, заметив внимание покупателя. — Но зато сильный и выносливый. Его можно натаскать для боёв или охраны. Предыдущий хозяин продал из-за непослушания, но с правильным подходом...

— Как тебя зовут? — неожиданно спросил Кассиан, игнорируя торговца.

Голос его был тихим, но отчётливым, с лёгкой хрипотцой — голос того, кто привык, чтобы его слушали с первого раза.

Работорговец растерянно захлопал глазами.

— У них нет имён, господин, — поспешно объяснил он. — Только номера для удобства. Этот — восьмой в нынешней партии.

— Я спрашиваю не тебя, — холодно отрезал Кассиан, не отрывая взгляда от мальчика-волка.

В проулке повисла напряжённая тишина. Потенциальные покупатели переглянулись с недоумением. Охранники нервно положили руки на рукояти оружия.

Мальчик-волк продолжал изучать Кассиана, словно оценивая его. Затем медленно улыбнулся, обнажив острые клыки.

— Фенрир, — ответил он. Голос хриплый от долгого молчания, но твёрдый. — Меня зовут Фенрир из клана Серебряной Луны. А тебя?

Работорговец побагровел от возмущения.

— Молчать, животное! — взревел он, замахиваясь плетью на мальчика.

Рука торговца застыла в воздухе.

Вокруг его запястья обвилась тончайшая золотистая нить — почти невидимая, но крепкая как сталь. Она пульсировала мягким светом, как живое существо из чистой энергии.

— Не советую, — тихо произнёс Кассиан.

Только теперь я заметила, что от его пальцев тянутся десятки таких нитей — едва различимых в солнечном свете, но явно видимых в тени. Они извивались в воздухе подобно змеям, реагируя на каждое движение своего хозяина.

— Ч-что это такое?! — пролепетал работорговец, дёргая рукой. — Отпусти меня, демон!

Охранники выхватили оружие — короткий меч и боевой топор — и ринулись на Кассиана с криками ярости.

Они не успели сделать и трёх шагов.

Золотистые нити взметнулись, как стая разъярённых ос. Они обвились вокруг тел нападавших, проникая сквозь одежду и кожу. Я с ужасом наблюдала, как нити буквально прошивают плоть насквозь, не оставляя видимых ран, но причиняя нестерпимую боль — судя по искажённым от агонии лицам охранников.

— Господа, — обратился Кассиан к потенциальным покупателям, голос его оставался спокойным, словно он обсуждал погоду, — настоятельно рекомендую покинуть это место. Сейчас же.

Никто не стал возражать. Люди поспешно разбегались, бросая испуганные взгляды на подростка, который так легко обездвижил двух взрослых воинов.

Когда последний зевака скрылся за поворотом, Кассиан вернул внимание к работорговцу, который теперь дрожал как осиновый лист.

— П-пожалуйста, — заикаясь, пролепетал тот, — я отдам их всех бесплатно! Только не убивай меня!

— Бесплатно? — в голосе Кассиана прозвучали опасные нотки. — Ты думаешь, можно торговать живыми существами, а потом откупиться, когда попался?

Лёгкое движение пальцами — и нити вокруг запястья торговца сжались туже. Мужчина завыл от боли.

— Ты когда-нибудь задумывался, — продолжил Кассиан тоном преподавателя, читающего лекцию, — что чувствуют те, кого ты продаёшь? Боль от цепей, врезающихся в кожу? Унижение от того, что с тобой обращаются хуже, чем со скотиной? Ужас перед неизвестным будущим в руках хозяина, который может оказаться садистом?

Ещё одно движение — и новая нить обвилась вокруг шеи работорговца, достаточно туго, чтобы затруднить дыхание, но не настолько, чтобы задушить.

— Никогда не думал об этом? — Кассиан покачал головой с видом разочарования. — Тогда у тебя есть уникальная возможность узнать на собственной шкуре. Правда, ненадолго.

Он сжал кулак.

Звук ломающихся костей прокатился по проулку подобно раскату грома. Тело работорговца дёрнулось в последней конвульсии, затем обмякло, удерживаемое вертикально только золотистыми нитями.

Кассиан повернулся к охранникам, которые всё ещё корчились в путах, но уже не кричали — только тихо скулили от боли и ужаса.

— Вы не менее виновны, — произнёс он без эмоций, словно констатировал научный факт. — Вы помогали ему. Охраняли его грязный бизнес. Знали, что он творит, и не остановили.

Новое движение руки — и охранники разделили участь хозяина. Их тела рухнули на мокрые камни безжизненными куклами.

Я смотрела на эту расправу со смесью ужаса и какого-то болезненного восхищения. Этот Кассиан — четырнадцатилетний подросток с силой бога — использовал её не для личной выгоды, а чтобы покарать тех, кто причинял страдания беззащитным. Но месть его была холодной, расчётливой, лишённой малейших эмоций — как будто он выполнял необходимую, но неприятную работу.

— Ты был прав в приюте, — прошептала я Раэлю. — Он не стал монстром. Он уничтожает монстров.

— Я не говорил, что он не монстр, — тихо ответил Раэль, не отрывая взгляда от Кассиана. — Я сказал, что он не стал бездумным разрушителем. Но монстры бывают разные, Мари. Есть те, что убивают ради удовольствия. А есть те, что убивают ради справедливости. Вопрос в том, где проходит граница между справедливостью и местью.

Кассиан тем временем подошёл к клетке Фенрира. Золотистые нити скользнули между прутьями, коснулись цепей — и те рассыпались в прах, словно были сделаны из песка.

— Свободен, — лаконично сообщил Кассиан, отступая.

Он повернулся к остальным клеткам, и нити методично уничтожали замки и оковы. Зверолюди осторожно выбирались наружу, недоверчиво оглядываясь, словно не веря в реальность происходящего.

Фенрир покинул клетку последним. Он потёр освобождённые запястья и внимательно посмотрел на своего спасителя.

— Зачем? — спросил он прямо, без обиняков.

Кассиан помолчал, словно решая, стоит ли отвечать на вопрос.

— Потому что никто не заслуживает рабства, — сказал он наконец. — Никто не должен страдать из-за обстоятельств своего рождения.

Фенрир кивнул, как будто этот ответ подтвердил какую-то его догадку.

— Куда держишь путь? — поинтересовался он, и в голосе прозвучала решимость.

— Не твоё дело, — отрезал Кассиан, поворачиваясь к выходу. — Иди своей дорогой, волк. Теперь ты можешь выбирать.

— А если я выберу следовать за тобой? — Фенрир скрестил руки на груди, голубые глаза горели вызовом.

Кассиан застыл и медленно обернулся. Змеиные зрачки сузились, изучая мальчика-волка.

— С чего бы это?

— Потому что ты... необычный, — честно ответил Фенрир. — Сильный. И, похоже, у тебя есть цель в жизни. Мне нравятся целеустремлённые люди — с ними не скучно.

— Я не человек, — тихо заметил Кассиан.

— Я тоже, — пожал плечами Фенрир с кривой усмешкой. — Так что мы в одной лодке, приятель.

Они смотрели друг на друга долгое мгновение — мальчик с золотистыми змеиными глазами и мальчик с волчьими ушами. Два изгоя, две жертвы жестокого мира, столкнувшиеся в самом неожиданном месте.

— Мой путь полон опасностей, — предупредил Кассиан. — И я не собираюсь тебя защищать.

— А мне и не нужна твоя защита, — фыркнул Фенрир. — Я сам о себе позабочусь. Зато, может, пригожусь тебе — кое-что смыслю в выживании.

Ещё одна долгая пауза. Затем Кассиан едва заметно кивнул.

— Как знаешь, — сказал он, направляясь к выходу. — Только не отставай. Ждать не буду.

Фенрир широко ухмыльнулся, показав острые клыки, и поспешил следом за своим загадочным спасителем.

Остальные освобождённые зверолюди уже разошлись в разные стороны, торопясь убраться подальше от места недавнего кошмара. Никто из них не выбрал дорогу Кассиана — возможно, инстинктивно чувствуя исходящую от него опасность.

— Занимательно, — задумчиво произнёс Раэль, наблюдая, как две фигуры — мальчик в тёмном плаще и мальчик-волк — скрываются за поворотом. — Похоже, наш юный герцог обзавёлся первым учеником.

— Это важно? — спросила я, всё ещё потрясённая увиденным. Лёгкость, с которой Кассиан лишил жизни троих взрослых мужчин, ужасала, но ещё больше пугало то, что часть меня одобряла его поступок.

— Всё важно, дорогая, — загадочно ответил Раэль. — Особенно те, кого мы выбираем спутниками. Они формируют нас не меньше, чем мы их. А иногда — спасают от того, чтобы окончательно потерять человечность.

Он протянул мне руку, и я заметила, что золотистые трещины снова проявились на моей коже — тонкие, едва заметные, но определённо присутствующие.

— Снова? — удивилась я.

— Твоя душа резонирует с его силой, — объяснил Раэль, и при его прикосновении трещины начали затягиваться. — Чем сильнее становится Кассиан, тем отчётливее проявляется эта связь.

— Пойдём, — добавил он мягко. — История только начинает набирать обороты.

Мы последовали за необычной парой в неизвестное будущее, которое обещало стать не менее захватывающим, чем прошлое.