Клейн все продолжал прятаться в тенях часовни, с надетой на лицо клоунской маской. И компанию в наблюдении за общежитием ему составляло воздушное судно.

Он не мог разглядеть деталей сражения, иу него не было ни единой возможности узнать о ходе операции в здании из красного кирпича. Все, что он мог поделать, так это предаться терпению и гадать, разглядывая копошащиеся черные точки внизу.

Внезапно, все газовые фонари, словно лопнув от напряжения погасли. На улицах воцарилась кромешная тьма!

Вслед за тьмой, в душе Клейна заиграло чрезвычайно глубокое и нехорошее чувство. Он не мог унять эту дрожь; его ноги стали ватными, а талия покосилась вбок.

Ощущение, словно на тебя кто-то смотрит, взирает сверху-вниз. Это ощущение подавляло дух.

Этому ощущению было невозможно сопротивляться! Нет... нельзя взирать на Бога... Он невольно вспомнил контору Блэкторн. И... Мегоуз с её ребенком...

Нынешние состояние Клейна было очень похожим на то, в котором он пребывал, когда собирался активировать Духовное Зрение и исследовать ментальное состояние ребенка Ланевуса.

Точно такое же чувство! Нет, сейчас даже хуже!

Как такое могло случится? Ведь Ланевус наделен только малой частичкой Божественности Истинного Творца. Ну, может у него один-два артефакта в наличии... Почему у меня стойкое ощущение, что сам Злой Бог вот-вот явится на землю?

Клейн силой стряхнул с себя это оцепенение, дыханием привел мысли в порядок. Кажется, придя в себя, он почувствовал глубинную, чуть ли не безмятежную тьму. Тьма поглощала, ей не было конца, в ней не разглядеть сил для возражений.

Как вдруг, наваждение испарилась, а вместе с ним и зажглись газовые фонари. Воздушный борт, что тоже планировал вниз, снова поплыв к верхам.

Казалось, все вернулось на круги своя.

Но Клейн не верил, что все закончилось. Он из последних сил встал на ноги, понимая, что в общежитии случилось что-то серьезное.

Чувство, которое затмевает даже Потустороннее — сошло на нет, как и нисхождение Злого Бога. Значит, Истинный Творец, как и заговор Ланевуса — потерпели крах? Ночные Ястребы, наверное, тоже понесли серьезные потери. Может, они там даже без сил...

Сердце Клейна ёкнуло. Он быстро вытащил маятник из левого рукава и держа его одной рукой тихо прошептал:

— Ланевус больше не представляет опасности.

Не менее быстро повторив это про себя, он распахнул глаза и узрел, что топазовый кулон вращается против часовой стрелки. Однако, частота вращения была небольшой, с крохотной амплитудой.

Это означало, что Ланевус еще был опасен, хоть уже и не столь серьезно. Но внимание Клейна привлекло другое. Гадание снова свершилось!

Получается, Ланевус был отделен от Божественности, дарованной ему Истинным Творцом!

Дул холодный ветер, пронизывающий кости. Леденящий озноб прошибал током все тело, от подошвы ботинок до волосинок на темечке.

Может, я могу что-нибудь сделать?!

Вдруг, на него снизошло наитие, и в его уме не было места сомнениям. Он зашагал по часовой стрелке, отдаваясь шагами по плитке, и поднялся над серым туманом.

Не теряя времени, он сел, призвал кусок пергамента и вычертил предсказание: «Куда бежал Ланевус». Клейн откинулся назад, повторил семь раз эти слова и погрузился в сон.

Слизкий туман облеплял слякоть на трубах, заполонял грязные туннели и ржавые конструкции.

Было темно, пахуче и тесно. Это же канализация! Клейн мгновение спустя пробудился.

По возвращению в реальный мир, он повернулся назад и подошел к краю башни, стороне, которая была обращена к воздушному судну.

Клен решил пренебречь винтовой лестницей, и лихо перемахнул через темно-желтую перегородку. Встав на узкий выступ и держась руками за стены, он прыгал вниз, уровень за уровнем. Он делал это так легко, что со стороны, казалось, будто парень сходит с небес.

Уже очень скоро его ноги ступили на мостовую.

Внутри небольшого кирпичного здания, прямоу двери, без сознания лежало двое Ночных Ястребов. Старинное посеребренное зеркальце откатилось в дальний угол и уже не походило не нечто особенное. Оно больше не было похожим на запечатанный артефакт 1-го класса.

Однако, все еще можно было почувствовать, что оно понемногу набирает Сил.

Крестет Цезимир стоял на коленях. Из уголков его глаз, словно слезы, струились капли крови.

Его золотые волосы безжизненно свисали, а ранее вздернутый воротничок был изорван в клочья, оголяя острый подбородок и тонкие, жестко стиснутые губы.

Хватая ртом воздух, он обнажил белоснежные зубы, в отражении которых виднелась искаженная гримаса.

Цезимир оперся левой рукой, облаченной в алую перчатку, о землю, с трудом выпрямил шею и взглянул прямо перед собой.

Ему предстал стоящий на вышине лестницы Ланевус, в полностью расстегнутой льняной рубахе.

Ланевус стоял гордо, выпячивая костяной меч, воткнутый ему прямо в грудь.

Лишенная кожи плоть, из которой торчало орудие Цезимира, больше не принимала очертания Висельника.

Казалось, сквозь дыру в Ланевусе можно было разглядеть комнату.

Застрявший меч стеснял движения, но все же, нечто вызвало у него приступ смеха. Маниакально хохоча, он выдал:

— Ха-ха-ха, спасибо тебе! Я правда, очень признателен! В глаза смотри... Видишь мою искренность? Если бы ты не отыскал меня и не явился, я бы точно стал сосудом для Истинного Творца. «Он» должен был прийти за мной через пару месяцев. Случись это, сильно бы оно отличалось от смерти?

Цезимир был шокирован. Он не мог поверить своим Глазам и понять, почему Ланевус был столь счастлив.

Пребывая в шоке, он попытался встать с колен, но так и не смог. Ланевус заметил его искреннее замешательство и, прокашлявшись, с улыбкой поведал:

— Для человека как я, самое горькое, когда не с кем похвастаться своими деяниями... Кхе-кхе... Когда я был в Тингене, меня обвел вокруг пальца Истинный Творец. Он не только инициировал нисхождение своего отродья, но и тайно «подсадил семя» в мое тело... Я даже думаю, что ребенок Мегоуз был попросту очередной «его» уловкой. Ведь он не послал членов Ордена Авроры, чтобы защитить ее... Как будто «он» все с самого начала знал... «Его» истинное происхождение было заложено во мне. Финальная же трансформация ждала меня здесь, в Баклунде, представляешь? Меня мало-помалу заменял «он»! В конце концов, я бы сам стал Истинным Творцом... Но, прежде чем я успел найти решение этой неприятной ситуации, меня нашел Орден Авроры. К счастью, они всем там тронутые умом простофили. Ха-ха, глупцы населяют этот мир... Кхе-кхе!

Ланевус сплюнул грязный сгусток крови и понемногу восстановил былую ПОДВИЖНОСТЬ.

Онс трудом шагнул вперед, а его точеное личико вдруг, по каким-то необъяснимым причинам, стало мягким, и теперь он начал напоминать себя самого.

Ланевус оперся на лестничные периллы и издевательски рассмеялся:

— К сожалению или к счастью, Истинному Творцу, чтобы полностью возродиться, была необходима энергия отчаяния, обиды и злобы. Баклунд и Восточный Район с этими заводами и портами — отлично подходили. К тому же, это дало мне завести множество знакомств... Я осознавал, что сообщать в полицию через людей, рядом с которыми находился — было нереально, ведь каждый с кем я контактировал, вполне мог быть членом Ордена Авроры... Сначала я хотел спровоцировать забастовку, чтобы привлечь внимание полиции, но после нескольких безуспешных попыток я оставил эту затею... Я вел себя так, словно был на грани потери контроля. Я даже спускался в канализации, чтобы спускать там пар. Я сливал свою кровь по стокам, заражая живущих там существ, превращая их в ужасающих тварей. К сожалению, вы так и не разобрались в этом деле, но меня обнаружил Орден Авроры. По-видимому, один из их членов помер от канализационного мутанта. Эх... Теперь-то моя кровь не обладает такими чудесными свойствами... Впредь, я был под строжайшим контролем, но все же, я нашел лазейку. Я убил проститутку, самым изощренным методом, каким только мог и надо-же, я привлек внимание. Но кто мог подумать, что Орден Авроры подчистит следы и сделает так, что убийство бы походило на часть уже шедшей серии убийств? Я все еще не обрел спасения, в котором так нуждался... У меня не оставалось идей, кроме одной. Я взял инициативу в свои руки и попросил Орден приставить ко мне самого свирепого, самого безумного их члена. Хе-хе, они так и не додумались. Неужели было так сложно пошевелить мозгами? Этот псих в любой момент мог попасть в передрягу... Как и ожидалось, вы пришли, ребята!

Фух...

Ланевус выдохнул и задвигал своим телом, словно он наконец избавился от ранее стеснявших его обстоятельств.

Он вытащил из своей груди священный костяной меч и сожалением произнес: — Я не могу забрать его собой, иначе вы скоренько меня отыщите.

После того, как белесый меч полностью отделился от плоти Ланевуса, из его зияющей раны не закапало ни единой кровинки.

Он прижал правую руку к груди и поклонился Крестету Цезимиру и его компании.

— Люди на вашем судне скоро должны прийти в себя. Я больше не могу здесь оставаться. Правда, спасибо большое. Хоть вы и тупы, все же, вы помогли мне... Для вас, тупых ублюдков, это должна быть большая честь!

Рявкнув на обессиленных, он выпрямился и насмешливо обронил: — Прощайте, Ночные «Курицы».

Ланевус, сжимая костяной меч в руке, сделал резкий выпад к Крестету и попытался его ударить, но тот увернулся.

Веки высокопоставленного дьякона потяжелели, и он ощутил, как проваливается в сон. — Остались еще силенки. Как досадно...

Ланевус слегка прикусил язык и швырнул священный меч в бессознательно валяющегося у двери Ночного Ястреба.

— Нет!

Цезимир взмахнул рукой и невидимой силой, которую кропотливо копил все это время, отбил летящий в товарища клинок.

Ланевус воспользовался этой возможностью и бросился наутек. Он кувырком вылетел из краснокирпичного здания через окно туалета. Пробежав вдоль улицы, он смахнул крышку люка и спрыгнул в канализацию.

Ему были очень хорошо знакомы эти места. Несмотря на темень, он мог с легкостью перемещаться по этому узкому пространству, чем и воспользовался, чтобы затеряться в глубинах сточного лабиринта.

Но вдруг, он что-то ощутил за своей спиной.

УФ...

Карта глубоко вонзилась ему в спину, и сее краев обильно потекла кровь. Ланевус обернулся и, подняв взор, увидел нападавшего.

Это был среднего роста мужчина, одетый в рабочую форму. На лицеу него была дурацкая маска, с нелепой улыбкой и красным носом.

Это был счастливый клоун.