(Перевод: Ориана)
«Учитель Тянь, когда мы отправляемся?» – спросил Цин Чэнь, ему нужно знать более точное время.
Тянь Хайлун сказал: «Через восемь дней я отвезу вас в Сяньчэн. Дорога по высокоскоростной железной дороге займет чуть больше часа. В ближайшие дни сообщите мне свои паспортные данные, чтобы я забронировал для вас билеты».
«Хорошо, – сказал Цин Чэнь, — спасибо, учитель. Тогда я пойду домой обедать».
«Ну, да, идите все, обедайте», – махнул рукой Тянь Хайлун. В центре внимания этой математической олимпиады AMC находится Цин Чэнь. Куратор курса специально сказал ему, что он должен убедить Цин Чэня принять участие.
Среди учеников, которых выбрали для участия на этот раз, была первая тройка лидеров на экзамене, Сюй Цзымо, Ван Цзялэ и Цин Чэнь, затем Чжоу Сюаньин, который стал пятым в первой десятке, раз за разом набирающий 150 баллов по математике, и Ся Сяожань, девятая.
Когда они впятером вышли из кабинета, Сюй Цзымо, длинноволосая девушка, которая тогда пристально смотрела на Цин Чэня, сказала: «Я знаю, что у тебя большие трудности с деньгами, поэтому на этот раз тебе не нужно скрывать свою силу, верно?»
Цин Чэнь на мгновение опешил.
Один раз ежемесячный экзамен в первом классе старшей школы был особенно трудным. Он набрал 690 баллов, а Сюй Цзымо – 645.
Похоже, с того дня Сюй Цзымо всегда помнила о том случае.
Когда в школе начали распространяться слухи о том, что Цин Чэнь согласен набирать только 690 баллов, она была первой, кто в это поверил.
Потому что по сравнению с теми лоботрясами, которые любят слушать сплетни, она лучше знала, насколько трудным был тот ежемесячный экзамен. Даже ее классный руководитель в то время сказал, что два больших вопроса по математике на том экзамене специально сделали очень сложными, выходящими за рамки школьной программы. Это было нормально – сдать тот экзамен не очень хорошо.
Однако у Цин Чэня по-прежнему было 690 баллов.
Это означало, что легенда правдива.
Впоследствии Сюй Цзымо училась еще усерднее. Почти на каждом экзамене она занимала первое место в своем курсе, уверенно обходя Цин Чэня.
Но проблема в том, что результат Цин Чэня всегда составлял 690 баллов и никогда не менялся.
Это душило Сюй Цзымо, заставляло ее чувствовать себя подавленной, потому что она знала, что Цин Чэнь не старался изо всех сил. Даже если она побеждала, это не приносило ей удовлетворения, так как победа не была заслуженной.
Цин Чэнь взглянул на Сюй Цзымо: «Я каждый раз стараюсь изо всех сил».
«Ну ладно, – немного подумав, сказала Сюй Цзымо. – Давай на этот раз пойдем вместе. Я как раз смогу спросить у тебя совета насчет метода обучения».
Чжоу Сюаньин, занявший пятое место, и Ся Сяожань, занявшая девятое, посмотрели на нее. Они были немного удивлены. Человек, который занял первое место, спрашивает совет насчет метода обучения у того, кто занял третье?
Однако Цин Чэнь искренне сказал: «Мой метод обучения тебе не подойдет. Я серьезно».
Сказав это, он повернулся и ушел.
Оставив стоять позади себя Сюй Цзымо с поджатыми губами.
На самом деле, Цин Чэнь больше не особенно беспокоился об образовании, ориентированном исключительно на сдачу экзаменов.
Как говорится, век живи – век учись. Он не перестал учиться, напротив, он стал учиться еще усерднее, чем раньше. Просто «программа» его образования больше не ограничивалась школой.
У Цин Чэня было более широкое видение.
…
Когда в полдень занятия закончились, Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэнь не вернулись к себе домой на улицу Синшу. Вместо этого их подобрал водитель и отвез в отель Хуаян в Лочэне.
Когда Ху Сяоню вышел из машины, за ним пришел секретарь Ху Дачэна.
Секретарь средних лет отвел Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэня в отель и сказал им: «Босс только сегодня утром прибыл в Лочэн».
«Дядя Чэнь, почему мой папа вдруг снова приехал в Лочэн?» – озадаченно спросил Ху Сяоню. Его отец, Ху Дачэн, был очень занятым человеком. Он проводит в самолете почти 300 дней в году, практически живет в воздухе.
Однако после начала перемещений он неожиданно приехал в Лочэн, небольшой город третьего уровня, уже дважды в течение месяца.
Секретарь Ху Дачэна объяснил Ху Сяоню: «На этот раз это особый случай. Вдобавок, родители Чжан Тяньчжэня также попросили босса передать кое-какие предметы первой необходимости».
Войдя в номер, Ху Сяоню был потрясен, увидев там знакомое лицо: «Дядя Чжан, почему ты тоже здесь?»
Дядя Чжан, Чжан Чэнцзэ, был другом детства Ху Дачэна и немало помогал семье Ху.
Чжан Чэнцзэ улыбнулся: «Сяоню в мгновение ока стал таким большим. Подходи и выпей пару бокалов с дядей».
Ху Дачэн взглянул на него: «У них занятия во второй половине дня, поэтому они не могут выпить».
«Ладно», – сказал Чжан Чэнцзэ с некоторым сожалением.
«Пап, в этот раз ты приехал в Лочэн служебным делам?» Ху Сяоню непроизвольно подумал, что его отец приехал сюда, чтобы обсудить деловые вопросы, и попутно взглянуть на него.
В результате Ху Дачэн сказал: «Мы приехали специально к тебе».
«Да? – удивился Ху Сяоню. – Что-нибудь случилось?»
Ху Дачэн жестом подал знак секретарю Чэню выйти из комнаты, а затем Чжан Чэнцзэ указал на свою руку: «Сяоню, сегодня утром у меня на руке появился таймер обратного отсчета. Я подумал, что, возможно, я тоже стал путешественником».
Ху Сяоню открыл рот от удивления. Признанный в интернете возрастной диапазон путешественников составляет от 10 до 35 лет, а Чжан Чэнцзэ в этом году исполняется 42 года, что выходило за рамки представлений Ху Сяоню.
По-видимому, особые случаи все же будут.
Ху Сяоню посмотрел на Чжан Чэнцзэ: «Дядя Чжан, что ты собираешься делать?»
«А что еще я могу сделать? Это уже произошло. Естественно, я хочу найти способ защитить себя до переселения, – сказал Чжан Чэнцзэ, – иначе, зачем я полжизни боролся, чтобы потом разрушить свою жизнь из-за такой вещи. Это того не стоит».
«Дядя Чжан, где появился твой обратный отсчет? – Ху Сяоню сказал откровенно. – Во Внутреннем мире транспортное сообщение между городами совершенно неудобное. Если ты не находился в Лочэне, когда появился обратный отсчет, ты не сможешь отправиться ко мне в город 18, а я не могу поехать в другие города, чтобы помочь тебе. В таком случае тебе стоит поискать местных путешественников и нанять их за деньги».
Чжан Чэнцзэ улыбнулся: «Сегодня утром я ехал на машине из Эчэна в Сяньчэн на встречу. Когда я проезжал через Лочэн в середине пути, на моей руке появился обратный отсчет. Если бы я не был уверен, я бы не стал беспокоить твоего отец, чтобы он позвал тебя».
Ху Сяоню призадумался: «Дядя Чжан, я не могу сейчас обещать тебе слишком многого. Я сам только что прибыл в город 18 и нашел защиту и дальнейший путь продвижения у других. Но проблема в том, что у меня тоже есть босс, и мне нужно прислушиваться к его распоряжениям».
Чжан Чэнцзэ немного подумал и сказал: «Я не хотел ставить тебя в затруднительное положение. Я пришел к тебе, потому что твой отец упомянул, что во Внутреннем мире ты можешь связаться с важными людьми среди путешественников. Мой план таков. Можешь обсудить это со своим боссом. Я готов заплатить в обмен на временную защиту и продолжу платить в зависимости от ситуации».
«Дядя Чжан, поговорить об этом я могу, – сказал Ху Сяоню, – но цена определенно не будет низкой. Дядя Чжан, ты такой богатый, я не стану жалеть тебя из-за материальных вещей».
Услышав это, Чжан Чэнцзэ усмехнулся. Он сказал Ху Дачэну: «Старина Ху, ты видишь? Твой сын только недавно стал путешественником, а уже чужие для него дороже своих».
«Так и должно быть, – спокойно сказал Ху Дачэн. – У каждого своя позиция. Если у него не будет своей позиции, и он будет, как трава, гнуться, куда ветер подует, он никогда не сможет стать там своим. Поэтому я поддерживаю его в том, чтобы он помог тебе как постороннему, так что честно плати по счетам».
«Ладно, – Чжан Чэнцзэ посмотрел на Ху Сяоню, – я не знаю, какой будет моя личность во Внутреннем мире, и я не знаю, где я появлюсь после переселения, но меня всегда интересовали путешественники, и я с большим интересом следил за ними. Я надеюсь, что после переселения меня защитят. А затем, самый лучший вариант, если будет возможность достать для меня генную инъекцию или что-то подобное, чтобы я смог стать сверхчеловеком».
«Я все передам, дядя Чжан», – сказал Ху Сяоню.
В этот момент Ху Сяоню сказал Ху Дачэну: «Папа, давай выйдем ненадолго. Мне нужно с тобой посоветоваться».
Сказав это, он вышел, чтобы не дать Чжан Чэнцзэ, сидящему за обеденным столом, услышать их разговор…
Дяде Чжану стало немного не по себе, видя, что сын его друга, которого он знал с детства, стал относиться к нему как к постороннему.
За дверью Ху Сяоню убедился, что никто не подслушивает, и сказал: «Папа, я присоединился к организации, к которой принадлежит Лю Дэчжу. Я выразил боссу свою искренность и сказал, что предоставлю квартиру в качестве базы, но он отказался. Позже я подарил одному из участников часы, чтобы выразить свою благодарность за спасение на горе Лаоцзюнь, но он тоже отказался. Я совершил какую-то ошибку?»
«Конечно, ты совершил ошибку, – медленно произнес Ху Дачэн, – потому что ты превратил дружбу в бизнес».
Ху Сяоню растерялся: «А? Я просто хотел выразить свою благодарность».
«Это другое, – сказал Ху Дачэн. – На горе Лаоцзюнь ты задолжал свою жизнь. Если ты хочешь влиться в организацию, ты должен заплатить своей жизнью. Я учу тебя, не как пожертвовать своей жизнью, а как вести себя. Хорошо, что те люди не взяли деньги. Если бы они взяли деньги, ты навсегда бы остался просто посторонним».
«Вот оно что», – задумчиво произнес Ху Сяоню.
Ху Дачэн спросил: «Что предложил тебе твой босс?»
Ху Сяоню сказал: «Он велел мне войти в определенный клуб и начать с самых низов. Хотя это очень опасно, по крайней мере, для начала надо закрепиться. Он сказал, что придется очень постараться, поэтому я должен быть морально готов».
Ху Дачэн снова спросил: «А он обещал тебе, каких высот ты сможешь достичь в будущем?»
Ху Сяоню покачал головой: «Нет».
Ху Дачэн сказал: «Это хорошо».
«Почему это хорошо?»
«Если бы он пообещал тебе, что ты добьешься в будущем больших успехов, то это, должно быть, потому, что дорога слишком ухабистая, и он боится, что ты сдашься на полпути, поэтому сначала обещает золотые горы, – с улыбкой сказал Ху Дачэн. – Но если он устроил тебя в очень опасное место, но ничего не пообещал, значит, это намеренная проверка, чтобы посмотреть, сможешь ли ты взять на себя большую ответственность без соблазнов. Сделай все, что в твоих силах, и получишь многообещающее будущее».
…
Вечером Цин Чэнь вернулся домой вместе с Нань Гэнчэнем. Первое, что он сделал, это зашел в квартиру Ян-Ян, чтобы проверить, нет ли новых писем.
Он знал, что Призрачное перо, обладатель Печати дьявола, обязательно напишет ему, попытаясь переманить его на свою сторону в надежде, что он сыграет определенную роль, когда он в ближайшее время нанесет ответный удар «боссу Лю Дэчжу».
Цин Чэнь тренировался в гравитационной камере до 21:40, а затем вернулся к себе домой, будучи убежденным, что Лю Дэчжу и другие должны уже вернуться из школы.
Он закрыл дверь спальни и сказал: «Один, ты здесь?»
«Я здесь», – ответила Один.
«Куда ты ходила вчера? – с подозрением спросил Цин Чэнь. – Ты ведь не создала никаких неприятностей, верно?»
«Как я могу создать какие-либо неприятности? Почему ты так мне не доверяешь? – возмущенно сказала Один. – Говори, что тебе от меня надо?»
«Помоги мне создать отдельный секретный групповой чат для Лю Дэчжу, Ли Тунъюнь, Ху Сяоню, Чжан Тяньчжэня, Нань Гэнчэня и Цзян Сюэ. Вот такой, какой сейчас в моем телефоне, – сказал Цин Чэнь. – Мне нужно собрать их всех и обсудить с ними кое-что».
«Ладно, с таким пустяком я могу помочь, – сказала Один. – Кстати, тебе нравится певица по имени «Байли»…»
Выражение лица Цин Чэня изменилось: «Вот это я и имею в виду под неприятностями. Не болтай с кем попало!»
«Ладно-ладно, поняла, – сказала Один. – Сейчас создам для вас групповой чат. Это займет около 12 минут. При регистрации должны использоваться реальные имена или они могут придумать свои собственные ники?»
«Пусть они сами придумают ники», – сказал Цин Чэнь.
В настоящее время Цзян Сюэ все еще не знает, что Ли Тунъюнь также является путешественником. Если регистрироваться под собственным именем, то Ли Тунъюнь конец.
Самые интересные комментарии
Пусто