(Перевод: Ориана)
Обратный отсчет 162:00:00.
6 часов утра.
Теперь, когда они переехали в частный сектор, утром на дорожках никого не было, что облегчало тренировки «Белого дня».
В настоящее время, за исключением Ху Сяоню, все стали практикующими, и бег не имел большого значения для улучшения их физической формы.
Дыхательная техника совершенствовала тело, а совместные пробежки постепенно сплачивали «Белый день», это уже было совершенствование духа.
Если «Белый день» не имеет общего ритма, то даже если все они станут полубогами, они все равно остались бы разрозненной толпой.
Есть большая вероятность, что возникнет ситуация, когда «вместе они – кучка дерьма, а порознь – небо, полное звезд».
К удивлению «Белого дня», рано утром у входа их уже ждал Ло Ванья, дремавший на заднем сиденье минивэна.
«Почему ты здесь?» – спросил Цин Чэнь.
«Я беспокоился, что в любой момент могу вам понадобиться. Если вы позвоните мне, я смогу сразу же прийти», – объяснил Ло Ванья.
«Серьезное отношение», – сказал Цин Чэнь.
Когда Ло Ванья увидел, что все члены «Белого дня» выходят, одетые в спортивную одежду, он, криво улыбнувшись, спросил: «Вы собираетесь на пробежку? Можно мне с вами?»
Цин Чэнь взглянул на него: «Не отставай».
Однако возраст Ло Ванья давал о себе знать. Он долгое время не занимался спортом и имел лишний вес, поэтому запыхался, пробежав всего два шага.
Но этот Лочэнский магнат выдержал всю дистанцию, как будто готов был умереть, если не сможет пробежать!
После пробежки Цин Чэнь посмотрел на Ло Ванья и сказал: «Купи пустующую виллу по соседству и переезжай туда. Выбери нескольких самых доверенных и способных людей, пусть они посменно дежурят и следят за тем, чтобы никто из посторонних не приближался к этим двум виллам».
Услышав эти слова, Ло Ванья чуть не запрыгал от радости. Только ради этой фразы он не зря был так суров к себе!
Он поспешно сказал Цин Чэню: «У меня есть в подчинении двенадцать братьев, которые следуют за мной уже много лет. Они все путешественники. Поселимся с ними на вилле по соседству. Не волнуйтесь, ни один случайный человек не сможет приблизиться!»
«Хорошо, организуй это сам», – сказал Цин Чэнь и отвел членов «Белого дня» обратно на виллу.
Ло Ванья смотрел им вслед. Его водитель вышел из машины и спросил: «Госпо... Ло Ванья, когда я просил вас заняться физическими упражнениями, вы подумали, что я пытаюсь вас убить. Почему сегодня вы согласились бежать? Кроме того, действительно ли эти люди стоят того, чтобы вы так надрывались?»
«Ни черта ты не понимаешь, – сказал Ло Ванья водителю, – разве ты не заметил, что эти люди... все экстраординарные! Даже та маленькая девочка! Что это значит? Ладно, ты не путешественник, даже если скажу, не поймешь».
Тем временем Цин Чэнь, оставив Ли Тунъюнь, Лю Дэчжу и Нань Гэнчэня погруженными в медитацию, спустился в подвал.
В этот момент Ху Сяоню взбирался по стене, где располагались точки опоры для скалолазания, имитируя рельеф, необходимый для всех техник скалолазания.
Это Цин Чэнь велел Ху Сяоню сделать во время ремонта. Высота потолка подвала составляла 4,3 метра. Хотя для тренировок было тесновато, но на данный момент этого достаточно.
Цин Чэнь посмотрел на Ху Сяоню: «Разве тебе не любопытно, почему я не учу тебя практиковать?»
Ху Сяоню честно сказал: «Любопытно. Я бы солгал, если бы сказал, что мне не любопытно».
«Тогда почему ты не спрашиваешь меня?» – сказал Цин Чэнь.
«Поскольку я больше не богач во втором поколении, а просто рядовой член Белого дня, я не имею права ничего спрашивать. Мне просто нужно выполнять свою работу, – искренне сказал Ху Сяоню. – Цин Чэнь, когда мы только встретились, у тебя могло сложиться плохое впечатление обо мне. Но я отпустил свою прошлую личность. Теперь я просто Ху Сяоню из Белого дня».
«Сядь», – Цин Чэнь сел, скрестив ноги, на коврик для йоги напротив Ху Сяоню.
На самом деле он давно размышлял над одним вопросом.
У Ху Сяоню честный, справедливый и миролюбивый характер. Сможет ли такой человек пройти допрос сердца?
Если он сможет, то это значит, что у него будет более высокий потолок.
Первоначально Цин Чэнь не возлагал на это особых надежд.
Но, понаблюдав некоторое время, Цин Чэнь решил дать Ху Сяоню шанс попробовать.
Ли Шутон говорил ему, что каждый Рыцарь имеет право свободно принимать учеников. Если он найдет подходящего кандидата, он сможет провести его по этому пути.
Цин Чэнь тогда спросил, а что, если этот человек не на 100% согласен с ценностями Рыцарей?
Ли Шутон, не придавая этому значения, ответил, что рыцарские ценности никогда не прививались посредством промывания мозгов и проповедей. Просто иди по этому пути, поднимись на гору, понаблюдай за снегопадом и следуй за мечтой. И все сложится само собой.
Люди, чьи убеждения нечисты, не смогут преодолеть испытания жизни и смерти и просто умрут на этом пути.
Подумав об этом, Цин Чэнь сказал: «Дай руку».
Ху Сяоню с любопытством сел на коврик для йоги, но увидел, как Цин Чэнь положил пальцы на его пульс.
Внезапно истинная энергия Рыцаря всколыхнулась, и щеки Ху Сяоню расцвели огненными узорами, точно такими же, как у Цин Чэня.
Боль.
Все воспоминания, связанные с болью, нахлынули на него. Уже через десять секунд Ху Сяоню не выдержал.
Цин Чэнь отозвал энергию Рыцаря: «Какая боль мешает тебе преодолеть это препятствие?»
Тяжело дыша, Ху Сяоню проговорил: «Моя мать умерла, когда мне было десять лет. Только что я, как будто, снова вернулся в тот день. Заходящее солнце светило в окно палаты, такое теплое... Мама была уже такой худой, кожа да кости. Она нежно взяла меня за руку и сказала: «Прости, Сяоню, мама больше не может заботиться о тебе». Я действительно хочу забыть эту боль, но я боюсь, что вместе с ней я забуду и свою маму».
Цин Чэнь молчал.
Оказывается, допрос сердца действительно трудно пройти. Неудивительно, что Рыцарей так мало.
Он наконец понял, почему Ли Шутон сказал, что чем старше становятся люди, тем сложнее им преодолеть испытание допроса сердца.
Дело не в том, что у Ху Сяоню плохой характер, просто жизнь – это путь страданий. Чем дольше идешь, тем больше боли накапливаешь.
Однако кое-что было странным. В брошюре с Дхармой Гуань Инь говорилось, что в их организации когда-то было много людей, которые практиковали четвертый раздел дыхательной техники, но позже это прекратилось.
Цин Чэнь подумал, что, возможно, для того, чтобы пройти допрос сердца, необходимо сначала освоить первые три раздела дыхательных техник, а затем подождать, пока человек не станет достаточно сильным на уровне B, прежде чем приступать к допросу сердца. Таким образом, безопасность будет очень высокой.
Причина, по которой впоследствии никто в этой таинственной организации не мог пройти допрос сердца, заключалась в том, что они стали слишком жестокими. Хотя они и проходили первые три раздела дыхательной техники, у них все равно ничего не получалось.
А Рыцарям было трудно пройти допрос сердца, потому что они перескакивали первые три раздела дыхательных техник и проходили допрос напрямую, как обычные люди, поэтому они умирали, если не могли этого вынести.
После долгого молчания Ху Сяоню спросил: «Я не смогу совершенствоваться? Почему мой путь совершенствования так отличается от других? Когда Тяньчжэнь и другие медитировали, они, казалось, не чувствовали никакой боли».
«Нет, – покачал головой Цин Чэнь. – Даже если этот путь закрыт, ты все еще можешь пойти другим путем».
Ху Сяоню застыл в изумлении. Он подумал, что Цин Чэнь… почему он знает так много путей совершенствования?
Цин Чэнь проигнорировал душевные метания Ху Сяоню. Он размышлял:
Хотя Ху Сяоню не смог пройти допрос сердца, если он выполнит все восемь испытаний, он все равно сможет стать Рыцарем, хотя верхний предел будет только уровнем А.
Если у «Белого дня» будет несколько Рыцарей уровня А и десятки или сотни практикующих Дхарму Гуань Инь уровня В, будут ли для них в мире места, куда они не смогут отправиться?
Никто не сможет выдержать гнева «Белого дня».
До этого еще может быть далеко.
Но у Цин Чэня хватит терпения дождаться этого дня.
В этот момент Цин Чэнь вдруг почувствовал, как из раны в его брюшной полости поднимаются сгустки крови. Темно-фиолетовая кровь буквально вырвалась из его рта.
Ху Сяоню на мгновение растерялся и поспешно спросил: «Цин Чэнь, ты в порядке?»
«В порядке, это просто застоявшаяся кровь. Выплюнул и все», – сказал Цин Чэнь.
Ху Сяоню посмотрел на Цин Чэня и вдруг подумал, что, хотя тот и был ранен, он все равно продолжал учить их.
…
Теперь время каждого перемещения установилось на уровне 7 дней, поэтому каждое возвращение всегда происходит в ночь с субботы на воскресенье, и на следующий день не нужно идти в школу.
Такое ощущение, что механизм перемещений намеренно дает всем путешественникам выходной, чтобы во Внешнем мире они могли отдохнуть и прийти в себя.
«Брат Чэнь, разве Ло Ванья тогда не говорил, что сегодня ночью под мостом Ванчэн должна состояться передача денег? Может, нам пойти и что-нибудь там сделать?» – с любопытством спросил Нань Гэнчэнь.
«Еще чего, – спокойно сказал Чжан Тяньчжэнь. – После спасения Ло Ванья все люди, которые его охраняли, погибли. В этой ситуации даже дурак понял бы, что правда раскрыта. Если кто-то еще пойдет сегодня ночью к мосту Ванчэн, чтобы передать деньги, там определенно будет засада».
Однако в этот момент Цин Чэнь внезапно сказал: «Босс велел нам все же пойти и взглянуть».
Чжан Тяньчжэнь на мгновение застыл: «Все же пойти? А вдруг засада... Шсс».
Чжан Тяньчжэнь сделал глубокий вдох. Он понял, что Цин Чэнь как раз и рассчитывает на эту засаду: «Босс хочет убить тех, кто собирается устроить засаду на нас?»
Цин Чэнь взглянул на него: «Мы не собираемся сражаться насмерть, но мы не должны оставаться в стороне от таких дел. Как и сказал в группе Запретный предмет ACE-999, сейчас наша самая большая поддержка во Внутреннем мире – противостояние с Камиширо и Касимой. Если они выйдут победителями, то Белому дню придется поджать хвост. Поэтому, что бы ни хотели сделать Камиширо и Касима, мы должны внести свой вклад и постараться помешать им это сделать».
Цин Чэнь добавил: «Конечно, исходя из наших возможностей».
В этот момент Нань Гэнчэнь, державший в руках телефон, внезапно сказал: «Эй, посмотрите на горячие новости. Камиширо Соранэ проведет пресс-конференцию в Лочэне. Она оставит свою актерскую карьеру в Японии и начнет все заново в Китае?!»
Цин Чэнь на мгновение замер, а затем открыл Weibo, чтобы узнать подробности.
И впрямь, как и сказал Нань Гэнчэнь, пресс-конференция состоится завтра в Лочэне в 9 часов утра на площади перед торговым центром «Цюаньшунь» в районе Лолун.
Нань Гэнчэнь озадаченно спросил: «Разве в чате не говорили, что она внезапно исчезла после приезда в Китай и скрывалась от семьи Камиширо? Как так получилось, что она вдруг открыто заявила о начале карьеры в Китае? Это фейк?»
«Преследование – не фейк, – покачал головой Цин Чэнь. – Я думаю, она, скорее всего, сейчас с кем-то из Девяти царств. Кто-то хочет использовать ее как приманку, чтобы выманить путешественников из семьи Камиширо».
«Почему не Куньлунь?» – с любопытством спросил Нань Гэнчэнь.
Цин Чэнь задумался: «Потому что Куньлунь не будет использовать других в качестве приманки. У них нет такой привычки».
Чжан Тяньчжэнь сказал: «Если это и правда Камиширо Соранэ вместе с Девятью царствами, то это слишком очевидно. Путешественников, контролируемых Камиширо, так просто не одурачить».
Цин Чэнь сказал: «Есть только один ответ: у Камиширо Соранэ есть наследие совершенствования семьи Камиширо. Поэтому независимо от того, ловушка это или нет, они должны сделать все возможное, чтобы убить ее и не допустить утечки наследия».
…
В вагоне №9 высокоскоростного поезда G307 было пустынно, во всем вагоне сидело всего около десятка пассажиров.
В девятом ряду Хэ Цзиньцю с улыбкой сказал: «В наши дни китайские высокоскоростные железные дороги очень удобны. Дорога из Цзинчэна в Лочэн занимает всего три с половиной часа. В Японии такого нет».
Камиширо Соранэ кивнула: «В последние годы строительство инфраструктуры на родине действительно находится впереди. Мой отец часто говорил об этом».
Девушка сидела у окна, задумчиво глядя вдаль.
Хэ Цзиньцю: «Мне очень любопытно. На самом деле, эту пресс-конференцию можно было провести в столице. Там больше влияния, и это также удобно и для вас, если вы в будущем хотите продолжать работать в сфере кино и телевидения. Но почему вы настояли на проведении ее в Лочэне?»
«Потому что я изначально собиралась в Лочэн и уже купила билет», – с улыбкой ответила Камиширо Соранэ.
Хэ Цзиньцю улыбнулся и покачал головой: «Ладно, я больше не буду задавать вопросов. У вас, естественно, есть свои причины».
Камиширо Соранэ с любопытством спросила: «Вы думаете, на этот раз они придут убить меня на пресс-конференции?»
«Да. В конце концов, у них есть причины убить вас, – спокойно сказал Хэ Цзиньцю. – Но не волнуйтесь, две трети членов Девяти царств в данный момент находятся в Лочэне, и то же самое касается Куньлуня. Просто подождем, пока они сами придут к нам. Вы сотрудничаете с Девятью царствами, чтобы мы смогли найти как можно больше путешественников под их контролем, и тогда вы снова сможете жить спокойно».
Однако девушка, казалось, не слушала то, что говорил Хэ Цзиньцю. Она вдруг спросила: «Лочэн – интересный город? Какие там люди? Доброжелательные?»
Самые интересные комментарии
Пусто