Секта Звёздного Небесного Дао Противоположностей погрузилась в хаос. Благо, чёрный дым окутал только радуги, а не города внизу. Внезапный контраст между двумя областями заставил учеников в городах поражённо наблюдать за происходящим наверху. Там, среди чёрного дыма, раздавались встревоженные крики и вопли. Ученики снизу забеспокоились.

— Что… это?

— Небеса! Что это за божественная способность?!

Толпы в четырёх больших городах снизу поражённо вздыхали. Однако в Небесном городе было несколько сотен человек, которые, хотя и напугались, также ещё и обрадовались. Они даже начали благодарить двух других учеников, стоящих среди них: Большого толстяка Чжана и Сюй Баоцая.

— Брат Чжан, за это можно поблагодарить только тебя. Выражаю тебе мою безмерную благодарность!

— Брат Баоцай, не могу выразить, насколько я благодарен. Если у тебя будут какие-либо проблемы в будущем, то приходи ко мне и я найду способ, как тебе отплатить.

Сюй Баоцай и Большой толстяк Чжан, как и все остальные, дрожали от страха. Они слишком хорошо знали Бай Сяочуня, и, когда они ранее услышали, что он снова принялся за перегонку лекарств, они сразу же в ужасе покинули радуги. В конце концов, когда Бай Сяочунь что-то решал для себя, его было невозможно переубедить, поэтому лучше всего в таком случае было просто уйти.

Ни один из них не чувствовал себя в безопасности на радуге, поэтому они стиснули зубы и ушли вниз в Небесный город. Только там они наконец смогли обрести спокойствие. Конечно, они не могли бросить на произвол судьбы людей, которых до этого набрали во фракцию, поэтому они разослали сообщения, чтобы предупредить их о возможной катастрофе и что лучше всего временно перебраться в Небесный город.

Некоторые решили, что они слишком преувеличивают и делают из мухи слона, и проигнорировали их… Другие сомневались, но всё равно предпочли спуститься в город. Увидев, как чёрный дым полностью окутал все радуги, те, кто прислушались к предупреждению, невольно обрадовались своему везению.

— Мы тут все братья, — сказал Большой толстяк Чжан с бледным от страха лицом, — так что больше не напоминайте об этом. Я же уже говорил вам, что когда брат Бай начинает готовить лекарства, то даже боги и призраки в панике ищут убежище!

Сюй Баоцай глубоко вздохнул, сосредоточенно нахмурился и сказал:

— Более того, послушайте меня. Основываясь на том, что я знаю про старейшину Бая, и моем собственном опыте, точно могу сказать, что всё ещё не закончилось. Мы абсолютно точно не должны пока возвращаться на радуги.

Ученики на радугах сходили с ума. Бай Сяочунь лишь поднялся в воздухе и парил над синей радугой, беспокойно наблюдая за чёрным дымом.

«Я дэв, и моя воля превосходит волю небес. Но даже я не могу ничего сделать с дымом из взорвавшихся алхимических печей… Что-то тут не так!» Он продолжал снова и снова думать об этом. Он очень много усилий приложил, чтобы взять ситуацию под контроль, но ничего не смог сделать.

«И так было всегда с тех самых пор, как я начал изготавливать лекарства… Я дэв, но всё равно не могу контролировать это. Это просто какой-то абсурд… Даже если случилось что-то неожиданное, по идее, моих возможностей должно было хватить, чтобы предотвратить негативные последствия. Но катастрофы продолжают происходить…» Он никак не мог придумать ответ на этот вопрос, и это было очень сложно принять.

«И это не считая того, что моё Дао медицины очень сильно улучшилось…» Ответа не было. Точно так же, как с Волей, которая начала формироваться на стадии золотого ядра, а потом пропала без следа, когда он сформировал зарождённую душу небесного Дао… Он просто не мог это никак объяснить.

«А, без разницы. Я стал причиной проблемы, и я её решил. Думаю, что я должен быть доволен». При помощи божественного сознания он убедился, что все ученики, у которых ранее проявлялись симптомы воздействия плодов неприязни, благодаря чёрному дыму вышли из-под этого воздействия. Ученики, ранее не попавшие в зону поражения, по его плану не должны были испытать никакого дискомфорта.

«В этом чёрном дыме нет ни грамма ядовитых веществ!» Когда дым начал рассеиваться, на лице Бай Сяочуня показалась улыбка. Он уже решил, что, пока не определит, в чём же именно заключается проблема, он больше не будет изготавливать лекарства.

Как раз в это время в небе показались три луча света, направляющиеся прямо к Бай Сяочуню. Это прибыли Ли Сяньдао, Бай Чженьтянь и патриарх гильдии Стальной Воли. На лицах Ли Сяньдао и Бай Чженьтяня были мрачные выражения. Изначально они не хотели вмешиваться в это дело, но оно достигло таких масштабов, что повлияло на всю секту, и у них не осталось выбора. У патриарха Стальной Воли с Бай Сяочунем были достаточно хорошие отношения, но при этом на его лице была кривая улыбка.

— Бай, старина, разве ты не говорил, что прошлый взрыв был последним…

Теперь, когда опасность миновала, Бай Сяочунь снова вёл себя как истинный дэв. Он ответил:

— Мне правда жаль, мой друг. Видишь ли, в прошлый раз случайно некоторые ученики секты оказались под воздействием опасного вещества. Я был этим обеспокоен, поэтому в этот раз я умышленно сделал так, чтобы дым окутал всю секту, чтобы доставить им таким образом противоядие. Если вы мне не верите, то посмотрите сами. Никто из тех, кто вдохнул дым, не почувствовал ни малейшего дискомфорта, — немного улыбнувшись, он указал на толпу снизу.

Дэвы посмотрели вниз и убедились, что он говорит правду. Хотя многие ученики ругались и жаловались, никто из них ни капли не пострадал. Три дэва облегчённо вздохнули. В конце концов, если возникнут проблемы, то отвечать перед полубогом, когда он вернётся, придётся им всем.

— Не беспокойтесь. Смотрите. Дым рассеивается. Если вы до сих пор волнуетесь, то просто немного подождите здесь время горения палочки благовоний. Потом вся секта вернётся в норму!

Очевидно, что Бай Сяочунь был готов к подобной ситуации заранее, поэтому он взмахнул рукавом и призвал чайный столик, а также палочку благовоний. Усевшись, он пригласил остальных дэвов тоже присесть. Бай Чженьтянь сомневался, но Ли Сяньдао и патриарх Стальной Воли сели и начали беседовать. Видя это, Бай Чженьтянь тоже решил последовать их примеру и присесть.

Отношения с патриархом Стальной Воли были самые тёплые, он ещё в секте Противостояния Реке помог Бай Сяочуню. Поэтому естественно, что он хотел сгладить все проблемы.

— Бай, старина, твоё Дао медицины просто шокирует. Сегодня ты показал мне целый новый мир!

Чувствуя себя немного виновато, Бай Сяочунь сухо рассмеялся и сказал:

— Что ты, я просто любитель. Мои навыки даже не стоят упоминания.

Ли Сяньдао усмехнулся и возразил:

— Любитель? Ты что, шутишь? Ты настолько умел, что можешь преобразить само Дао медицины! Брат Бай, ты действительно невероятен.

И только Бай Чженьтянь ничего не сказал. Между тем палочка благовоний продолжала прогорать, пока не осталась всего треть… К этому времени почти весь дым рассеялся и стало возможно разглядеть культиваторов и здания внизу. И тут Бай Сяочунь помрачнел. Что-то было не так. Не веря своим глазам, он потёр их и снова огляделся.

И не только он отреагировал подобным образом. Остальные три дэва тоже растерянно смотрели туда, где дым почти рассеялся. Хотя дыма осталось очень мало… Синяя радуга снизу доверху… была теперь… чёрной! У Бай Сяочуня на лбу выступил пот, а остальные дэвы поражённо вздохнули.

— Не беспокойтесь. Давайте не будем паниковать раньше времени. Подождём ещё. Поверьте мне, всё будет в порядке.

Больше у Бай Сяочуня не было настроения распивать чаи, он задрожал и поднялся на ноги. Дым продолжал рассеиваться, и когда он совсем исчез, то все увидели, что ранее разноцветные радуги теперь были полностью чёрными. У Бай Сяочуня голова пошла кругом.

Красный, оранжевый, жёлтый, зелёный, голубой, синий и фиолетовый… Ранее семь радуг разных цветов составляли структуру секты. Но теперь всё было полностью чёрным, включая здания и всё остальное… Вся секта Звёздного Небесного Дао Противоположностей стала черна как ночь. Ученики стали замечать, что стоят на чёрной земле. У них отвисли челюсти, и они начали встревоженно вскрикивать.

— Почему… почему всё чёрное?!

— Небеса! Это же должна быть радуга! Куда делись все цвета?!

— Только не говорите мне, что всё отравлено!

— Что-то большое должно вот-вот произойти!