После того как Цинь Вень Тянь конденсировал его 2-ю Астральную душу, Астральную душу Грез, он вновь использовал свою технику иглоукалывания для того, чтобы скрыть сияние его Астральной души. Однако на этот раз, он не подавлял ее сияние слишком сильно, только уменьшил интенсивность излучения Золотой Короны.

Цинь Вень Тянь думал об этом заранее. Основываясь на авторитете, клан Йе орудовал в Королевской столице, если он не проявит достаточного таланта, чтобы привлечь внимание старейшин Императорской Звездной Академии, было бы чрезвычайно трудно для него, чтобы в одиночку выстоять против всей Королевской столицы. Он так и не решился выпустить интенсивного чисто-золотого сияния Астральной души конденсированной с 5-м Небесным слоем, потому что если его талант будет показан, это будет слишком чудовищным, его противники попытались бы убить его независимо от стоимости.

Следовательно, его действия и привели к нынешней ситуации.

“Я уже сдал экзамен учителю Мо Шангу в Небесном Городе Гармонии, и благодаря обещанию Императорской Звездной Академии, я прошел несколько десятков тысяч ли, идя к Императорской Звездной Академии в Королевскую столицу, чтобы зарегистрировать себя. Кто бы мог подумать, что Янус не только удержать мое право получить мой Нефритовый медальон Императорской Звездной Академии, но также заставит принять участие в экспедиции, организованной коалицией из девяти боевых академий. У меня не было выбора, кроме как согласиться”.

В мертвой тишине, Цинь Вень Тянь говорил без перерыва. Был только его голос, который эхом расходился через воздух.

“В экспедиции, Орфон и другие собрались и преследовали нас множество раз, чтобы убить меня и Фен Ли. Им это почти удалось, но, к счастью для нас, Фен Ле зажег свою предельную родословную, которая позволила нам победить Орфона, меняя роли охотника и добычи.

Однако появился Орчон и перевернул черное на белое, говоря, что Фен Ли и я хотели убить своих товарищей. И Орчон хотел убить нас! Так вот, я поставил этот вопрос к вам: кто в Императорской Звездной Академии помог бы нам в тот момент вершить правосудие?”

“После этого в очередной раз Орфон и эксперты в области Артериального Кровообращения, заставляя нас двигаться в запрещенные области в темный лес. К счастью, удача улыбнулась нам, и мы вернулись живыми после нескольких дней. Первое, что мы хотели сделать после того как спаслись, это вернуться в Императорскую Звездную Академию, и завершить регистрацию. Кто бы мог подумать, что Орфон появится и наполнит наши сердца злобой и ненавистью? Добиваясь справедливости, я ударил и убил Орфона. Я все-таки спрошу: что было плохим в моих действиях?”

В дополнение к его силе, Цинь Вень Тянь дал полное объяснения, что произошло в темном лесу. Общественность начала меняться, и некоторые из зрителей начали думать, что действия Цинь Вень Тяня оправдались. Нет ничего плохого в том, что он сделал.

И по словам Цинь Вень Тяня; не только его необыкновенный талант, но и Фен Ли на самом деле обладал предельной родословной, что создавало еще одного чудовищного гения. Если это так, то Императорской Звездной Академии оставалось только внимательно рассмотреть, какие шаги они хотели бы сделать.

“Если Императорская Звездная Академия по-прежнему считает меня виновным, я отменю свой статус в качестве студента Императорской Звездной Академии. В конце концов, я должен еще получить Нефритовый медальон, поэтому я не могу рассматривается, как один из ваших студентов. Что касается вопроса о убийстве Орфона, просто относитесь к этому, как будто сюда зашел обычный прохожий, чтобы отомстить”. Цинь Вень Тянь продолжал говорить: “Теперь, что вы хотите сделать?”

Как звук его голоса исчез, лучистая Астральная душа был скрыта. Однако сердца зрителей были еще в смятении, не в состоянии успокоиться.

“Я, Мо Шанг, наконец, получив столь выдающегося студента. Если Императорская Звездная Академия хочет выгнать его или сочтет его виновным, я больше не вижу смысла оставаться здесь в качестве преподавателя.” Мо Шанг посмотрел на тысячерукого старейшину, как он равнодушно сказал. Это заставило все давление мгновенно приземлиться на плечи старейшины, поставив его в затруднительное положение.

В этот момент, он не имел шанса, чтобы наказать Цинь Вень Тяня. Если он сделает это, он опасался, что высшее руководство Императорской Звездной Академии возложит всю вину на него. Может быть некоторые из них даже наблюдают события, происходящие прямо сейчас.

Думая об этом, тысячерукий старейшина чувствовал себя очень подавленным. Если он не справиться с делом, будет много мнений неодобрения.

Но, конечно, человеком, который был наиболее подавлен был никто иной, как Янус. В тот момент, когда Цинь Вень Тянь проявил свои Астральные души, он уже знал, что не было никакого способа, которым Цинь Вень Тянь умрет сегодня. Не только это, верхнее управление, несомненно, обратит их взгляд на Цинь Вень Тяня.

Янусу, было глупо обижается на кого-то с таким чудовищным потенциалом.

И там был Орчон, кто безмерно ненавидел Цинь Вень Тяня и не мог ждать, чтобы разодрать его на куски. Его проблема возникла из-за того, что он желал задобрить Йе Вукуи, помогая Йе Вукуи искоренить влияние. По его словам, это было не сложно для выполнения, но Орчон нее думал, что даже его брат умрет вместо Цинь Вень Тяня. Однако, не было никого, кто бы сказал, что действия Цинь Вень Тяня и Фен Ли не оправдались, и, таким образом, он ненавидел Цинь Вень Тяня. Орчон был безмерно зол; как он объявит это своему клану?

“Бред!” В этот момент тысячерукий наконец-то заговорил. К всеобщему удивлению, его речь была направлена на Цинь-Вень Тянь.

“Какие глупости! Поскольку вы прошли обследование моей Императорской Звездной Академии и пережили экспедицию в темном лесу, как можно не быть студентом мой Императорской Звездной Академии?” Тысячерукий старейшина ругал Цинь Вень Тяня, как он продолжил, “Нефритовый медальон-это всего лишь небольшая процедура, не о чем беспокоиться. Так как вы уже выбрали Императорскую Звездную Академию, это означает, что вы уже студент”.

“И так, как я старейшина во главе дисциплинарного комитета, это в моей власти наказать тебя. Хотя ты сказал, что это было ради мести, вы все-таки создали такой большой шум, что убили Орфона и опустили репутацию Орчона. Я решил посадить тебя на месяц, и в то же время, я запущу полномасштабное расследование о деле в темном лесу. Если это так, как вы сказали, я буду рассматривать это как личные дела между вами и Орфоном, это означает, что Вы не нарушили правила академии”.

“Естественно, если то, что ты сказал ложь, то я, я, я буду......” Тысячерукий заикался; видимо, он не придумал, какое наказание дать. Он немного помолчал, прежде чем поспешно добавив: “Мы определим наказание в будущем. Как для вас, пройдемте со мной”.

“Мфф”. Луо Хуан руками прикрыла рот, препятствуя ее смех эхом вырваться. Следы восторга можно было увидеть в ее глазах; это был первый раз, когда она видела, как беспристрастный Старейшина был в такой неловкой ситуации.

Хотя тысячерукий старейшина на вид, ругал Цинь Вень Тяня, в действительности, смысл его слов был известен всем. Неважно, солгал Цинь Вень Тянь о событии в темном лесу или нет, потому что не было бы никаких последствий из-за убийства Орфона. Орфон умер зря.

Кроме того, старейшина решительно подчеркивал тот факт, что Цинь Вень Тянь был учеником Императорской Звездной Академии, его намерения были очевидны.

Оба Фен Ли и Цинь Вень Тянь замерли, как следы улыбки можно было увидеть в их глазах. Сегодня они наконец-то выплюнули это оскорбление.

Однако взгляд Орчона был столь же раздражающим, как раньше.

Толстяк молчал, думая, что если бы они расправлялись и с Орчоном, это было бы идеально.

Но, естественно, Жирный только мечтала об этом. Ведь он еще не имел достаточной силы. Философия Жирного для врагов, которые были сильнее его, что даже десять лет не слишком поздно для джентльмена, который хотел отомстить.

Против тех, кто был слабее его, философия была такой, герой не задержит себя в поисках мести.

Так, в отношении Орфона, жирный решил быть героем, но относительно Орчона, жирный решил быть джентльменом.

“А что касается тебя, ты будешь заключен в тюрьму вместе с Цинь Вень Тянем так, что вы можете обдумать свои действия вместе.” Сейчас, пока жирный фантазировал про джентльмена, старейшина повернулся к нему и объявил, что жирные будут также заключен в тюрьму. Фен Ли пожал плечами и похлопал Цинь Вень Тяня по плечам, “Братья должны делиться счастьем и преодолевать горе вместе. Это мой брат Цинь Вень Тянь, так что я Фен Ли, естественно, будет сопровождать его”.

Фен Ли гордо вскинув голову, ответил громко, словно боялся, что никто не знал, что он брат Цинь Вень Тяня.

“Какой бесстыжий”.

“Этот жирный слишком бесстыжий”. Зрители молча ругали его в своих сердцах.

Естественно, только Цинь Вень Тянь знал, что, когда двое из них боролись за свою жизнь в темном лесу, он не знал его таланта. Он мог бы выбрать свой собственный путь без врагов Цинь Вень Тяня, но вместо этого он решил придерживаться Цинь Вень Тяня. Хотя жирный и бесстыжий, он был человеком, который ценил братство.

Студенты дисциплинарного комитета повели Фен Ли и Цинь Вень Тяня, но Мо Шанг не волновался. В тот момент, когда Цинь Вень Тянь выпустил свои астральные души, он уже предсказал, что это случится.

Мо Шанг бросил взгляд на Януса и его учеников. Нет никакого смысла в их столкновение студентов. Несмотря на это, недавняя сцена была запечатлена в сознании зрителей.

В тот же день, дело в Императорской Звездной Академии быстро распространилось по всей Королевской столицы.

“Его зовут Цинь Вень Тянь? Он такой сильный”. Молодые дувушки показывали выражение любви, когда они думала, что парень убил Орфона, не обращая внимания на последствия.

Орчон взял с собой труп Орфона, и ушел. Ему пришлось быстро вернуться в свой клан, так как старейшины его клана скоро прознают об этой новости.

Наказание Цинь Вень Тяня и Фен Ли, было в виде лишения свободы, но место, в котором они были заключены, было чрезвычайно элегантным внутренним двором с благоуханием цветов, насыщающих воздух. Там был даже маленький мост над водой посреди двора.

Это заставляло жирного громко вздохнуть. Было бы идеально, если бы было несколько других симпатичных малышек в тюрьме вместе с ними.

Хотя Жирный был чрезвычайно вольным, в настоящее время тысячерукий старейшина был напротив толстяка. В этот момент, перед ними появились несколько фигур, все из которых были с высшем рангом и в Академии.

“Старейшина, я хотел бы попросить аудиенции с Цинь Вень Тянем. Этот запрос не должен быть чрезмерным, так?” Темнокожий здоровяк посмотрел на старейшену, делая ему просьбу.

“Тысячерукий, я гарантирую, что я не отниму у вас много времени. Я хочу просто поговорить с Цинь Вень Тянем”. Другой Старейшина смотрел на старейшину, как он просил.

Глядя на такое множество фигур, появляющихся перед ним, тысячерукий старейшина почувствовал легкое головокружение. Как он может не знать о их намерениях? Хотя Цинь Вень Тянь был уже в Императорской Звездной Академии, он еще не получил его Нефритовый медальон, который означал, что он еще не выбрал преподавателя.

Хотя Мо Шанг выдвинулся первым, у остальных еще был шанс на Цинь Вень Тяня и своих фракций.

“Сволочи”. На данный момент заревел взрывной голос, вызывая голоса всех успокоится, как они повернули головы, увидев черное лицо Мо Шанга.

Хотя различные старейшин чувствовал себя немного смущенно и неловко, увидев Мо Шанга, они сохраняли выражение праведности на их лицах.

“Сегодня последний день соревнования, а ведь вы все сюда набежали. Как новые студенты будут иметь возможность выбрать учителя? Прямо сейчас, проректор бушует и арет сверху, так что вам лучше пойти и уладить это.” Мо Шанг холодно фыркнул. После чего тысячерукий старейшина отвел Цинь Вень Тяня подальше, Мо Шанг быстро обнаружили, что почти все учителя и старейшины Императорской Звездной Академии также исчезли.

Как звук голоса Мо Шанга исчез, различные старейшины и учителя все удалились, исчезнув в мгновение ока.

Старейшина мог только покачать головой в и горько усмехался. По крайней мере, он теперь был спокоен.

Он посмотрел на Мо Шанга и заявил “Мо Шанг, проректор бушует, будет лучше, если вы побыстрее уйдете.

Улыбаясь, Мо Шанг ответил: “О, он в порядке теперь. В любом случае, Старейшина позволте мне встретиться с моим учеником, Цинь Вень Тянем? Мне есть что сказать ему”.

Тысячерукий замер, как он подумал о словах Мо Шанга и сказал, “Мо Шанг, проректор даже не был в курсе исчезновения учителей, верно?”

Поскольку ложь Мустанг была обнаружена, он невольно выпустил неловкий смех. Старейшина взглянул на Мо Шанга, как он ответил: “Воистину жестоко. Считайте это победой. Хорошо, иди”.