Возрождение шло тщательно и последовательно, так же, как в бесчисленных сражениях Цзюнь У Се со смертью из ее предыдущей жизни. В этот момент разум Цзюнь У Се не мог позволить себе ничего, кроме спокойствия.

Постепенно выводя яд посредством кровопускания, Цзюнь У Се своими холодными глазами пристально наблюдала за пациентом и придирчиво рассчитывала время, когда следовало дать Мо Цянь Юаню эликсир восполнения крови, смешанный с теплой водой для облегчения его усвоения. Из-за сильно ослабленного состояния Мо Цянь Юаня Цзюнь У Се должна была действовать крайне осторожно, чтобы не дать ему слишком много эликсира, ведь при замедленных функциях его организма чрезмерное пополнение кровотока могло вызвать еще более глубокое распространение яда с током крови.

Окрасивший кровь Мо Цянь Юаня яд медленно выводился, капая с игл. Простыни под ним окрасились в темно-красный оттенок, и резкий запах витал в воздухе.

Когда Цзюнь У Се заметила, что кровь, которая капала с серебряных игл, приняла более яркий оттенок красного, девушка начала давать ему большее количество смешанных с водой эликсиров пополнения крови.

Мо Цянь Юань неподвижно лежал на кровати, и его сломанные во многих местах кости не позволяли ему двигаться. После того как Цзюнь У Се стабилизировала его состояние и восстановила функции различных органов, она немедленно занялась разорванными сухожилиями Мо Цянь Юаня. Порезы доходили до самых костей, которые виднелись в жутких открытых ранах. Цзюнь У Се взяла в руки серебряную иглу и продела в нее нить тоньше, чем волос. Нить была настолько тонкой, что казалась полупрозрачной, и руки Цзюнь У Се начали творить свою магию, как по волшебству сшивая вместе перерезанные сухожилия.

Это был первый раз, когда Пьяный Лотос увидел кого-то, способного сшить вместе разорванные сухожилия. Его глаза расширились, когда он с изумлением наблюдал за непостижимыми медицинскими навыками, которыми обладала его хозяйка.

Руки Цзюнь У Се двигались быстро и уверенно, и сухожилия вскоре были сшиты вместе. Она взяла другую иглу и принялась работать над поверхностными ранами.

Глядя на работу Цзюнь У Се, казалось, что Мо Цянь Юань, настоящий живой человек, превратился в тряпичную куклу. Сшить и залатать, простая процедура, но она постепенно возвращала к жизни находившегося при смерти Мо Цянь Юаня.

Сначала органы, затем артерии и вены, потом сломанные кости.

После того как Цзюнь У Се зашила все раны Мо Цянь Юаня, она щедро намазала их сверху лечебным бальзамом, чтобы успокоить и закрыть порезы. Ужасные красные кровавые раны значительно уменьшились после обработки Цзюнь У Се, продолжавшей настойчиво накладывать и закреплять шины по всему телу Мо Цянь Юаня, чтобы его сломанные кости выровнялись и зажили правильно.

На все это ушла половина дня, в течение которой Цзюнь У Се изо всех сил сражалась против Смерти, нависшей над Мо Цянь Юанем. Солнце уже начало садиться, когда Цзюнь У Се, наконец, отошла от кровати.

Хотя Мо Цянь Юань все еще оставался довольно бледен, его дыхание стало более стабильным. Но он был забинтован практически с головы до пят, а из-за плотно закрепленных по всему его телу шин он представлял собой жалкое зрелище.

- Приведите стоящих за дверями охранников, - сказала Цзюнь У Се, сама с довольно бледным лицом, опустившись в кресло сбоку от кровати. Как только девушка села, перед ее глазами появилась чайная чашка, наполненная ароматным напитком.

Она приподняла голову и встретилась взглядом с Цзюнь У Яо. Она неуклюже приняла предложенный им чай и опустила голову, чтобы сделать глоток и смочить свое пересохшее горло.

Цзюнь У Се чувствовала, что оживление Мо Цянь Юаня заняло у нее не так уж много времени. В своей предыдущей жизни ей приходилось и по три дня стоять за операционным столом и, не смыкая глаз, одна за другой проводить операции, после чего ее просто нужно было на руках выносить из операционной.

Когда она занималась лечением, ее тело забывало про сон и отдых, она превращалась в спокойную и бесчувственную машину для исцеления.