Светает. На горизонте затихает столб дыма. Лесом бредет несколько самураев Ясуо, которые отправлялись с ним вдогонку за беглецами. Это идут те, которые отделились с Ито, но самого Ито с ними нет.

— Видели кто был с ним? — сказал первый из них.

— Ты про кого? — ответил ему второй.

— Разве не слышал про Екиру! Это же легенда с севера! Одно его войско в состоянии держать границу. — сказал первый.

— Разве это все не байки? — сказал второй.

— О, друг, черта с два! Ты же снами недавно, так? А я с Ясуо с самого севера. Видал я и Екиру там. И вот что я думаю — хуй я буду прислуживать Ясуо и дальше! — сказал первый.

— Это уж точно. — подхватил разговор третий. — Судя по всему он тот еще недомерок! Слыхали как Екира на него бычил?

— Точно! Хотя казался смышленым. — сказал первый. — Я все думал, может он из каких знатных семей?

— Не, херня! — сказал третий. — Слышали как он разговаривает? А байки его? Он точно не со двора. Там бы деревенщин терпеть не стали.

— А Екира? — спросил второй.

— А ты вспомни что о нем говорят? Вот тебе и ответ. — сказал третий.

— Надо к нему идти, базарю! — сказал первый. — Скоро поход продолжится, и я не собираюсь упускать эту возможность. Ты с нами? — обратился он ко второму.

— Ну хуй знает. — ответил ему второй.

— Че ты бля! — сказал первый. — С Ясуо каши не сваришь. Так и будешь с ним, на побегушках у Екиры.

— С чего ты взял, что он нас возьмет? — спросил второй.

— Слыхали что у него слава, любителя голов? — сказал третий. — Говорят, за головы он очень уважает. Выслужимся! Он нас заприметит.

***

Ночь. Поле.

Ноги, бегом, рассекают высокую траву. Они спешат будто-бы на пожар, или на помощь. Это Тайдаро. Он бежит от храма, куда-то. Вдруг, он замирает. Перед ним, из тени, появился некто в маске. Его руки угрожающе скрещены на груди, за спиной красуется нагината. Позади Тайдаро, вдалеке, виднелся ореол пылающего храма.

— Потерял что-то? — знакомым голосом, произнес некто в маске.

Тайдаро знает чей это голос. Впрочем, ему с Ибараки, это стало понятно с самого начала, еще на крыше. Это был Судзоку. Некогда, второй номер, среди личной гвардии владыки, или старика, как его называли за глаза.

Под маской, не было видно, но Тайдаро чуял — Судзоку, сейчас все это очень радует.

— Может быть меч Масакадо? — угрожающе продолжал Судзоку.

Тайдаро молча улыбнулся. Но внутри его постигло маленькое разочарование. «Судзоку знает и про меч?» — подумал он.

— Надеюсь ты не настолько глуп, чтобы отдать его людям? — продолжал Судзоку.

Тайдаро в этот момент понял, что Судзоку понятия не имеет где меч мог бы быть, или, что еще лучше, что с ним вообще. И это, он, в свою очередь, можно было бы использовать, что бы не усугублять свое положение еще сильнее.

— Что ты тут делаешь? — ответил ему Тайдаро, видимо, пытаясь сменить тему.

Это прозвучало наивно, но раз уж Судзоку все это забавляет, наверное, ему нужен небольшой спектакль.

— А ты как думаешь? — наверняка с улыбкой ответил Судзоку.

Любой демон, на месте Тайдаро, или Ибараки, понял бы, в чем тут дело. Но это же не означает, что нужно бросаться в крайности, особенно сразу. Кроме того, всегда есть надежда, удачно сыграть в дурака. «И раз уж у нас тут маленький спектакль, почему бы не сыграть?» — видимо думал Тайдаро.

— Так ты собираешься притащить меня домой? — так же наивно продолжил Тайдаро.

— Домой? Ты разве не от туда? — маска кивнула в сторону кострища. — Я ведь помню как ты туда рвался. — сказал он, будто бы припоминая Тайдаро, что тот сам решил променять своих настоящих братьев, на то, что сейчас горит.

— Ты дурак. — ответил ему Тайдаро. — Свитки что горят в храме... Люди не могли их использовать. В отличие от тебя.

— Я думаю у меня будет шанс заручиться силой. — высокомерно заявил Судзоку. — А что же ты сам, не остался с ними до конца. Разве тебе не нужна была их сила?

— Их больше нет, так что какая разница? — слегка разочарованно ответил Тайдаро.

— Тем лучше! Значит они не достанутся никому. Кроме того, все это, на твоей совести. Так что, действительно, какая разница.

Тайдаро с неохотой, осознавал, что Судзоку прав. Однако впадать в бесконечные размышления об этом, было совершенно незачем. Все уже позади.

— Так что же с мечом, Тайдаро? — не переставал допрос Судзоку.

И услышав этот вопрос снова, Тайдаро, начал сильнее ощущать томление Судзоку, в ожидании ответа о судьбе столь желанного меча. Видимо, он интересует Судзоку сильнее чем что либо.

— Он уничтожен. — совершенно спокойно ответил Тайдаро.

— Ты уничтожил то, чем хотел сразить старика?! Я не верю тебе Тайдаро!

— Зато будет шанс вымолить себе прощения. Старик ведь еще не окончательно выжил из ума?

— Как же ты хотел свергнуть его?

— Ты же знаешь меня. Мне не составит проблем найти другой способ.

— К сожалению, другого шанса у тебя больше не будет. Старик больше не нуждается в тебе, как видишь. — выскокомерно заявил Судзоку. А затем добавил: — Так что Тайдаро, у нас есть лишь два варианта развития событий...

— ...Ибараки! — он подозвал Ибараки.

Кривя лицом, Ибараки неохотно вышел из тени.

— Ты уж извини! — сказал Ибараки, глядя на Тайдаро. — Как говорят — сила определяет ход событий. И сила сейчас не у нас с тобой.

На шее Ибараки, сверкнула магическая печать, словно ошейник.

— Как видишь, Ибараки заслужил право стоять рядом со мной. Советую и тебе, последовать его примеру. Присягни мне на верность, и вместе... — не успел Судзоку договорить, как его перебил Тайдаро.

— Ты же знаешь, я сражаюсь только за себя. — сказал Тайдаро так, будто бы никакие предложения Судзоку, его лично, заинтересовать не могли.

— И я не буду лишать тебя этой возможности. — возразил ему Судзоку.

— Но ты лишишь меня свободы. — ответил ему Тайдаро. — Разве, Ибараки — ты находишься с ним по своей воле?

— Конечно, Тайдаро! — заулыбавшись, ответил ему Ибараки, и следом добавил: — За последние пять минут я столько всего переосмыслил.

После этих слов, и Тайдаро, и Ибараки рассмеялись, как два закадычных друга.

— Хватит! — прервал их Судзоку. — Так или иначе, но это произойдет. — видимо намекая на то, что свободы Тайдаро больше не увидит.

— Тогда зачем же мне еще и сражаться за тебя, при этом. — совершенно резонно отметил Тайдаро. — Тем более, с ошейником на моей шее.

Ибараки, усмехнулся, но Судзоку фыркнул:

— Значит ты выбираешь смерть?!

И видимо, он явно растерялся. Не было похоже, что бы он обрадовался такому заявлению. Тайдаро, будет ценным только живым. Это понимают все, и в первую очередь сам Судзоку.

— Нет. — ответил ему Тайдаро. — Я выберу третий вариант.

— Что?! — растерянно возразил Судзоку. — У тебя их всего два! Либо присоединение, либо смерть.

— Как на счет еще одного? — ответил ему Тайдаро.

Судзоку в растерянности замер, в ожидании ответа.

— Раз уж ты теперь главный, то и решай сам что со мной делать. — с абсолютной уверенностью заявил Тайдаро.

Он понял: «Он не пришел сюда убить меня, он знает — что бы завалить старика, понадобятся все силы. Иначе, он бы не привел сюда самураев, и не прикарманил Ибараки. Он хочет все собрать»

После этого, Тайдаро не преклоняет колено, или кланяется, он скидывает свое оружие на землю, а следом, просто присаживается на землю, как ни в чем не бывало.

— Что это значит? — в недоумении спрашивает Судзоку.

— Когда на мне была эта метка, я лишился всех достойных соперников. — ответил ему Тайдаро.

— Он дело говорит господин Судзоку! Даже Масакадо побаивался метки! — сказал Ибараки.

В свойственной демонам манере, Ибараки не скупился на лесть. Тем более, что смерти Тайдаро не хотел никто. Пусть у Судзоку, будет лишний повод, не воспринимать Тайдаро как угрозу.

— Ты не перестаешь меня удивлять. — ответил Судзоку.

И наверняка он сейчас думал: «О да! Чертов ублюдок. Какого это стать вторым?!». Однако, по его мнению, этого все еще было недостаточно.

— Знаешь Тайдаро. Пожалуй в знак нашей старой "дружбы", ты пока поживешь. Поживешь, и подумаешь. Где тебе будет лучше. — сказал Судзоку так, будто бы делает для Тайдаро невероятное одолжение.

— Может и подумаю. Это зависит от условий. — подыгрывая ему, ответил Тайдаро.

— А я тебе их обеспечу. Раз ты не хочешь присягнуть мне на верность, как твой друг. В этом лесу, я предоставлю тебе кучу времени на раздумья. Ты ведь не хочешь сгнить здесь заживо. Кроме того, может найдешь причину, по которой тебе не стоило уничтожать меч.

Похоже Судзоку все еще не верил что Тайдаро, уничтожил этот меч. Правда подтвердить это наверняка, все равно не возможно. Во всяком случае, для Судзоку. Но ведь у Судзоку, теперь был Ибараки.

***

Погоня Ясуо за монахами продолжается, но лес, начинает окутываться туманом. Это осложнило стрельбу по беглецам, но не для Ясуо.

Выстрел. Один, второй, третий. Все мимо. Только выстрел Ясуо, настигает цель. «Бам». — один из монахов падает. Еще выстрелы. Один, второй. мимо.

— Черт бы их побрал! — негодует с промахов Ясуо.

Он прицеливается, и ждет. Секунда, две, выстрел. Стрела пробила бок монаху, ехавшему рядом с Киноцуки. Тот буквально забрал этот выстрел на себя.

Киноцуки оборачивается и видит, что Ясуо отстает, а туман все гуще. Монах со стрелой, ежится от боли.

— Держись брат! Туман прикроет нас! Это наш шанс уйти.

Туман начал сгущаться сильнее.

— Блять! Чертов туман! — возмущается Ясуо. — Его нам только не хватало!

— Ага, сейчас бы еще беглецов потерять... — сказал один из самураев.

— Эй! Не каркай! — прервал его другой.

Ясуо сверкает глазами по земле, высматривая следы. Заметив их, от командует:

— Сюда, за мной!

Ясуо смотрит на туман. Оборачивается назад, и видит что его воины отстают. Он сильнее пришпорив лошадь, начинает стрелять в одиночку. Пара выстрелов. Мимо. Еще один. «Бам!». — еще один монах сбит с лошади.

— Проклятье! — воскликнул Киноцуки.

Он видит что осталось только две лошади. Его собственная, и раненого брата.

Все это время, Чем наблюдал как его братья гибнут. В его голове крутится лишь один вопрос. Это переполняет его, и не дает покоя. Уличив момент, он выхватывает нож, и пытается вырваться с криками:

— Почему мы не сражаемся?!

Киноцуки не дает Чему вырваться.

— Отпусти меня! Трус! — кричит ему Чем.

«Дун!» — Киноцуки бьет Чема по голове, и отвечает ему:

— Угомонись!

Едва не потеряв поводья, он забирает нож. А Чем, от боли, обеими руками хватается за голову.

— Дурья твоя башка! Что ты сделаешь этим ножом? Порежешься?! — кричит на него Киноцуки. — Каждый должен делать то, что может!

В этот момент, монахи сворачивают, и Ясуо упускает их из виду. Он достигает места поворота, но толком, ничего не видит.

— Да чтоб их! — разочарованно воскликнул он.

Он вынужден остановиться, и присмотреться получше. Да и его воины все еще отстают где-то позади. Без Ясуо, они в тумане, след не найдут.

— Какого черта вы там возитесь?! — негодует Ясуо.

Пока Ясуо высматривает местность, постепенно подскакивают отставшие. Увидев след, он крикнул:

— Сюда! За мной!

Ясуо рванул первым, остальные, ринулись следом.

— От меня тут ни одна лиса не скроется, и уж тем более лошадь! — сказал Ясуо, вспоминая те дни, когда ему приходилось охотится на лис, в своей деревне.

— Не отставать! — грозно добавил он, прервав свои воспоминания.

Проскакав пару десятков метров, на дороге появляется тело мертвого монаха, со стрелой в боку. Это тот, которого ранил Ясуо.

— Отлично! Остался последний. Вперед!

Впереди, в тумане, стали проглядываться блики реки. «Мы уже близко». — подумал Ясуо.