«Она… слишком молода, чтобы быть девушкой, но лишена наивности маленькой девочки».

Нишизоно Юко.

«Расширяющийся мир Ромимэриганы»

*****

Каждые среду и пятницу.

С момента окончания занятий вплоть до звонка в пять-тридцать вечера. Вот когда я на дежурстве.

Делать здесь особо нечего, а потому я провожу большую часть времени за стойкой.

Когда ко мне обращаются ученики, мне просто нужно поднести штрих-код внизу книги к сканеру, затем повторить действие с библиотечной карточкой. Это процесс, который автоматически сохраняет в компьютер записи об ученике вместе с идентификационным номером взятой книги. Лёгкое задание, отнимающее не более десяти секунд моего времени.

Всё что остаётся это передать книгу ученику и известить его о дате истечения срока.

— Срок истекает в следующую пятницу.

«Срок ис-те-ка-ет в сле-дую-щую пят-ни-цу». Всё произносится на рефлексе без необходимости в обработке моим мозгом. Конечно, я поменяю «пят-ни-цу» на «сре-ду», если это среда.

Когда этот процесс завершится, я снова вернусь к бессознательному состоянию.

Если честно, я попусту трачу время.

Тем не менее, это причина, по которой я решил стать членом библиотечного комитета, так что я не жалуюсь.

Я подавил зевок, когда заметил взгляд проходящей мимо стойки девушки. Потом я направил своё внимание на сидящую рядом со мной Шинономэ Юко.

Как правило, каждая из стоек взятия и возврата книг управляется членом на дежурстве. Я отвечаю за взятие, в то время как Шинономэ отвечает за возврат. Мы более или менее приспособились к нашим ролям без предварительного обсуждения, но недавно кое-что пришло мне в голову.

— Эй.

Прошептал я Шинономэ, после того как убедился, что поблизости никого нет.

Шинономэ, которая сидела с прямой спиной и читала книгу в мягкой обложке, ответила даже не взглянув на меня.

— Да?

—Ничего особенного, правда. Я только что заметил… что моя рабочая нагрузка на стойке взятия немного больше, чем у тебя.

— Неужели?

Взгляд Шинономэ остался зафиксирован на её книге. Она даже не удосужилась посмотреть на меня, говоря — как будто она совершенно не заинтересована в том, что я говорю. Однако, я не мог выйти из разговора на полпути, так как я был тем, кто его начал, поэтому я продолжил говорить.

— Я не помню, чтобы ты что-то делала за последний месяц или около того.

В ожидании её ответа, я наблюдал за тем, как Шинономэ переворачивает страницы своими стройными пальцами.

Несмотря на это, её внимание было приклеено к книге.

Полагаю, её любовь к книгам — это причина, по которой она вступила в библиотечный комитет в первую очередь.

Полагаю, ни для кого не будет неправильным говорить, что я часть меньшинства, которое вступило в комитет, несмотря на отсутствие какого-либо интереса в чтении. Тем не менее, любовь Шинономэ к книгам совсем не нормальная.

Это потому что она всё время читает.

И это не преувеличение.

Всё своё время на дежурстве она проводит за чтением, за исключением тех случаев, когда к ней кто-то подходит. Даже возвращаясь домой после дежурства, она по-прежнему читает, пока идёт. Будучи её одноклассником для меня не редкость видеть, как она, делая записи в классе, читает спрятанную в парте книгу.

С тем какая она, такое чувство, будто она поражена какой-то болезнью, при которой она умрёт, если не будет читать и потому вынуждена постоянно зарываться своим носом в книги.

— Тогда как насчёт того, чтобы поменяться?

Из-за ответа Шинономэ я вернулся в чувства.

— А? Что ты имеешь в виду под этим?

— Ты думаешь о том, как несправедливо то, что ты делаешь больше работы? Я не против обмена нашими работами.

Даже когда она произносила это, глаза Шинономэ по-прежнему были зафиксированы на книге.

— Нет, это не то, что я имел в виду.

Я неуклюже отклонил неожиданное предложение Шинономэ.

— Возможно я делаю больше работы, но не похоже, что на самом деле я очень занята или что-то такое. Я просто нахожу это немного интригующим.

Шинономэ вложила закладку между страниц и закрыла книгу с громким хлопком — я понятия не имел было ли это, потому что её наконец-таки заинтересовал наш разговор или потому что она закончила главу книги. В любом случае, её глаза наконец-таки смотрели в моём направлении.

— Интригующим? Что ты имеешь в виду под этим?

— Тебе придётся вернуть книги, которые ты взял, не так ли? Как-то не похоже, чтобы все возвращали их книги, после даты истечения срока, тогда почему больше людей берут?

Думая, что это может быть просто иллюзия с моей стороны, я в самом деле посчитал количество берущих и возвращающих книги людей. Вскоре стало очевидным то, что берущих книги людей в разы больше, чем возвращающих их. Есть лимит в три книги на ученика и они могут брать книги максимум на неделю. С высоким трафиком в одалживании книг, не означает ли это, что скоро у библиотеки закончатся книги, которые можно предложить?

Но дело не в этом.

Исходя из моего наблюдения из-за стойки, убывания в числе учеников одалживающих книги не произошло (хотя это изначально не большое число). Однако дефицита в доступных книгах нет, так что не похоже, что есть какие-либо проблемы, вызванные недостатком возвращения книг.

Шинономэ довольно долгое время молча смотрела на меня. Она, наконец-то, немного наклонила голову, из-за чего мягкие пряди её волос слегка дрогнули.

— Ты никогда раньше не брал книгу, не так ли, Минами?

— Не-а… На самом деле я не читаю.

— Поэтому ты и не понимаешь.

Я и так это знаю — в моём ответе был намёк на раздражение, но я не злился или что-то такое. Факт того, что я не читаю правда, так что с этим ничего не поделать.

— Так, я пойму, если возьму книгу?

— Если возьмёшь одну… ты должен понять, если поставишь себя на место кого-то, кто берёт книги.

Я обдумал её слова, но не мог полностью понять суть.

— Я не понимаю.

— Имеется в виду, что есть специфичные дни, в которые тебе захочется одолжить книгу.

— Хмм?..

С этой подсказкой от неё я, наконец-таки, куда-то направился.

— А, потому что это выходные… да?

Шиномомэ твёрдо кивнула.

—Многие люди будут брать книги в пятницу и читать их в выходные. Затем они вернут книги в понедельник.

Теперь это звучит, как типичная причина явления.

— Но, что насчёт сред? Я провёл некоторые подсчёты людей, которые берут книги по средам также довольно много.

Шинономэ ответила на мой вопрос, не теряя ритма.

— Наверное, потому что по средам публикуются «книжные новости».

«Книжные новости» — публикация, которая что-то вроде мини-газеты. Её сделала Шиина, школьный библиотекарь. Каждую неделю она размещает её на досках объявлений в школе. Публикация перечисляет колонки, в которых рассказывается о различных книгах, а также о книге рекомендации недели.

— Ах… так они придут в библиотеку, после того как прочтут её.

Я чувствую некое сочувствие по отношению к Шиине, но я никогда не думал, что есть кто-то, кто действительно прочёл бы публикацию. Но для тех кто надеется взять из библиотеки какие-нибудь книги, «Книжные новости» дают причину сделать именно это.

— Так вот как оно…

Пока я бормотал себе под нос, ко мне подошёл очередной ученик, чтобы оформить книгу, так что я закончил наш разговор и вернулся за стойку для того, чтобы продолжить выполнять задачу, с которой я был крайне хорошо знаком — произнести стандартные фразы, прежде чем проводить ученика своими глазами.

После того как ученик ушёл, именно Шинономэ стала той, кто фактически возобновил разговор.

— Могу ли я тоже задать тебе вопрос?

«С её стороны это довольно редко», — подумал я, смотря на Шинономэ.

— Да?

— Какая причина у тебя для вступления в библиотечный комитет?

На короткий миг, я задумался о том, собирается ли она в самом деле отчитывать меня, но почувствовал облегчение, заметив, что в глазах Шинономэ не было намёка на предостережение. Я прекрасно знаю о том факте, что меня в комитете не одобряет много людей.

— Ну, откровенно говоря, это потому что я не заинтересован во вступлении в какие-либо клубы.

В нашей школе есть странное правило.

Правило, что все ученики должны участвовать в клубной деятельности. На самом деле для меня это чертовски проблематично, но мне также не достаёт мотивации для организации протеста против учителей. Следовательно, моей первой целью при поступлении в школу был поиск клуба, лишённого живости.

Если честно, то мне действительно неинтересны клубы, связанные со спортом. Большая часть клубов будет задействована в ежедневных тренировках, где вам придётся доводить себя до изнеможения, выдерживая при этом крики от учителей или старших. Просто избавьте меня от этого, правда. Меня также не очень привлекает усталость.

Учитывая это, единственными осуществимыми целями остаются клубы гуманитарных наук.

В отличие от спортивных клубов, в клубах гуманитарных наук не случится ситуаций, в которых ты будешь покрываться потом. Однако членов клуба так или иначе связывает вместе своего рода дух товарищества, нечто в чём я также не слишком хорош.

«Для любителей фильмов, давайте соберёмся вместе и пообсуждаем фильмы! Мы покажем нашу собственную кинопостановку во время школьного фестиваля!»

И всё в таком духе.

Я довольно апатичный человек и чего-то, что я действительно хочу делать тоже нет. Я просто не могу делать такие вещи, как говорить о фильмах. Меня не привлекает таскание на своём плече видеокамеры одной рукой и управлять ей, во время записи сцен. Ежедневное кормление лягушек, если я присоединюсь к биологическому клубу — для меня ощущается как сущее наказание.

Когда я разочаровался в том, что должен делать, я случайно подслушал разговор о библиотечном комитете.

Присоединиться к библиотечному комитету сродни вступлению в клуб, так что во вступлении в другой клуб, если ты того не хочешь необходимости нет.

После дальнейшего расследования, я понял, что всё, что должны делать члены комитета — это управлять стойками по графику с двумя дневными сменами и участвовать в проводимой раз в неделю встрече. И всё.

Это выглядит как самая лёгкая работа из доступных, больше чем в любом другом клубе.

Когда она закончила слушать моё обоснование вступления в библиотечный комитет, Шинономэ осталась невыразительной — на её лице нет видимых признаков эмоций. С другой стороны, я всё равно не могу догадаться о чём она обычно думает, так что не удивлюсь, если в действительности у себя в голове она укоряет меня такими словами, как: «Что это за шутка?».

С точки зрения книголюбов, для меня довольно презрительно вступать в библиотечный комитет, несмотря на отсутствие у меня интереса к книгам. Это и есть причина, по которой в комитете меня многие избегают.

Шиина, библиотекарь, задавала мне этот вопрос несколько раз на некоторых встречах.

«Минами, нет ничего, что ты хотел бы прочитать или есть ли книги, которые ты хотел бы порекомендовать?»

И моим ответом всегда будет «Нет». Остальные члены будут радостно перечислять своих любимых авторов и книги, в то время как я буду единственным, кто выглядит так, словно пытается отдалиться от остальных.

— Ты злишься?

Я задал вопрос молчащей Шинономэ.

Шинономэ слегка покачала головой. Я никогда не ожидал, что она улыбнётся, пусть это и была маленькая улыбка.

— Я не злюсь.

Затем она продолжила,

— Потому что для меня это то же самое.

С тех пор как я услышал этот ответ от человека, которого считал тем, кто любит книги больше чем, кто бы то ни было, я стал уделять больше внимания девушке по имени Шинономэ Юко.

Это было в первую неделю июня — период времени, когда некоторые ученики уже переходили на летнюю форму.