У меня началась откровенная паника. Думаю, если ответ его не устроит, мне придет конец.

Что мне делать… Что я должна сделать. Клод постукивал по чему-то на своем запястье, показывая, что у него заканчивается терпение.

- … Мой… отец?

Черт возьми!

Несмотря на то, что сказала я это довольно спокойно, внутренне я уже готова была орать во весь голос. Только не говорите мне, что я сама себе смертный приговор подписала. И это все, что я смогла придумать, «отец»? Отец? Этот чокнутый император? Думать, что все это только для того, чтобы я его так назвала? Почему, да почему я просто не попросила себе голову снести! Просто прикончи меня уже!!!

Может, я стала вести себя как настоящая Атанасия из-за горничных, которые всегда звали меня принцессой? Я должна была с милейшим лицом выдать «Великий и Неповторимый Его Величество император Обелии», а не вот это вот.

- …

Но что удивительно, Клод не убил меня.

Он задумчиво взялся рукой за подбородок, взглядом веля мне продолжать. Секундочку, я что, не провалилась?

Хах? Погодите-ка…

А ведь Дженнет Клоду нравилась, нет? Яркая, с улыбкой настолько светлой, что озаряла все вокруг себя. Прекрасная Дженнет.

В отличие от Атанасии, всегда державшейся позади, жаждущей любви, но постоянно неуверенной в себе, чтобы первой сделать шаг навстречу.

Тогда… раз так… Я не смогу стать такой же, как Дженнет, и я также не смогу растопить его сердце, как и она… Но если так я смогу хоть немного его заинтересовать…

Раз я уже выдала нечто сумасбродное, надо продолжать нести такое же сумасбродство.

- … Папа?

Ооо, у меня прямо гусиная кожа. Клод медленно качнул головой, пока я молчаливо сидела перед ним. От этого движения его волосы слегка всколыхнулись. Мое сердце колотилось так, будто готово было лопнуть в любой момент.

Н-ну и что это за реакция! А-а-а!!!

Да знаешь что, знаешь! Я уже морально настроилась на «Да уже пофиг, что меня дальше ждет!» и, лучезарно улыбаясь, громко выдала.

- Папочка!

…… Прошу, скажите, что я только что не подписала себе смертный приговор.