Я наивно засмеялась, словно не имела отношения к тому, что он молча скрежетал зубами.

— Дяденька тозе хотет увидеть ценную лобу?

Виконт Мисенк поспешно двинулся дольше по дороге.

Я помахала ему вслед.

"Дядя, ты справишься. Устрой этому Терамо большую взбучку вместо меня!" — подумала я.

***

Заседание верхней палаты парламента насчёт учреждения Дювлета в Башне Мудрости было в самом разгаре.

— Создание нового консультативного органа! В нём будет смысл, только если герцог сошёл с ума! — кричал один из членов парламента, преисполненный ярости.

— С давних пор консультированием глав занималась верхняя палата! Если сейчас создать для этого отдельный орган, то мы перейдём в номинальное положение.

— Герцог продолжает дело семьи, которая не менее древняя, чем наши кланы. Разве мы можем отнять его право свободно входить и выходить из парламента?

— Вы предлагаете оставить всё как есть и выжидать, лорд?

Все члены палаты обратили свои взоры на председателя, сидящего в первом ряду.

Тот взял бокал с вином и обыденно сказал:

— Разве герцог не слишком упрям в своём намерении? Слугам не остаётся ничего иного, кроме как следовать воле господина.

— Что Вы такое говорите!..

— Итак, — прервал парламентария председатель и мило улыбнулся. — Нам не остаётся ничего другого, кроме как ждать с нетерпением того дня, когда появится новый господин, что придётся нам по душе.

— Вы имеете в виду...

— Терамо.

Председатель повернулся к Терамо, что стоял у стены, не имея права сесть на место члена парламента.

— Да.

— Молодые господа — будущее Дювлетов. Вы должны приложить все усилия к их обучению. Несомненно.

Председатель мило улыбнулся и продолжил, понизив голос:

— Чтобы они пришлись нам по душе.

— Не извольте беспокоиться. Предварительная подготовка полностью завершена, — Терамо улыбнулся одними губами и глубоко поклонился.

Собрание окончилось, и Терамо в сопровождении следующих за ним вассалов покинул Башню Мудрости.

— В итоге лорд всё же облачится в робу верхней палаты парламента.

— Разве он не слишком стар для этого?

— Но ведь председатель смотрит на него по-особенному.

Терамо скромно смеялся, но внутри него копошилось, словно какое-то насекомое, страстное желание.

"В этот раз мне определённо выпала возможность сделать всё как надо".

На протяжении 30 лет он верно служил верхней палате парламента и с таким нетерпением ждал этого момента.

Из-за того, что его семья была бедна и безвестна, с самого детства Терамо был лишён шанса стать парламентарием, но в этот раз всё было по-другому.

Он был уверен, что сможет обучить Анри и Изаака так, как нужно верхней палате.

Разве они не понимали, что, будучи домашним учителем детей аристократов, он заткнёт им рты?

Насколько бы глупым ни был человек, он выучит любую сложную фразу, если его хорошенько пороть.

Если жёстко подавить их, то несложно будет внушить герцогским сынкам идеологию верхней палаты парламента.

К тому же у Анри была глубокая моральная травма.

В прошлый раз он никому не рассказал, что ему пришлось испытать.

"Анри можно промыть мозги кулаком, а Изаак такой простак, что его достаточно просто подтолкнуть..."

Вассалы потирали ладони и трепетали от подхалимства.

— Когда Вы завладеете робой члена парламента, прошу, не забывайте про меня.

— Разумеется. Разве я смогу о Вас забыть?

И в это время.

Виконт Мисенк быстро шёл по коридору, когда услышал притворный смех.

— Лорд Мисенк.

— Некто поведал мне весьма забавную историю.

— Да?

— О том, что Вы делите шкуру неубитого медведя.

— Что касается карьеры, то настала очередь лорда Терамо.

— К слову о карьере, разве Вы забыли, чьей милостью она сложилась? Разве не мой отец дал Вам должность, когда Вы умоляли его, будучи слугой в нашем доме?

Взгляд Терамо застыл, и один из вассалов увильнул от ответа, глядя на него:

— О ч... о чём Вы говорите!.. Это оскорбительно. Разве лорд Терамо Вам не как отец, лорд Мисенк?

— Ничего не могу поделать. Привычка с тех времён, когда лорд Терамо прислуживал мне, — он говорил это так громко, словно хотел, чтобы все это услышали, и взгляды проходящих мимо вассалов из верхней палаты парламента сосредоточились на них.

Лицо Терамо покраснело от стыда.

— Я слушал твои приказы, теперь же молчи, ибо я обучаю твоих молодых господ. Жизнь долгая, ещё посмотрим.

Виконт Мисенк мило улыбнулся и тихонько шепнул ему на ухо:

— Не стоит отклоняться от темы. Как думаешь, сколько твоих слабостей мне известны? — после чего он похлопал Терамо по плечу и удалился.

Тот застыл, словно врос в землю.

— Я порву этого типа! — свирепо прошептал Терамо, и вассалы вздрогнули, сухо сглатывая.

— Ло... лорд, не принимайте это близко к сердцу. Председатель поручил Вам важное дело, вот он и завидует.

— Зависть? Нет. Этот тип презирает меня. Всю жизнь так!

— Но... это...

— Когда-нибудь я перережу ему глотку.

Терамо свирепо смотрел вслед Мисенку, стиснув зубы.

***

Отношения между Терамо и виконтом Мисенком постепенно ухудшались.

Как я и планировала, виконт успешно смог сдержать Терамо. Тому не удавалось получить доверие председателя, так как его уроки с Анри и Изааком постоянно срывались.

— Нельзя доверить будущее Дювлетов некомпетентному учителю!

— Нужно перевыбрать наставника!

— Нужно найти нового учителя с соответствующими способностями!

Примерно так кричали собравшиеся перед крепостными воротами аристократы, которые разделяли мнение Мисенка.

Я наблюдала за этим протестом и беззвучно хихикала.

"Отлично, отлично".

Как и предполагалось, молодого мужчину выдвинули кандидатом на место парламентария. Но он не мог сам расчистить этот грязный путь.

"Пока всё внимание сосредоточено на Терамо, ему будет не так и легко обидеть Анри".

Продолжайте бороться и смените наставника для Анри и Изаака.

Глядя на то, как я хихикаю, служанки умилённо улыбались.

— Почему у нашей юной госпожи сегодня такое прекрасное настроение?

На эти слова с довольным лицом ответила одна из служанок, Юни:

— Я знаю: потому что сегодня я купила ей новую игрушку

— О Боже, вы же видели, я принесла новую игрушку.

— Купленная мной деревянная лошадка понравилась ей больше.

— Нет, это был мой пазл на три тысячи деталей.

Служанки заспорили друг с другом и одновременно посмотрели на меня.

— Вам ведь больше понравилась деревянная лошадка?

— Пазл ведь гораздо интереснее?

Под их тяжёлыми взорами я пробормотала: "Оба халосые..." — но это их не примирило.

— Ладно. Давайте сами посмотрим, что больше оценит юная госпожа!

— Спорим! Я в себе уверена. Если проиграю, то вытащу свои глазные яблоки.

— Ой-ой, я ещё пожонглирую твоими глазами, — свирепо захохотав, служанка резко вскочила и, сказав: "Пойдёмте, юная госпожа", — открыла двери.

Я следовала за ней, чувствуя нереальность происходящего.

"Сегодня надо притвориться, что я с восторгом играю", — подумала я.

Ради игрушки мы со служанкой спустились на первый этаж. Но нам на встречу поднимался Изаак.

— Пивет!

Изаак ответил на моё приветствие: "Малышка", — показывая, что заметил меня. У него только что закончились уроки, так как он держал в руках книги и тетради.

— Куда идёсь?

— В фехтовальный зал. Хочу потренироваться.

— А Анли? (А Анри?)

— Старший брат не смог сдать, у него переэкзаменовка, — сказав это, Изаак довольно добавил: — А я всё сдал.

Хоть он и был выдающимся талантом, но отличался скорее физической подготовкой, тогда как по уму Анри превосходил его.

Поэтому было странно, что Изаак сдал экзамен, а Анри — нет.

Я поморгала, и меня посетило нехорошее предчувствие.

"А если?.."

Я поспешно сбежала по лестнице.

Позади доносился голос зовущей меня растерянной служанки: "Юная госпожа! Юная госпожа!" — но я слишком торопилась.

Суетливо пересекла двор и забежала в коридор, ведущий к общему кабинету.

Бах!

Я пнула дверь и вошла, Терамо в изумлении уставился на меня.

Я посмотрела на склонившего позади него голову Анри.

Встретившись со мной взглядом, Анри резко отвернулся, а его щёки покраснели. Из-под его рубашки виднелся ужасный ушиб.

Глядя на то, что синяк уже пожелтел, мне стало ясно, что насилие продолжается с первых дней занятий.

"Как беспечно".

Я подумала о том, что Терамо бил Анри, чтобы получить место парламентария.

Он считал, что сможет взрастить Анри в традициях верхней палаты парламента, если будет физически и психологически издеваться над ним.

Я думала, что, раз его цель — это место, то он не сможет без оглядки бить Анри.

Но это оказалось не так.

"Он просто играется с Анри".

Он чувствовал радость от того, что мог снимать напряжение из-за своего комплекса неполноценности перед детьми, выросшими в благородных домах, а не в бедной семье без положения в обществе, как он.

— Кхм, — прокашлялся Терамо и сказал: — Не стоит так бесцеремонно врываться посреди урока.

— Это не улок. Ты бёшь Анли. (Это не урок. Ты бьёшь Анри.)

Как избиение может чему-то научить ребёнка?

На секунду застигнутый на месте преступления Терамо растерялся, но тут же фыркнул.

Его выражение лица словно говорило: что сможет сделать ребёнок?

— Слишком громкое заявление. Я — бью молодого господина? Полагаю, он поранился на уроке фехтования.

— Я виделя. Ты подьняль на нео луку.

— Я не поднимал на него руку, но даже если это произойдёт, это не будет избиением, — он с лёгкой радостью улыбнулся. — Я коснусь его с любовью.

Пока он вешал эту чушь мне на уши, я быстро подобралась к письменному столу и схватила ручку.

А затем.

— А-а-а!

Я воткнула её острое перо в тыльную сторону руки Терамо.

Мгновенно вскочивший Анри поднял взгляд.

Терамо рухнул на пол, держась за запястье, с которого с легким стуком капала кровь.

— Что ты творишь?! — с возмущением заорал старик.

Я подошла поближе и прошептала так, чтобы Анри не смог услышать:

— Что-что. Касаюсь тебя с любовью, ублюдок.