Хотя сегодня было воскресенье, Тацуе всё равно нужно было пойти в школу. Не для дополнительных занятий. К Конкурсу диссертаций осталась всего лишь неделя, поэтому ему, конечно же, нужно было готовиться.

Но прямо сейчас за рулем своего любимого электрического мотоцикла он ехал в совсем ином направлении. Безупречные руки сестры крепко обхватили его за талию, а к спине прижималась её мягкая грудь.

Это было не свидание. И не простая поездка.

Они направлялись в исследовательскую лабораторию FLT. Прислушавшись к совету Якумо, они собирались вернуть реликтовый образец. Он не собирался возвращать его в компанию, но в третий исследовательский отдел, служивший штаб-квартирой Таурусу Сильверу. Хотя он ещё не собирался начинать анализ, Саюри уже выразила согласие, когда передала образец, поэтому не будет трудностей, если образец будет там храниться (не должно быть).

Они отказались от общественного транспорта, потому что беспокоились о ещё одном нападении.

На полной скорости до исследовательской лаборатории можно доехать примерно за час. На общественном транспорте поездка займет больше времени, так что использовать мотоцикл было гораздо целесообразнее. Тацуе, который строго тренировал своё тело, и Миюки, способной использовать магию сопротивления инерции, при поездке на такое расстояние обычно не нужно было брать перерыв. Однако, вскоре после того как они выехали за город, Тацуя припарковал мотоцикл возле уже открытого утром кафе.

Призвав сбитую с толку Миюки войти и сесть возле окна, Тацуя, заказав два напитка (они уже поели дома), наконец ответил на её вопрос:

— Нас преследуют, — положив оба локтя на стол, Тацуя прикрыл рот перекрестными пальцами и прошептал Миюки.

— Э?! — едва сумела подавить голос Миюки. — А я вообще не заметила... Это машина? Или мотоцикл, как наш? — она нагнула голову вперед и прошептала брату на ухо.

Краснеющая официантка, похоже, повернула голову в сторону, но учитывая её частые, ловкие взгляды в их сторону, она, наверно, лишь притворилась, что их не видит. Конечно, Миюки не беспокоило, о чем подумают официантки (кстати, она, скорее всего, даже не заметила, что её действия могут легко привести к заблуждению).

— Ворона.

Краткий ответ Тацуи заставил Миюки выдавить «Ха?» и широко раскрыть глаза, недолго повертев эту мысль в голове.

— ...Это... Фамильяр?..

— Да. И к тому же химическое образование.

Существовали системы наблюдения: напоминающие птиц замаскированные беспилотники, вживленные животным устройства, примененная древняя магия на животных, или химические образования в форме птиц.

Химические образования — объекты, которые появляются за счет энергии Пушионов. Физическая форма им нужна лишь для внешности, её создают, используя частицы Псионов в качестве основы и применяя отражающую жизнь магию иллюзии, для того чтобы создать фигуру, затем применяя магию из типа Веса, Скорости, Движения или поле с похожими эффектами, так, чтобы дать впечатление физического тела.

На первый взгляд создавать химическое образование может показаться бессмысленным, но применение нескольких простых магий к проводнику позволяет пользователю видеть и чувствовать через проводник, от чего становится простой задачей отдавать приказы проводнику несколькими простыми изменениями. В то же время создать такое образование довольно просто.

— ...Не похоже, что тот волшебник из этой страны. Откуда он пришел?

Лишь в древней магии есть заклинания для создания химического образования. Название «химическое образование» применили уже современные исследователи магии, когда изучали древнюю магию. Миюки имела в виду то, что эта страна уже давно не использовала химические образования в качестве фамильяров. Сегодня большинство пользователей древней магии используют фамильяров, которые не обладают физическим телом.

Хотя он молча смотрел на Миюки, ожидая, когда принесут напитки, это лишь усугубило заблуждение. Однако они двое были или медленны или просто толстокожи, поскольку не выдали никакой реакции на взгляды окружающих.

После того как официантка принесла кофе и чай с молоком, Тацуя снова заговорил:

— Кто он неизвестно. Вот если бы здесь был Микихико, было бы совсем другое дело.

Тацуя поставил их чашки в сторону и взял Миюки за руку.

Вокруг зашумели люди, заставив их заметить, насколько бросаются в глаза. Тем не менее, если они в смущении уберут руки, то лишь подтвердят догадки окружающих, и к тому же держаться за руки было просто необходимо. У сестры было выражение лица, передавшее её беспомощность на это заблуждение, тогда как Тацуя оставался серьезным, что лишь подлило масла в огонь.

— Было бы глупо провести преследователя весь этот путь прямо к исследовательской лаборатории.

— ...

— Миюки?

— Эх, ах, да, ты прав.

Тацуе захотелось схватиться за голову и вздохнуть при виде блуждающих глаз и озадаченного лица сестры, но он сумел задушить это желание.

— Химическое образование расположено там. — Тацуя преобразовал изображение химического образования в сигналы Псионов и передал его через их руки в подсознательную зону расчета магии Миюки в её нервной системе.

При вызове магии волшебникам необходимо подключать данные цели к зоне расчета магии. Эти данные — восприятие волшебника в цифровой форме, что, как правило, не может быть общим. Тацуя и Миюки использовали уникальную магию семьи Йоцуба, и поэтому могли передать псионовые сигналы через физический контакт.

— Миюки, уничтожь его.

Простой приказ.

На этот раз Миюки показала более серьезное лицо.

— ...Поняла, — с небольшой нерешительностью она кивнула. Она не собиралась ослушаться приказа Тацуи. Но понимала, что снайперская магия — область знаний брата и что она в этом намного менее способна, чем он.

— Я пока не хочу показывать свои способности. Цель улетит к тому времени, как я достану CAD. Миюки, ты справишься.

— Да! — Восхищение залило лицо Миюки, как только брат попросит — она не сможет отказать.

И потому, с пальцами правой руки, переплетенными с пальцами левой руки Тацуи, она слегка наклонила голову и закрыла глаза — её смущенный вид определенно был для них ироничным. Под столом, скрытой левой рукой, она быстро достала и активировала CAD.

В вызове магии практически не было задержки.

«Взглядом» Тацуя увидел, как фамильяр мгновенно заморозился вместе с магией, которая поддерживала его поддельное тело, тем самым химическое образование псионовых частиц рассеялось.

— Походит на любителя...

— Э? Что? — с заднего сидения ответила Миюки, услышав бормотание Тацуи. Поза у неё не изменилась: обе руки обхвачены вокруг талии брата, грудь и лицо плотно прижаты к его спине.

Она до сих пор была полна воодушевления, потому что в кафе безупречно уничтожила фамильяра, и брат её похвалил, даже её голос был наполнен радостью. При таких обстоятельствах, объективно говоря, она была беззаботной, но за это никто бы её не ругал. Её собеседник не сделал этого и просто ответил на её вопрос:

— Лишь один преследователь использовал магию дальней дистанции, он сначала напал на Саюри, а затем попытался следовать за нами. Иначе говоря, их цель, без сомнений, Магатама. В последнее время вокруг нас слонялось много подозрительных личностей, часть из которых, видимо, охотилась за реликтом. Но если это так, решимости у них было недостаточно.

— Онии-сама, разве это не из-за твоей непроницаемой защиты? В конце концов, есть огромный риск лишиться жизни после встречи с Онии-самой из-за второсортного реликта.

Ответы Миюки всегда автоматически включали её комплекс брата, рефлекторные действия, которые родились из сильных мыслей и чувств.

«Так это просто риски и выгоды, да?..»

Однако, с совершенно естественным ответом Миюки, Тацуя почувствовал, что мельком увидел истину за этой цепочкой событий.

◊ ◊ ◊ Они их потеряли. Когда Чэнь услышал рапорт — стиснул зубы, а на лице у него появилось горькое выражение. С самого начала он был не рад таким пассивным действиям, как удаленное наблюдение в областях, которых он не мог достичь (ни он, ни его противники не могли достичь). Ко всему прочему, противники осознали это за пятнадцать минут и сняли наблюдателя. Этот трагический оборот событий лишь усугубил его недовольство.

«Противники только ещё больше насторожатся»

Даже если Чэнь выйдет из себя, некомпетентные подчиненные затрясутся лишь ещё больше, потому он решил ничего не говорить. Однако из него явно исходила пылающая ярость.

— Мы знаем, куда Шиба Тацуя едет?

— Они должны направляться к исследовательской лаборатории третьего научно-исследовательского отдела FLT.

Подчиненный, ответивший на вопрос Чэна, сильно нервничал. Чтобы не рассердить начальника, он выбрал самый ограниченный ответ, который маловероятно мог поднять его гнев.

— Расчетное время прибытия?

— Приблизительно через сорок минут.

Похоже, он просто не мог всё время задавать один вопрос за один раз.

— Как только наступит расчетное время, прикажите сетевой команде сразу же атаковать лабораторию FLT. — Не дожидаясь ответа подчиненного, Чэнь уже отдал следующую серию приказов.

◊ ◊ ◊ Этим утром исследовательская лаборатория, заселенная лицами, которых рабочие в главном отделении FLT высмеивали как «капитан Таурус и его команда», третий научно-исследовательский отдел, была поглощена хаосом, который был совершенно ненормален.

— ...Поспешите и обрежьте все линии, прежде чем тратить время на беспокойство! Копии? Сделайте как можно больше!

— Номер десять, отсоединение завершено. Приступаю к повторному подключению!

— Идиот! Какой шут повторно подключает систему, когда она под хакерской атакой!

— Отлично, определился путь взлома!

— Начать программу трассировки!

К тому времени, как он услышал все эти крики, доносящиеся по ту сторону входа, у Тацуи было уже довольно приличное понимание обстановки.

— Ах, молодой господин!

Постояв здесь минутку, выдающийся помощник Тацуи наконец заметил брата и сестру (в плане того, насколько выдающийся — Ушияма смог создать аппаратную часть, которая требовалась Тацуе для магии Полёта, а также закончил «Мини коммуникатор» за пол дня всего лишь по грубым наброскам и доставил его Тацуе; вот каким он был человеком).

В любом другом месте была бы совсем иная история, но это первый раз Тацую не объявили по меньшей мере за десять секунд. Другими словами, положение было очень серьезным.

— Мои глубочайшие извинения! Не могу поверить, что я не заметил ваш приезд... Эй! Кто та ленивая задница, которая не удосужилась объявить о прибытии молодого господина!

Сердитый рев Ушиямы сейчас был самым громким. Это был пронзительный звук, совершенно не подходящий его слабой и хрупкой внешности. Этот голос заставил больше половины работников, сражающихся с терминалами в офисе, замереть в ужасе.

Видя это, Тацуя окрасился недовольством:

— Не останавливайтесь! Не спускайте глаз с мониторов!

— Ах, да!

Приказ Тацуи соперничал по интенсивности с Ушиямой и тут же получил ответ.

Видя, что все снова начали борьбу не на жизнь, а на смерть со своими машинами, Тацуя расслабился и перевел взгляд, лишь чтобы найти Ушияму в состоянии крайней тревоги.

— Хакеры?

Он не знал, по-прежнему ли мысли Ушиямы поглощены электроникой перед ним, но это была неприятная тема для Тацуи и особенно для Ушиямы. Тацуя перешел сразу к делу, чтобы не останавливаться на ней слишком долго.

— Эх, ну... — нерешительно выдавил Ушияма, но перед Тацуей он не расстроился. Пока Тацуя обдумывал происходящее, Ушияма начал объяснять: — Это точно хакеры... Но это всё равно как-то странно выглядит. Сама техника проникновения превосходна, но не похоже, чтобы они искали что-то конкретное. Будто у них нет конкретной цели, словно просто бродят наудачу.

— Личный интерес?

— Работа не одного человека. Основываясь на времени, такая атака невозможна без значительной команды, даже если наши противники правительственная организация.

— Даже в таком случае у них по-прежнему нет цели, эх... Могу я посмотреть на украденные данные? — спросил Тацуя. Поскольку враги прибегли к слепой удаче, они могли наткнуться на что-то ценное.

— Ну, они ещё ничего не взяли.

Тем не менее ответ Ушиямы всё ещё был в пределах ожиданий Тацуи.

— ...Сколько времени прошло с начала атаки?

— Приблизительно десять минут.

Другими словами, как раз тогда, когда прибыли Тацуя и Миюки. Почти как если бы хакеры предвидели, когда они прибудут. Выбрать атаковать сервера в это конкретное время, Тацуя посчитал, что положение в высшей степени необычно.

— Попытка проникновения остановилась.

— Не ослабляйте бдительность! Все сегодня остаются в полной боевой готовности!.. Ах, мои извинения. Итак, что я для вас сегодня могу сделать?

Тацуя кратко объяснил цепь событий относительно реликта, договора с компанией, и о своих личных целях. В то же время, в отдельной области сознания, он отметил последние возникшие вокруг него попытки хищений.

◊ ◊ ◊ — Мы под атакой серверов FLT.

— Разъединяйте связь, как и планировалось.

По приказу Чэна хакеры разорвали линию. Видя это, Чэн заговорил с Люй Ганху, который стоял рядом:

— Что ты думаешь?

— ...Статус неизвестен.

Отношение Люй было слегка неуместным, когда он отвечал вышестоящему офицеру, но Чэнь не обращал на это внимания и продолжил говорить:

— После более чем десятиминутной беспрерывной хакерской атаки, Шиба Тацуя, несомненно, поставит под сомнение безопасность лаборатории.

Чэнь ценил своего второго офицера не за его этикет, а за его холодную объективность и подавляющую боевую мощь. В многословии нет необходимости.

— Даже если Шиба Тацуя связан с FLT, он так легко не передаст реликт небезопасной исследовательской лаборатории.

— Логически, так оно и будет.

— Я знаю, что ты хочешь сказать. Шиба Тацуя — ученик старшей школы. Он не оставит такой горячий предмет у себя. В таких условиях мы должны обдумать, как получить данные из лаборатории.

Люй молча согласился со словами Чэна.

— Нам, вероятно, потребуется, чтобы ты начал действовать.

— Оставьте это мне.

Чэнь широко кивнул на ответ своего второго офицера. Его лицо внезапно потемнело, будто он что-то вспомнил:

— Кстати, Чжоу собирается посмотреть, как поживает та девочка.

Голос Чэна не был позитивным. Он даже содержал оскорбительный оттенок, со многими смешанными эмоциями. Было довольно легко догадаться, как именно он думает о Чжоу. Тем не менее Люй не возражал против тона начальника и продолжал смотреть вперед, ожидая следующего приказа.

— Сделай так, чтобы она исчезла ещё до того, как он её посетит.

Такого приказа Люй не ожидал. Мало того, что это плохо скажется на Чжоу, Чэнь ещё и ценную сообщницу потеряет. Тем не менее выражение лица у Люй Ганху ничего не ставило под сомнение, он молча принял приказ.

◊ ◊ ◊ Сегодня было воскресенье, но поскольку нужно было идти в школу, они не могли просто надеть обычную одежду.

Некоторые нормальные старшие школы (так, как правило, называли литературные и научные школы) разрешали своим ученикам носить в школу обычную одежду, но таких было меньшинство.

Магические старшие школы требовали форму, независимо от того, были сейчас занятия или нет.

Тацуя и Миюки заскочили домой сменить одежду.

В это время зазвонила личная домашняя линия. Этот звонок не был перенаправлен на портативный терминал. Такое ограничение было установлено для того, чтобы другие люди не смогли подслушать разговор. Это показывало, что отправитель считает содержимое чрезвычайно конфиденциальным.

— Онии-сама, что случилось? — Миюки, которой потребовалось немного больше времени, чтобы переодеться, подошла к Тацуе, где он стоял возле телефона, и осторожно взглянула на экран. — Это сообщение? От кого... Э? Хиракава-сэмпай?!

Конечно, о попытке саботажа Миюки знала всё. После того как всё услышала, она не слишком сочувствовала сестрам Хиракава.

— Видимо, она надеется, что мы перезвоним. — Ознакомившись с содержимым сообщения, Тацуя нажал на круглую кнопку прежде, чем Миюки смогла что-либо сказать.

На той стороне подняли трубку после одного гудка:

— Алло, Шиба-кун? Я извиняюсь, что попросила перезвонить...

Среди представителей Турнира девяти школ Хиракава Кохару была одной из тех, кто с самого начала открыто выражал дружеское отношение к Тацуе. Однако они были всего лишь простыми знакомыми. Она не любила конфликты и относилась обходительно только к себе. По правде, её робкий характер был совершенно иной, чем у Азусы.

Однако, с другой стороны, застенчивость можно также считать «мягкостью» или «любезностью». На самом деле с высокой вероятностью большинство людей считали именно так.

— Не нужно извиняться, это мы опоздали. Мы только что ненадолго выходили.

Час был довольно поздним для обычных занятий. Не было ничего удивительного в том, что их не было дома в выходные, но Кохару, должно быть, с тревогой ждала, когда Тацуя перезвонит. Ведь она подняла телефон всего лишь после одного гудка.

Передача видео уже повсеместно распространилась. Хотя видеокамеры стали практически универсальными — это лишь смена технологий. Эмоции человека не достигли того прогресса, когда он мог бы позволить своему мирному дому показаться перед чужими глазами, или позволить кому-то без колебаний смотреть, как он переодевается.

Существовали даже дома с отдельными комнатами для звонков, но подавляющее большинство размещало телефоны в гостиной, предупреждая при этом другую сторону об открытии видеокамеры.

Лицо Кохару не появилось на экране — он оставался черным.

— Пожалуйста, не волнуйтесь об этом, это я попросила поговорить по телефону. — Тем не менее по её голосу было очевидно, что она опустила голову с потемневшим лицом. — За эти последние несколько дней... моя сестра принесла вам много хлопот.

Нет, не «потемнело», наверное, её лицо было «полностью бледным».

— Это была всего лишь попытка, в конце концов. Раз ничего не случилось, пожалуйста, не беспокойся слишком сильно. Я ничего не имею против, — сказал Тацуя, и не просто, чтобы помочь расслабиться собеседнице, Тацуя истинно так считал.

— Но, она всё же доставила массу хлопот... Шиба-кун, я тебе и так уже доставила достаточно беспокойства, потому что ты меня заменил. Это моя неумелость заставила это дитя закопать себя в такую глубокую яму. Причинять вам подобные трудности в такой критический период... это нельзя списать как простую попытку. Хотя я могу лишь извиниться... Но мне очень, очень жаль.

На другой стороне выключенного видеоэкрана Кохару, несомненно, глубоко поклонилась в извинении. Её голос естественным образом дал такое впечатление.

Однако по-настоящему Тацуя думал: «Даже если ты так извинилась...»

Он не желал извинений, у него лишь настроение ухудшилось — он услышал такие унылые и самоунизительные слова. Если честно, он никогда не принимал действия Чиаки, или, скорее, её «намерения», близко к сердцу. На самом деле он даже никогда не думал об этом.

— Я понял. Ради Хиракавы-сэмпай мы просто забудем обо всём этом, — надеясь быстро довести этот звонок до конца, он без особого воодушевления утешил её.

— Спасибо огромное. Я надеялась, что ты это скажешь, Шиба-кун.

Она вправду впечатляет, если смогла из таких слов различить настоящие намерения Тацуи. Похоже, здесь было серьезное недоразумение.

— Не за что... Тогда до свидания.

— Ах, подожди.

Попытка Тацуи повесить трубку, когда Хиракава успокоилась, оказалась поспешной.

— Что такое?

Ему нужно было уделить внимание ещё многому. Другими словами, у него просто не было времени. Тацуе потребовалось проявить особую осторожность, чтобы не дать нетерпению просочиться в голос.

— Что ж, я знаю, что простого извинения недостаточно.

«Неужели снова», — подумал Тацуя. Он честно хотел бросить этот бесконечный разговор по кругу.

— Я не знаю, поможет ли это тебе, Шиба-кун. — К счастью, он волновался понапрасну. — Я нашла журнал телефонных звонков между Чиаки и преступной организацией. Хотя они содержат личные данные этого дитя... Но я всё же хочу передать их тебе, Шиба-кун. Пожалуйста, используй их по своему усмотрению. В любом случае, извини, что побеспокоила, когда ты так занят. Спасибо, что слушал меня так долго, до свидания.

Звонок окончился.

Не дожидаясь, пока Тацуя ответит.

— Даже если они сестры, взлом — это преступление... — пробормотал Тацуя, будто говоря это Кохару, и посмотрел на иконку журнала данных в прикрепленном файле.

— Онии-сама, что случилось? — подойдя ближе, спросила Миюки со слегка обеспокоенным видом на лице. Она, наверное, услышала, как Тацуя бормотал сам с собой.

— Итак, что же мы будем делать, — Тонко и расплывчато ответив, Тацуя обдумал намерения Кохару.

Она пытается этим загладить свою вину. Хотя она не сказала прямо, иначе правдоподобно объяснить невозможно. Хиракава взломала личные связи сестры, потому что хотела знать, кто привел её в заблуждение. Однако такие действия выставили её не в лучшем свете. Отдав Тацуе информацию, она надеялась, что он за неё отомстит, предположил Тацуя.

«Интересно, это ли хитрость...»

Ему явно недоставало жизненного опыта, раз он использовал термин «женская хитрость».

— ...Что ж. Позволь мне воспользоваться тем, что у меня есть.

Оставив в стороне Миюки с полным недоумением на лице, Тацуя набрал другой номер. Даже с журналом данных, который предоставлял в руки оставленную точку доступа, он не был уверен, что сможет унюхать добычу в сети. Но знал, кто сможет.

Когда они прибыли в школу, шел дождь. Хотя ни Тацуя, ни Миюки не взяли зонт, к счастью они не промокли. К тому же Миюки была членом школьного совета, из-за чего у неё была привилегия брать в школу CAD (впрочем, у Тацуи тоже была такая привилегия).

Мокрая одежда быстро встретилась с магией Миюки, не оставив позади ни следа влаги.

Однако...

— Учитывая дождь, похоже, мы не сможем работать вне помещения...

— Ничего не поделаешь, — пожал плечами Тацуя, когда Миюки нахмурилась на темные облака над головой.

До сих пор подготовка шла по графику. Работать в помещении будет тесновато, но даже если они ничего не будут делать — всё равно попадут в срок. Собственно говоря, он с самого начала собирался сделать калибровку в комнате ремонта клуба Робототехники, так что погода его и впрямь не волновала.

— Тогда я пошел.

— Да, пожалуйста, постарайся, Онии-сама.

Миюки ещё ожидали дела школьного совета, так что она с сожалением попрощалась с Тацуей.

◊ ◊ ◊ Клуб Робототехники — сокращение от «Группы исследований роботов». Комната ремонта — маленькая лаборатория, где ведутся все виды конструирования роботов и их электрическое тестирование.

В этой комнате находился большой компьютер, который на период подготовки использовался в целях отладки, что помогало модифицировать последовательность активации для модели устройства, которая будет использоваться на Конкурсе диссертаций.

Сегодня ему нужно было откалибровать последовательность активации. Поскольку Сузуне и Исори уже закончили тестировать время выполнения основной программы, Тацуя был единственным, кому на сегодня осталось что-то сделать. Основной упор демонстрации — модель термоядерного реактора, уже была присоединена к компьютеру. Члены клуба Робототехники, которые отвечали за настройку устройства, уже ушли, чтобы помочь другим командам собрать вместе их компоненты. Сейчас в комнате ремонта находился лишь Тацуя.

«Неужели я немного опоздал?»

Сегодня не было занятий, был выходной, но они, безусловно, очень сильно ему помогли, Тацуя криво усмехнулся.

— С возвращением.

В комнате ремонта он был единственным «человеком», но через секунду после того, как он вошел, его поприветствовал «гуманоид».

«Гуманоид» был одет в белый фартук с белыми ободками через спину и черное платье, длина которого была на десять сантиметров ниже колен. Внизу была пара белых носков длиною до колен и черные туфли. Была также белая лента с ободками на голове.

«Серьезно, вот, значит, в чем заключаются их интересы»

— Первый год, класс E, Шиба Тацуя, — Тацуя усмехнулся и просто назвался.

Приветливая «молодая девушка» выпрямилась и замерла на полсекунды, прежде чем глубоко поклониться. Движения остановились, чтобы подтвердить его голос. Когда она убедилась, что лицевая и голосовая проверка соответствуют записям, Тацуя, наконец, прошел проверку у системы безопасности этой комнаты.

— Приготовить, кофе. — Странный тон в паре с одинаково странными движениями. Тем не менее эта «странность» не была заметна без внимательного наблюдения.

Её звали «3H Type P94» (3H Personal Type 94 — 3H тип 94, персональный). Клуб Робототехники прозвал её «Пикси».

Это был Гуманоидный домашний помощник, также известный как персональный робот для домашней работы 3H, принадлежавший клубу Робототехники. Такой была эта «девушка». По-видимому, кто-то среди учеников третьего года из клуба Робототехники имел связи с основными продавцами HAR и смог позаимствовать и обновить устройство ИИ.

Обычно, внешность 3Н устанавливалась на двадцатилетнюю женщину, но чтобы больше соответствовать школе, её внешность специально установили на подростковую.

И вправду, если бы она надела форму Первой школы и сумела пробраться в класс, то была бы примерной «не выражающей эмоций ученицей», если только будет сидеть и не издавать ни единого звука. Её могли бы даже посчитать за «красавицу». Впечатление полностью терялось, когда она носила форму горничной.

Даже Тацуя был застигнут врасплох при обслуживании таким «роботом-горничной», когда впервые зашел в эту комнату, готовясь к Конкурсу диссертаций. Впрочем, к её одежде он уже более или менее привык.

Как только он сел перед контрольной панелью и посмотрел на терминал, с небольшим звуком на столе возле него была поставлена чашка кофе.

«Похоже, ещё есть возможности для улучшения программного обеспечения управления...»

Чуть поразмыслив, он взял чашку и сделал глоток. Это был прекрасный кофе, он кивнул.

Новейшая модель 3H «Пикси» обладала автоматическими, специализированными функциями, которые могут определить вкусы более чем пятидесяти пользователей, основываясь на структуре лица. Хотя Тацуя ничего и не сказал, именно эта функция позволила ей приготовить удовлетворившую его чашечку кофе.

— Пикси, оставайся в режиме ожидания, — приказал Тацуя Пикси, положив кофе на стол. Он знал, что она машина, но как-то странно себя чувствуешь, когда такой «живой» робот стоит за спиной.

— Приказ принят, — довольно плавно произнесла она такой специфичный термин. P94 поклонилась плавными движениями, которые подошли бы любому живому человеку, затем пошла к стулу, стоявшему у входа. Сев на стул, она перестала двигаться.

Источником питания 3Н служили метаноловые топливные элементы. В неё была установлена возможность пополнения запасов метанола — ей нужно было его буквально выпить, так что пользователю не нужно было волноваться об исчерпывании топлива.

Тем не менее нет нужды понапрасну тратить топливо, так как для того, чтобы стоять, нужно тратить энергию (стоять на обеих ногах — довольно сложная задача). Так что модель сидела, когда не использовалась.

Тацуя осмотрелся (без каких либо скрытых мотивов), затем положил пальцы на клавиатуру.

Раздался звук легкого постукивания по клавишам.

Тацуя убрал левую руку с клавиатуры и протянул её к жемчужному дисплею. Это была консоль пользователей для непосредственного взаимодействия с большим CAD, подключенным к дисплею. Через этот дисплей пользователь мог поставлять Псионы, необходимые для последовательности активации, где CAD затем прочтет эту последовательность активации.

Сейчас он проектировал шаги последовательности магии.

Как правило, порядок действий был таким: разбить последовательность магии на шаги, затем убирать конкретные шаги, прежде чем они завершатся, чтобы протестировать, вызвали процессы желаемый итог или нет.

На первый взгляд, он следовал этой процедуре, но на самом деле своим «взглядом» прямо наблюдал за каждым аспектом последовательности магии.

Его превосходный талант в разработке магии был в основном благодаря этой тайной способности (Элементальному взгляду), хотя другие первопроходцы в магии могли бы назвать это жульничеством, он был не тем человеком, чтобы придираться к таким мелочам.

Своими настоящими глазами он смотрел на экран, тогда как ментальным — следил за информационным измерением.

Он проработал примерно час, когда вдруг почувствовал себя как-то странно. К нему внезапно накатилась сонливость.

«Неужели я переусердствовал...»

Желая сделать перерыв снаружи, Тацуя начал двигаться, чтобы встать, но...

Руки и ноги потяжелели.

Будто тело ещё не проснулось.

Высоко тренированные люди могут волей контролировать желание тела спать.

Не спать несколько ночей подряд — совсем другая история, но он не припоминал, чтобы вел такой беспринципный образ жизни.

В голове мелькнул сигнал опасности.

Тело явно вело себя странно.

[Физическое функционирование стало аномальным]

Сонливость сама по себе не является чем-то, что создает препятствия для боеспособности. Однако когда невозможно проснуться с помощью собственного сознания, тогда сонливость становится ухудшением боеспособности.

[Персональное восстановление: Полуавтоматическая активация]

Его способность Персонального восстановления признала необходимость активации.

[Последовательность магии: Загружена]

[Данные Ядра/Эйдоса: Извлечение из резервной копии]

Начать активацию.

[Восстановление: Начато... Завершено]

В одно мгновение тело вернулось к «состоянию, которое было перед тем, как пришла сонливость».

Но главный вопрос решен ещё не был.

С того времени как он вышел из дома в лабораторию, он выпил лишь кофе в кафе и чашку, которую приготовила Пикси. Ничего из этого не содержало опасных веществ. Он знал это, потому что уже проверил их своим «взглядом», прежде чем выпить. Поэтому химические вещества могли прийти лишь с одного места...

«Газ!»

Должно быть, была изменена система циркуляции воздуха. Бегло проанализировав информацию в комнате, он подтвердил, что за краткое время в воздух был введен быстродействующий усыпляющий газ.

Так что же теперь делать?

Ему было проще простого «разложить» газ.

Однако по всей территории школы были установлены датчики магии, поэтому если использовать «Разложение» на большом, открытом пространстве, таком как эта комната ремонта, чтобы удалить весь газ, магия, которую он скрывал всё это время, будет раскрыта. Такой исход нежелателен.

Миюки, Хонока, или Шизуку смогли бы определить вредные частицы газа и удалить их из комнаты, но такая магия для него была слишком сложна. Задержка дыхания также имела свои пределы.

Сейчас всё, что он мог сделать — покинуть помещение. Он мог без проблем оставить устройство позади. Заблокировав компьютер, Тацуя повернулся к выходу.

Однако стройная фигура преградила ему путь. Стоявшая впереди фигура потянула руку ко рту Тацуи. Так как движение было не особо быстрым, Тацуя не совсем понимал, что та пыталась сделать.

«Её» рука остановилась у него прямо перед лицом.

— Найдены аномалии в системе циркуляции воздуха. Пожалуйста, наденьте маску. — 3H (Humanoid Home Helper — Гуманоидный помощник по дому) Тип P94, женский робот по имени Пикси, предложила ему простую маску.

На первый взгляд — одноразовая пылевая маска, но это был высококачественный гелевый фильтр, которого было достаточно, чтобы блокировать всё, что больше частиц углекислого газа. Фильтр надевался на лицо и был способен блокировать почти все ядовитые газы, никак не ограничивая дыхание.

У них есть даже такое, подумал Тацуя, надев маску и закрыв глаза.

— Роговица под угрозой заражения. Необходимо самостоятельно покинуть помещение.

Несмотря на явную необходимость улучшения речи, Тацуя отлично понял то, что она пыталась передать. Похоже, в новейшей модели 3Н P94 установлены кризисные протоколы управления, или, может быть, просто «учеба» клуба Робототехники.

Тацуя знал, что усыпляющий газ не содержит элементов, которые могут нанести вред глазам. Просто она сказала это потому, что он закрыл глаза. Однако он не сделал никаких движений, чтобы выйти наружу.

— Пикси, перегрузи и активируй систему вентиляции. Чтобы предотвратить последующее заражение, я останусь здесь. Оставайся в Режиме наблюдения. Чтобы подошла помощь, не мешай другим людям войти. Тебе запрещено им препятствовать.

P94 приняла цепочку команд от Тацуи.

— Избегание последующего заражения — логично и принято к исполнению. Перегрузка вентиляционной системы.

Система кондиционирования воздуха и отдельная вентиляционная система активировалась. 3Н — всего лишь голосовой машинный интерфейс для автоматических домашних систем. Небольшой топливный элемент, который служил источником питания, и вертикальный каркас, стоящий на двух ногах, не пригоден для физического труда.

Из-за человекоподобной конструкции, количество установленных сенсоров также было ограничено, поэтому 3Н также не был пригоден для точных задач. Индивидуальная деятельность не обязательно требует силу и точность настоящего человека, к тому же он был разработан, чтобы облегчить использование автоматической домашней системы.

Через распознавание голоса 3H могли получать голосовые команды. Будто удаленно управляешь HAR со внешностью человека. Первоначально HAR создали как дополнение, он не предназначался для охвата всего домашнего хозяйства. Однако дополнительные функции были так хорошо сделаны, что большинство людей забыли изначальное назначение HAR как интерфейса.

Не только все остальные. Даже Тацуя уже это позабыл.

«В чрезмерной доступности есть свои плюсы и минусы...»

Дожидаясь исчезновения усыпляющего газа, Тацуя размышлял: «такая неловкая мысль пришла лишь потому, что я отказываюсь признать поражение?»

Учитывая действия 3Н, в это же время была восстановлена и система кондиционирования воздуха.

Тацуя снова сел перед терминалом и снял маску. Чтобы не спугнуть человека, который придет проверить, заснул ли он, он закрыл глаза и расслабил мышцы тела.

Человек, которого он ждал, прибыл быстро. После того как газ исчез, Тацуя, сосредоточившись, сидел с закрытыми глазами и быстро обнаружил, что кто-то проник в комнату.

Тацуя рассчитывал, что сейчас может кто-то войти, поэтому и приказал P94 не проверять каждого вошедшего. И не прогадал.

— Шиба? — Знакомый голос старшеклассника.

Он это сказал лишь для того, чтобы проверить, заснул ли Тацуя на самом деле, и неминуемо соврал бы, что пришел на помощь, если бы тот поднялся. Однако алиби у него было ужасным — он так неудачно выбрал время, вошел в комнату именно сейчас, полный любитель.

Разумеется, Тацуя продолжал притворно спать.

— Шиба, ты спишь? — Ещё раз убедившись, что нет ответа, вторженец оглянулся вокруг, будто что-то ища, но глаза быстро сосредоточились на устройстве. Он не пошел к терминалу, так как увидел, что Тацуя компьютер уже заблокировал. Или, может, он в первую очередь никогда и не хотел красть данные.

Он не подозревал, что Тацуя полузакрытыми глазами за ним наблюдает, и не знал, что Пикси сидит в Режиме наблюдения и всё записывает. Поэтому он подключил хакерский инструмент, который использовал на камерах видеонаблюдения, к устройству и начал пытаться удалить данные последовательности активации.

— Сэкимото, что ты делаешь?

Внезапный вопрос заставил вторженца подпрыгнуть с испуга и отчаянно обернуться.

«Вот и конец...»

Жаль, что весёлое соло закончилось так скоро, подумал Тацуя. Конечно, ни человек, которого прервали, ни особа, которая прервала, даже не подозревали о его страшном интересе развлечься.

— Тиёда, почему ты здесь?

— Почему? Я пришла, так как получила сигнал от системы безопасности, что здесь флаг ошибки системы кондиционирования воздуха. Сэкимото, почему ты тут и что у тебя в руке?

— Невозможно... Тревога должна быть отключена...

Паникующее состояние, или, может быть, наличие этого неожиданного сюрприза, заставило Сэкимото оговориться. У Канон ужесточились глаза.

— Верно. Тревога была послана вручную, а не автоматически.

Пикси была той, кто подняла тревогу вместо Тацуи. Робот решил, что это подходящее действие и последовал ему, что было другим типом «автоматики», но Канон не могла об этом знать. Но по сравнению с этим...

— Однако я просто не могу счесть пустой болтовней твои предыдущее слова.

...Самое главное — случайное признание Сэкимото.

— Что значит «тревога должна быть отключена»?

Преступники не всегда действуют по логике. Тем не менее во время преступления тревожность повышается, вот почему они попадаются в ловушки, которых обычно могли бы избежать. Это было одним из ключевых аспектов, которые позволяют следователям определить подозреваемого, как бы давно преступление ни произошло. Сейчас Сэкимото попал в ту же когнитивную ловушку, в которую часто попадаются преступники.

— Сэкимото, если и дальше будешь молчать, то этим докажешь свою вину.

Канон говорила довольно сдержано, но она была явно очень искренна. Она подняла левую руку перед грудью. В руке она держала запущенный CAD. Он был уже наполнен Псионами, чтобы гарантировать, что последовательность активации сработает.

Это было не соревнование, тренировка, или шутка. Это была прямая наследница семьи Тиёда из Ста семей, готовая к настоящему сражению...

— Ха-ха, Тиёда, не будь смешной. Я преступник? Что я совершил преступного? — Сэкимото попытался прикрыть себя фальшивой бравадой, но это сработает лишь тогда, когда рядом много товарищей и определенно не при сражении один на один.

— Преступник, который изменил кондиционирование воздуха, подмешав туда усыпляющий газ. Другими словами, преступник, застигнутый с поличным при промышленном шпионаже.

— Как грубо, Тиёда! Я просто делал резервную копию, так как волновался, что мы можем потерять данные из-за неисправности системы.

— Используя хакерский инструмент? Это явно невозможно. Так ведь, Шиба-кун.

Сэкимото обернулся от потрясения, лишь чтобы найти криво улыбающегося Тацую с открытыми глазами.

Канон с первого взгляда увидела притворный сон Тацуи.

— Невозможно, газ не подействовал?

— Он не маленькая милашка, чтобы проиграть усыпляющему газу.

Кривая улыбка Тацуи усилилась на явно неблагосклонный тон Канон.

— Не буду отрицать, что я не милый... Остальное, как и сказала Шеф. Невозможно сделать резервную копию прямо из устройства. Даже если ты пытался, для этого не было необходимости.

Подключенный к дисплею CAD лишь записал развернувшуюся последовательность активации, в нем не было встроенной функции компилирования последовательности активации. Последовательности активации часто модифицируют прямо на компьютере, что также включает в себя и копирование содержимого.

— Сэкимото, даже не пытайся думать, что я так глупа. Хотя мои технические способности не столь велики, но по крайне мере это я знаю.

Сэкимото стиснул зубы под недовольным взглядом Канон. Он был похож на загнанную в угол крысу, которую лишили любых возможностей побега.

— Сэкимото Исао, достань свой CAD и положи его на пол.

Тон у Канон изменился. Сейчас она советовала преступнику сдаться. Однако Сэкимото ответил так:

— Тиёда! — Разложилась последовательность активации.

Сэкимото был сильным членом дисциплинарного комитета, он присоединился к нему во втором семестре второго года. В его вызове магии не было задержки от чтения последовательности активации к конструированию последовательности магии. Его скорость соперничала с любым представителем Турнира девяти школ.

Однако...

— ...Не глупи, Сэкимото-кун!

Магия Сэкимото рассеялась. Он осознал это мгновением позже, потому что магия типа Колебаний Канон использовала пол в качестве посредника.

При вызове магии нет никакой необходимости произносить её название. Называть имя цели так же бессмысленно. Бой, в котором задействована современная магия, решается в одно мгновение.

Канон приготовила CAD первой.

Даже бессмысленный жест, вроде выкрика имени Канон, просто никак не мог дать Сэкимото перехватить у неё инициативу.

Когда Канон вызвала подкрепление, в комнату ворвались члены дисциплинарного комитета и Группы клубной деятельности, затем Сэкимото доставили в Центр ориентации учеников (так называемую «Комнату допроса»).

За всё это время Тацуя не сделал ни единого движения.

Увидев, что группа Канон ушла, Тацуя отдал новые приказы ожидающей P94:

— Пикси, заверши Режим наблюдения, скопируй видео- и аудиозаписи от начала приказа в куб памяти и удали все файлы с реестра.

— Приказ принят. Копирование файлов данных в куб памяти... Завершено... Удаление данных. Завершено.

Пикси принадлежала клубу Робототехники, поэтому на самом деле у Тацуи не было доступа к такому уровню очистки. Но поскольку приказ на запись отдал он, то обладал правом на владение записанными данными.

Положив в карман рубашки куб памяти, содержащий доказательства, о которых даже Канон не знала, Тацуя приказал девушке-роботу снова выключиться.

◊ ◊ ◊ Часы посещения в госпитале при Национальном университете магии длились с полудня до семи вечера. Как раз в это время часовая стрелка прошла цифру четыре, так что никто не посчитал странным, что молодой человек в деловом костюме с букетом цветов в руке появился в холле госпиталя. В букете тоже не было ничего странного, ведь было ясно, что молодой человек из хорошо обеспеченной семьи.

Однако его уникальные черты лица должны были быть особенно заметными, но никто из других посетителей или медсестер не обратил на него никакого внимания. Это, безусловно, представляло собой удивительный случай.

Может, потому что он был частым посетителем, или по какой-то другой причине, но молодой человек был хорошо знаком с планом госпиталя и даже не колебался, прежде чем подняться на следующий этаж, он даже не обратил внимания на табло с планом. Поднявшись на лифте на четвертый этаж, молодой человек вдруг остановился в коридоре.

Перед ним стоял громоздкий мужчина, которого он вспомнил. Мужчина, который был чуть старше него, но всё же считался молодым мужчиной, стоял перед дверью, которая вела в определенную палату.

Чжоу однажды сказал вышестоящему офицеру этого молодого мужчины, Чэну, что сегодня посетит госпиталь. Тогда Чэнь не был против его визита к той молодой девушке, даже возражений никаких не высказал.

Значит, это план Чэна, Чжоу мог лишь так всё логически объяснить. Чэнь на самом деле не возражал, потому что послал сюда кого-то препятствовать его визиту и даже делу.

Ни секунды не колеблясь, Чжоу нажал на кнопку тревоги на стене, словно ничего и не случилось.

Когда молодой человек поднялся с третьего этажа на четвертый, из крыла больницы вышла молодая пара. Парня звали Тиба Наоцугу, девушку — Ватанабэ Мари. Он был вторым сыном семьи Тиба, носящий гордый титул Гений Иллюзорного Клинка, тогда как она была бывшей Главой дисциплинарного комитета Первой старшей школы при университете магии. Они были в середине свидания.

— Нао. — В глазах кохаев Мари была героической и доблестной старшей сестрой, но перед своим любимым она была полностью женственной, мягкой молодой девушкой. Но не только потому, что она естественно смущалась, поскольку была с любимым, на её лице было также несколько следов чувства вины. — Что ж... Извини, что попросила тебя сопровождать меня, когда ты так занят.

Мари намеревалась допросить Хиракаву Чиаки под предлогом посещения её в госпитале. В конце концов, это было делом Первой школы, и именно из-за этого Мари «чувствовала вину» перед Наоцугу.

Однако, услышав слова Мари, лицо Наоцугу приняло вопросительное выражение, он наклонил голову, чтобы посмотреть на Мари.

— Почему ты так говоришь? Я вовсе не возражаю.

— Но разве тебе не нужно готовиться к завтрашнему отплытию?

— Учения будут морскими, но в основном они предназначены для рулевых и артиллеристов. Наша миссия включает заграничную тренировку. Нужно будет немного потрудиться, но я уже привык.

Когда Мари услышала шутливые слова Наоцугу, брови у неё несколько расслабились.

— Это будут совместные учения десанта на острове Гуам?

— Ах, да. Наша миссия немного отличается от последней, на этот раз будут короткие учения, которые закончатся дней за десять. Бремя не слишком тяжелое, поэтому, Мари, не нужно так сильно беспокоиться. — Наоцугу слегка улыбнулся, ответив на вопрос Мари. — ...Тебя тревожит что-то ещё? — Наоцугу увидел, что когда Мари улыбнулась в ответ, на ней остались нотки нерешительности, поэтому и спросил.

— ...Но, Эрика. — Мари немного колебалась, так как не была уверена, стоит ли поднимать этот вопрос.

— Эрика? — С другой стороны, голос Наоцугу был наполнен «совершенно неожиданным» изумлением.

— ... Нао, последний раз тебя долго не было, и разве обычно ты не тренируешься дома с Эрикой? Мне правда можно было приглашать тебя сегодня?

На лице Наоцугу возникло мрачное выражение, смешанное со следами гнева.

— Сейчас Эрика тренируется с одним из своих одноклассников в качестве спарринг партнера. По-видимому, он довольно интересный парень, Эрика выглядит очень счастливой.

— Одноклассник? Парень?

Немного заинтересованный вопрос Мари привел к довольно сильному ответу:

— Хм, просто друг, я полагаю.

— ... — Мари ничего не сказала. Просто прямо уставилась Наоцугу в лицо.

С некоторым беспокойством Наоцугу притворился, что кашлянул.

— Нао?

— Не волнуйся сейчас об Эрике. Важно то, что я хочу быть с тобой. Мари, так сильно тревожиться тебе и вправду не нужно.

— Н-Не с-смущай меня так!

Роли нападающего и обороняющегося быстро поменялись. Те, кто обычно отвечают колкостью другим, часто восприимчивы к той же тактике. Мари, которая недавно пыталась вывести Тацую из равновесия, шутя над ним аж до того времени, пока не покинула пост Главы дисциплинарного комитета, попала под одно серьезное замечание Наоцугу.

Наоцугу наконец смог вздохнуть с облегчением, обезоружив подозрения своей любимой, но его расслабленные нервы быстро напряглись от беспокойства.

Потому что раздался сигнал тревоги.

— Нао! — Выражение на лице Мари ужесточилось, несмотря на то, как сильно она колебалась мгновение назад, затем она посмотрела на Наоцугу. — Это не пожарная тревога, это тревога бунта!

Тревога бунта была разработана, чтобы не дать невинным прохожим оказаться втянутыми в криминальные разборки, но также служила сигналом призыва на помощь в восстановлении порядка.

— Это на четвертом этаже! — Наоцугу посмотрел на монитор на стене, который показывал подробности тревоги.

— Четвертый этаж?

— Разве это не тот этаж, где находится твой кохай, Мари?

Серьезное лицо Мари тут же передало Наоцугу опасность положения.

— Пошли!

Кивнув, Мари не колебалась ни секунды. Фактически, более подходяще будет сказать, что это она тянула Наоцугу вверх по лестнице.

Посреди тревоги, Люй Ганху положил руку на ручку двери, ведущей в палату. Он уже узнал все подробности о палате, в которой находилась его цель. Внутри была лишь одна молодая девушка. Люй Ганху был уверен, что избавится от неё, прежде чем покажется персонал безопасности.

Однако у него на лице мелькнуло выражение удивления, когда он попытался потянуть за дверную ручку, лишь чтобы обнаружить запертую дверь. Согласно его общим знаниям, как правило во время пожарной тревоги двери открывают, чтобы помочь быстрее эвакуироваться из здания. Неужели неисправность в замке? Люй подумал об этом, так как не знал о тревоге бунта.

Появилась небольшая задержка из-за культурного шока. Изначально Люй хотел уничтожить замок и войти в палату. Но из-за тревоги ошибочно посчитал, что замок автоматически откроется, следовательно, он был в недоумении, когда обнаружил, что дверь всё ещё закрыта. Хотя Люй немедленно передумал и решил уничтожить замок, эта неожиданная потеря времени в его миссии оказалась критичной.

Как раз в тот миг, когда он собирался скрутить ручку и открыть дверь...

— Кто ты?! — на другом конце коридора кто-то его окрикнул.

Благодаря особым техникам семьи Тиба, Наоцугу магией персонального ускорения добежал до четвертого этажа, где наткнулся на молодого человека на несколько лет старше его, который пытался сломать дверной замок.

Машинально он выкрикнул «кто ты?!», но как только это произнес, в памяти уже появился ответ. Этот человек был окружен страшной аурой, из-за которой поднимались волосы на спине...

— Тигр-Людоед... Люй Ганху! Почему ты здесь?!

Как член семьи Тиба, превосходной в магии ближнего боя, Наоцугу хорошо знал имя и лицо этого человека — один из десяти лучших в мире бойцов, волшебник ближнего боя, родом из Великого Азиатского Альянса. Они были почти одного возраста, многие до сих пор яростно спорили, кто же сильнее, он или Наоцугу, но большинство считали, что более брутальный Люй Ганху со своим пугающим «именем», которое заставляет людей сжиматься от страха, сильнее.

— Гений Иллюзорного Клинка — Тиба Наоцугу, — слабо прошептал Люй Ганху, посмотрев в его сторону. «Гений Иллюзорного Клинка» — несомненно, прозвище Наоцугу.

В тот миг, когда их глаза встретились, битва за господство началась.

Из нагрудного кармана Наоцугу достал двадцатисантиметровую дубинку. Когда он нажал кнопку у неё на конце, с «лязгом» выскользнуло пятнадцатисантиметровое лезвие.

С другой стороны, Люй Ганху имел лишь голые руки, но безжалостно ринулся к месту, где стоял Наоцугу с коротким мечом в руке.

Когда дистанция между ними сократилась до длины длинного меча, Наоцугу взмахнул правой рукой сверху вниз. Для короткого меча расстояние всё равно большое, но Люй Ганху всё же поднял левую руку над головой. Невидимая линия, которая исходила из короткого меча, пересеклась с левой рукой — раздался яростный «лязг».

Магия из типа Веса «Хэсикири» — из кончика стержня исходит металлическая нить, вокруг которой образуется тонкое поле отталкивания, разрезающее всё, до чего дотрагивается.

Вот почему Наоцугу взмахнул коротким мечом за пределами его диапазона.

Если техника Наоцугу была поразительной, то способность Люй Ганху блокировать лезвие отталкивающего поля голыми руками была просто невероятной.

Стальной Цигун, так называли пользователи Северного Китая свою любимую технику, разработанную на основе Цигуна. Цигун — физическая способность, а не магическая, но использование Цигуна, чтобы применить слой стальной брони, со временем стало магией, теперь известной как Стальной Цигун. Люй Ганху довел эту технику до совершенства.

После того как лезвие отталкивающего поля было блокировано окружающим тело барьером, правая рука Наоцугу продолжила идти вниз. Как только магия была аннулирована, Хэсикири стала просто пустым взмахом короткого меча, но когда клинок достиг уровня талии, Наоцугу сумел его развернуть и ударить снизу вверх.

Чтобы защититься, Люй Ганху применил Стальной Цигун на правой руке, чтобы блокировать правую сторону бедра. Однако правая рука ни с чем не столкнулась — лезвие отталкивающего поля исчезло на полпути.

Не было ничего особенного в том, чтобы остановить вызванную магию прежде, чем заклинание завершится. В конфликтах между волшебниками, в сравнении с отклонением силы вмешательства, использовать скопированную магию на Эйдосе для того, чтобы сделать предыдущую магию бессильной, абсолютно необходимо при использовании разной магии.

Тем не менее сложность совершенно иная, если нужно внезапно применить другое заклинание, когда ещё вызывается предыдущее. Если Эйдос в начале не изменился, всего лишь использовалась последовательность магии, она рассеется в ничто, как только пройдет врата (связующие врата между человеческими мыслями и информационным измерением, они находится между нижним слоем сознания и верхним слоем подсознания). А обмануть противника невозможно, если не будет никаких следов вызова магии. Чтобы сознательно остановить магию в середине, волшебнику на самом деле нужно спроектировать последовательность магии тем же путем, что и вызываемая магия, затем отменить вызов прежде, чем она завершится. Для этого совершенно необходимо в одно мгновение переключать сознание и внимание.

Люй уже приготовился принять приближающийся снизу рубящий удар, но так как лезвие отталкивающего поля вдруг исчезло, он потерял баланс и начал клониться вправо. Наоцугу ухватился за эту возможность, чтобы снова применить «Хэсикири». Невидимое лезвие полоснуло Люй сверху вниз по правой стороне шеи.

Прозвучал ещё один «лязг», но не было крови. В последнюю секунду Люй применил технику Металлический мост, чтобы резко наклониться назад, и воспользовался этим, чтобы повернуть тело для встречи с ударом Наоцугу. Используя падение назад как центр вращения, он прокрутился и послал кулак к Наоцугу. Наоцугу был вынужден отпрыгнуть назад и Люй Ганху воспользовался этим шансом, чтобы восстановить своё равновесие.

Никак невозможно, чтобы они начали всё с самого начала. Во время этого обмена, очевидно, что Наоцугу мог бы захватить преимущество, если бы смог уловить момент. Естественно, Люй Ганху не был достаточно глуп, чтобы позволить врагу задавать темп. Восстановив себя, он протянул правое запястье и пошел вперед большими шагами.

Наоцугу взмахнул коротким мечом по протянутому правому запястью Люй, но пятнадцатисантиметровый клинок был отбит спиральной силой, которая крутилась вокруг запястья. Это движение тоже было из традиционных китайских боевых искусств, магическая техника, которая всей нервной системой создает спиральную силу в точке удара, что служит и нападением и защитой, называется она «Шелковая спиральная сила».

Тело Наоцугу затряслось как лист, попавший в поток реки, после того как он принял на себя силу закрученных нервов. Чтобы избежать наступления Люй, Наоцугу был вынужден отпрыгнуть назад.

Отпрыгнул он далеко, пальцы Люй оставили лишь след в воздухе. Однако тот не дал Наоцугу возможности восстановиться. Кулак, ладонь, медвежий коготь, полетели удары вперемешку с атаками локтем, плечом, и даже головой, бешеная волна безжалостно теснила Наоцугу и никак не давала возможности применить Хэсикири. Каждый раз Наоцугу был вынужден отступать, но даже в этом случае Люй не сумел попасть по нему ни одной атакой. Хотя на лице Люй не было никаких следов эмоций, за исключением намерения сражаться, внутренне он начал немного беспокоиться. Он увеличил скорость, но в то же время наступательная сила каждого удара снизилась.

Наконец, Наоцугу уперся спиной о стену, места бежать не осталось. Кулак Люй понесся вперед, как ветряная мельница. Однако удар справа Наоцугу блокировал правой рукой в виде удара карате. Короткий меч, который Наоцугу до этого держал правой рукой, исчез. Впервые на лице Люй возникло волнение.

Заблокировав удар от правой руки Люй, Наоцугу сумел перенаправить силу атаки Люй. Потеряв равновесие, тот начал клониться вперед. Между тем, короткий меч, который изначально был в правой руке Наоцугу, появился в его левой руке.

Наоцугу целился мечом не в открытый затылок Люй, а ему в бок. Клонясь вперед, Люй оказался идеально на линии, чтобы получить удар по животу. Даже в таком невыгодном положении Люй изо всех сил пытался перекрутиться, чтобы клинок не попал в жизненно важные органы. Короткий меч прошел ему по боку, оставив глубокий порез.

Перевернувшись, Люй замахнулся ногой Наоцугу по голове. Чтобы уклониться, тот сделал шаг назад. Следом за этим Люй перевернулся в сторону, а не вперед, прижавшись ногами к стене, а не к полу. В следующее мгновение он оттолкнулся от стены и свирепо бросился к Наоцугу.

Его вытянутые руки походили на когти тигра, их сила ни в чем не уступала дикому зверю и могла раздробить плоть и кости.

Непреодолимое чувство опасности вынудило Наоцугу отступать, несмотря на его ужасающее положение. Люй был в прыжке, когда промчался мимо Наоцугу и приземлился за два метра от него. Приземлившись двумя руками на землю, он быстро развернулся и снова набросился на Наоцугу. Несмотря на травмы, свирепость и давление атак Люй Ганху, казалось, были даже сильнее травм. На этот раз настала очередь Наоцугу забеспокоиться.

После четвёртого прыжка, атаку Люй Ганху прервало нападение с фланга. На рефлексе, он начал уклоняться.

Два горящих лезвия понеслись к Люй. Их истинной формой был плотно сжатый воздух, вызванный высокой разницей температур. Люй увидел открытое пространство между двумя лезвиями и уклонился от атаки, изогнувшись так, чтобы оказаться между ними. Однако концентрированный сжатый воздух тут же яростно взорвался, поразив Люй с обеих сторон совместным взрывом.

Люй прорычал от боли и бросился к лестнице с одного конца коридора. Наоцугу поспешил за ним, но фигура Люй исчезла в мгновение ока.

— Мари... Спасибо за помощь.

Наоцугу позволила уклониться магия Мари, но та атака не была заранее спланированной. Увидев, что Наоцугу сцепился в бою с Люй, Мари немедленно подключилась к нападению. Мари наконец вмешалась в конфликт, потому что до этого битва между Наоцугу и Люй была слишком интенсивна и ей было рискованно атаковать.

— Нао... Ты ранен?!..

Хотя своими словами Наоцугу пытался успокоить Мари, когда она подбежала вперёд, но, откровенно говоря, Мари даже не слышала его, потому что её лицо наполнилось изумлением. Перед её глазами была покрасневшая от крови правая рука Наоцугу.

Исходом боя Наоцугу и Люй было то, что пострадали от травм обе стороны. Когда Наоцугу отразил атаку Люй, его правой руке тоже сильно досталось. Бок против правой руки, в долгосрочной перспективе Наоцугу имел преимущество, но если бы битва решилась быстро, то, несомненно, Наоцугу упал бы, потеряв свою главную руку.

— Не волнуйся, хотя мне сначала нужно увидеть специализированного доктора, с остальным я справиться могу. К счастью, мы сейчас в госпитале.

— Но твой корабль отправляется завтра...

— Ничего страшного. Командиры поймут. В конце концов, эти травмы относятся к работе.

Тон Наоцугу не отличался от обычного, что позволило Мари постепенно расслабиться. Однако, стряхнув потрясение, её голова пришла к ещё одному вопросу:

— Тот человек... Кто он? Он ведь был тебе ровня в ближнем бою.

Наоцугу немного колебался, но всё же ответил:

— Зовут того типа Люй Ганху. Волшебник спецназа Великого Азиатского Альянса.

— Люй Ганху... Так это он...

Мари уже давно знала это имя, оно было столь же известно, как Наоцугу.

— Мари, — Наоцугу внезапно схватил Мари за плечи и повернул её лицом к себе.

— Нао, почему так внезапно? — покраснев, Мари отвернулась.

— Мари.

Тем не менее, услышав, что Наоцугу снова назвал её имя решительно странным тоном, Мари повернулась назад.

— Я должен завтра уехать. Всё это время я буду очень волноваться, так как меня не будет рядом...

— Я понимаю, Нао. Тогда, есть ли что-нибудь, что ты хочешь мне сказать?

— Люй Ганху увидел твоё лицо прежде, чем исчез. Он определённо будет видеть в тебе врага.

Мари кивнула. У неё в глазах не было ни следа страха, что лишь углубило его беспокойство.

— Этот человек — варварский волшебник, носящий имя «Тигр-Людоед». Сегодня ты видела его силу. Пока меня не будет, пожалуйста, не действуй самостоятельно.

Мари понимала, что такие слова — преувеличение, но проглотила их из-за серьезности у него в глазах.

Люй Ганху, который был вынужден отступить от дуэли с Наоцугу из-за вмешательства Мари, сейчас сидел на пассажирском сидении дорогой машины, которую вёл Чжоу.

— Приношу свои извинения, если я украл ваши лавры, — проехав через ворота больницы, Чжоу с водительского сидения завязал разговор.

Люй ничего не сказал, просто смотрел вперёд.

Чжоу продолжил, несмотря на то, что отношение Люй было не очень приветливым:

— Кстати, я весьма удивлён, что Господин Люй пострадал.

Хотя Люй знал, что предметом обсуждения является его собственная неудача, он и глазом не моргнул.

— Ты использовал Земное перемещение? — спросил Люй о способности, которую Чжоу применил, чтобы облегчить ему побег.

— Вы, конечно же, шутите. По сравнению с Господином Чэном, мой уровень — просто дешёвый трюк и, безусловно, недостоин даже упоминания. — Чжоу беззаботно улыбнулся, ответив на обвинения Люй о том, что что-то скрывает в рукаве.

◊ ◊ ◊ Вернувшись из школы домой, Тацуя сразу же пошёл к конференц-телефону.

Первый номер, который он набрал, был тем, по которому он сегодня уже звонил ранее.

— Алло, — ответила молодая женщина (не девушка) словом, которое, казалось, устарело на два столетия.

Не только изображение, даже уровень громкости был повышен, но он мог сказать, что чуть тёмное изображение шло от телефона на мобильном терминале.

— Это Шиба.

— Айа, какая редкость, ты уже во второй раз сегодня звонишь.

Ясный и откровенный голос сопровождался изображением улыбающейся женщины, которая была одета в костюм как у молодой секретарши с большой корпорации. Она намеренно сделала себя незаметной, но обычная косметика и одежда лишь только усилили её черты.

— Мои извинения, вы на свидании?

— Ха-ха, — Фудзибаяси, одежда которой идеально подходила для такого рода ночной встречи, профессионально и ослепительно улыбнулась, — увы, работа. К тому же в наши дни Казановы только приветствуются. Поскольку вокруг нет ни одного хорошего мужчины, ну да ладно.

Её тон сильно отличался от обычного — явно она выпила что-то, содержащее алкоголь. Тацуя, конечно же, никогда не сказал бы ничего такого идиотского, вроде «вы сейчас пьяны», это было бы смерти подобно.

Хотя сейчас в пределах города автомобили контролировались центральной системой управления, водить в пьяном виде — по-прежнему наказуемое преступление. Точнее, преступление будет лишь тогда, когда сесть на водительское место, выпив. Социальные нормы обязывают, что надо здраво мыслить и нормально реагировать во время управления транспортным средством.

С другой стороны, работа Фудзибаяси не включала обычный автомобиль. Как всегда, она вела свой модифицированный автомобиль с усовершенствованной системой сбора разведывательных данных. Так что она была в своей собственной машине и была пьяна. Другими словами, в водительском сидении был кто-то другой, не Фудзибаяси.

— Ах~... Интересно, где можно найти ещё одного такого красивого мужчину, как ты, Тацуя-кун, — странным тоном начала она флиртовать с Тацуей, наверное поняла, что он думает о чем-то бесполезном. Даже договорив, она озорно послала Тацуе любовный взгляд.

— Неужели. На самом деле я хочу кое о чем поговорить, так что, наверное, перезвоню завтра.

Тацуя сказал это лишь потому, что был совершенно уверен, что Фудзибаяси его дразнит. На другой стороне экрана её кокетливое выражение на лице сменилось приподнятой улыбкой.

— Какая невозмутимость с твоей стороны... Что ж, это даёт тебе достойное звание «человека с самым свободным временем».

— Почему-то мне кажется, что называть меня человеком с самым свободным временем немного чересчур... Кстати...

— Расслабься, я сейчас одна, — Фудзибаяси прервала Тацую прежде, чем он успел выразить, что обеспокоен информационной безопасностью, — можешь говорить всё, что хочешь. — Затем она призвала Тацую перейти сразу к делу.

— Спасибо. — Даже Тацую, предпочитавшего самим владеть разговором, затянуло в чужой темп, когда противником была Фудзибаяси. Тацуя помахал белым флагом той, кто могла переключаться между выражениями лица как актриса, прежде чем перейти к сути вопроса: — На самом деле сегодня на территории школы произошла кража со взломом.

— Кража со взломом? Ты имеешь в виду тот случай, который упомянул сегодня утром? Они в самом деле перешли к делу?

— Да, к тому же был использован усыпляющий газ.

На другой стороне экрана лицо Фудзибаяси приняло изумленное выражение, говорившее «значит, они и впрямь посмели».

— К счастью, это завершилось попыткой.

— Извини, я знаю, что мы с нашей стороны ограничиваем тебя...

— Этот итог не только из-за моего долга перед военными.

Фудзибаяси склонила голову в извинении, потому что Тацуя, из-за военных секретов, был ограничен в использовании определенной магии, она извинилась, так как он без необходимости приложил дополнительные усилия.

Даже если слова Фудзибаяси были верны и слова Тацуи были лишь оправданием, их было необходимо сказать, чтобы сгладить разговор. Ни та, кто извинился, ни тот, кто принял извинения, на самом деле не имели в виду то, что сказали.

— У меня есть видеозапись сцены попытки ограбления.

— Э... Как тебе это удалось?

При планировании кражи информации, отключение видеонаблюдения — основа из основ. К тому же невозможно, чтобы он просто сидел в комнате и ждал, пока произойдет преступление.

— Она была записана с помощью автономно запущенного робота.

— Ох, 3Н, так тебя интересуют такого рода вещи?

— Ответ отрицательный, место происшествия было в комнате, принадлежащей клубу Исследований роботов, 3Н был внутри.

Поскольку 3Н обладают изысканными чертами, некоторые верят, что те люди, которые используют 3Н, имеют определенного рода фетиш. Зная это, Тацуя попытался использовать «автономно запущенного робота», чтобы она не поняла, что речь идет о 3Н, но, похоже, с Фудзибаяси это бесполезно.

— Запись, — Тацуя никак не смог бы очистить своё имя, если бы застопорился на этом, поэтому принудительно повел разговор вперед, — я сохранил, поэтому не могли бы вы провести расследование?

— Что тебе удалось записать?

На этом месте честно ответить — одна из позитивных сторон характера Фудзибаяси. Хотя такой уровень взаимодействия был обычным, всё было относительным. Во всяком случае в социальном кругу Тацуи это был уже «приятный характер».

— Инструмент, используемый во время попытки ограбления, включая логотип CAD с хакерскими процессами.

— Понятно. Тацуя-кун, видимо, ты схватил лису за хвост.

— Вы преувеличиваете, но суть в этом есть.

— Не волнуйся. — Фудзибаяси намеренно ответила твердым голосом на ничего не выражающее лицо Тацуи. И впрямь поистине приятный характер. — Капитан сказал, что почти время действовать, так что мы уже начали проверку логотипов. За день или два мы сможем сократить количество, так что просто сиди и жди хороших новостей. — Загадочно, Фудзибаяси сделала этот прогноз.

Тацуя её поблагодарил, ничего большего было и не нужно. Затем передал данные в терминал Фудзибаяси.

◊ ◊ ◊ Закончив говорить по телефону с Тацуей, Фудзибаяси позволила инспектору Тибе Тошиказу и его сержанту вернуться в автомобиль. Хотя Фудзибаяси пила вино, она всё же сидела на месте водителя, что более или менее совпало с оценкой Тацуи. Впрочем, Фудзибаяси была одной из членов Отдельного магического батальона, который находился за пределами нормы.

Однако, по мнению Тошиказу, это действие было наполнено интересной аурой. Чтобы продолжить дело, когда след уже остыл, он хотел купить сведения у торговца информацией, который знал всё на свете — «владельца кафе "Rotbart"».

Вот почему он действовал сообща с прекрасной молодой женщиной, на которую наткнулся в том же кафе.

Изначально он хотел позаимствовать её силу, но сейчас выглядело так, будто он вызвался помогать ей. Хотя в уме он спрашивал себя «как всё так вышло?», до сих пор не пришел к удовлетворительному ответу. Ранее он считал, что невосприимчив к её женственному шарму, но ещё раз поразмыслив над этим, он уже не был настолько уверен в себе.

— Мои извинения, мистер Тиба, это был личный звонок.

— Нет, всё нормально.

Тошиказу был в дорогой гражданской одежде, которая идеально подходила Фудзибаяси, хотя у многих голова болела от того, что полицейские по-прежнему как получали, так и получают ничтожную зарплату. Впрочем, помимо зарплаты полицейского он получал дополнительную плату от своей семьи, поэтому кошелек у него был значительно толще.

— И какие подсказки дал вам личный информатор?

Чтобы не разбивать расслабленное настроение, Тошиказу слегка шагнул к делу. В ответ, у Фудзибаяси лицо загорелось восхищенной улыбкой, такой же, какой ранее она улыбнулась Тацуе.

Настойчивые мужчины всегда приветствуются. Фудзибаяси сильно раздражали медленные оппоненты, так что она, вероятно, была высокого мнения о сообразительности Тошиказу.

— О бедной мыши, используемой лисой, а также изображение одолженного ей хвоста.

— ...Так это записи их сообщника и хакерского инструмента?

На несколько сбитое с толку предположение Тибы, Фудзибаяси улыбнулась и сказала «верно», кивнув.

— Инспектор, вы знаете первый шаг охоты на лис? — затем она серьезными глазами посмотрела на человека на пассажирском сидении.

— Не знаю... К сожалению, хотя я ношу оружие... я никогда не был охотником. — Не сумев справиться с быстрой сменой темы разговора, молодой инспектор не сумел плавно ответить на вопрос. Улыбка, которая скрывала его личность как элитного лейтенанта, исчезла, когда он пробормотал это с серьезным выражением лица.

— Охота на лис начинается с поиска лисьей норы. Как только логово будет разрушено, можно выпустить гончих выгонять лису из кустов.

— ...Значит, нам нужно искать логово?

— Я оставлю вам запись их сообщника из старшей школы. Начните с расследования его передвижений через уличные камеры. Поскольку такое оборудование нормальным способом он получить не мог, значит, он должен был установить контакты где-то на стороне.

Расследование записей видеонаблюдения без ордера — однозначно незаконно. К тому же, раз цель — подросток, не так просто будет получить ордер на обыск. Впрочем, Тошиказу хотел спросить другое:

— Если сопоставить места, как долго нам следует искать? Ведь за какие-то два месяца, или даже один, человек может пойти куда угодно, и я не преувеличиваю. В пределах такого времени попытаться найти подозрительные контакты...

— В границах Токио есть 32 места. Из них выделите те, которые он посетил за последний месяц.

Своим ответом Фудзибаяси практически заставила Тошиказу открыть рот от потрясения:

— ...Тридцать два места... вы уже настолько сильно сузили поиск.

— Просто вы не знаете о данных от других пособников, инспектор. Пока вы думали «да, попотеть мне придется» и терялись в догадках, мы получили в свои руки дополнительные сведения.

— ...Других пособников? Почему полиция не была извещена?

— Естественно из-за того, что другой пособник — девушка, — кратко ответила она.

Тошиказу потерял дар речи.

— Я не могу оставить девушку и её будущее в черном списке полиции.

— ...А парня, значит, можете?

— Это их личная ответственность, — заявила Фудзибаяси.

У Тошиказу не осталось слов.

— Я верю в патриархальную идеологию, потому считаю, что мужчины должны работать больше женщин. Поэтому мужчины должны научиться дисциплине и отвечать за свои поступки.

Когда Фудзибаяси вдруг использовала эти архаичные принципы, чтобы наполнить разговор, Тошиказу мог лишь долго продолжать на неё глядеть.

◊ ◊ ◊ Уже наступил второй день с того времени, как раненый тигр вернулся в своё логово, после того как его ранили лисы (Конечно, они верили, что являются охотниками).

Увидев травмы Люй, лицо Чэна заполнило удивление, но он не спросил, как тот их получил. Он уже сдал рапорт миссии. Прежде чем вернуться, Люй предложил ещё одну внезапную атаку, но Чэнь отказался. Люй должен был понести ответственность за проваленную попытку убийства Хиракавы Чиаки, но Чэнь решил его не наказывать. Причина провала и особенно действия Чжоу в то время упали тяжким бременем на голову Чэна. Они могут попасть в ловушку Чжоу, если он сейчас обвинит Люй. Кроме того...

— Положение изменилось!

Произошел ещё один чрезвычайный случай. Чтобы с ним справиться была совершенно необходима сила Люй.

— Миссия нашего сообщника в Первой школе, Сэкимото Исао, закончилась провалом. Он был арестован и сейчас находится в Специальном центре заключения Хатиодзи.

Забудьте госпиталь, просто невозможно без серьезной огневой мощи вломиться в специальный следственный изолятор, созданный чтобы держать (или защищать) подростков-волшебников. К тому же Сэкимото лично связывался с Чэном и компанией, поэтому он, естественно, был более высокого приоритета, нежели Чиаки, которая видела лишь Чжоу.

— На время отложите миссию Хиракавы Чиаки. В первую очередь сосредоточьтесь на устранении Сэкимото.

— Да, сэр.

Хотя миссия стала в несколько раз сложнее, Люй всё равно прямо принял приказ. По его выражению лица было невозможно сказать, что он был ранен.

◊ ◊ ◊ Понедельник.

Ожидая, пока Миюки выйдет из Кабинки, Тацуя увидел пару одноклассников, которые сидели вместе. Они должны были почувствовать его взгляд. Парень и девушка, сидевшие друг возле друга, вместе выдали возглас удивления.

— Онии-сама, нашел что-то интересное? — грациозно выйдя из Кабинки, Миюки задала вопрос, заметив выражение на лице брата. Проследовав его взгляд, она закрыла рот одной рукой, сказав «Ах!».

Перед их глазами было окно ещё одной двухместной Кабинки, где Эрика и Лео натянуто улыбнулись в приветствии.

Сегодня со станции в школу шли вместе четверо друзей. Хотя редко все восемь были вместе, так же редко собирались вмести всего четыре. Причина была очевидной.

— ...Эй, почему вы сегодня так рано, — с досадой спросил Лео.

Однако, хотя Лео, похоже, изливал своё раздражение, Тацуя не был тем, кто в страхе от остальных закрывается в скорлупу.

— Так как до Конкурса осталась лишь неделя, мне с утра нужно сделать разного рода доработки. — Они пришли на час раньше, чем обычно. — Лео это относится и к тебе, почему ты сегодня так рано?

У Тацуи было законное основание — Конкурс диссертаций в воскресенье. Объективно говоря, появление Лео сбивало с толку больше, чем появление Тацуи.

— Эрика, ты видимо тоже сегодня встала очень рано? — Тацуя хотел было задать ещё пару вопросов Лео, который, казалось, не находил, что ответить, но Миюки опередила его, задав вопрос Эрике.

— ...Я всегда встаю очень рано, — как-то виновато ответила она на невинную, освежающую улыбку Миюки, и заметно увеличила темп ходьбы.

— Неужели? Так вот почему Сайдзё-кун сегодня встал так рано, — сама себе пробормотала Миюки.

Однако когда Эрика услышала, то наконец остановилась. Она просто не могла остаться в стороне и пройти мимо таких слов.

— Подожди, Миюки! Ты так сказала, будто я каждое утро встаю, чтобы разбудить этого парня?

— Да уж! Серьезно, это я должен был встать раньше! — Однако Лео чудовищно сорвал контратаку Эрики.

— ...

— ...

— ...

Эрика, Тацуя, и Миюки молча уставились на Лео (точнее, лишь Эрика уставилась, на остальных было невинное выражение лица).

— ...Э? Что с этим настроением?

Лео был единственным, кто не понял ситуацию (которую сам и создал).

— ...Почему все молчат?

Хотя тон Эрики оставался резким, лицо у неё полностью покраснело, а на глазах появились слезы.

— Ну что ж... Кто рано встаёт, тому бог подаёт.

Тацуя не был дураком, так что не было нужды продолжать задавать вопросы. По правде, Тацуя не очень хорошо умел менять тему разговора. Возле него Миюки озадачено улыбнулась, и Лео в замешательстве склонил голову, что, на некотором уровне, сочеталось идеально.

Тацуя зашел в класс как раз перед уроком и обнаружил, что Мизуки отчаянно пытается успокоить сердившеюся Эрику.

— Ах, Тацуя.

Но завязал разговор Микихико.

Как обычно, Лео сидел к нему спиной, лицо у него было угрюмым.

Должно быть, Мизуки наступила на мину, и Микихико подлил ещё больше масла в огонь.

Тацуя сразу же понял положение дел.

— Эрика, самое время забыть об этом, — сказал Тацуя, взяв банку с безалкогольным напитком и слегка стукнув Эрику.

— Э?! — Эрика в удивлении вскочила с места, — что ты делаешь?

— Лови, — Тацуя бросил банку с колой в руки Эрики, которая была на половину агрессивнее обычного.

— Горячо. — сказала Эрика странным тоном, будто кто-то словил горячий картофель, посмотрев сбитым с толку взглядом на Тацую.

— Выпей что-то сладкое, чтобы сменить настроение.

— ...Хмпф, не думай, что сможешь этим вернуть мою благосклонность, — сказала Эрика, открыв банку, хотя лицо у неё несколько расслабилось. Она увидела, как Тацуя улыбается. — ...Что? — Эрика была вынуждена спросить, когда заметила, какое у Тацуи на лице выражение. Однако, хотя всё ещё было некоторое негодование, её общий тон смягчился.

— Ты позаимствовала силу семьи Тиба, чтобы тренировать Лео и научить его новой магии, верно? Я не намеревался вас дразнить, так что расслабьтесь. — Тацуя попытался утешить Эрику, но вызвал совершенно неожиданный итог. Лицо у Эрики покрылось чистым удивлением:

— ...Тацуя-кун, неужели ты и правда ясновидящий?

— Нет, не ясновидящий. Просто я догадался, в чем дело, измерив потребление энергии Лео в сочетании с текучестью его магии.

Магия, о которой говорил Тацуя, была чем-то, что комбинирует текучесть Псионов и перезапись явления для вызова магии.

Текучесть Псионов влияет на скорость, точность и масштаб конструирования последовательности магии. Но всего лишь этим нельзя влиять на Эйдос. Всё это нужно скомбинировать с силой перезаписи явления, чтобы сконструировать магию.

— Энергия это, магия то, ты говоришь так естественно...

Волшебники имели большой опыт в восприятии Псионов и суждении о силе вмешательства. Однако Эрике начало становиться скучно постоянно удивляться глубоким знаниям Тацуи. Кстати, о том, кому скучно — безусловно, скучно было не только Эрике.

— Сейчас, когда ты упомянул о магии, Тацуя, вчера было так плохо? — Видя, что шторм прошел, Микихико заговорил с намного более расслабленным выражением на лице.

— Вчера? Аа... Новости разносятся довольно быстро.

Тацуя остановился на мгновение не из-за того, что решил прикинуться дураком. Вчера он разобрался как с инцидентом Хиракавы Чиаки, так и с Сэкимото Исао, так что с трудом можно описать их словами «так плохо».

Учитывая, что Фудзибаяси сказала «один или два дня», злоумышленники должны быть пойманы сегодня или завтра. Для Тацуи это было всё равно что состоявшимся фактом.

Электронная Волшебница — «Электрическая Ведьма».

Два имени Фудзибаяси Кёко не только подчеркивали её талант в магии электронного вмешательства, как волшебницы, но и её способность видеть скапливающуюся в Сети информацию, как детскую игру. По сравнению с манипулированием явлениями мира, она была более искусна в изменении информации в сети.

Так же, как Тацуя мог читать информацию, которая была записана на предмет в прошлом, Фудзибаяси Кёко могла получать и реконструировать информацию, которая была скопирована через магнитные и оптические носители. И, в отличие от Тацуи, у неё нет ограничений по времени. Вместо этого у неё есть другое ограничение — она не может получить данные, если они физически удалены, но в эру, когда компьютеры связали весь земной шар, полностью стереть записанные данные практически невозможно.

Другими словами, пока остаются какие-либо следы электронного сигнала, она может найти его, где бы тот ни прятался.

Именно Фудзибаяси научила Тацую, как работает сеть, но в этой области у него не было и шанса с ней сравняться. По оценке Тацуи, лишь горстка специалистов по сети может соперничать с её способностями.

— Нарушитель уже арестован, так что причин для беспокойства нет. — Следовательно, Тацуя ответил Микихико таким образом. Тем не менее Эрика и Микихико не могли расслабиться, так как оставались в неведении относительно действий Фудзибаяси.

— Всего лишь то, что мы схватили нарушителя с поличным, ещё не значит, что мы в безопасности, — сказала Эрика.

— Не похоже, что он действовал один, может быть, за ним стоит какая-то организация... — Микихико волновали те же вопросы.

— Как насчет того, чтобы пойти его допросить? — затем Лео покинул свою роль молчаливого слушателя и вмешался со своим обычным чересчур оптимистичным тоном.

Это не так просто. К Чиаки пойти ещё можно, но Сэкимото держали в специальном изоляторе. Тем не менее на этот раз слова Лео не вызвали обычных возражений и ответных ударов.

— Ты прав... Мы должны серьезно заняться этим парнем. — Даже Эрика, которая обычно наиболее сильно возражала, выразила полное согласие.

— Неужели? Но, Эрика-тян, Сэкимото-сэмпай сейчас находится в...

— Он, скорее всего, находится в специальном изоляторе. Мы можем просто пойти туда, и встреться с ним, — быстро дополнила Эрика нерешительные слова Мизуки. Конечно, она не собиралась изменять своё решение просто потому, что Мизуки против. — Нельзя сказать, что у нас уже совершенно не осталось идей. Но если больше нет вариантов, мы просто можем проникнуть внутрь.

— Эй~ Эй~, — Тацуя наконец не смог больше сдерживаться, — даже без этого мы сможем его увидеть, если у нас будет разрешение от школы. Сэкимото-сэмпай пока ещё ученик Первой школы.

Несчастные случаи в процессе тренировки магии были неизбежными. Каждый год несколько учеников старших школ магии уходили из школы из-за происшествий во время тренировки, приводивших к полной потере магии. Точно так же, пока нарушитель не сделает серьезного преступления, исключением наказывали не часто. Хотя преступление Сэкимото по природе было полностью вредоносным, оно всё же осталось на стадии попытки. Таким образом, его наказание зависело от того, насколько он раскается. Полицейские надзиратели держали членов общества с уникальными способностями в специальных центрах заключения, чтобы оценить их прогресс, но ученики наведываться к ним по-прежнему могли.

— Эх~.— Эрика просто не могла не знать об этом. — Это разрешение находится в руках дисциплинарного комитета, я так думаю.

Именно потому, что Эрика не хотела использовать законные методы, она предложила альтернативный метод, граничащий с преступлением.

— Что бы ты об этом ни думала, но это всё же легче, чем попытаться проникнуть в следственный изолятор.

Однако Тацуя прямо отклонил предложение Эрики.

Так что после школы в штаб-квартире дисциплинарного комитета:

— Нет, — Канон просто и ясно отклонила предложение посетить Сэкимото.

— ...Можешь сказать, почему? — Тацуя даже не был уверен, с чего начать, поскольку Канон ответила слишком кратко.

— Нет, значит, нет.

Канон упрямо застряла со словом «нет». Может быть, это была её эмоциональность, но, казалось, она боится, что если они начнут спорить, то её, в конце концов, убедят.

— Я всего лишь хочу знать, почему нет? Разрешение на визит центра заключения дает Глава дисциплинарного комитета или Президент школьного совета, но в конечном итоге решение остается за школой. Сомневаюсь, что есть какая-нибудь убедительная причина для одностороннего отказа.

Услышав ответ Тацуи, Канон нахмурила брови — ясный знак раздражения. До этого её отношение было таким холодным, таким вопиющим, что некоторые могли даже задуматься: «неужели кто-то вывел её из себя?» или о какой-то другой скрытой причине. Тем не менее она не могла просто отступить перед Тацуей, так что стратегия Канон, казалось, была обречена с самого начала.

— ...Потому что это будет очень хлопотно, — не видя никакой возможности продолжать, Канон неохотно ответила.

— На основании чего... во первых, что будет хлопотным?

Конечно, такое оправдание не пройдет с Тацуей. Вполне понятно, что он задаст Канон такой вопрос.

— Ты гарантируешь, что с вами ничего не случиться, когда вы будете там околачиваться?! — почему-то Канон ответила пронзительным вопросом. — Я вижу, насколько вы все невежественны, позвольте сказать прямо! Шиба-кун, такого рода проблемы всегда появляются вокруг тебя, но ты либо не знаешь, либо считаешь, что не виноват, но проблемы всё равно тебя сами находят. С тем, как мы сейчас заняты, пожалуйста, перестань создавать для всех проблемы! — Несмотря на натянутую логику, Канон говорила с неукротимой силой. К тому же Тацуя понимал, что она ошибается не полностью.

— Канон, ты заходишь слишком далеко, говоря так о Тацуе. — На этот раз Мари, которая редко заходила в штаб-квартиру из-за напряженного графика, пришла прекратить спор. — Тацуя-кун и так уже вовлечен во всё это. Само собой разумеется, что он хотел бы понять происходящее.

— Но, Мари-сэмпай.

— Что ж, ладно, Канон, я понимаю, к чему ты клонишь.

«Правда понимаешь?» — подумал Тацуя. Впрочем, раз Мари ему помогала, жаловаться он не собирался.

— К счастью, Маюми и я собираемся завтра посетить Сэкимото, так что он может пойти с нами.

— Ну... если с тобой, Мари-сэмпай. — Похоже, Канон оказалась не слишком упрямой — она неохотно приняла предложение Мари.

— Тебе это подойдет, Тацуя-кун? Пойти вместе со своими сэмпаями?

По правде, удовлетворен Тацуя был не полностью, но видя, что Канон более или менее отступила, он, в конце концов, согласился.

◊ ◊ ◊ В комнате без окон Чиаки вздохнула. Честно говоря, она скучала.

У неё был статус больной, но раненой она не была. Нет, немного она травмировалась, но не так сильно, чтобы оправдано пребывать в госпитале. Она не чувствовала, что ранена настолько, чтобы находиться в постели.

Она застряла в палате не из-за того, что была ранена или больна. Причина была совсем иной. Палата для неё была как пятизвездочная тюрьма.

Конечно, она понимала, что находится здесь полностью по своей вине, поэтому не жаловалась, что утратила свободу. Но было просто слишком скучно. Разумеется, она не требовала телевизора, беспроводных терминалов, или других предметов роскоши, даже дешевой электронной книги без возможности подключиться к сети было бы достаточно. Если о развлечениях не может быть и речи, то даже физической активности было бы достаточно. Она не могла просто сидеть тут и ничего не делать.

Ранее, около двух часов назад, медсестра, которая проверяла её, сообщила что «часы посещения на сегодня отменили». Предположительно это было из-за того, что кто-то вчера попытался вломиться в здание. Кроме того, вчера раздалась не пожарная тревога, но тревога бунта, соединенная с полицией, так что, по-видимому, так оно и есть.

Впрочем, её никто и не собирался посещать — старшая сестра, должно быть, ненавидит её из-за случившегося — так что отмена часов посещения не сильно на неё повлияла, поэтому здесь не было из-за чего беспокоиться. На самом деле Чиаки предполагала, что целью «взлома» была она сама, так как дверь в эту палату оказалась поврежденной. Очевидно, в то время она не спала, поэтому это знала, хотя ей это и не нравилось. В глазах Чиаки «те типы» пытались заставить её замолчать. Однако сделать она ничего не могла и уже сдалась. Она лишь помогала им, не была их товарищем. Раз Чиаки это понимала, другая сторона должна думать так же. Вполне понятно, что они попытаются заставить её замолчать, чтобы предотвратить утечку информации.

По правде, её настроение уже достигло фазы «делайте, что хотите». Сейчас она даже не была уверена, почему у неё была такая сильная неприязнь к «этому парню». Наверное, гнить в пустой, белой палате — лучший конец, Чиаки высмеяла себя.

В это мгновение кто-то постучал в дверь. Несмотря на своё запутанное состояние, Чиаки всё ещё имела представление о своих умственных способностях. Вечерняя проверка уже окончилась и она не нажала кнопку вызова медсестры. Не было никого, кто мог бы прийти с ней повидаться, и разве медсестра не сказала, что сегодняшние часы посещения отменены?

Стук продолжался, несмотря на изумление Чиаки, поэтому она отчаянно (не задумываясь) нажала на пульт дистанционного управления дверью.

— Как вы себя чувствуете? Мисс Хиракава?

Вошел совершенно неожиданный человек, но у неё было предчувствие, если кто-то и придет её увидеть, то это точно будет он.

— Мистер Чжоу.

Однажды Чиаки не смогла продолжать смотреть, как сестра погрязла в боли и отчаянии, что заставило её одной ночью выбежать на улицу. Тогда именно этот человек утешил её добрыми и нежными словами. Сказал, что она не должна так страдать и усилил её темные мысли. Подтолкнул к мести, не через убийство, но к исправлению несправедливости. Позволил излить эти накопившиеся чувства. Дал ей инструмент для мести.

Спаситель, который спас её хрупкое сердце, стоял перед ней с букетом цветов в руке.

— Почему... вы пришли? Часы посещения сегодня отменили...

В подарках больше не было нужды, поскольку Чиаки за многое хотела извиниться. Она испытала отвращение к тому, как её связали эти утомительные эмоции. Особенно после этих слов, ей хотелось ударить себя.

— Я использовал несколько трюков, — сказал Чжоу и как-то по-детски подмигнул, но его действия не особо раздражали.

— Трюки... Как магия?

— Нет, нет, это немного отличается от магии. — Опираясь на собственное понимание, Чиаки интерпретировала трюк как магию. Однако Чжоу покачал головой. — Даже без магии люди ещё способны выполнить пару чудес. Ну, называть это чудом — немного натянуто.

Чжоу снова улыбнулся и Чиаки, наконец, удалось восстановить свои мысли (по её мнению).

— Тогда, Мистер Чжоу, я... Вы так сильно мне помогли, но я ничего не смогла сделать.

Прежде чем Чиаки смогла начать со своими извинениями, Чжоу положил перед ней букет. Почему-то букет был наполнен завораживающей красотой, которой удалось захватить её внимание своим ярким блеском.

— Всё это не имеет значения. — Голос Чжоу, казалось, исходил издалека. Чиаки уставилась прямо на букет и прислушалась к его словам. — Если вы сожалеете. — Глаза Чиаки остекленели. — Если чувствуете, что бремя слишком тяжело. — Сознание полностью захватил голос Чжоу. — Тогда просто забудьте обо мне.

— Забыть?.. — непроизвольно произнесла Чиаки; она даже не осознавала, что говорит.

— Да, просто забудьте обо мне.

— Забыть... можно ли забыть?..

Под наставлением Чжоу, Чиаки позволила себе забыть.

— Да, вам нужно только лишь забыть.

— Поняла... я забуду... — Чиаки отдала себе приказ забыть.

◊ ◊ ◊ Двадцать пятое октября, вторник, после школы. Тацуя, Мари и Маюми пошли в Специальный центр заключения Хатиодзи, где держали Сэкимото. До Конкурса диссертаций осталось лишь пять дней, так что это и вправду был самый оживленный последний отрезок подготовительной фазы, но так как задачи Тацуи проходили гладко, он мог провести два или три часа вне подготовки.

На самом деле Эрика, Лео и Микихико тоже хотели пойти вместе с ним, но старшеклассницам это было немного неудобно. У Мари были оговорки лишь в отношении Эрики, но для невинных парней старшей школы — слишком большой вызов общаться с незнакомыми старшеклассницами. К тому же разрешение, которое попало в руки Тацуи, было лишь для троих. Кстати, Миюки целиком связали дела школьного совета, так что она могла лишь попрощаться с ними неулыбчиво «красивой улыбкой».

Хотя на входе нужно было пройти все виды процедур, за входом не было никаких хлопот. Им передали LPS терминал, служивший гидом, их даже не сопровождали члены персонала — скорее всего, следствие того, что Маюми положилась на фамилию «Саэгуса». Конечно, Тацуя не был уверен, так ли это, впрочем, он даже понимать не хотел, почему у них такое особое отношение.

Комната, в которой держали Сэкимото, не была «клеткой», в ней даже металлических решеток на окнах не было. Она была скорее похожа на номер второсортного отеля. Но даже в таком случае здесь была скрытая комната наблюдения.

Маюми и Тацуя вошли в эту скрытую комнату. С Сэкимото встретится лишь Мари. Хотя это предложила она, ни Маюми, ни Тацуя не возразили. Тацуя очень прекрасно понимал, что даже если Сэкимото прибегнет к насилию, Маюми с уверенностью сможет контролировать его с другой комнаты, хотя талант Сэкимото был всего лишь малой частью таланта Мари.

Из скрытой комнаты они увидели Сэкимото без каких-либо ограничительных оков. Конечно, ему было запрещено выходить. Он послушно сидел на краю койки, одет он был в простую одежду, которая не была бы неуместна даже во время больничной проверки. Он, наверное, прошел тщательный и полный обыск, так что вероятность того, что у него есть скрытое оружие или CAD — абсолютно нулевые.

Под пристальным взглядом Тацуи и Маюми с другой комнаты, дверь в его комнату открылась. Излишне говорить, что это вошла Мари. Сэкимото оказался в замешательстве, что двери вдруг открылись. Однако, в следующее мгновение, глаза у него стали осторожными и подозрительными. Сэкимото почуял намек на опасность, когда Мари появилась собственной персоной.

— Ватанабэ... Почему ты здесь? — Сэкимото так и остался сидеть на койке, он подсознательно потер левое запястье, наверное, неосознанно ища конфискованный CAD. Голос у него не дрогнул, но наполнился невыразимым ужасом.

— Очевидно для того, чтобы понять, что случилось.

Вероятно, благодаря своей службе в дисциплинарном комитете, Сэкимото знал, на что способна Мари. Он, должно быть, откровенно испугался её безжалостности.

— Но... даже ты не можешь использовать здесь магию.

Обвинение Сэкимото было верным. Это было место для удержания волшебников-подростков, нарушивших закон. Хотя здесь не было установлено антимагических устройств, вроде «Помех», устройства для обнаружения вызова магии установлены были. Как только использование магии будет подтверждено, будет выпущен нейтрализующий газ, автоматическое оружие выстрелит резиновыми пулями, и появится служба безопасности в полном защитном обмундировании...

— Неужели?

...Но только если система наблюдения будет работать должным образом. Сэкимото, наконец, понял, почему Мари не могла удержаться от улыбки.

— У нас не так много времени. Просто скажи мне важные подробности.

Видя её дразнящую усмешку (в глазах Сэкимото), он отчаянно перестал дышать — но уже было слишком поздно, задержать дыхание было недостаточно, чтобы избежать магии. Сознание у Сэкимото вдруг погрузилось в туман. Он даже не осознавал, что подвергся атаке Мари, прежде чем начал отвечать на её вопрос.

— Она использует ароматы, чтобы управлять сознанием?

Тацуе стало совершенно ясно, что делает Мари, как только он это увидел из скрытой комнаты. Она разнообразными ароматами прямо провоцировала эмоции и память. Эту теорию научно доказали ещё в прошлом веке. Коммерческая ароматерапия опиралась на сильное воздействие на эмоции, вызванное запахами.

Используя систему циркуляции воздуха, Мари послала запах духов через нос в клетки обоняния, объединив аромат, снижающий психическую устойчивость, с другим, контролирующим сознание, чтобы создать настоящую сыворотку правды.

— Тацуя-кун, ты впервые это видишь?

Маюми не была удивлена, что Тацуя смог уловить суть техники Мари. Взяв во внимание разнообразные знания Тацуи в магии, Маюми понимала, что такое совершенно естественно. Она была больше удивлена тем, что он полгода был в дисциплинарном комитете и никогда не видел, как Мари использует эту технику.

— Я и впрямь впервые это вижу. Разве откровенное использование магии такого рода не ведет её к куче проблем?

Маюми кивнула. «Как ты и сказал». Использование магии сильно ограничивалось законом, не говоря уже о такой способности по промыванию мозгов. При опрометчивом применении, эта магия, несомненно, попадет под огонь «коллективного разума» и «гражданского долга».

Несмотря на разговор с Маюми, Тацуя ни на секунду не упускал из виду «признание» Сэкимото. Что подняло его интерес в его признании — так это то, что «получив данные из устройства для презентации, он собирался обследовать личные вещи Шибы». Когда Мари спросила почему, Сэкимото ответил: «реликт Магатама».

— ...Тацуя-кун, у тебя есть что-то подобное? — с широко открытыми глазами спросила Маюми.

— Нет. — Поскольку вопрос Маюми мог намекать на всё что угодно, честный ответ лишь создаст Тацуе ещё больше проблем.

— Но...

— Наверное, потому что в последнее время я исследовал много чего, связанного с «Философским Камнем». Может, именно поэтому он и перепутал?

Маюми тоже знала, что он использовал это оправдание за несколько дней перед выборами Президента школьного совета, потому и не проявила дальнейший интерес. Однако не из-за того, что полностью поверила словам Тацуи, но из-за того, что сейчас было не время для этого.

Как раз тогда, когда Тацуя использовал эту легко уличаемую в обмане ложь, по Специальному центру заключения Хатиодзи раздался сигнал тревоги.

Реакция всех троих была невероятно быстрой. Толкнув всё ещё озадаченного Сэкимото на койку (не для того, чтобы он отдохнул), Мари выскочила из комнаты. В то же время Тацуя и Маюми также вышли со своей комнаты.

— Похоже, у нас нарушители.

От удивления у Мари немного дрожал голос. Благодаря вчерашнему вторжению в госпиталь при университете магии, полиция в западном Токио была в состоянии повышенной готовности. Хотя мобильные силы обороны (Национальная гвардия), высшая форма безопасности, мобилизованы не были, сегодня количество патрульных было увеличено на половину. Точно так же в два раза, по сравнению с обычным режимом, была повышена готовность Специального центра заключения Хатиодзи. Сейчас напасть мог лишь тот, у кого на самом деле есть некоторые навыки, ну или полный дурак. Мари склонялась к первому варианту.

— Тацуя-кун, ты знаешь, откуда они идут?

Услышав вопрос Маюми, Тацуя достал и повозился с LPS терминалом. Открытый дисплей показывал трехмерную карту маршрута эвакуации. По этому маршруту они могли оценить точку вторжения нарушителей.

— Похоже, идут с крыши. Они могли воспользоваться летательным аппаратом или пружинистым механизмом. Сейчас они у восточного крыла третьего этажа.

Услышав это, Маюми переместила взгляд в неизвестном направлении. Она активировала свою Сенсорную системную магию «Многомерная сфера» на наибольшей протяженности и посмотрела в направлении, куда указал Тацуя.

— ...Нашла их. Хорошая работа, Тацуя-кун. Четыре нарушителя, каждый с автоматами повышенной мощности.

Автоматы повышенной мощности — обязательное оружие против волшебников. Взрывоопасность и скорость полета их пуль в три-четыре раза выше, чем у обычных автоматов, они могли даже пробить защитную магию. Такое увеличение силы можно произвести лишь на высококлассном производстве. Рядовой преступник или террорист просто не мог получить в свои руки такое оружие.

— Персонал безопасности установил линию обороны на лестничной площадке.

— Вход в коридор заблокировала взрывостойкая дверь.

Пока Маюми докладывала текущую обстановку, Тацуя достал трехмерную проекцию карты здания. Они трое были на первом этаже центрального здания. Хотя по текущему положению дел здесь не было никаких причин для беспокойства...

— Их цель здесь.

Тацуя повернул голову посмотреть на верхние этажи, секундой позже Мари также осторожно посмотрела на вход.

— Что? Ах! — Маюми понятия не имела, что насторожило двух других, но в следующее мгновение...

...Прямо перед глазами появилась фигура крупного человека. Он был на голову выше Тацуи, ростом почти 185 сантиметров. Мускулистое тело не давало ни намека на вялость, будто большой хищник движется вперед. Однако он, похоже, использовал какую-то технику, поскольку его самого и его ауру было елё видно. Казалось, он исчезнет, если перестать сосредотачивать внимание, видимо, он добрался сюда, используя какое-то заклинание невидимости. Конечно же, этот человек оставил глубокое впечатление на Мари.

— Люй Ганху!

Видимо, Маюми не поняла тихий шепот Мари, поэтому выражение на её лице не сильно изменилось. С другой стороны, у Тацуи лицо помрачнело. Он слышал об имени этого человека, но впервые встретился с ним лицом к лицу. Конечно, он прекрасно знал о его репутации.

Люй продолжал идти, но глаза у него остановились на Тацуе и компании. Особенно на Мари.

— Считаю, сейчас мы должны отступить, но, похоже, уже слишком поздно, — светлым тоном сказал Тацуя, став впереди двух других.

Когда он собрался идти к Люй, Мари схватила его за плечи.

— Я возьму его на себя. Тацуя, защити Маюми.

По мнению Тацуи это было смешно. Мари и вправду обладала магическими способностями первого класса как ученица третьего года школы магии. Однако уровень магии ближнего боя Люй Ганху превышал первый класс. У неё не было и шанса на победу в столкновении один на один. Вероятность победить будет определенно выше, если выступит кто-то квалифицированный, как он.

— Мари, будь осторожна, — неожиданно Маюми поддержала тактическую оценку Мари. Однако сейчас было не время продолжать этот разговор, так что Тацуя подчинился.

— Знаю, он не мелкая сошка.

Мари протянула левую руку чуть вперед и, будто чтобы сгладить платье, хлопнула, затем снова подняла руку. Со звуком, обычное платье с прямыми складками, сделанное из ультратонкой ткани, сильно поднялось, обнажив пару колготок, подчеркивающих превосходные формы, и кожаную кобуру на одном бедре. Из кожаной кобуры она достала стержень длиной двадцать сантиметров.

Подол платья снова упал и скрыл пару завораживающих ног Мари. Может быть, Люй был пойман этим видом, но он не принял боевую стойку, пока Мари не подняла левую руку.

Люй Ганху наклонился вперед, обе руки тоже вытянул вперед. Чуть изогнул пальцы, будто тело в любую секунду готово к прыжку.

Тем не менее первой начала действовать не Мари и не Люй Ганху, но Маюми, которая стояла в стороне. Мгновенный туман, казалось, покрыл стены слева и справа и потолок, к Люй Ганху помчались бесчисленные белые гранулы. Он бросился вперед, но больше половины всё же по нёму попало.

Тем не менее Люй не пострадал от этого града ударов. Всё тело у него было покрыто Стальным Цигуном, ему удалось отразить приближающиеся гранулы льда. Инерция ни на мгновение не уменьшилась, он так и приближался к Мари. Она подняла двадцатисантиметровый клинок, чтобы встретить его.

Раздался приглушенный металлический звук, Мари остановила протянутую правую руку Люй. Затем, когда 20 см острием она попыталась полоснуть его по лицу, Люй сильно наклонил голову назад. Оружие в руках Мари включало рукоятку 20 см длиной, два коротких лезвия 20 см длиной, и ещё одно небольшое короткое лезвие, прикрепленное к нити.

В эту секунду нагрянула вторая атака Маюми. Люй отскочил назад на безопасное расстояние. Инстинкты не ошиблись. Пол и прилегающие стены, где он только что стоял, были усыпаны многочисленными следами от гранул. Вторая атака Маюми была сильнее и точнее первой, с большей скоростью и пробивной силой.

Впервые на лице Люй мелькнуло человеческое выражение, выражение, называемое «двояким». Он знал, что сражается не в полную силу из-за травмы в боку. Однако эта горстка учеников, да ещё и две девушки, смогли его сдержать, во что он просто не мог поверить. Тем не менее Люй недоумевал лишь секунду. Он отменил магию, которая подавляла ауру, и полностью сосредоточился на битве.

Вокруг всего своего тела Люй возвел несколько слоев псионовых информационных тел. Тацуя видел, что его слои из информационных тел и магия физического барьера одной и той же природы. Ранее вся его кожа была покрыта высокоплотными Псионами — то же самое, что и укрепить Эйдос кожи. Однако теперь он переключился на магию барьера. Когда Маюми выстрелила в третий раз, Люй защитился физическим барьером. Затем с молниеносной скоростью приблизился к Мари, на что та подняла двойной клинок, но вряд ли она сможет выдержать этой парой лезвий силу барьера.

В миг столкновения с Мари, фигура Люй исчезла. Мари отчаянно попыталась повернуться вправо, действие, которое полностью основывалось на инстинкте, по счастливой случайности выбор оказался верным. Но, к сожалению, она не успела. Люй Ганху прошел мимо короткого клинка Мари и оказался за ней. Мари умственно выкрикнула «Маюми!» — вслух сказать времени не было.

И как раз в тот миг, когда Люй столкнулся лицом к лицу с Тацуей, который стоял прямо перед Маюми — его поглотил шторм Псионов.

Прерывание заклинания (Грамм-снос).

Видя, что Люй Ганху перевел магию Укрепления данных в физический барьер, Тацуя непрерывным потоком сжатых псионовых частиц разбил броню Люй.

Глаза Люй наполнились потрясением.

Маюми тут же снова активировала магию стрельбы.

Реакция Люй подтвердила его высокую репутацию «превышающего первый класс».

Он быстро оправился от потрясения, пришедшего от разрушения барьера Стального Цигуна, и сразу возвел Стальной Цигун для Укрепления данных. Однако, хотя Маюми уменьшила количество выстрелов, она соответственно увеличила силу каждого выстрела. Теперь поспешно возведенный Стальной Цигун Люй Ганху больше не мог полностью отразить магию стрельбы Маюми.

Принимая удары от гранул, Люй был вынужден остановиться, потому что чувства нарушило влияние от большого количества Псионов. И как раз тогда Мари приблизилась сзади.

Левой рукой она бросила к голове Люй парные клинки. А Правой рукой вдруг бросила какую-то черную пыль. Люй сразу же прикрыл глаза и уши. Черный туман, похоже, покрыл его голову и быстро рассеялся, испустив слабый свет.

Большое тело Люй качнулось взад и вперед. Под воздействием магии Мари типа Всасывания, стремительно «сгорающие» частицы углерода, которым было запрещено взаимодействовать с теплом и светом, быстро взаимодействовали с кислородом. Вследствие чего большое количество кислорода превратилось в углекислый газ. В мгновение ока вокруг Люй Ганху воздух стал разреженным.

В левой руке, в качестве оружия, Мари держала тонкую нить. Вдоль направления взмаха нить выпустила отталкивающее лезвие «Хэсикири». К тому же отталкивающих лезвий было больше одного. Парные клинки, которые летели к его голове, тоже вдоль лезвия выпустили «Хэсикири». Тонкая нить в руке Мари превысила скорость парных клинков благодаря применению магии ускорения Гравитации. Даже Тацуя не смог бы отбить все три атаки одновременно, и «Тигр-Людоед» Люй Ганху не был исключением. Хотя Люй сумел уклониться от отталкивающего лезвия в руке Мари, остальные два пронзили его плечо и спину. Его поддерживал Стальной Цигун, но Люй был в состоянии кислородного голодания, и, подвергшись магии стрельбы Маюми, его барьер не работал на полную силу. Поэтому два лезвия попали прямо в его тело. Хотя он сумел избежать основных переломов костей, лезвия всё же проникли в плоть, оставляя два длинных пореза. От удара прямых атак Мари, Люй опрокинулся.

Кавалерия всегда опаздывает на вечеринку. Лишь в кино появляется как раз в последний миг.

Так что подкрепление от персонала безопасности прибыло лишь после того, как Люй победили. Четыре офицера безопасности увидели сцену, где молодого человека вырубило двумя клинками, и сильно изумились, но, рассмотрев поближе форму трех учеников, быстро и крепко связали Люй Ганху. Вероятнее всего, эти люди тоже знали Маюми.

Вразрез с суждением Тацуи, их никто не допросил. Опять же, возможно, это из-за власти фамилии «Саэгуса», хотя жаловаться Тацуя не собирался. Он уже был чрезвычайно благодарен, что не должен тратить понапрасну больше времени, мысль, которую Маюми и Мари также должны были разделять. К тому времени, как начали разговор, они уже покинули помещение.

Пройдя через входную дверь центра заключения, Мари несколько нерешительно подошла к Тацуе.

— Тацуя-кун, ух, хотя ты теперь знаешь, но, пожалуйста, никому не говори о том, что видел.

Естественно, Тацуя не мог проследить её мысль лишь по этим словам.

— Не говорить о твоём оружии, сэмпай? Или о том, что ты можешь использовать «Додзигири»? — спросил Тацуя, чтобы подтвердить тему разговора, но когда Маюми и Мари услышали вопрос, то в унисон вздохнули.

— Значит, ты и впрямь об этом знаешь...

— Тацуя-кун, так ты всезнающий, в конце концов...

«Должно быть, они говорят о «Додзигири», — сделал вывод Тацуя, — раз так нерешительны»

— Не то чтобы я знаю всё... Разве Гэндзи «Додзигири» не довольно известно?

Последней атакой Мари использовала три одновременных удара с разных направлений. Так же, как и ниндзюцу, чтобы скрыть назначение атаки, название «Множественный удар» было заменено на «Додзигири» и использовалось исключительно мечниками Гэндзи. Тем не менее в эпоху, когда магия стала достоянием общественности, «Додзигири» внезапно исчезло, став способностью, о которой исследователи знали, но не видели собственными глазами.

— Не волнуйся, сэмпай, я не выдам подробности твоей техники.

Когда Мари услышала ответ Тацуи, выражение на её лице стало неуверенным и смущенным.

— Конечно, я тебе верю... Но также, пожалуйста, не говори никому, что я могу использовать «Додзигири», — почему-то Мари продолжила, хоть и получила подтверждение от Тацуи, он даже не спросил, почему она такое просит.

— Конечно. — Естественно, он согласился. К тому же он и вправду не хотел знать, почему она его это просит. Но почему-то Мари снова заговорила:

— Спасибо за помощь. На самом деле я официально не тренировалась этой технике. Я на неё наткнулась, когда просматривала содержимое оставленных дома древних текстов, мне помог Нао, и я кое-как её освоила.

Услышав объяснение Мари, Тацуя пришел к выводу, что «Нао», о котором она говорила, должно быть относится к Тибе Наоцугу. Кстати, это предыдущее «Додзигири» включало элементы «Гения Иллюзорного Клинка».

— Понятно, вот почему твоя атака включала «Хэсикири».

— Именно. Кроме того, мой дом находится в самом хвосте семьи Ватанабэ. Я придерживаюсь стиля Гэндзи, но положение моего дома не очень высокое. Если семья Ватанабэ узнает, что я могу использовать Секретный меч Гэндзи, могут возникнуть некоторые трудности...

— Однако, учитывая твой статус боевого волшебника, сомневаюсь, что ты сможешь долго держать это в тайне.

В конце концов, это было неизбежно. Лицо у Мари потемнело, когда Тацуя это упомянул.

— Я это знаю, но надеюсь держать в тайне, пока ещё учусь.

Видя, как Мари надулась, Маюми разразилась смехом.

— Понял, я никому об этом не скажу.

Всё равно Тацуя не имел намерения вмешиваться в мирские вопросы такого уровня, тем более что они не имели с ним ничего общего. Для такого, как он, сделать так было проще простого.

◊ ◊ ◊ Пятничным вечером, за два дня до официального начала «Национального Конкурса диссертаций Старших школ магии», он, после того как поужинал и принял ванну, получил телефонный звонок от Фудзибаяси.

— ...Другими словами, все мобильные силы шпионов были задержаны в последние два-три дня. — Сказав четко и официальным тоном эти слова, Фудзибаяси наконец расслабилась по ту сторону экрана. — Информация, которую ты предоставил, Тацуя-кун, сильно помогла. Спасибо.

— Не нужно благодарности, в первую очередь это я был тем, кто вас попросил.

— Может так оно и есть, но старшая школа магии и FLT были не единственными жертвами. Индустриальные шпионы — головная боль не только для полупроводниковой индустрии и академий магии, у производителей они тоже вызывают трудности. Разведка и контрразведка не находятся в нашей компетенции, но такое уж мы подразделение, которое не может просто закрыть глаза на шпионов, использующих магию для выполнения своих целей. Потому мы собирались скоро выдвигаться даже без твоей информации, которая лишь ускорила время работы и в самом деле сильно мне помогла.

— Неужели. Теперь, когда вы об этом упомянули, откуда утекла информация о реликте?

— Мне немного неловко говорить, но произошла утечка оперативных данных военных. В конце концов, на основе отчислений военных на магические исследования и гранты, они уменьшили список своих целей.

Так вот как это было, подумал Тацуя. Не удивительно, что их методы казались такими непрофессиональными.

Значит, они буквально ходили в темноте. Ценность информации может быть низкой, но она, прежде всего, не является чем-то, что имеет одинаковое качество. Даже по-настоящему ценные куски информации, добываемые из патентных баз данных, были один на тысячу, возможно именно поэтому шпионы выбрали такой план действий.

— Хотя большинство из пойманных были восточноазиатской национальности, мы, возможно, смогли выйти на след добычи.

— Похоже, вы вполне довольны.

— Сдержанность — не плохая вещь, и я осторожна, в конце концов. Тем не менее, так как противник имел наглость танцевать вальс в нашем дворе, нет необходимости это терпеть. Возможно, нам потребуется твоя поддержка, так что береги себя.

— Если намечается миссия, то у меня нет возражений. Спасибо, что сообщили.

— Всегда пожалуйста. Удачи в воскресенье. Я приду тебя поддержать.

Подбодрив Тацую, лейтенант Фудзибаяси повесила трубку. Очевидно, она не слишком много думала о манипуляторе, который дергает за ниточки в темноте, и видела в этом инциденте лишь обычный инцидент шпионажа магической промышленности. На самом деле даже Тацуя понятия не имел, что «противник» был такого масштаба.

Увы, к врагу они отнеслись слишком легкомысленно.

◊ ◊ ◊ Вернувшись в гостиную, Тацуя свалился на кресло. Честно говоря, он очень редко показывал такую усталость. По чистой выносливости, если не поспит подряд целую неделю, это, как правило, его настолько не вымотает. Однако он должен был иметь дело не только с докладом об одной из «Трех великих загадок магии Гравитации» — непрерывной последовательности магии типа Гравитационного контроля для реактора термоядерного синтеза, ещё ему необходимо было своей уникальной способностью структурного анализа исследовать реликт, который современная технология не могла надеяться скопировать, и, ко всему прочему, высматривать шпионов. Истощен он был также и морально.

Тацуя опустошил голову, закрыл глаза и откинулся назад на кресле, изогнув шею и положив голову на спинку. В этом положении не было какого-то особого смысла, просто у него было такое настроение.

Как всегда сидя возле брата, Миюки совсем не была раздражена тем, что он внезапно ушел в собственный мир. Он оставил себя настолько беззащитным — нечто, доступное лишь для неё. Миюки очень обрадовалась, что Тацуя оставил себя её заботе.

Она не желала, чтобы брат за неё всё время беспокоился. Просто быть рядом с ним, даже если лишь ненадолго, для счастья ей было достаточно. Эти слова отнюдь не значили, что Миюки слабый человек, но скорее это была похвала. Можно с уверенностью сказать, что нет ни одного, кто мог бы так о ней говорить.

Вместо того чтобы разочароваться, Миюки больше волновалась о брате. Как бы сильно он не настаивал на обратном, даже Миюки не могла вспомнить, когда Тацуя так честно показывал усталость.

Стараясь не шуметь, Миюки поднялась со своего кресла. Став перед ним, она тихо наклонилась ближе к его лицу, и увидела, что глаза у него закрыты. Подстраховавшись, чтобы его не задели её длинные волосы, она придавила их левой рукой. Подстраховавшись, чтобы случайно его не задеть, правую руку она положила на кресло, чтобы поддержать свой вес. Когда подол юбки чуть не упал ему на ноги, сердце Миюки прогремело в груди, но Тацуя не шевельнулся. То, что она смело надела такую короткую юбку, похоже, неожиданно окупилось, подумала она.

Увидев с близкого расстояния, состояние брата не было столь плохим, как она боялась. К своему облегчению, продолжив наблюдать за его лицом, она не нашла на нем ничего странного. Миюки глядела на него с такого расстояния, сознание у неё постепенно начало затуманиваться. В голове потемнело, она начала забывать, что думает и делает, когда её лицо начало медленно подкрадываться ближе к его лицу.

Сердце бешено колотилось, кровь бросилась в голову, она вообще ни о чем не могла думать. Миюки самозабвенно уставилась брату на лицо. Не дышала, она даже не заметила, что затаила дыхание. Тацуе сразу же стало известно об этой ситуации — он открыл глаза.

Глаза Тацуи и Миюки встретились.

Время остановилось. Не только для Тацуи, Миюки также полностью замерла, её как будто парализовало.

Они просто уставились друг на друга, их выражения были полны удивления.

Внезапно, не сумев больше поддерживать своё неестественное положение, Миюки начала падать вперед.

Её лицо начало приближаться к его лицу, губы Миюки быстро приближались к губам Тацуи.

Намерения не имеют значения, так как они находились как раз перед пересечением границы, которая абсолютно не должна пересекаться.

...Тело Тацуи снова стало двигаться.

— Берегись! — Быстрее, чем голос, он вытянул руки и поддержал сестру за плечи.

— Кия! — Не в состоянии принудительно подняться, или, может быть, просто у неё не осталось энергии, но ноги у Миюки пошатнулись, она опустилась на колени на кресло. Вернее, опустилась на колени Тацуи, который сидел в кресле.

Они снова замерли.

Снова достаточно близко к поцелую, Миюки и Тацуя уставились друг на друга.

Руками Тацуя крепко держал плечи Миюки...

И Миюки была сверху, на коленях Тацуи.

На этот раз лед растаял быстрее.

Заботясь, чтобы их близкая ошибка не стала реальностью, Тацуя поднял голову обратно в первоначальное положение.

Глаза Тацуи упали с её лица на её грудь, затем ещё ниже.

Следуя взгляду брата, Миюки осторожно посмотрела вниз на своё тело. Она была так «осторожна» из-за того, что уже очень хорошо знала о своем текущем состоянии, даже не видя это.

Конечно же, она не только была на коленях у брата, ноги у неё были раздвинуты за рамки дозволенного короткой юбкой, достаточно, чтобы нижнее белье было почти видно.

— Мне очень жаль!! — С невероятной скоростью Миюки вскочила с Тацуи, затем быстрее ветра (однако достаточно достойно, чтобы убедиться, что когда её ноги коснулись пола, не открылось ничего неприличного), она вылетела из гостиной прямо вверх на лестницу.

Нырнув в свою комнату, она захлопнула дверь, заперла её, затем, наконец, тяжело дыша, упала спиной к двери. Она не могла собрать силы, чтобы встать. Возможно, благодаря своему изысканному воспитанию она подсознательно попыталась выровнять колени и сесть прямо, но после того как влетела в свою комнату, она была полностью истощена и просто рухнула на пол.

Она поправила юбку, где сидела, затем немного выпрямилась и немного растянулась. Лихорадочная голова вообще отказывалась думать. Пока шло время, её экстренно эвакуированные мыслительные процессы понемногу возвращались.

Где находится.

Что делает.

Почему сейчас одна в своей комнате...

Миюки тут же уткнулась головой себе в руки. Ладони пылали. Даже не глядя в зеркало, Миюки знала, что лицо, должно быть, пылает красным.

«Я, что я сделала Онии-саме!..»

Она даже не могла начать понимать, о чем в то время думала. Всё, о чем могла думать, это то, что она, должно быть, полностью потеряла самообладание.

«Онии-сама и я, почти по, по, по...»

Сознание снова стало перегреваться, она была вынуждена заморозить свои мысли.

Оставшись одной, Миюки, скорее всего, осталась бы в таком состоянии до утра. В бесконечном цикле перезапуска и заморозки.

Однако Тацуя просто не мог оставить её одну:

— Миюки?

— Да! — И когда она услышала, как Тацуя назвал её имя с другой стороны двери, Миюки ответила паникующим голосом.

Она не дала себе упасть, упершись руками, которыми закрывала покрасневшее горячее лицо, о бедра. Глаза были настолько влажными, что она могла в любую секунду заплакать. Она выпрямила руки, как и плечи и спину, с такой силой, что всё тело слегка задрожало. Это было почти как если бы она испугалась.

— Могу я войти?

— Подожди немного! — Несмотря на всё это, внутри Миюки любые мысли о сопротивлении брату просто не существовали. Она быстро поднялась, игнорируя убеждение, что ноги всё ещё бессильны, и решительно открыла дверь руками, которые ещё недавно дрожали. — Пожалуйста, заходи. Отойдя в сторону, открыв дверь, Миюки освободила место, чтобы вошел брат. Тем не менее Тацуя не сделал и шага внутрь.

Он просто смотрел...

Не в состоянии встретить взгляд брата, Миюки попыталась небрежно посмотреть в сторону, но всё равно чувствовала на себе его взгляд.

Она снова начала нагреваться.

Это не было поверхностное тепло от некоторого детского чувства вины, но оно скорее пришло от глубины её сердца. Это тепло продолжало возрастать, не температура её тела, но скорее восприятие температуры... Пока, наконец, она не смогла больше этого выносить, и повернулась к брату лицом, чтобы встретить его взгляд.

Миюки смотрела на него снизу вверх с высоты, которая была на 15 см. ниже него. С такого расстояния слезы, которые собрались на уголках её глаз, были отчетливо видны. В спешке, Миюки попыталась поднять руки, чтобы вытереть лицо. Однако прежде чем она поняла, обе руки Тацуи уже прижались к её щекам. Осторожно, он вытер слезы с её глаз.

— Ну, эм, как бы сказать... — Когда Миюки пристально на него смотрела с широко открытыми глазами, не найдя, что сказать, Тацуя заговорил прямо:

— Извини, я заставил тебя волноваться обо мне. Я в порядке, так что, Миюки, не нужно больше так беспокоиться. — Сказав это с неуклюжей улыбкой, он убрал руки от лица Миюки. — Я уберусь внизу. Отдохни сегодня. — Отдав ей распоряжение несколько смущающим тоном, Тацуя отвернулся, не дожидаясь ответа.

Подождав, пока спина брата не исчезнет из вида вниз по лестнице, Миюки снова закрыла дверь.

Неуверенно подойдя к кровати, она медленно сняла одежду, затем скользнула под одеяло в одном нижнем белье.

Наконец зайдя так далеко, Миюки начала отчаянно вертеться в постели.

Несмотря на то, что она должна была страдать, её лицо, в отличие от предыдущего, выглядело по-настоящему счастливым.

◊ ◊ ◊ Время на часах уже достигло двенадцати. На следующий календарный день в Йокогаме официально начнется «Национальный Конкурс диссертаций Старших школ магии». Конечно, даже в этом случае, на улицах не будет видно следов фестиваля. Конкурс диссертаций имеет большое значение для учеников старших школ магии, особенно для тех учеников, которых выбрали в качестве представителей, до такой степени, что это может даже повлиять на будущие крупные мероприятия, но для обычных людей, которые не имеют никаких связей с магией, это событие не отличалось от десятков других проходящих ежегодно собраний.

В Китайском квартале, который оставался одним из главных развлечений Йокогамы даже в этот век, подавляющее большинство магазинов и ресторанов по-прежнему открывались и закрывались в своё обычное время.

Среди них один из больших ресторанов, похоже, с улицы на вечер был закрыт. Но внутри были апартаменты, которых нельзя было увидеть снаружи. Внутри друг напротив друга сидели два человека.

На столе были два бокала. Заполненные до краев созрелым вином, бокалы были достойны называться роскошью, но ни один из них не сделал и глотка. Молодой человек, который достал вино, посчитал это пустой тратой, но так как старший человек напротив него оставил свой бокал нетронутым, он мог лишь отразить этот жест.

— Мистер Чжоу, благодарю вас за значительную помощь.

— Это большая честь для меня, мой Господин.

Слова Чэна расходились с его высокомерным тоном, тогда как Чжоу уважительно поклонился со своего места с легкой улыбкой на лице.

— Я уже связался с флотом, отправленным с родины. Теперь мы можем перейти к нашей следующей миссии.

— Я рад, что оказался полезен.

Ни Чэнь, ни Чжоу не показывали никаких изменений в выражении лица.

— Тем не менее ещё есть один нерешенный вопрос.

— О? В чем он заключается, Господин Чэнь?

На первый взгляд, «не было никаких изменений», но они оба незаметно проверяли друг друга.

— Я не осведомлен, знаете ли вы уже, но мой помощник пошел вразрез с удачей войны и был захвачен в плен.

Выражения их лиц тонко изменились. Чэнь принял удрученное выражение, когда сказал эти слова.

— Это я уже знаю. Какой ужасный поворот судьбы, я не могу поверить, что Мистер Люй был... — С мрачным выражением лица, Чжоу ответил голосом, заполненным сердечным беспокойством.

— Однако даже если с ним случилась эта оплошность, он остается абсолютно необходимым достоянием нашей страны.

Чжоу молча кивнул головой, показывая своё согласие. Потому что давать обещания сейчас не было смысла.

Чжоу продолжал молчать, чтобы заставить Чэна принизить себя и попросить о помощи.

— Вы можете ещё раз одолжить мне вашу помощь? — Чэнь опустил голову и обратился со своей просьбой, на что Чжоу ответил потрясенным выражением лица, за чем последовала улыбка.

— Ох, конечно, мой господин. Даже я не могу просто стоять и смотреть на страдания соотечественника, — Чжоу улыбнулся и встал из-за стола, — на самом деле через два дня, нет, должно быть, уже завтра, основываясь на часе, Мистер Люй будет переведен в Международную тюрьму в Йокогаме.

Поистине изумленное выражение появилось на лице Чэна, когда Чжоу бросил эту бомбу.

— Это правда?

— Да, это посланная с небес возможность. У меня уже есть маршрут перевозки. — Чжоу не сказал Чэну, что потянул за несколько ниточек, чтобы сменить время транспортировки на завтрашнее утро. Тем не менее Чжоу раскрыл все остальные детали в своем всеобъемлющем объяснении. — В свою очередь, меня интересует, чтобы господин рассмотрел, во время завтрашней битвы, чтобы позволить этому кварталу...

— Конечно.

Закончив объяснять детали, Чжоу поднял собственную просьбу с некоторым опасением, но Чэнь принял его предложение прежде, чем он даже успел закончить.

— Основной целью завтрашней битвы будет отделение Канто Магической ассоциации. Хотя бой неизбежен, я напомню своим офицерам, чтобы они сделали всё возможное, чтобы не позволить резне распространиться на Китайский квартал.

— Спасибо огромное! — Чжоу низко поклонился, он очень хорошо знал, что Чэнь имел в виду этим небрежным обещанием.

До начала Конкурса диссертаций остался один день. Тацуя оставался в неведении о приближающемся шторме.