Больница, в которой разместили Минами, располагалась в непосредственной близости от здания в Тёфу.

Разумеется, это было не совпадение. Здание в Тёфу, в которое переехала Миюки, было построено как штаб-квартира семьи Йоцуба в Токио. Меры относительно больных и раненых рассматривались с самого начала.

Тацуя вернулся вместе с Миюки в ставшее им новым домом многоэтажное здание. Миюки хотела отправиться вместе с Минами, но врач ей вежливо отказал. Миюки не стала упрямиться, когда ей сказали, что её магическая сила, которая может неосознанно высвободиться, может помешать лечению.

— Всё ли в порядке с Минами-тян... — С нескрываемым беспокойством в голосе пробормотала Миюки, сидящая рядом с Тацуей. По-видимому, она даже и не думала скрывать эти чувства.

— Думаю, её жизни угрозы нет.

Когда Миюки услышала от Тацуи, слова, совпадающие с ожиданиями, её выражение лица стало чуть менее тревожным.

— ...Верно. Онии-сама использовал "Восстановление". Не должно случиться ничего плохого.

Тацуя посмотрел на Миюки с нерешительностью в глазах. Он не хотел нагнетать тревогу, но и быть неискренним к Миюки, обманывая её пустыми словами утешения, он тоже не хотел.

— ...То, что я сделал — это лишь временные меры, вроде первой помощи. Я не смог её полностью вылечить.

Сначала он изложил сухие факты, но перед тем, как беспокойство Миюки начало нарастать, он добавил дополнительное объяснение.

— Но нам удалось избежать ослабления её состояния до смертельного уровня. К тому же, Минами — это второе поколение. Её сопротивление магии должно быть сильнее, чем у первого поколения, Хонами-сан.

— Да, верно!

Миюки подняла свой взгляд. В поиске надежды и опоры, этот взгляд встретился с взглядом Тацуи.

— Со сменой поколений магия укрепляется в генах... То же самое ведь можно сказать и про нас, улучшенных людей, не так ли?

Тацуе было противно слышать, как Миюки называет себя "улучшенным человеком".

— У обычных улучшенных людей второе поколение более стабильно, чем первое. Есть некоторые исключения, но, несомненно, тенденция именно такая.

Обычно улучшенным людям не хватает жизненной стабильности. Было зарегистрировано немало случаев внезапных смертей без каких-либо предпосылок, а также случаев смертей от внезапно наступившей слабости.

И в данный момент пока ещё нет установившейся теории о причине этого. Однако было множество гипотез. Одна из наиболее убедительных гипотез, и та, к которой склонялся Тацуя — это "гипотеза неисправного ограничителя", утверждающая, что "люди с улучшенными телами используют магию со снятым ограничителем".

Согласно этой гипотезе, разум людей изначально не имел возможность использовать магию. Зона расчёта магии — это не уникальная особенность волшебников, она присутствует в разуме каждого обычного человека. Но поскольку использование магии оказывает нагрузку, превышающую пределы дозволенного разумом человека, то обычно ограничитель, установленный в бессознательной области, блокирует её деятельность на 100%. Другими словами, она полностью заморожена.

Но в редких случаях встречаются обладатели разума, наделённого сильной стойкостью к магии, и у таких людей этот ограничитель немного снят. В таких случаях ограничитель установлен не на 100%, а на 99%, или иногда 98%.

Даже если это всего 1-2%, разница между полным нулём и величиной, позволяющей использовать магию, весьма существенна. Даже всего с 1% человек получает возможность использовать магию, которой он изначально не должен пользоваться.

По аналогии с мышцами, использование зоны расчёта магии тоже может иметь повышенную мощность. Как прочность костей и сухожилий сдерживает увеличение физической силы, так же и разум сдерживается стойкостью к нагрузке, вызываемой магией. Это говорит в пользу "гипотезы неисправного ограничителя". В отличие от физического тела, здесь сначала увеличивается стойкость, а после этого одновременно снимается ограничитель и усиливается выходная мощность.

Из этого можно понять, что обычные волшебники с помощью использования магии постепенно повышают свою естественную стойкость к использованию магии, и тем самым постепенно снимают ограничитель дальше. А волшебники с улучшенными телами искусственно создают условия для использования магии, и ограничитель при этих условиях не работает, как и утверждает "гипотеза неисправного ограничителя".

Зона расчёта магии, которая должна "включаться" только когда усилится антимагическая устойчивость разума, "включается" просто так. Разум, постоянно подвергаясь нагрузке магией, превосходящей стойкость, в итоге повреждается. Эти повреждения также распространяются на жизнедеятельность физического тела. Таким вот образом объясняется нестабильность жизнеспособности улучшенных людей.

Кстати говоря, считается, что антимагическая стойкость разума передаётся по наследству как приобретённый навык. Хотя неоламаркизм, утверждающий, что приобретённые навыки физического тела наследуются, не смог стать основой современной теории эволюции, но в области разума, отвечающей за магию, наследование приобретённых навыков лучше всего можно объяснить наблюдаемым явлением "магия адаптируется к генам".

Если этот способ мышления, который можно назвать "ламаркизм разума", является правдой, то "второе поколение" должно с рождения обладать антимагической стойкостью, приобретённой "первым поколением" на его пути к саморазрушению. "Третье поколение" унаследует ещё больше стойкости, усиленной "вторым поколением".

Всё это лишь гипотезы. Нет никакой гарантии, что они верны.

Однако "второе поколение" Минами была больше приспособлена к выдерживанию чрезмерного использования магии, чем "первое поколение" Хонами. Когда Миюки подумала об этом, её чувства немного успокоились.

Из её выражения лица исчезли чувства трагичности и вины. Её сильное чувство вины было связано с тем, что Минами пожертвовала собой ради неё.

Увидев это, Тацуя улыбнулся Миюки, спрятав беспокойство в глубинах разума.

То, что Миюки является улучшенным человеком, для Тацуи было неприятным фактом. Если бы он мог, он бы предпочёл в это не верить, но оснований отрицать это не было. Он не испытывал чувства дискриминации или отстранённости от самого улучшенного тела. Ему была неприятна мысль, что с телом Миюки кто-то игрался своими руками, хоть это было и до её рождения. Можно сказать, что Тацуя неосознанно испытывал желание быть своего рода единственным её обладателем.

Но если убрать такие эмоции и принять тот факт, что Миюки является улучшенным человеком, тогда он не сможет игнорировать серьёзные опасения.

Например, беспокойство о том, действительно ли Майя смогла преодолеть недостаток стабильности жизнеспособности, которым обладает первое поколение.

Если адаптировать слова Майи к ранее упомянутой гипотезе, то у Миюки ограничитель работает нормально, несмотря на улучшенное тело. Или же, её антимагическая стойкость настолько высока, что ограничитель вообще не нужен?

У Тацуи не было способа это проверить. Даже сейчас, полностью освободившись от своей печати, он не мог достигнуть области разума.

Поэтому оставалось только верить.

Если то, что Майя сказала Тацуе, было ложью, значит, Миюки обладала недостатками улучшенных людей.

И если Миюки ждёт судьба улучшенных людей в виде внезапной смерти...

Тацуя просто не мог представить себе такое будущее.

Тогда он бы не смог дальше жить. Тацуя не был уверен, что смог бы дальше жить один.

◊ ◊ ◊

В 2 часа дня по японскому времени японское правительство выразило свой протест перед международным сообществом относительно внезапного нападения неизвестной страны.

Однако в СШСА узнали о факте атаки японского полуострова Идзу дальнобойной магией практически в режиме реального времени.

Спутник-шпион СШСА зафиксировал отклик мощной магии в Дальневосточном регионе Нового Советского Союза в тот же момент времени, когда была произведена атака на Идзу. Ни в правительстве, ни в армии СШСА не было таких людей, кто не смог бы связать эти 2 события. Но слишком радостных и слишком недовольных этим тоже не было.

Лина тоже была проинформирована об этом, но только спустя несколько часов.

Штаб-квартира Звёзд в штате Нью-Мексико, всё ещё суббота, 8 июня. Вечером, на собрании после завершения тренировки, офицеры Звёзд обсуждали эту шокирующую новость.

В сообщении говорилось, что один из районов Японии, к тому же не отдалённый остров или поверхность моря, а близкий к столице район ранним утром по местному времени подвергся атаке магией Стратегического класса Нового Советского Союза.

— Целью этой атаки считается недавно обнаруженный японский волшебник Стратегического класса, Тацуя Шиба.

В комнате для инструктажа не являющийся волшебником помощник командира базы Уокера объяснял детали этого сообщения.

— Каково состояние Тацуи Шибы?

Этот вопрос задала не Лина. Она в данный момент находилась в шоке и была не в состоянии задавать связные вопросы. Спросившим помощника командира базы о состоянии Тацуи был Канопус.

Помощник посмотрел на командира Уокера. Подтвердив, что Уокер кивнул, он ответил:

— Детали неизвестны, но, судя по всему, он совершенно не пострадал.

Реакция среди присутствующих волшебников была разнообразная.

Лина даже не пыталась скрыть облегчение.

Канопус сильно сжал губы, будто опасаясь того, что Тацуя будет мстить.

Арктур был в унынии, видимо из-за того, что задание по убийству не будет отменено.

На лице Веги, получившей то же задание, наоборот, всплыла дерзкая улыбка.

В этот момент заговорил полковник Уокер.

— От главного штаба поступила директива, что в этом вопросе наша страна занимает позицию невмешательства. Похоже, что нам не дадут показать себя в этот раз, но всё равно будьте готовы.

Ото всех послышались голоса подтверждения. Хотя не только одна Лина не могла с этим согласиться, но все они понимали своё положение.

— Тогда, разойтись.

Тринадцать лучших волшебников СШСА одновременно отдали честь после приказа Уокера.

Когда они во главе с Линой один за другим начали выходить, сзади раздался голос, останавливающий только одного человека.

— Капитан Арктур, а Вас я попрошу остаться.

Согласно правилам, операции, поручаемые Звёздам, передаются через Лину, но исключения, когда приказы проходят мимо неё, были не такими уж и редкими. И саму Лину обычно это не особо беспокоило.

Лина и 11 других командиров разных подразделений, а также помощник вышли, и в комнате для инструктажа остались только Уокер и Арктур вдвоём.

Эта комната была оборудована серьёзной системой защиты от прослушивания. Разумеется, сейчас она была включена.

— Капитан, активируйте звукоизоляционное поле. — Приказал Уокер Арктуру, когда все вышли.

— Есть.

С сомнением на лице, Арктур, следуя приказу, блокировал как внутренние, так и внешние звуки.

— Установка поля звукоизоляции завершена.

Не обладающий магией Уокер сам не мог проверить, сказал ли Арктур правду или нет. Тем не менее, он спокойно кивнул и сразу перешёл к главному вопросу.

— Капитан. Было решено провести эксперимент, о котором мы говорили ранее.

Лицо Арктура напряглось.

— Речь об эксперименте с микро чёрной дырой?

Он неосознанно понизил голос, хотя сам только что использовал магию, изолирующую звуки.

— Да. Место проведения будет тем же самым, что и в прошлый раз: Национальная Лаборатория Ускорителя Частиц в Далласе. Время проведения: на следующей неделе, 15 июня в 11 часов. Вы — лучший пользователь Лунной магии среди Звёзд. Хотя я думаю, что вы справитесь, если появятся Паразиты, но если нужно, то можем отправить одиннадцатый отряд вам на помощь.

В армии СШСА магию психического вмешательства называли Лунной магией[3]. Арктур был пользователем мощной магии психического вмешательства. Но у Арктура, как у специализирующегося на такого рода магии, было мало реального боевого опыта.

Он унаследовал кровь своих предков, коренных американцев. Его бабушка была из ныне почти не оставшихся чистокровных шаманов племён коренных американцев. Его предрасположенность к магии психического вмешательства считается унаследованной от этой бабушки.

Из-за этой родословной его обычно исключали из миссий против волшебников древней магии, специализирующихся на магии психического нападения (их также можно назвать "колдунами" или "шаманами").

"Колдунов" много среди волшебников древней магии с родословной коренных американских народов, а "шаманов" — среди чернокожих волшебников древней магии. Если говорить точнее, то это белые люди и азиаты называли коренных американских волшебников древней магии "колдунами", а чернокожих волшебников древней магии — "шаманами", поэтому существовало предубеждение, что Арктур может проявить сочувствие к людям той же расы.

А в одиннадцатом отряде было три волшебника, специализирующихся на Лунной магии, и не обладающих расовыми предрассудками. Они часто действовали в команде на операциях против волшебников древней магии, специализирующихся на магии психического вмешательства, и были способны противостоять атакам, вредящим разуму.

— Нет, меня будет достаточно.

Арктур тоже понимал, что ему не хватает реального боевого опыта. Но у него также было высокое самомнение. К тому же, он считал, что присутствие Звёзд в этом деле должно быть сведено к минимуму.

— Вот как? Понял.

Желание задействовать как можно меньше людей также совпадало с мнением Уокера. В этом разговоре было принято решение, что на место проведения эксперимента будет отправлен только третий отряд Арктура.

— Снаружи лаборатории будет дежурить шестой отряд. Если обнаружите подозрительных людей, сразу сообщайте им.

Это означало, что в операции будет задействован не только третий отряд.

Трое членов шестого отряда звёздного класса, получившие кодовые имена звёзд созвездия Ориона — Ригель, Беллатрикс и Альнилам — также назывались "Команда Орион". И это было не совпадением, потому что шестой отряд собрал в себе команду "охотников" — волшебников, специализирующихся на преследовании.

— Вас понял. Капитану Ригелю...

— Не беспокойтесь. Эксперимент будет проведён в режиме секретности.

На лице Арктура на мгновение показалось облегчение, когда он услышал Уокера.

Целью эксперимента с микро чёрной дырой было разоблачение японского шпиона. Чтобы быть уверенным в захвате, желательно сотрудничество других отрядов. Но при этом Арктур, пойдя на такое опасное мероприятие, не хотел, чтобы люди из других отрядов узнали об эксперименте.

Уокер был в этом с ним согласен. Хотя они оба не имели в своих мотивах самозащиту, но в результате эта информация была скрыта от общего доступа.

◊ ◊ ◊

Японское правительство объявило о магической атаке на застроенную виллами область на плоскогорье Идзу, и обрушило шквал критики на автора атаки, не указывая, кто это был. При этом они подчеркнули, что это означает не что иное, как наращивание магической военной мощи.

При этом они косвенно критиковали антимагическое движение, указывая на то, что изгнание волшебников станет не только гуманитарной проблемой, но также снизит обороноспособность против магических атак других стран, что подставит под угрозу жизнь граждан страны.

Однако они утаили, что целью этой атаки также был волшебник. То, что целью был Тацуя, и что Минами стала пострадавшей, было строго запрещено к распространению.

Однако полное сокрытие фактов было невозможно.

Те, кто знал, где находится Тацуя, легко связали его и эту магическую атаку воедино.

А также были те, кто догадался до истины, потому что обладал острым магическим восприятием.

Сразу же после заявления правительства о внезапной атаке, старший лейтенант Фудзибаяси получила личный телефонный звонок. Личный телефонный звонок во время службы был возможен потому, что этот звонок пришёл по виртуальной горячей линии с семьёй Кудо, установленной для чрезвычайной ситуации с разрешения штаб-квартиры.

— Кёко-нээсан? Это Минору.

— Минору-кун?

Виртуальная горячая линия передавала только голос. Другая сторона отображалась, как "Семья Кудо" и было невозможно узнать, кто это, пока не услышишь голос. Это мог быть её дед или дядя, или даже тётя. Но то, что это будет Минору, для Фудзибаяси было совершенно неожиданно.

— Извини, что отвлекаю от работы.

— Всё в порядке. Сейчас я не занята.

Это не было ложью. До этого она занималась подготовкой документов для объявления правительства, составляя их на основе данных, полученных Казамой на плоскогорье Идзу. Сейчас, когда пресс-конференция завершилась, у всех вовлечённых в это людей не было никакой работы.

— Итак, у тебя какое-то срочное дело? — Спросила Фудзибаяси, скрывая своё волнение. Эта прямая линия использовалась очень редко. А Минору воспользовался ей впервые. Далёкий от высокомерного... или, по крайней мере, не показывающий такое поведение перед Фудзибаяси, Минору обычно не мог себе позволить позвонить ей во время несения службы. Поэтому было естественно, что Фудзибаяси опасалась, что могла возникнуть какая-то чрезвычайная ситуация.

— Дело не срочное, но есть кое-то, что я любой ценой хотел бы узнать... Это по поводу только что сделанного правительством объявления.

— Слушаю.

Ощутив участившееся сердцебиение, Фудзибаяси предположила, о чём пойдёт речь, однако ответила с обычной интонацией голоса.

— Та дальнобойная магия ведь атаковала Тацую-сана, не так ли?

— Откуда ты об этом...?

Это была неподготовленная реакция. Хоть и перед Минору, но этим она подтвердила, что скрыла эту информацию от правительства.

Настолько сильным было удивление Фудзибаяси. Близкие друзья Тацуи из Первой школы могли знать его местонахождение, поэтому неудивительно, что они могли связать с ним эту утреннюю атаку. Однако даже в пределах Первой школы, людей, знающих, что Тацуя находится на вилле на плоскогорье Идзу, было крайне мало. Может быть, он услышал, где находится Тацуя от Сайдзё Леонхарта или Йошиды Микихико, с которыми познакомился осенью прошлого года...?

Но это предположение Фудзибаяси оказалось неверным.

— Я почувствовал столкновение мощных магических волн на востоке. У одной из сторон ощущались явные признаки Тацуи-сана и ещё нескольких человек...

Фудзибаяси не знала, что сказать в ответ на слова Минору. Если слова Минору — правда, то это в определённом смысле превосходит Элементальный взгляд Тацуи.

Элементальный взгляд Тацуи может "увидеть" всё, к чему есть какая-нибудь подсказка. Однако Элементальный взгляд требует "намерения" — направленности воли. Если не пытаться "увидеть", если не направлять свою волю, то вы не "увидите".

Тацуя может пассивно "улавливать" направленную на Миюки враждебность, потому что его цель так ограничена. Тем не менее, на этот раз он не смог почувствовать это до тех пор, пока атака не началась.

И наоборот, если Минору действительно почувствовал волны Туман-бомбы, то это означает, что он случайным образом воспринял призыв магии с расстояния почти 400 километров. Конечно, дело может быть в том, что Туман-бомба — это довольно мощная магия, но было совершенно очевидно, что в пассивной чувствительности Минору превосходит Тацую. По крайней мере, так показалось Фудзибаяси.

"Минору освоил Элементальный взгляд...?"

— ...Минору-кун. С каких пор у тебя такая сила восприятия...?

На вопрос Фудзибаяси не последовало ответа.

— Скажи мне, Тацуя-сан и те, кто был с ним, в порядке!? Что с Миюки-сан и Сакурай-сан!?

Минору не услышал вопрос Фудзибаяси. Его внимание было устремлено на состояние Тацуи и его окружения.

...Нет. На самом деле Минору беспокоился не за Тацую или Миюки...

— Тацуя-кун и Миюки-сан в порядке. Но Сакурай-сан...

Хотя интуиция отговаривала её, Фудзибаяси не могла ему соврать.

— Что случилось с Сакурай-сан!?

Но услышав отчаянный голос Минору, Фудзибаяси не смогла продолжать молчать.

— ...Она в больнице. Доктор Яманака из батальона предположил, что её разум мог быть повреждён чрезмерным использованием магии.

— Предположил? Но провёл ли Отдельный магически оборудованный батальон необходимое лечение!? Вы ведь присутствовали на месте!?

"Минору-кун, что же с тобой случилось...?"

Она не могла ответить на его последний вопрос. О присутствии Отдельного магически оборудованного батальона сегодняшним утром в том месте знали Саэки, Казама, задействованные члены отряда и ещё несколько человек из батальона. А также Тацуя, Миюки и семья Йоцуба.

Даже правительство не получало доклад о конкретных задействованных в операции людях. Минору не должен был знать, что сбором информации о внезапной атаке занимался именно Отдельный магически оборудованный батальон.

Однако слова Минору не были случайной догадкой. Он уверенно заявил об участии Отдельного магически оборудованного батальона.

Минору, которого знала Фудзибаяси, не смог бы этого сделать. Её "двоюродный брат" с давних пор, действительно, считался выдающимся волшебником. Фудзибаяси считала, что если бы не его здоровье, он, несомненно, был бы в списке лучших со всего мира. Но он не должен был обладать способностью, похожей на ясновидение.

Как будто в Минору вселился злой дух, обладающий запретными знаниями...

Это показалось ей суеверной фантазией.

...Если бы в тот момент она не посчитала свою интуицию фантазией... то будущее могло быть совсем другим.

◊ ◊ ◊

Минору не особо разозлился, когда услышал от Фудзибаяси об утренней ситуации. Хотя он и был разочарован, но у него было предвзятое мнение о военных, что они ко всему относятся бесчувственно, поэтому он просто решил для себя, что так и должно быть.

Но вместо этого Минору страдал от невыносимого беспокойства за Минами.

Урон, полученный разумом от чрезмерного использования магии, означал, что это был перегрев зоны расчёта магии. Это была присущая только волшебникам болезнь, и до сих пор не было выяснено, как её лечить.

Особенно сильно страдают от этой болезни генетически улучшенные волшебники. Согласно знанию, полученному от Чжоу Гунцзиня, нестабильное здоровье самого Минору тоже было вызвано перегруженностью зоны расчёта магии.

В случае Минору, ограничитель, сдерживающий магическую силу на уровне, который может выдержать физическое тело, функционирует неисправно. У любого обычного волшебника ограничитель тоже может сломаться, если он превысит разрешённый рабочий уровень зоны расчета магии, например, чрезмерно использовав магию в ходе сражения. В знаниях Чжоу Гунцзиня не было способов его восстановления.

"Даже если у «меня» не получится её вылечить, возможно, семья Йоцуба сможет..."

Это было не предположение, а сильное желание. Ему не оставалось ничего, кроме как думать так, чтобы успокоить своё беспокойство, которое он ничем не мог сдержать.

"...Схожу её проведаю. При личной встрече я смогу понять, что это всё излишнее беспокойство."

Он не мог поверить, что Тацуя допустил бы, чтобы член его семьи умер так просто. Даже если он не сделал это сам, то наверняка добился для неё необходимого лечения. Нужно пойти и увидеть это своими глазами... Таков был ход мыслей Минору.

Завтра ему нужно идти в школу. Когда его физическое состояние стабильно, ему нужно зарабатывать посещённые дни. Но с его успеваемостью, он мог заменить это прохождением теста или отчётом за пропущенное время.

Минору решил, что немного пропустит школу.

◊ ◊ ◊

Пробуждение было неприятным. Тело было тяжёлым. Чувство усталости ощущалось во всём теле, будто бы отдых совершенно не дал эффекта избавления от усталости.

Открыв глаза, она увидела потолок мягкого кремового цвета. Посмотрев по сторонам, она увидела стены такого же цвета. А также чистые белоснежные постельные принадлежности.

В левую руку была вставлена инъекционная игла капельницы.

"Это... больница?"

После осознания этого к ней вернулась память.

"...Точно! Миюки-сама!?"

Минами попыталась подняться и поняла, что ослабла до такой степени, что не может этого сделать.

— Ух...

Она попыталась вложить силу в движение своего тела, но её бесплодные попытки завершились лишь вздохом осознания, что ничего не выходит.

В этот момент Минами, лежащая в кровати на спине, услышала стук в дверь.

— ...Войдите.

Она удивилась, насколько слабым был её голос.

— Извиняюсь за вторжение.

"Миюки-сама!?"

Её сознание ещё было слегка затуманенным, но она не могла не понять, кому принадлежал этот голос.

Минами суетливо ещё раз попыталась подняться. Результат был таким же. Лишь немного приподнялась голова. Но и она быстро вернулась на подушку.

Болезненный вздох снова вырвался изо рта Минами.

— Минами-тян!?

Послышался звук быстро приближающихся шагов. В поле зрения Минами, повернувшей голову набок, попало лицо Миюки, наполненное переживаниями и волнением.

"...красивая..."

Даже с таким выражением лица красота Миюки была неземной. Сознание Минами заполнилось такими неуместными мыслями.

— Минами, не перенапрягайся.

— Тацуя-сама...

Сознание Минами, витающее в облаках, вернулось к реальности от голоса Тацуи.

— ...С вами двумя всё в порядке?

Первые слова очнувшейся Минами были не вопросом о состоянии её самой.

— Да, Минами. Благодаря тебе.

— ...Это честь для меня.

Глаза Минами увлажнились от нахлынувших эмоций. Она почувствовала облегчение, что сумела их защитить, и была под глубоким впечатлением от осознания этого.

— Нет, тебе нужно отдыхать.

Миюки остановила пытающуюся шевелиться Минами.

— Если ты хотела о чём-то поговорить, то можешь говорить лёжа.

Когда Тацуя сказал это, Минами прекратила бесполезные попытки подняться.

— Тацуя-сама, Миюки-сама, я очень сильно извиняюсь.

Миюки не знала, что ответить на это неожиданное извинение.

— ...Почему ты извиняешься? То, что мы остались целы, благодаря тебе — это не ложь и не преувеличение. Это правда.

Даже Тацуя ответил не сразу.

— Но я в результате исчерпала все свои силы. Про охранника можно сказать, что он исполнил свой долг, если он защищал своего господина до самого конца. ...Я не смогла исполнить свой долг до конца.

Голос был очень слабый. Тело тоже было настолько слабым, что она не могла подняться.

Но свет, наполняющий глаза Минами, говорил, что это её настоящие чувства, а не просто жалобы на то, что её разум ослаб.

— Минами. Я не собираюсь спорить с тобой, уставшей как телом, так и разумом. Но я хочу, чтобы ты услышала две вещи.

— ...Слушаю.

Услышав ответ Минами, Тацуя сел на стул рядом с её кроватью.

Это уменьшило разницу в высоте между их глазами, что должно было облегчить впечатление Минами от того, что на неё смотрят сверху вниз.

— Минами, я считаю твоё чувство долга достойным похвалы. Однако неоспоримым фактом также является то, что твоя магия смогла защитить от ударной волны Туман-бомбы. Ты не можешь отрицать такое достижение.

— ...Да.

Минами выразила согласие только словами, не кивая. Она не выглядела убеждённой до глубины души.

— Это был первый пункт. А теперь второй.

Тацуя заговорил серьёзным голосом. Не только Минами, но и стоящая рядом Миюки, одновременно затаили дыхание.

— Я считаю, что тебе можно поручить не только работу по охране Миюки.

— ......

Минами лежала и молча смотрела на Тацую. Этот взгляд спрашивал: "что ты собираешься со мной делать?". В ответе она хотела получить смысл своего существования.

— Есть очень мало людей, на которых я могу положиться. Лео, Эрика, Мизуки, Микихико, Хонока, Шизуку. Хоть я и доверяю моим одноклассникам из Первой школы, но я не хочу втягивать их в нашу ситуацию. Сейчас семья Йоцуба мой союзник, но если я им чем-то помешаю, они без колебания от меня избавятся. Фумии и Аяко я тоже доверяю, но у них есть своя работа. Возможно, на них не получится положиться в чрезвычайной ситуации. Также я не могу отрицать, что в ближайшем будущем я могу стать врагом с мастером или подполковником Казамой.

"А причем здесь я?", — взглядом спрашивала Минами.

— Минами. Ты — одна из немногих, кому я доверяю. Поэтому я хочу, чтобы ты была рядом с Миюки не как охрана, а как помощник.

— Не охрана, а... помощник?

— Я на это надеюсь. Это не принуждение. Но если возможно, я бы хотел, чтобы ты была рядом с Миюки. Чтобы пробыла как можно дольше, а не быстро умерла как охранник. По крайней мере до тех пор, пока ты не найдешь себе партнёра на оставшуюся жизнь.

Бледное лицо Минами слегка покраснело. Для неё было слишком неожиданно, когда Тацуя упомянул о её возможном замужестве. Эти последние слова просто застали Минами врасплох.

— ...Минами-тян. Я тоже буду рада, если ты будешь рядом. Поэтому я хочу, чтобы ты не думала о себе, как о бесполезной. — Сказала Миюки, севшая рядом с Тацуей и слегка наклонившаяся над лицом Минами.

Глаза Минами снова заслезились. В этот момент она осознала, что Тацуя и Миюки действительно дорожат ей.

— Поэтому, прошу, лечись, не спеша. Восстановить здоровье — это сейчас самое важное.

— ...Я поняла. Я вылечусь как можно скорее. И когда это случится, мне можно будет снова служить Миюки-саме?

— Да, это просьба от меня.

За спиной Тацуи открылась входная дверь в больничную палату. Не оглядываясь, Тацуя догадался, что это пришли врач и медсестра.

— Завтра мы придём снова. — Сказал Тацуя и встал со стула.

— Минами-тян, до завтра.

— Да. Тацуя-сама, Миюки-сама, большое спасибо, что навестили.

Миюки, вставшая вслед за Тацуей, и лежащая на кровати Минами обменялись прощаниями. После чего Тацуя с Миюки уступили место врачу и вышли из больничной палаты.

◊ ◊ ◊

Тацуя вернулся в многоэтажный дом в Тёфу вместе с Миюки. Тацуя "поселился" в гостиной и не подавал признаков, что собирается в ближайшее время её покинуть.

— Онии-сама... Ты сегодня ночуешь здесь? — Спросила Миюки, поставив перед Тацуей чашку кофе.

До тех пор, пока не появилась Минами, Тацуе кофе подавала только Миюки. Хотя после знакомства Минами с семьёй Шиба забота о напитках для Тацуи осталась обязанностью Миюки, но иногда она теряла бдительность и эта работа доставалась Минами.

В те времена Миюки считала такие происшествия досадными, но теперь она не могла сопротивляться грустному одиночеству от того, что не испытывает больше беспокойства, что у неё в любой момент может перехватить инициативу горничная. Возможно, Миюки была и не такой уж и эгоистичной.

— Я думаю, что покину виллу в Идзу. Если обстоятельства позволят, то завтра я заберу оттуда необходимые мне вещи.

— То есть ты вернёшься сюда?

Миюки слегка расширила глаза. Эти глаза сияли от радости. Если бы Минами не попала в больницу, Миюки бы проявила радость намного более открыто.

— Вернусь... да, верно. Я сюда вернусь.

Несмотря на то, что Тацуя оставался ночевать в этом многоэтажном доме, но он здесь не жил. Поэтому он был озадачен, можно ли говорить "вернусь" в этом случае. Однако место Тацуи — рядом с Миюки.

...Если Миюки называет это место домом и живёт здесь, то и для него самого "возвращаться" сюда — правильное выражение.

Таков был ход мыслей Тацуи, пока он отвечал Миюки.

— Я поняла. Я подготовлю тебе комнату.

— Не нужно каких-то особых приготовлений. Миюки, ты тоже отдохни немного.

Тацуя думал, что когда Минами слегла, Миюки была шокирована этим гораздо сильнее, чем он сам. Чтобы побороть беспокойство, нужно двигаться вперёд, а не стоять на месте.

Однако давать отдых своему телу тоже важно.

Хотя она сказала, что подготовит комнату, но домашняя автоматика справится с подготовкой кровати. Тацуя решил, что сейчас Миюки тоже следует сделать перерыв.

Миюки выглядела так, что её это не устраивает, но всё равно подчинилась словам Тацуи.

Она сидела на диване напротив Тацуи. Некоторое время её глаза плавали вокруг в попытке успокоиться, и, в итоге, её взгляд встретился с глазами Тацуи.

— Что такое? Ты хочешь что-то спросить?

Когда Тацуя подтолкнул Миюки своим вопросом, она, наконец, заговорила.

— Онии-сама... что ты собираешься делать с Минами-тян?

— В каком смысле "что делать"? Я не собираюсь принуждать её делать что-либо против её воли.

— П-прошу прощения. Я имела в виду не в таком смысле!

Когда Тацуя, нахмурившись, переспросил, Миюки в панике замахала руками.

— Вот как? А... быть может, ты хотела спросить, какие обязанности я хотел поручить Минами?

— Да... Нет, это тоже, конечно, но...

Казалось, что Миюки сложно решиться что-то сказать. И Тацуя, наконец, понял, что хотела спросить Миюки.

— ...Минами больше не сможет поступать неразумно.

Тацуя тоже не мог решиться выразить это чёткими словами. Похоже, что это было по причине его плохого понимания обычных вещей.

— Это значит... что из обязанностей Минами будет исключена работа стража?

— Верно.

Как только Тацуя это сказал, его нерешительность пропала.

— Она не сможет использовать магию, пока не будет излечено повреждение зоны расчёта магии. К тому же, мы не знаем, сможем ли мы вообще это излечить. Для нас, волшебников, зона расчёта магии — как чёрный ящик. Там ещё слишком много нераскрытых тайн с точки зрения как её структуры, так и природы.

— Действительно... Хотя глава-сама семьи Итидзё, кажется, выздоровел, но это не обязательно означает, что Минами-тян восстановится точно так же...

— Такой же глава семьи из Десяти Главных Кланов, предыдущий глава семьи Дзюмондзи потерял способность использовать магию из-за частого использования преднамеренной перегрузки зоны расчёта магии. Про его лечение нельзя сказать ничего оптимистичного.

Обеспокоенные лица Тацуи и Миюки помрачнели.

— ...К тому же, даже если сейчас она восстановится, то не обязательно такое больше не повторится.

— Только если она продолжит использовать магию?

— Верно. К тому же в следующий раз может случиться так, что первая помощь не будет оказана вовремя.

Лицо Миюки стало ещё печальнее.

— Это значит... что Минами-тян больше не сможет работать как волшебник?

— Нет, она сможет продолжить работать в роли обычного волшебника.

— Ты имеешь в виду, что... она не сможет выдержать интенсивную битву?

— Верно, Миюки. Прежде всего, исполнение обязанностей стража, которому не позволено отступать, будет невозможным. Ей вообще будет лучше избегать участия в битвах.

— Согласится ли Минами-тян на это?

— Жизненный путь состоит не только из сражений. Я считаю, что Минами захочет пойти по пути мирной жизни.

Мрачное лицо Миюки немного просветлело. Однако облегчения на лице ещё не было.

— А Онии-сама... нет, ничего. Извиняюсь.

Он попытается убедить Минами жить мирной жизнью, но что насчёт самого Тацуи? Имеет ли Тацуя право на мирную жизнь? Пытаясь спросить это, Миюки остановилась, не договорив. Миюки поняла, что в реальности это бессмысленный вопрос. Осознав это, она отказалась от этой идеи на полпути.

Даже если Тацуя захочет спокойной жизни, окружающая обстановка этого не позволит. Даже если сам Тацуя не собирается использовать магию Стратегического класса, но только из-за её наличия у него, к нему не будут подпускать ни врагов, ни друзей. И это не предположение, а свершившийся очевидный факт.

— Ясно.

Сам Тацуя, разумеется, понимал это. Возможно, он понимал это гораздо глубже, чем Миюки. Поняв, что хотела спросить Миюки, что она хотела сказать, Тацуя смог ответить только так.

Luna Magic