Внезапный проливной дождик вызвал небольшое волнение в винограднике. Несмотря на то, что гости поспешили укрыться в монастыре, все же их тщательно продуманные наряды и прически успели пропитаться дождевой водой, поэтому они выглядели уже не так великолепно, как первоначально.

И Вайолет не была исключением, ей тоже пришлось руками стряхивать капли воды с промокших волос, но в отличии от остальных, выражение её лица выглядело счастливым. Вскоре один из монахов, раздававший гостям чистые полотенца, любезно предложил одно и ей, когда она разговаривала с гостями. Вайолет сердечно поблагодарила его и стала аккуратно просушивать волосы полотенцем.

Уинтер, стоявший рядом с женой, мало что понимал из разговора, но судя по реакции собеседников, один из них считал её умной и ему нравилось вести с ней интеллектуальную беседу, хотя она была немногословна, а второй заинтересовался самим содержанием обсуждения.

Эта неожиданная сторона Вайолет, которой он никогда раньше не видел, была ему очень интересна, поэтому его испорченное настроение после встречи с Карлсоном Лоу, значительно улучшилось, пока он наблюдал за ней.

Вайолет, которая вела легкую беседу с супружеской парой Дегреев из столицы, подумала, что пора бы закончить разговор, вскоре после того, как забеспокоилась об Уинтере, который долгое время стоял молча, без возможности присоединиться к обсуждению.

- Я так увлеклась обсуждением книг, что совсем забыла о прогулке с мужем по винограднику.

- О, правда? А давайте пойдем все вместе? Прогулки на свежем воздухе очень полезны!

- Миссис Дегрей, боюсь, ваше красивое платье и туфли испачкаются. После дождя земля совсем размокла. Мы не задержимся надолго, так что я скоро вернусь.

- Ах, хорошо, моя дорогая. Обсуждать книги с вами очень интересно, поэтому я надеюсь, мы продолжим наш разговор.

Миссис Дегрей выглядела глубоко опечаленной уходом Вайолет, потому что ей очень понравилось разговаривать с ней.

Уинтер небрежно кивнул Дегреям на прощание, и с досадой комкая руки в карманах, двинулся за Вайолет в глубь виноградника.

- Я ни слова не понял из того, о чем вы говорили.

- Есть собрание из 100 книг, которые необходимо прочитать, и 15 пьес, которые нужно посмотреть, чтобы суметь поддержать светский разговор в мире высшего общества.

- Значит, пока я работаю как собака, без единой свободной минутки на отдых, вы тратите свое время на развлечения.

Вайолет остановилась, услышав циничное замечание Уинтера, и слегка повернув голову, спокойно взглянула на него. Заметив, что она смотрит на него, Уинтер нервно сказал:

- Не спрашивай меня, злюсь ли я на тебя, потому что я злюсь без какой-либо конкретной причины.

- Я не вижу никакой разницы между этим.

- Черт побери, я вообще не понимаю, о чем ты думаешь. Прямо сейчас, что означает это невыразительное лицо? Значит ли это, что ты ничего не чувствуешь?

На лице Вайолет, расстроенной его словами, проступил легкий оттенок грусти.

- Я просто подумала, что было бы приятно прогуляться с тобой по винограднику, но... неужели ты действительно этого не видишь?

Эти слова заставили Уинтера замереть, а его злость, которая подпрыгивала вниз и вверх, как резиновый мячик, полностью сошла на нет. Спустя пару мгновений, как только Уинтер пришел в себя, он бережно взял Вайолет за руки, и приблизив их друг к другу, сказал:

- Я так и понял. По крайней мере, выглядело это именно так. Просто ты была такой счастливой, что я не смог удержаться и не подразнить тебя.

Голубые глаза Вайолет подозрительно прищурились, но, казалось, его наспех придуманная ложь сработала.

Чтобы сменить тему разговора, Уинтер быстро достал из внутреннего кармана пиджака конверт, которые раньше раздавали монахи.

К конверту была прикреплена мини композиция из живых цветов, а внутри него лежала карточка для указания суммы, которую вы готовы пожертвовать.

- Ты еще не вписал пожертвование? Их же все уже собрали раньше. - Удивленно спросила Вайолет.

- Я подумал, что, если впишу сумму сразу, этим монахам она может показаться маленькой, и тогда они решат, что я недостаточно хорош, чтобы находиться в их монастыре, и просто не впустят меня.

- Разве обычно вписывают не около десяти тысяч лайкне?

- Ты даже представить себе не можешь, сколько нужно платить такому, как я.

- Это не имеет значения. Даже если это ты…

- Я не из числа тех людей, к которым можно применить слова «это не имеет значения». Слушая тебя, я все больше уверяюсь в том, что ты человек, потерявший связь с этим миром.

- Что ты имеешь в виду?

- Я имею в виду, что ты человек, потерявший связь с этим миром.

Когда Уинтер повторил те же самые слова, как будто не было никакого другого способа объяснить ей, что он хотел этим сказать, за одним из столов раздался крик.

- Кто-нибудь! Срочно вызовите врача!

Обернувшись одновременно на крик, они увидели, как между столами упал монах.

Вайолет не раздумывая сорвалась с места. Уинтер тоже последовал за ней, правда, с некоторым запозданием. В первые секунды он просто застыл на месте глубоко пораженный тем, что его жена может бегать. Хотя нет, скорее его больше поразил тот факт, что его слабая жена побежала к упавшему намного быстрее, чем кто-то другой.

Когда он подбежал к монаху, то увидел, что он был еще совсем мальчиком, и его тело сводила сильная судорога.

Вайолет наклонилась и внимательно осмотрела лежавшего юного монаха. По его руке, в которой он держал связку конвертов с живыми цветами, возвращенными гостями, разливалась синева. Это были явные следы от яда.

Тогда Вайолет осторожно забрала у него конверты и стала быстро, но тщательно, проверять один за другим цветы.

Вскоре она обнаружила цветок, который выглядел почти так же, как и другие, но имел небольшие точки на внутренней стороне лепестков. На конверте было написано имя «Лансия Ранпезе».

Вайолет немедленно сняла с пояса ленту и крепко обвязала её вокруг руки монаха, чтобы яд не распространился выше. Потом достала из маленького кармашка в рукаве пузырек с противоядием.

С того момента, как узнала о беременности, она теперь всегда носила его с собой, на тот случай, если нечаянно отравится ядовитыми травами.

Открыв пузырек, Вайолет дала юному монаху противоядие и напоила его теплой водой.

Противоядие от ядовитых растений оказалось очень эффективным, и результат не заставил себя ждать, вскоре яд перестал распространяться, и синева стала быстро исчезать.

Лишь спустя долгое время прибежал доктор, находившийся на территории монастыря, и, осмотрев юного монаха, подтвердил, что его жизнь вне опасности. Только тогда перепуганные гости наконец-то смогли с облегчением вздохнуть.

- Что ты ему дала? – Спросил Уинтер, поддерживая пошатывающуюся Вайолет за руку.

Он тоже расслабился, когда доктор сказал, что жизни юного монаха ничто не угрожает, но ему показалось странным, что жена носит с собой какой-то пузырек.

- Противоядие от ядовитых растений.

- Почему ты носишь его с собой?

Вайолет посмотрела на него пустым взглядом и бесстрастно ответила:

- Потому что я люблю цветы. Если я случайно прикоснусь к ядовитому цветку, то сразу же воспользуюсь им.

Такое объяснение казалось немного подозрительным, но то, что Вайолет любила цветы, действительно было правдой, и, за исключением этой причины, у его жены не было повода носить с собой противоядие, поэтому Уинтер принял его, и не стал дальше расспрашивать.

Тем не менее, полностью поверить ей на слово, он так и не смог.