Ужасная ночь. Как же хреново.

— Чертова Канашима, — эту фразу я не раз шипела за ночь и еще не раз скажу за день.

Всю ночь я не могу уснуть. Раскалывается голова. Ощущение будто падаю или вот-вот упаду в обморок. Крутит живот, тошнит. Вся еда вперемешку с зеленой жижей уже вышла наружу. Увидев цвет этой массы, я сразу поняла, в чем дело. Слюна Каны. Похоже, она отравила меня. Дерьмо. Лучше бы просто убила. Сейчас мне именно этого и хочется. Глаза опухли, клонит в сон, а уснуть не могу.

Я еле доползаю до первого этажа и там плюхаюсь на диван в ожидании Нео. И ладно бы только все это, так еще и ноги не слушаются, не могу пройти и метра, чтобы не подкосило. В такой момент можно только порадоваться, что живу не одна. Прибегать к помощи сожителя мне ой как не хочется, но самой путь до медкабинета мне не осилить.

Когда ты ждешь, даже минута в таком состоянии, кажется, тянется бесконечно... А за окном вот уже второй день подряд предательски тарабанит дождь.

— Эй! — завидев парня, протягиваю я, подзывая.

— Жалкое зрелище, — мерзкая ухмылка, взгляд сверху...

Похоже, такая картина ему по нраву, но сейчас мне все равно.

— Заткнись. Мне нужно в медкабинет.

Что ж ты гордая такая, Арквейд? Язык не поворачивается попросить.

— Какие-то проблемы? — он понимает, к чему я клоню, но нарочно вынуждает меня просить.

Винить его в этом я не могу, наверное, тоже бы не упустила своего шанса.

— Мне нужно, чтобы ты мне помог. Еле стою на ногах, — я вздыхаю. — Потому помоги мне, пожалуйста, добраться до врача.

— На, — парень достает телефон и кидает его мне. — Позвони и она сама придет.

Вариант, в принципе, логичный, но я номера нашей сестры не знаю. Стыд.

— Че ты меня бесишь-то, — ругаюсь я.

— Ладно-ладно, — довольно проговаривает он. — Шучу.

Нео протягивает руку. Помогает мне подняться. Я перекидываю руку через его плечи. Ощущение, будто я контуженый солдат и меня собираются тащить. Ну, почти так и есть.

— Какие мягкие у тебя волосы, — рукой он перебирает мои неопрятно раскиданные пряди. — Обычно черные волосы твердые и жесткие, а у тебя приятно шелковистые.

Ведь специально делает это, гад. Меня прямо пробирает злость. Тоже мне нашелся специалист по черным волосам. Фетишист похоже.

— Я тебя убью! — со злобой кошусь на него.

— Какие мы нежные, — с ухмылкой произнес парень, — но не все так плохо как кажется, сил на эмоции тебе, смотрю, вполне хватает.

— Сделай еще одно одолжение. Заткнись, а?

Свин лишь самодовольно улыбнулся. Довел меня до входа и взял зонтик. Отворил дверь. На улице не просто дождь, а ливень. От этого сырого запаха и прохлады мне, кажется, становится немного легче. Нео открывает зонтик, и мы начинаем свой путь.

— Давай иначе. А то так мы час потратим, — Нео усмехнулся.

Особо радостным свин не выглядит, но его улыбка мне все больше кажется похотливой. Прошло десять минут, а мы едва ли проделали четверть пути. Мне неловко от того, что я в прямом смысле валюсь с ног, то и дело заставляя Нео меня поддерживать.

— Залезай на спину, — он присел.

О боже, как это мило, словно романтическая книжка. Ой девочки, таю. Тфу, идиотизм, но всяко шиперам на радость, не так ли?

— Годное предложение, — говорю я, но забираюсь не сразу, так как ощущаю некоторую неловкость. — Надо было сразу так сделать.

Я беру зонтик, прижимаюсь к спине и перекидываю руки через его плечи. Он поднимается и обхватывает мои ноги. Продолжаем путь. Вот интересно, а думает ли он о том, что думаю ли я сейчас, что это мило и романтично? Какая разница. Это покачивание... Так хреново, что приходится сдерживать рвотные массы. Очень мило. Каждый раз, закрывая глаза, кажется, что вот-вот усну. Другие ученики смотрят. Перешептываются. Смеются. Думаете, мне приятно от того, что моя голова лежит на плече этого господина? Я ведь запомнила ваши лица. Хотя мне и дела до этого нет. Просто сейчас все раздражает...

******

— Эй, прием, приехали! — просыпаюсь от резкого толчка. — Сладко спится на спине любимого?

— Краснеть не буду, не надейся, — безэмоционально отвечаю на его язвительность.

Меня вырубило. Зонтик был в его руке, а значит, он сразу это заметил, но решил промолчать. На секунду представляю картину, как он несет меня спящую. Жуть. Мне аж снова поплохело. Так меня воротит, когда смотрю на него. Всегда такое ощущение от его рожи, будто мой желудок сворачивает узлом. Отвращение, перерастающее в брезгливость.

— А ты вообще это умеешь? — иронизировал Нео.

— Не души, — наотмашь говорю я. — В любом случае, благодарю за содействие.

После короткого сна добавилось ощущение побитости. Спасибо Каночке за это.

Я встаю на ноги и стучу в дверь медкабинета. После характерного «да-да» вхожу, а вслед за мной входит и Нео. Усаживаюсь и рассказываю о своих ощущениях и симптомах.

— Зеленая слизь, говоришь? — женщина загадочно и в тоже время довольно улыбается, берет ватную палочку и подходит ко мне. — Открой рот.

Можно уже понять, что она уже знает причину и хочет убедиться.

Что-то напевая, врач проводит палочкой по слизистой щеки, после возвращается на место и берет микроскоп. Изучая мою слюну, Камила продолжает, мурлыкая, напевать, и игриво покачивает ногами. Смотрю ей в спину, а вижу, как она довольно улыбается. Ее всегда забавляли болезни, особо специфичные. Что-то вроде: «О, я нашла что-то крутое, как это здорово». Это доставляет ей радость. А пациента, пожалуй, пугает.

— Ну так что? — интересуюсь я после того, как она закончила смотреть в микроскоп и начала что-то писать.

— Давай попросим молодого человека подождать в коридоре. Тут сейчас будет разговор о сугубо женских проблемах, — она говорит это так, будто я беременна.

— Сбегать домой не стану, — строя из себя джентльмена, с ухмылкой на лице, парень покидает нас.

— Все как я и думала, — начала Камила. — Канашима залила тебе своей слюны?

В точку. Хотя «залила» не очень уместно.

— Можно и так сказать.

Врач скромно улыбнулась. Пару раз щелкнув ручкой, она бросила ее на стол. Развернулась к компьютеру, начав печатать что-то в моей карточке.

— Почему ты об этом ничего мне вчера не сказала? — интересуется женщина.

— Просто ситуация была такая неловкая и нелепая. Я подумала это очередной приступ. О подобном, честно говоря, как-то и рассказывать совсем не хочется. Похвастаться нечем.

— Твоему оптимистичному взгляду и отношению можно только позавидовать, — ответила Камила, увлеченная процессом печати.

— Да уж, — я усмехнулась.

Где тут оптимизм я, правда, не особо уловила.

— Ты вторая ее жертва. Полтора месяца назад уже был похожий случай, — слово «похожий» она растянула, словно задумавшись о чем-то своем. Замечала, что у врачей такое происходит довольно часто.

— Случай? — мне пришлось подтолкнуть ее к продолжению беседы.

— Когда мы возили девочку в реабилитационный центр, к ней был приставлен на время младший лейтенант. Похоже, она некоторое время собирала свою слюну в пробирку, а после схватила молодого парня и насильно влила ему всю эту массу.

— Вот как…

Да я еще счастливица. Поцелуй куда приятней этого.

— Пару дней его крутило так же, как тебя, а потом все прошло. Ее слюна — безвредный вирус, так что беспокоиться не о чем. Похоже, единожды помучившись, организм человека вырабатывает иммунитет к этой заразе. Только, зачем она это делает, остается гадать. Ответа от нее не дождешься. Может у тебя есть какие-то мысли?

— Нет. Не знаю.

Может, конечно, и есть какие-то мысли, но невнятными теориями делиться не хочу. Да и они дебильные, призваны потешить мое ЧСВ.

— В общем тебе переживать не о чем. Состояние быстро придет в норму. Лейтенанту хватило пару дней. После он спокойно пробыл с Каной до ее отъезда. Правда, спустя месяц следующий визит девчонки чуть не стал для него фатальным. Только завидев молодого парня, она попыталась убить его, — Камила говорит об этом совершенно спокойно.

Вообще не о чем, конечно.

— Это нормально? — интересуюсь ее мнением я.

Выглядит, словно Канашима проводила эксперимент, он провалился, а теперь подопытный я.

— В смысле? Попытаться убить офицера? — она закончила печатать и развернулась ко мне. — Вывод очевиден: у тебя есть один безумный солдат, который может убить десяток мэсов с силой ранга А и выше, и офицер, который выполняет мелкие поручения. В случае смерти его жертва была бы малой платой за контроль такой силы. Он военный человек, а на войне ведь свои правила.

— Вы серьезно? — я вопросительно приподнимаю бровь.

Кажется, сейчас эта дама меня разводит, пытаясь зачем-то нагнать жути.

— Да шучу я, — улыбнувшись, сказала Камила. — Лейтенант был предупрежден, однако сам проявил инициативу, подписав согласие. Он ведь и должен был обеспечить безопасность. Ты беспокоишься о том, не случится ли с тобой такого?

Похоже, мне чего-то не договаривают. Иногда я жалею, что мои способности ограничиваются пониманием того, что вот человек знает что-то большее, но не дает узнать это большее.

— Да нет, я не о том... — я вздыхаю. — А в каких отношениях были Кана и этот офицер?

— Ну, они особо не общались. Канашима видела его пару раз, на этом, пожалуй, все, — проговорив эту фразу, женщина отвела взгляд и встала со стула, подойдя к шкафу.

Видимо, действительно есть то, чем со мной делиться не хотят. Но если меня не предупреждают, значит опасаться мне нечего, так? В этом вопросе немного не хватает откровенности. Впрочем, Камила никогда не была слишком честна. Да, она довольно дружелюбна и добра, но я прекрасно знаю, что это лишь маска. Наблюдая за ней, я заметила, что она часто крутится возле директора. Настолько часто, что раньше я видела ее чуть ли не каждый день. И с ним она совершенно другой человек. Более холодный, более грубый, расчетливый. Кроме того, похоже, с Акирой они знакомы очень давно. Это не мое дело, но, судя по всему, их связывает нечто большее, чем дружба. В общем, наш главврач — человек двуличный. А таких людей не всегда легко понять.

— Мы пока не особо много выяснили, но, похоже, эта зелень не выводится из крови. По крайней мере, за тот месяц, что мы следили за офицером, этого не произошло. Кроме того, ее молекулярная основа содержит большое количество МОАО-L фермента, способствующего проявлению агрессии, ярости. Так что не исключаю того, что у тебя могут проявляться вспышки агрессии. Могут быть перепады настроения, — она достала какой-то цветок и, сломав одну из веток, поставила его обратно в шкаф.

— А как с этим было у лейтенанта?

Не хватало стать такой же, как Кана, только без способностей. Я и так-то особо добротой не выделялась.

— Никак. Все было в порядке. Но один случай не показатель, поэтому заранее предупреждаю о возможных симптомах. Если это будет тебя беспокоить, или будут осложнения, ты всегда знаешь, где меня найти, — женщина протянула мне ветку. — Вот. Измельчить. Добавить в воду, прокипятить и пить весь день. Поможет быстрее оклематься.

Привет народная медицина! Забудьте о том, что я там говорила о технологическом прогрессе и современных методах лечения…

— Это что, и волосы у меня позеленеют?

Вообще, наверное, проще напрямую спросить обо всем Кану. Главное, чтобы при встрече мне голову не отвернули.

— Вот на твоем примере все и узнаем, — врач хлопает меня по плечу и впихивает в руку ветку растения, не желая слушать мои бредни.

Видимо, прием окончен и меня подгоняют уйти, при этом тонко намекая, что теперь я «подопытный кролик».

— Спасибо, — закатив глаза, стандартно благодарю и прощаюсь.

«Да не стоит благодарности». Камила перед уходом просит меня как-нибудь зайти и сдать кровь для анализов. Похоже, за мной будут присматривать.

— Закончили? — задает очевидный порос Нео.

— Да, спасибо, что подождал, — вынужденная вежливость. — Возвращаемся.

— Как же не подождать, — парень прикусил нижнюю губу и слегка улыбнулся, с налетом презрения посмотрев на меня. — Не хотелось бы, чтобы ты померла раньше, чем закончишь мое поручение. Не думаю, что с Адамом смогу сработаться.

— Миленько.

Он протягивает зонтик. После подставляет спину. Возвращаемся.

******

Остаюсь один на один со своей болячкой. Следую инструкциям медсестры. Не знаю, что это за растение такое, но после кипячения оно воняет хуже помоев. Один запах вызывает рвотный рефлекс. Вкус соответствующий. Держись, женщина. Затыкаем нос и пьем залпом. Бежим в уборную, пытаясь не растерять все внутренности по дороге.

Чертова Канашима...

Обессилено падаю на диван в гостиной. Пытаюсь поспать.

Просыпаюсь от того, что кто-то упорно стучит в дверь.

Три часа дня.

Чувствую себя получше. Уже могу уверенно стоять на ногах.

За дверью стояла Эла.

— Тебя не было, вот и решила заглянуть, спросить все ли в порядке, — с ходу начала она. — Выглядишь неважно. Как себя чувствуешь?

— Нормально. Отравилась, но к понедельнику оклемаюсь.

Сначала хотелось сказать что-то вроде: «Ой, иди отсюда», но так я никогда не научусь быть вежливой.

— Понятно. Если тебе нужна помощь, ты не стесняйся, говори, я буду рада помочь, чем смогу.

— …, — я молчу.

Мол, если нечего больше сказать — вы свободны.

— В понедельник праздник. День равноправия. Я уже всех попросила, потому прошу и тебя. В общем, кружок традиций и праздников хочет провести концерт и устроить конкурсы. Потому им нужна помощь с организацией.

— Что у нас и такой кружок есть? — возмущаюсь, негодуя я.

Они постоянно организовывают гулянки, им только повод дай.

— Арквейд… — ведясь на мою шутку, выдыхает она.

— Просто шучу. Что конкретно они хотят?

— Всего на всего пару организационных моментов. Украсить зал, проработать программу, подготовить все. Много мелких разных дел. На сайте информацию я уже разместила.

Все ж Эла была правильным выбором. Молодец. Я совсем забыла об организации мероприятий. Не люблю это все. Теперь этим занимается она.

— Вот в чем дело. Так это без проблем. Приходи завтра в девять утра, я познакомлю тебя с нашим топ-помощником. Она тебе все расскажет, покажет, да и техническую часть организует. В общем, крайне нужное знакомство. И других напрягать не надо будет.

Похоже, мы всегда будем в долгу у Астарты. Хах.

— Еще одно. Не могла бы ты переодеться в мужчину. Все смотрят на студенческий совет, потому это подтолкнуло бы к действию и других.

Это давняя традиция. В этот день меняются ролями во всем, в том числе и в одежде. Конечно, сейчас этот праздник не значим, он даже не дает выходного, но многие до сих пор с радостью отмечают его. Любой парень может надеть платье, накраситься, и никто ничего не скажет и не подумает. Всем весело. Я лично обычно воздерживаюсь от такого. Но примерно 70% людей по всей стране не брезгуют наряжаться и выходить на улицу.

— Без проблем.

В конце концов, мужская и женская форма не сильно-то отличаются друг от друга. Мужской стиль меня не стесняет.

— Спасибо, я знала, что ты поддержишь. Аврора тоже согласна. Только на счет Нео я не уверена.

Не думаю, что он захочет. А жаль. Я бы посмотрела. Даже фоточку бы себе сделала на память.

— На него можешь не рассчитывать, — выдерживаю паузу. — Что ж, если это все, пойду отдыхать. Буду ждать завтра с утра.

— Ты уверена, что тебе не нужна помощь? — строя невинное личико, интересуется Эла. — Лицо у тебя не слишком здоровое. Ты, наверное, ничего сегодня не ела. Я могу сварить что-нибудь легкое и питательное. Что-нибудь, что не будет нагружать желудок.

Глупая женщина ищет повод провести немного времени со мной. Вот же ж проблема все-таки…

— Иди уже отсюда. Ты мила, но все, что мне нужно, это покой и сон.

Она неловко улыбается, извиняется, желает мне здоровья, после чего мы расстаемся.

Время снова пить эту дрянь...