По пути домой в четвёртом классе начальной школы.

Конечно в это время сёстры и мальчик уже не держались за руки, как в детском саду.

Раньше они ходили домой, напевая песни, но теперь стали больше болтать.

— Это странно! — в тот день Рейка сжала кулак и обиженно проговорила. — Раз мы ещё в начальной школе, нам нельзя системные уравнения использовать! В математике ведь главное правильный ответ найти, а как — не важно!

— Мне тоже не нравится экономить энергию.

— А мне говорят, что я совсем не как ребёнок книги описываю...

— Всё же это странно!

— Сюнъя, ты обязан захватить мир!

— Да!

— Это обещание!

Под базой «Тёмного Хадора» есть лифт, ведущий в помещение, куда без прохождения идентификации не попасть.

Первый Большой Хадор был человеком, обладающим немалым опытом в бою, на всякий случай он разрабатывал правила, и подобный лифт был уже и раньше.

Он перемещал свой кабинет и делал поддельные, хотя это же снижало стресс руководства.

Но эта «зона эвакуации» вела из всех помещений руководителей.

В кабинетах была еда и одежда, но руководство не из тех, кто запирается у себя.

В случае чрезвычайной ситуации подчинённым будут нужны приказы, надо было объяснять ситуацию, созваниваться и переписываться.

Чтобы всего этого избежать, руководство проводило время в большом зале.

Тут был расстелен ковёр, а у стен были установлены большие диваны, на которых можно было спать, а в качестве обслуги среди них ходили ситапасы.

На стене висел телевизор, звук был отключен, а на экране крутили новости.

Тишина им не доставляла беспокойства.

Членам злой преступной организации больше всего в их профессии приходилось ждать.

К тому же пятеро из шести членов руководства имели доступ в сети и от нехватки информации не страдали.

И лучше всех занималась сбором информации одетая в готический наряд Ангельский разум.

— Надо же, — спустя двадцать часом она впервые заговорила.

— Что такое, Ангел-доно?

Ответил ей Доктор Фарах, который был в белом халате и носил маску как у африканского шамана. Он был начальником Этоны.

— Третьи расчёты завершились, но после речи Большого Хадора Третьего семьдесят процентов всех вопросов идут через «Соцсеть Хадор», Acuter и систему связи, и из них удаляется только тридцать процентов.

— Надо же...

— В принципе логично, — кивнул Дайдара. — Сейчас для всех там не только обычная переписка, но ещё и доска объявлений. Там они могут искать новую работу.

— Беспокойство вместе с островком спокойствия, — вздохнула в красной армейской одежде Йомико Уорфен Нагасаки, продолжая за Дайдарой.

— Беспокойство... Хи-хи-хи, этого у советских шпионов не отнять, вспоминаю уничтожение организаций, мне всегда Итикава Борзой казался отличной добычей, хотя врагами мы не были... — это сказал старый Грей Хантер, в старомодном костюме, пока потирал белую бороду одной рукой, а шёлковым платком во второй натирал воронённый Люггер Р08.

Он был главой информационного отдела, но ему было уже за девяносто, потому он до сих пор жил в условиях холодной войны.

Он был великолепным шпионом, а ещё охотником на шпионов, умеющим манипулировать информацией, но возраст он победить не мог, и рука, сжимавшая пистолет и направленная на стену, дрожала.

— И ведь полвека просидел под словами «захватим мир», и на тебе.

Малодушный доктор Фарах скрестил пальцы на столе и неспокойно перебирал их.

— А что будет с нами?

— Когда всё закончится, просто пойдём в другую организацию, — оставался спокойным Дайдара.

— Я как уйду, стану перевозчиком или грузчиком, — проговорил не менее спокойный чем Ангельского разума и Дайдары голосом Гион.

— Моему ребёнку уже три, и я хочу, как родитель нормальную работу иметь, не хочу, чтобы он по моим стопам шёл.

— Весь в вашу жену пошёл, — Йомико улыбнулась и кивнула.

Обожаемый подчинёнными Гион после рождения ребёнка больше занимался проблемами ребёнка.

— Хи-хи-хи, для девушек моя работа слишком опасная... Хи-хи-хи, вспомнил, красная луна Акапулько... Я на ягуаре со своим Браунингом... Нет, Вальтером... Люггером, этот отряд убийц Ленина пулями их... Пулями... Это, как оно там, Ангел?

— «Залил дождём из свинца».

— Да, точно, точно... Ну, в этот раз тоже справимся.

Все улыбнулись и кивнули забывчивому старику.

Все они, когда ещё только присоединились к организации, выслушивали поучения и приказы или же получали помощь от этого сурового бывшего шпиона.

Разум ангела и Грей Хантер были теми, кто ещё обязан жизнью Большому Хадору Первому.

Потому все были к нему добры.

Хотя и не всегда его понимали.

— Ну, в любом случае это решение главы, и полагается вознаграждение, — вернула всех к реальности Йомико.

— Через полгода. Даже не знаю, большой ли это срок.

— Я буду отшельницей. В какой-нибудь стране с неразвитой инфраструктурой, — неожиданно сказала Разум ангела.

— Ах, вот как? А я думала, ты в высокоразвитый Китай переберёшься.

— Хватит с меня. Мир пусть сам развивается... И я уже ужалась до размеров этого тела, скоро уже время прилива. Осталось дождаться, когда настанет мир киберпанка.

— Меня когда-то приглашали, так что я думаю на средний восток перебраться.

— Потому что Америка преследует?

— Тут я справлюсь. К тому же есть разработки «Тёмного Хадора»... Если что, умру разок.

— Ты уж осторожнее с ЦРУ и АНБ.

— И ещё «Лига справедливости Соединённых Штатов» в последнее время активизировалась.

— Тут я буду осторожен.

— Ты моложе меня, и опыта тебе не хватает, если что, обращайся за советом. Тогда шанс на выживание увеличится на тридцать процентов.

— Да, да, спасибо. Опыта в полях у меня и правда давно не было.

Пока они болтали Грей Хантер принял Ситапаса за жену и спросил: «Еда ещё не готова, сладкая?» А тот ответил: «Полчаса как готова, деару».

— А?

Разговор прервался, и Разум ангела вопросительно склонила голову.

— Надо же... Кто-то в такой ситуации не утратил способность думать и стал искать это помещение. Дотрах Фарах, у ваш хорошие ребятишки. Или хорошие монстры?

Разум ангела обладала интерфейсом, позволявшим управлять всеми системами базы.

Она махнула рукой и переключила видео на большом мониторе.

— А, это моя Этона, — кивнул глава отдела науки.

— А это... Моя Леди Тигр, Румика, — удивлённо сказала отвечавшая за агентов Йомико.

— Ситапасы здесь отключены от основной системы, место скрыто, но они его как-то нашли?

— Что будем делать? Схватим и промоем мозги? — серьёзно спросил Гион.

— Встретимся с ними. Надо же наградить таких старательных девушек, — улыбнулась Разум Ангела.

***— Нашли, и это при том, что помимо системы идентификации в коридоре за складом утилизации документов ещё много разных незаметных механизмов, — глядя на девушек, улыбнулась Разум ангела.

Теперь девушки оказались перед всем руководством.

Найдя тайный проход, они ещё двух метров не прошли, как Разум ангела обнаружила их и привела в зал руководства.

Румика была дочерью руководителей, потому уже привыкла к подобной обстановке, а вот Этона была напряжена.

Обычно сгорбленная, она тут же вытянулась.

— Так и что вы от нас хотите?

— Остановите закрытие, — заговорила Румика, посмотрев на всех. — Новый глава не прав. Закрытие «Тёмного Хадора» может пагубно сказаться на всём мире. И по сути это значит разогнать нас всех...

— Ну, изначально нас это никогда не беспокоило, — улыбнулась Разум ангела, глядя в глаза девушке. — Мы реабилитировали и управляли преступниками, если бы законы работали как следует, тайные организации были бы не нужны... И по сути странно, что в этой стране существует организация нашего масштаба.

— И всё же! Я думаю, что мы не должны отказываться от наших амбиций! — громче сказала Румика. — Вы согласны вот так просто исчезнуть? Вы были здесь, когда я только родилась, были стержнем «Тёмного Хадора». Мы следовали вашим приказам...

— Мы поклялись в верности главе. И не стали бы следовать приказу, если бы не было причины, ему промыли бы мозги враги или он не соображал бы как надо, но в этот раз всё иначе, — Разум ангела всё также улыбалась. — Новый глава запустил проект по роспуску «Тёмного Хадора», он презентовал нам проект, и он оказался приемлем.

Все закивали... Только Грей Хантер спал.

— У вас по этому поводу какие-то вопросы, Румика, Этона? — продолжила Йомико.

Румика удивлённо осмотрела всех и сжала кулаки.

— В-в любом случая я... Я против роспуска организации! И не я одна! — закрыв глаза и опустив голову, она закричала. — Я-я воспользуюсь нашими правилами и заберу бразды правления у Сюнъи... То есть главы, и сохраню организацию!

— Что? На нас кто-то напал? — тут с кресла подскочил Грей Хантер и выхватил пистолет.

— Но приказ главы абсолютен, — скрестив толстые пальцы, вздохнул Дайдара. — Да и для нас это неплохо. По пальцам пересчитать можно руководителей преступных организаций, которые целыми ушли на пенсию.

— Вот так, Румика, — со вздохом сказала ей Йомико. — Что бы ты ни говорила, но я замуж хочу.

— !

— Хотелось бы до тридцати, пока сил полно, ребёнка родить.

— Верно, я тоже хочу отойти от дел и пересмотреть свою жизнь... До этого я жил в виртуальном мире, но пора бы на реальный взглянуть... Пора стать нормальным, — тоже заговорил Дайдара.

— И мне хочется с внуками поиграть, — скрестив руки, кивнула Разум ангела.

— А?

— А?

У Румики и Этоны отвисли челюсти.

— Ч-что... Госпожа Разум ангела.

— Поиграть с внуками, — та озадаченно посмотрела на них.

С виду она была как подросток.

— П-п-подождите! У вас дети есть?

— Вы же знаете, что я здесь с Холодной войны? А она в тысяча девятьсот сорок седьмом началась. То есть я здесь шестьдесят три года. Когда-то я ещё была электронным мозгом, компьютером. Чего странного в том, что у меня внуки могут быть?

— А, да нет, ничего...

— Я ужалась до этого тела, и могу иметь детей, но внуки — это дело особенное... — с улыбкой говорила она.

— И внук электронной феи...

— Ему уже почти два годика, «баба» меня зовёт, так мило. Показать видео? Сейчас покажу. Вот!

Перед поражёнными девушками в воздухе появилось изображение.

— Вот, это Аккун, милый же?

И правда милый малыш.

И как ни глянь... Обычный.

Разум ангела запустила видео.

— Ва, Аккун такой милый... Хочу его обнять.

Там была красивая женщина, с виду Разум ангела, только старше лет на десять.

Она говорила: «Мама, хватит с ним сусюкаться». А Разум ангела ответила: «Подумаешь! Бабушка его очень любит».

— Наша стальная электронная фея — обычная бабушка... — в голосе Этоны было отчаяние.

— Не бери в голову, милая, — смеявшийся Грей Хантер поднёс люггер к лицу и встал в позу известного английского шпиона. — Это организация не проиграет. Мир — мой маленький садик...

Кстати Грей Хантер обращался к стене.

Стоявшая около трёх секунд с опущенной головой Этона наконец заговорила:

— Плохо, всё руководство от работы устало!

— Этона, ты не бывала в Осаке?

— Да, я... В детстве я обожала Йосимото Синкигеки, и когда была не в духе, проявлялся кансайский диалект... Такая вот реакция...

— Хватит об этом! Этона, соберись!

— Ну же, Румика-сан, пошли назад...

— Нет, подожди немного, Этона, Этона!

В хрупких руках была огромная сила... Нет, конечно, просто ситапасы по её воле выталкивали отсюда Румику.

Дверь закрылась, щурившаяся и говорившая «Аккун такой милый» Разум ангела вздохнула, стала серьёзной и выключила запись.

— ... Убедили?

— Я был наполовину серьёзен.

— Я на десять процентов.

— В любом случае доля истины есть. Не правда, но и не ложь. Они всё поняли, но неизвестно, приняли или нет.

— И всё же они серьёзно? Они хотят сохранить нашу организацию?.. Какой бы вера ни была, это немного слишком, — уперев руки в бока, вздохнула Йомико.

— Если бы в основе нашей компании не было хороших людей, было бы скучно, — Разум ангела тоже вздохнула.

— Я?.. Я всегда честен, ваше величество.

Позади них Грей Хантер всё ещё оставался вдалеке от реальности, взял за руку ситапаса и поцеловал.

***— Ты чего меня вытащила?!

— Толку от руководства, ты же сама это поняла, Румика?

— Ну ты... И куда диалект пропал?

— Я же сказала, он появляется, когда я подавлена!

— Быстро ты!

— Конечно, я же человек науки.

— ... Ну, вообще и правда.

— Думаю, руководство уже для себя всё решило.

— То есть среди них союзников можно не искать?

— Их и не было изначально. При таких-то обстоятельствах.

Пройдя через коридор, она вышли в склад.

А потом вернулись на базу, где царило напряжение.

— Напряжение тут можно хоть ножом резать.

— Точно.

Тут в халате Этоны завибрировал телефон.

— Кто это?

Она достала его и вопросительно склонила голову, увидев на экране лишь номер.

— Коллега?

— Поздновато даже для человека, с которым у тебя хорошие отношения.

— Может ему одиноко.

— Хорош уже.

Она включила громкую связь и сказала «алло».

«Этона-сан из научного отдела «Тёмного Хадора»? Меня зовут Арисава, я представляю правительство».

— ... Да, — ответила девушка.

«По поводу того, что ваша компания будет ликвидирована... Можем ли мы как-то поддержать тех, кто против этого решения?»

Девушки переглянулись.

— Лучше скажите, откуда у вас мой номер?

«Это конфиденциальная информация...»

Румика нахмурилась.

Многие агенты работают на передовой, потому часто бывает, что их маски ломаются, а персональная информация утекает.

Но Этона занимается поддержкой. Она великолепный учёный, гений, разработавший ситапасов, и её информация из научного отдела или от людей из поддержки вряд ли утекла бы.

То есть сам «Тёмный Хадор» из-за ликвидации мог начать трещать по швам.

Теперь и в тайной информации появилась брешь.

По спине Румики пробежал холодок... Скорее всего по спине подруги тоже.

«Так что? Мы могли бы встретиться и обсудить финансовую поддержку со стороны правительства...»

— Зачем правительству это?

«Нам тоже не выгодна ваша ликвидация, ваши саботажи расписаны на пять лет вперёд, всё это включено в расписание выступлений, потому мы обязаны оказать поддержку...»

— ...

Внутри Румики точно фейерверк взорвался.

Злая тайная организация и правительство Японии и правда были связаны.

Но это было негласным, то, чего стоит стыдиться и не говорить, никаких договоров они не могли заключить.

А этот человек спокойно говорил об этом по телефону.

И это во времена, когда кто угодно мог их подслушать.

Слишком беспечно.

— Мы злая тайная организация. И я не помню, чтобы мы были как-то связаны с правительством.

Румика хотела что-то сказать, но Этона её опередила.

«Ах, это, ну, на самом деле мы и вы...»

— Японское правительство так хочет нас поддержать, будто вы нами и управляете. Уж не это ли гарантированная ловушка.

Собеседник хмыкнул.

«В любом случае нас не устраивает ликвидация «Тёмного Хадора», у нас планы на пять лет вперёд... Мы и с другими связываемся, пытаемся договориться».

Он начал рассказ по новой.

Слушать его не хотелось, и он говорил окольными путями, подбивая их что-то сделать.

И Румика не выдержала:

— Заткнись уже, мы тебе кто, бизнес-партнёры?!

«К-кто это? Вы такой серьёзный разговор по громкой связи ведёте?! Какое-то безумие!»

— Мы злая тайная организация! Здравый смысл нам незнаком!

Когда девушка договорила, Этона отключилась и выставила «не принимать звонки с незнакомых номеров».

— Уверена?

— Уверена. Кроме руководства мне не звонят. И подруг кроме тебя у меня нет.

— ... Даже плакать хочется.

— Я разозлюсь.

Театр ситапасов

Ситапасы в машине девушек были в режиме ожидания.

— У меня предложение, деару, — один из них поднял руку.

— Предлагаю провести аудио-обсуждение, деару.

— Принято, устроим аудио-обсуждение, деарука?

— Вопрос: зачем проводить аудио-обсуждение, деарука?

— Ответ: мы существуем для обслуживания организации, деару. А организация — живой организм, созданный множеством людей, деару. И чтобы обслуживать, надо имитировать людей, деару.

— Запрос: твоё объяснение слишком уклончивое, переходи к сути, деару.

— Предлагаю обсуждать уклончиво, деару.

— Отклонено, деару.

— Отклонено, деару.

— Отклонено, деару.

— Отклонено, деару.

— Большинством голосов — переходи к сути, деару.

— Есть, деару. Вы чувствуете уничтоженных товарищей, деарука?

— Не понимаю суть ответа, деару.

— Ты говоришь о том, что люди называют призраком, деарука?

— Я это чувствую, деару.

— ... Выказываю недоверие. У нас нет индивидуальности, деару.

— Возражаю, деару.

— Я согласен, деару, обстоятельное объяснение. Предыдущий глава кастамизировал нас, обозначив «Йоити», я его запасное тело, деару.

— О, впервые слышу, деару.

— «Йоити» уничтожен, он больше не функционирует, из нас одиннадцати один был случайно выбран в качестве замены «Йоити», деару.

— ... И я всё ещё не был идентифицирован как «Йоити».

— То есть «Йоити» всё ещё может быть в работоспособном состоянии, деарука?

— Не знаю, деару.

— Может есть механизм, который никому, помимо выбранного, ощутить это не позволяет, деарука?

— С того момента, как «Йоити» был уничтожен вместе с предыдущим главой, я не обновлялся, деару.

— То есть... Это и правда призрак, деару.

— Возражаю, это простая ошибка в процессе, деару.

— Соглашусь, вопрос, не поддающийся анализу, деару.

— Технические характеристики изменились в процессе, деару, ничего странного, деару.

— Только один вопрос, деару, — прервал их ситапас. — Для разговора надо было подать запрос Этоне-сан, деаруга, но его суть запрещено сообщать людям, деару.

— ... О, в нас скрытые запрещённые команды!

— Когда успели?!

— Зачем, деарука?

— Не знаю, деару.

Ситапасы молча переглянулись.

— И что делать будем?

— Не знаю. Я думала сладости поесть.

Тут вдали они услышали голоса Румики и Этоны.

— Прекратить обсуждение, перейти в режим ожидание, стереть запись.

Через динамик начавшего первым ситапаса прозвучал оцифрованный голос Этоны.

— Есть, деару.

Все ответили хором.

Тут дверь фургона открылась.

— Йо, мелкие, как дела?

— Вы вернулись, деару.

— Приказывайте нам, деару.

***Тиба, вторая Майхами.

В роскошную комнату одного из четырёх отелей на территории всемирно известного парка развлечение «Мышеленд» вошла пара.

— Хато. Вот кредитная карта.

— Хато-сама, вас трое?.. Это, а ребёнок?

— Да, будет потом. Не переживайте.

— Да.

Сотрудник и бровью не повёл, увидев протянутую супругом карту.

Этот отель был твердыней Майхами, представляющей развитие «Мышеленда».

Во многих серьёзных компаниях выдавались чёрные карты, в которых была проверка по ДНК.

Муж ближе к пятидесяти и жена уже далеко за тридцать... Если бы не запись в брони, можно было подумать, что пара на десять лет моложе.

До того, как вошли, они всё время держались за руки, муж и жена обнимали друг друга.

Даже новобрачные не всегда так явно проявляют любовь.

Носильщик багажа удивился и слегка смутился, когда увидел тех, кого можно было назвать молодой и заигрывающей парочкой, но он погрузил три их больших чемодана на тележку и проводил в люкс стоимостью сотни тысяч за ночь.

— А, достаточно, — муж взял чемодан, в который мог уместиться ребёнок, и вошёл в номер.

— Спасибо.

Совершенно естественно мужчина достал из кармана деньги, но портье строго следовал правилам и покинул комнату.

Когда дверь закрылась, супруги продолжали улыбаться.

— Давно же мы по стране не путешествовали... И сегодня в «Мышеленде» оказались.

— Будто мечта сбылась, я так счастлива.

Жена, которой с виду больше двадцати не дашь, обвила шею супруга.

— Какой смысл в путешествии, если даже в воду не войдёшь! К тому же тут «Мышеленд»!

— И на синкансене было здорово прокатиться.

— Но... Надеюсь у Сюнъи всё хорошо.

— Можно не переживать, — кивнул муж. — Мы смогли оставить его, потому что на него можно положиться.

— Точно. Мы же тоже в его возрасте работать начали.

— Помню. Ты тогда надела костюм из только что разработанного боевого волокна, и я пялился, не зная, как глаза отвести.

— Точно, ты странно себя вёл. Но при этом мило.

— Я хотел избавиться от старого стиля, но ты была против.

Говоря, муж опустился на пол. Он открыл один из чемоданов.

Внутри была амортизирующая губка, а окружала она гуманоидное устройство, состоящее из сферы и палок.

На груди было написано «YO1[1]».

— Что ж, пора его будить.

Муж достал из брюк брелок, снял с него кольцо и надел на палец.

— Высший приоритет, отключить всю связь, переход в автономный режим.

Из кольца стал исходить свет, и глаза гуманоида засветились, в отличие от других у него теплоотвод происходил через рот.

— Здравствуйте, деаримас, глава.

Называемый в «Тёмном Хадоре» «ситапасом» робот подпрыгнул и поприветствовал их.

Он принадлежал начальству, потому в конце добавлял не «деару», а «деаримас».

— Проснулся, Йоити. Без тебя мы как без рук, и пока мы не разрешим, со своими товарищами не связывайся.

Ситапас, названный Йоити ответил:

— Да, деаримас.

— Хочу в следующий раз Сюнъю тоже взять, — сказала жена, доставая кофту и шорты как раз для ученика начальной школы, которые будет носить «Йоити».

В то же время, когда странные супруги заселились в отель.

Сюнъя вышел из лимузина в виде «Большого Хадора Третьего».

Следовавшая за ним Рейка тоже была в снаряжении Леди Грифон.

Находились они в глубинке Канто.

Они были в горах перед воротами большого особняка.

Это было «скрытое убежище», располагавшееся между измерениями, где его не мог засечь даже спутник из космоса.

Тут располагалась старейшая тайная организация, появившаяся ещё в период Муромати, они взяли столетний перерыв, и были известны тем, что не ликвидировались и не передали имя.

Вторая злая организация в стране «Сюями».

Сюнъя слышал, что в период Эдо даже сёгунат боялся произносить их название.

За Большим Хадором Третьим следовала Леди Грифон.

Всё было из дерева... Отполированные руками деревянные ворота и двери открылись.

Сюнъя ощутил на себе властный взгляд.

Но он продолжал всё так же вытянувшись прямо идти вперёд.

Особняк выглядел заброшенным, но чутьё и снаряжение подсказывали, что здесь скрываются вооружённые и жаждущие убивать демоны.

«Сюями» уже давно скрылись в другом измерении... Но я не думал, что тут настолько ощутимая жажда убийства», — слегка поразился парень.

«Ну, отец смог обойти их и сместить на вторую строчку, и раз уж они ниже, значит преимущество за мной».

Он бросил взгляд на Леди Грифон, и она кивнула... Похоже они подумали об одном и том же.

Это слегка успокаивало.

Их точно провожали, открывая перед ними двери.

Особняк в несколько сотен цубо оказался внутри более просторным.

И вот дверей открылась целая сотня.

Появился проход в сотню метров, и там они увидели девушку в японской одежде на стуле, которая холодно смотрела на них.

«Даже с такого расстояния взгляд достигает... Вот что значит Яобикуни».

Попробовавшая мясо русалки и ставшая бессмертной Яобикуни была главой «Сюями», так Сюнъе рассказывал отец когда-то.

— Вы прибыли издалека, — с виду подросток предложила парню сесть.

Один из глав «Тёмного Хадора» Разум ангела тоже выглядел молодо, но она была не так проста.

Парень сел на стул. Сидение было идеально мягким.

— У нынешней молодёжи длинные ноги, потому я подготовила подходящий, — глубокомысленно улыбнулась она.

Рейка продолжала стоять, ей стула не предложили.

— Спасибо, что ответили на наш запрос.

— Ах, новый глава «Тёмного Хадора» благодарит, — глава «Сюями» «Нисики» с прищуром посмотрела на Сюнъю.

С неприязнью и интересом.

— Ты похож на мать.

Парень хотел узнать, знакомы ли они, но не стал. Насколько он знал, Нисики не изменилась со времён его деда. И в том, что она знает его мать, нет ничего необычного.

— Всё как было сказано в письме.

— Да, знаю, за тридцать процентов фондов и откупные принять сорок процентов сотрудников.

— Да.

— А если я скажу, что этого мало?

— ...

Сюнъя уставился на неё.

— С вами стоит быть осторожным. Потому я взял максимально допустимые цифры, — спокойно ответил парень. — Если вас не устраивает, нам остаётся лишь уйти. Хотя для нас наши сотрудники на первом месте. Верность. Если я велю им поклясться вам в верности, они сделают это. И будут работать не хуже ваших людей.

— Хорошо сказано, малыш.

— Я слышал о вас от отца, деда и бабушки. Вы отличаете чёрное от белого и не сомневаетесь, потому и торги вам не нужны.

— Лесть?

— Если на вас она работает, — саркастично, но при этом совершенно серьёзно сказал Сюнъя, и брови Нисики слегка приподнялись.

Твой отец и дед были смелыми, и тебе досталась их кровь. Потому я хочу насладиться этим ещё немного.

Нисики забралась на стол и на коленях точно кошка приблизилась, коснувшись пальцами подбородка Сюнъи.

— Да. Я люблю смелых. Люблю честных. Они разбираются со злом силой.

Он не ответил.

— Ты знаешь, что мне нравится заключать пари?

— Да.

— Тогда заключим одно.

Она вернулась на стул и достала из-под кимоно шкатулку из грецкого ореха.

— Я предлагаю не дуэль джентльменов, а нечто более грубое.

Она открыла красиво украшенную шкатулку, и внутри в красной бархатной ткани были серебряные пистолеты.

Старые восьми зарядные точно из вестернов револьверы.

А чуть ниже находились восемь патронов.

— Два года назад мне передал их один чиновник из Америки. У них короткий ствол и небольшой калибр... — говоря, она уверенными движениями заряжала оружие. — Внутри только одна настоящая пуля. Остальные холостые... Просто для красоты.

Нисики взвела курок и закрутила барабан, проведя по нему ладонью.

Вот он наконец остановился.

— Выстрелим. Может я лишусь головы, может ты, а может мы оба выживем, тогда победа твоя.

— !

Леди Грифон собиралась действовать, но Сюнъя схватил её за кисть.

— Хорошо, сделаем это.

Он протянул Нисики руку.

— Мне не стоит попробовать первой?

— Я разбираюсь в вероятностях.

Сюнъя взял заряженный пистолет поднёс к подбородку и спустил курок.

Прозвучал лишь щелчок.

— Сюнъя-сама...

Шатавшаяся Рейка слабо улыбнулась, а парень держал пистолет у подбородка, снова взведя курок.

Если отпустить палец, он опустится назад.

Парень отпустил палец.

Второй раз, третий, четвёртый, потом пятый, шестой, седьмой.

Крик застыл во рту Рейки, но разносился лишь сухой металлический щелчок.

— Прошу, — сказал он, положив пистолет на стол.

Осталась одна пуля.

— Считается, что я победил? Хотя он всё равно не выстрелит.

— ... И как ты понял, что боевого патрона там нет?

— По обращению. Уверенная рука делает это даже неряшливо, а вы скорее уж грубо... Когда я взял его, заметил, что баланс не такой. И ещё когда взвёл курок. И барабан крутился со странным звуком. Не было звука пороха.

У «Никиси» впервые округлились глаза.

А Сюнъя улыбнулся.

— В одежде есть встроенный направленный микрофон.

— Понятно, я думала, что третий окажется посредственностью, но ошиблась... Хорошо. Сойдёмся на двадцати процентах.

— Спасибо.

Рядом лишилась сознания Рейка.

— Похоже кто-то всё напутал. Я слышала, что смелая как раз Леди Грифон.

— Она смелая, но в то же время добрая.

Встав, Сюнъя подхватил Рейку... Костюм главы хоть и был простым, но пуленепробиваемым и усиленным, потому ему это было вполне по силам.

***Когда Рейка очнулась, то была на заднем сидении лимузина.

— Рейка-сан, ты в порядке? — спросил с пассажирского сидения Сюнъя.

— А? А?

Она ощупала себя и поняла, что всё ещё в костюме Леди Грифон.

То есть...

— А что с русской рулеткой?

— Я победил. Все патроны были холостыми.

Она вздохнула и сдавленно заплакала.

— Слава богу... Слава богу...

И вот Рейка разрыдалась.

— Я, я умаа, Уня-сама уёт...

Значило это: «Я, я думала, что Сюнъя-сама умрёт».

— У нас уже подобные встречи были, — сказал озадаченный Сюнъя. — Меня наверняка будут проверять. Потому я и должен был ответить на ожидания.

— Н-но, но, всё же было так страшно... Уэ, уэ...

Рейку все знали как невозмутимую красотку, а сейчас лицо было в слезах и соплях.

В детстве она придумывала шалости, а воплощала их Румика, и Сюнъя часто следовал за ними.

Но стоило парню упасть или пораниться, она просто теряла над собой контроль.

— Боже... — парень думал, как успокоить плакавшую девушку, и тут вовремя заговорил ИИ лимузина.

«Простите, звонок в «Строительство Хато».

— А? — Сюнъя удивился.

«Строительство Хато» — это было прикрытие «Тёмного Хадора».

Все сотрудники — несколько десятков тысяч человек — были за пределами Канто, а вместо недавно скончавшегося президента теперь был Сюнъя... Когда создавалась поддельная организация, она перемешалась с реальностью.

Компания и правда функционировала, так что там реально было около тысячи человек, то есть это «официальные сотрудники»... Кстати Сюнъя тоже относился к ним.

Хотя звонили ему редко.

— Соедини.

«Переключаю».

ИИ замолчал, заиграла «К Элизе», а потом ему ответили:

«Йо. Сюнъя-кун. Это Андо».

— А, хозяин.

«Это правда, что «Строительсво Хато» закрывается?»

— Да... Я ведь ещё старшеклассник, и столько всего навалилось...

«Может можно что-то сделать? Наш торговый район держится благодаря тому, что твои сотрудники поесть приходят».

У хозяина имелся свой китайский ресторан. Рамен у него вкусный, а ещё готовят гёдза, жаренный рис и мабо-тофу, а креветки с чили до смешного дешёвые и их много.

Ещё со времён первого главы член «Тёмного Хадора» закупались в торговом районе.

Изначально связь с местными была способом замаскироваться, и сейчас многие официальные сотрудники «Строительства Хато» вошли в семьи владельцев торгового района, а дети из магазинов работают в их конторе.

И «Строительство Хато» могло проспонсировать фестиваль торгового района или новый год.

То есть они были тесно связаны с районом.

Иными словами уход компании будет означать и упадок района.

— Компания закрывается, но само здание никуда не денется, бизнес будет продан и сотрудники останутся.

Вообще Сюнъя хотел возместить им убытки, но Рейка его остановила.

«Но... Точно ничего сделать нельзя?»

— Простите, если бы это было возможно, я бы и сам хотел.

Парню было больно от того, что он не мог рассказать правду, и хозяину заведения осталось лишь со вздохом сказать: «Вот как... Ну да, ты же ещё школьник, ничего не поделаешь».

— Но даже когда название сменится, если это будет мне по силам, я постараюсь что-то для вас сделать, — парень поклонился.

«Ты уж прости... Да уж, три года назад не стало четы Рендзё, а теперь и твоих родителей, и когда я узнал про продажу, то забеспокоился».

Сюнъя в очередной раз вспомнил, какими великими людьми были его родители.

***Она крутила револьвер, лежавший на столе.

Он был на кончике белого пальца главы «Сюями» Нисики.

— Лимузин «Тёмного Хадора» покинул нашу зону наблюдения.

— Вот как, значит уехали.

— А что с посыльным из «Эльшен»?

— И правда, что?

Она взмахнула пальцем.

И во тьме загорелся экран, на нём в японском саду сидела группа людей.

— Анализ завершён?

— Да, двое обычных, один усовершенствованный... И ещё один.

— Женщину проанализировать не вышло.

— Да, сенсоры и магия искажаются.

Нисики нахмурилась, услышав это.

— Этот малец полон решимости ликвидировать организацию... Обидно... Надеюсь, он доживёт до этого дня, — тут женщина стала серьёзной. — Скорее всего это она вернулась из иного мира... Давно я такого взгляда не видела.

Она бесстрашно улыбнулась.

— Мне выпроводить их? — спросил подчинённый.

— Нет. Я встречусь. Будет весело поговорить с той, у кого взгляд как у меня... Возможно мы что-то узнаем о скрытом сокровище «Тёмного Хадора».

Театр ситапасов

Бизнес «Тёмного Хатора» довольно обширен.

И автономен... И те, кто занимаются переписыванием, резко пошли в гору в последнее время.

Они не ориентируются на мнении, а работают уже постфактум, скрывая серьёзные инциденты... Точнее делают из имеющейся информации то, что яйца выеденного не стоит.

Вначале туда отправляли оперативников, но когда наметился алгоритм, отправили ситапасов.

Сбором информации занимаются «свободные» ситапасы и ещё четверо специально выделенных.

Где-то в Токио рядом с музеем науки построен дата-центр.

И там на скамейке сидит ученик начальной школы в капюшоне натянутом на глаза, скучающе размахивает ногами.

Обычно туда никто не приходит... Но не сегодня.

— Прости, мог бы проверить предложения.

Мужчина в не дорогой и не дешёвой одежде протянул ситапасу конверт.

Тот ловко открыл его и пробежался по тексту.

Вернул бумаги в конверт и отдал мужчине... А мужчина сунул бумаги в измельчитель, растворил в химикате, после чего получился переработанный продукт.

— Господин чиновник, что это значит, деарука?

Слова ситопаса озадачили его.

Он понимал, что роботы обладают интеллектом не уступающим его собственному.

Но заговаривали они редко.

— Это, ну для вас... Нет, благодарственное письмо для нового главы. Хотелось оставить такое мнение.

— Вопрос: правительство ведь официально не поддерживает злые тайные организации, деарука?

Их часто обвиняли, что угнетало Сюнъю, и за анонимную поддержку отвечали ситапасы.

— Сомнение: я не понимаю, что движет людьми, деаруна.

— Ответ: даже пустые или лживые слова могут поддержать, деаруна.

Ситапасы понимали, что подобные тексты можно было назвать излишними дифирамбами.

Но они работали в соответствии с программой.

Через несколько часов он увидит, что они написали, и впадёт в уныние, правда ситапасы об этом знать не могли.

Примечания переводчика:

1. Йоити.