Жизнь с момента нашего с Элей разговора потекла на удивление размеренно и спокойно. Наверное виной тому было то, что мы все же разобрались в сути проклятия и опасность миновала. Эля счастлива с Дивероном и ждет ребенка, Лера пропадает невесть где, появляясь лишь на занятиях. Дошло до того, что даже ночевать теперь не приходит! А на все расспросы лишь слегка краснеет и смущенно отводит взгляд. Ну да и ладно, это ведь ее жизнь. Что же касается меня? Я всецело погрузилась в учебу. Благодаря полученным в библиотеках знаниям, схватывать удавалось все буквально на лету и не требовалось тратить время на зубрежку и изучение теории, поэтому основные силы были брошены на освоение практики.

Лаборатория и прилегающий к ней зал для медитации стали едва ли не моим домом. Смущало лишь то, что там все время рядом оказывался кто-то из моих товарищей. Их присутствие не смущало, нет, но будоражило сознание, а еще усиливало чувство вины, ведь я так и не определилась с нашим будущим. В открытую мы этот вопрос не обсуждали, и товарищи по-прежнему пребывали в блаженном неведении о том, что мне известна их тайна насчет их предопределенных… Вернее, о том, что она для них едина, и это я.

Зато мои тренировки в магии начали давать результаты. Правда пока только под контролем Лерни я могла безбоязненно выпускать свою силу. И как бы это не смущало, происходило это в тот момент, когда товарищ садился за моей спиной и обнимал. Даруемое его близостью ощущение покоя накрывало, словно отгораживая от всех тягот и невзгод окружающего мира, появлялась вера в свои силы и я раз за разом вполне осознанно призывала огонь. Сначала крохотный оранжевый шарик на ладошке, потом фитилек на кончике пальца, а потом начали получаться разные фигурки, типа огненных ленточек, шариков различного размера. Дольше всего училась управлять ими. Моя магия упорно не желала работать дистанционно. Зажечь огонь на ладони? Легко! А в каком-то локте от меня? Ни в какую! Да что уж там локте, она и на расстоянии в пальчик от моего тела не желала работать!

— Может тебе мало просто медитации? — однажды задумчиво произнес Лерни.

— В смысле? — уточнила я, привычно облокотившись спиной о надежную грудь товарища.

— Место, которое ты представляешь, существует реально?

Я невольно улыбнулась. О да, оно существует. И как же давно я там не была! С момента как показала его Эле минуло уже больше полугода.

— Думаешь мне стоит его посетить?

— Если это возможно, то лишним не будет, — шепнул Лерни, и уже каким-то привычным стал его легкий поцелуй в макушку.

Стоит ли сомневаться в том, что в первые же выходные я набрала в столовой провизии с запасом и телепортом перенеслась на окраину ближайшего к дому Верховной населенного пункта? Оттуда, оседлав верную Бибику, долетела к поляне шабаша, сделала круг возле особняка, теперь по всем законам принадлежащего мне и защищенного немногим хуже нашей Академии, но снижаться не стала. Хоть весна и входила в свои права и повсюду слышалась капель, но простоявший всю зиму заброшенным дом сейчас по самые окна увязал в сугробах. Убедившись, что сюда не ступала нога человека или ведьмы, я направилась к потаенному от всех водопаду.

Миновав бурелом и частокол плотно поросших стеною многовековых деревьев, я попала в вечное лето: в лицо ударил теплый ветерок, ноздри нестерпимо защекотало от насыщенного аромата цветущего разнотравья, зазвенели птичьи трели, жужжание насекомых, вскоре слух уловил звук падающей воды, и взору предстало сияющее бирюзой вечно теплое озерцо с впадающим в него водопадом. Территория вокруг дома Верховной была защищена по сути так же как и имение Дейры, но это место являлось чем-то абсолютно уникальным — здесь всегда было лето. Эти стабильность, тепло, защищенность и стали тем якорем, что позволял мне погрузиться в себя и достучаться до источника собственных магических сил.

«Рыське бы здесь понравилось», — мелькнула грустная мысль. Увы, от идеи взять с собой свою фамильяру пришлось отказаться. На этом настаивали оба мои товарища, аргументируя это тем, что она усиливает мои ведьмовские силы, но в случае неконтролируемого выплеска магических сил может пострадать. А это было более чем вероятно, ведь мне почему-то совершенно не удавалось их контролировать без присутствия рядом Лерни или Джереми. Даже медитации в нашей ванной, в общежитии, не проходили бесследно, благо после первых происшествий девчонки не оставляли в этом помещении никаких вещей, а стены и пол были каменными.

Едва ноги коснулись песчаного берега, я тут же разделась и нырнула в нежные объятия прогретой по-летнему теплым солнышком воды. Вдоволь накупавшись, слегка перекусила и, не одеваясь, принялась медитировать. Магия здесь ощущалась не как дикий неприрученный зверь, а как ласковый котенок. Вместе с этими ассоциациями вновь в мыслях заиграла та мелодия и песенка о теплых котах. Глупая по сути песня, но в ней было столько тепла и доброты, что она покорила меня и увлекаясь чем-то я частенько мурлыкала ее себе под нос.

Словно в ответ на эти думы я ощутила легкое прикосновение к ноге и вмиг распахнула глаза, воззрившись на странного, сотканного из полупрозрачного и почему-то голубовато-бирюзового пламени котенка?!

В шоке, боясь шелохнуться, чтобы не спугнуть, смотрела на ластившегося ко мне звереныша, лишь чувствовала, что угрозы оно не несет. Все мои немалые теоретические знания не могли дать ответ на вопрос: кто это?

Осторожно приблизила к неведомому созданию руку, позволяя привыкнуть к моему присутствию, приручить. Тот не отшатнулся, лишь замер, забавно склонив головку. Постоял так немного, а потом боднул меня в ладонь, ни дать ни взять как самая обычная дворовая кошка! Да что уж там, моя Рыся тоже так постоянно делала, прикидываясь простой мурлыкой и напрашиваясь на ласку. Что интересно, прикосновение и вправду было схоже по ощущениям. Сначала тепло и мягкость, а при большем нажатии я отчетливо почувствовала упругость, словно неведомая тварюшка состояла из плоти и крови, хотя зрение однозначно утверждало обратное.

Завороженно взирая на явно не зверюшку, поглаживала ее, наслаждаясь неведомыми доселе покоем и нежностью.

— И кто ты такое? — не особо рассчитывая на ответ, прошептала я.

— Дух… — послышался ответ, прозвучавший словно шуршание ветра в листве, я даже решила, что ослышалась. — Ты воскресила меня, — вновь донеслось тихое. — Возроди…

Звук был странным, исходящим как будто со всех сторон сразу.

Воскресила? Я?! То есть как? Тут что когда-то котенка утопили? Но как, если это место изолировано от всех и вся. Или оно не было таковым до прихода Верховной? И то, что сейчас произошло: это плохо или хорошо?

О Двуликий, ну почему я притягиваю к себе все непонятности этого мира? Иномирянка и этим все сказано. Странно, что в детстве ничего подобного не случалось, или просто в нашем селении нечему было происходить? Или что-то было, но я этого не замечала?

Так, тиская явно истосковавшегося по вниманию и ласке духа, я и размышляла, порой задавая ему вопросы и даже изредка получая короткие, размытые ответы. Картинка вырисовывалась отнюдь не радужная.

Это место — источник магической силы, прежде питавший собою всех мало-мальски одаренных магов нашего мира, а с той поры как Верховная запечатала пространство, магия перестала проникать за пределы источника и маги начали слабеть и вырождаться. Едва не погибший за два тысячелетия вынужденной изоляции дух знал о том, что творится, но изменить что-либо не мог.

Странно, что об этом не нашлось упоминаний в дневнике наставницы, она ведь явно гордилась делом рук своих. Или нет? Может она не знала, что ненароком натворила со всем этим миром и его магией, запечатав пространство вокруг своего дома? Хотя имеются у меня сомнения на этот счет. Все же она иномирянка, а значит не только ведьма, но и маг. Запечатав это место, она наверняка сделала его своим личным источником.

Я напрягла память, пытаясь вспомнить сталкивалась ли с какой-нибудь статистикой по поводу уменьшения количества одаренных. Прямым текстом об этом нигде не писали, все происходило слишком медленно. В те времена, когда в наш мир пришла опальная королева, магов было очень много, спустя несколько столетий их численность уменьшилась настолько, что королевский Совет принял решение о необходимости холить и лелеять редкий дар. Одаренным присваивали титулы, предоставляя им земли, чтобы маги не тратили силы на выживание и добычу пропитания, а пестовали свой дар, преумножая оный и передавая потомкам.

Пока размышляла об этом всем, успела несколько раз слетать к полосе бурелома, набрав сушняка для костра. Запас трав для чая и небольшой котелок у меня имелся, так что вскоре я потягивала ароматный, обжигающе горячий взвар вприкуску с прихваченной из столовой булочкой. Немножко поколебавшись, ведь он не животное, я все же предложила угощение духу, но тот странно покосился на меня и, покачав головой, прошелестел:

— Мне не нужна пища… Мне нужна плоть…

Я аж вздрогнула от этих слов. Он что меня съесть решил? Может, стоит смыться, пока не стало слишком поздно?

Видимо испуг слишком красноречиво отразился на моем лице, потому что дух, скорчив умильно обиженную мордашку, демонстративно отвернулся, показывая, что обижен. Вот что за мысли порою в голову лезут? Ведь он постоянно тянется ко мне, выпрашивая прикосновений, может это и имелось в виду? Ему просто нужен кто-то рядом из плоти и крови? Ладно, со временем выясню, а пока думаю, что не стоит поднимать эту тему.

К вечеру собрала себе лежанку из лапника и трав, накинула на них мантию и, ощущая себя как никогда отдохнувшей, провалилась в мир грез.

Так и прошли выходные: я нежилась на солнышке, плавала в озере, медитировала, тискала духа, болтая с ним о том и сем. Хотя слово «болтала» не очень подходило; он явно отвык от общения и речь давалась с трудом, поэтому чаще спрашивал и слушал. В общем, провела я время более чем продуктивно с точки зрения совершенствования магических навыков, и обилия новой информации, заодно отдохнула знатно. Увы, все имеет обыкновение рано или поздно заканчиваться, подошли к концу и выходные.

Уходить не хотелось, и я оттягивала момент прощания до последнего. Уже в сумерках оделась, собрала вещи, оставив здесь только котелок, и призвала Бибику.

— Я буду ждать… — буравя меня грустным взглядом, прошелестел так и оставшийся безымянным дух.

— А хочешь, возьму тебя с собой, — неожиданно предложила я, сама не понимая, как такая простая идея не пришла в голову раньше.

— Нельзя… Без плоти… — отозвался он, и вот после этих слов я вконец растерялась, выходит моего присутствия недостаточно?

О чем и спросила.

Мерцающий в сумерках всполохами голубовато-бирюзового пламени котик горестно вздохнул, и произнес:

— Границы не убрать… Нужна плоть… Свежая плоть…

— Жертвоприношение? — с опаской уточнила я, но дух тут же замотал головой:

— Неееет… Плоть… Сосуд для духа…

Не скажу, что после этого пояснения стало понятнее. Поэтому я поспешила улететь, пообещав вернуться как только смогу. Не отпускала мысль, что духа надо как-то освободить, вернув в мир полноценную или как он выражался первородную магию. Оставалось понять — как это сделать? Пока ясно одно — воскресило его появление здесь инициированного мага. Да, прежде мы с Элей тут успели побывать, а я и не раз, но в то время мы даже и не догадывались о том, что владеем магией.

— Верррнулась! — едва я вышла из портала, донеслась до меня исполненная радости мысль моей фамильярочки.

Стоило выйти из административного здания и на меня обрушился ураган по имени Рыся. Моя пушистая непоседа явно успела заскучать, что вызвало укол совести, ведь я все эти дни тискала котенка, даже спала с тем в обнимку. Ну и пусть он не из плоти и крови, а лишь сгусток чистой магической энергии, но факт остается фактом — свою ласку я ему дарила с избытком, в то время как моя собственная фамильярочка скучала.

— К котам своим зайди, — наконец-то утихомирившись, посоветовала Рыся. — Волнуются они.

Спрашивать как это было выражено я не стала. А зайти? Почему бы и нет? Я по ним уже тоже соскучиться успела. Все же прежде мы виделись каждый день на лекциях, а после на практических занятиях то с одним, то с другим, а тут за целых три дня ни разу не встретились! Да и куда мне еще спешить? Дед предупреждал, что на несколько дней уедет в столицу по делам и вернется лишь в начале недели. Лера наверняка как всегда где-то пропадает. Ксене не до меня, она вся в учебе. Поесть чего-нибудь горяченького не отказалась бы, но это подождет; сначала к друзьям.

— Опять шастает… — пробурчала при виде меня комендантша, но все же без лишних пререканий вызвала Джереми.

— Ух ты! — воскликнул товарищ, окидывая мое лицо удивленным взглядом. — Посвежела, и даже будто загорела немного. Ну, идем, а то Лерни заждался уже.

Едва мы скрылись из поля зрения комендантши, как товарищ привлек меня к себе, приобняв одной рукой за плечи, и по-свойски чмокнул в висок.

— Заставила ты нас поволноваться, — негромко признался он. — Весна еще толком не началась, холодно, думали ты вечером вернешься, а тебя все нет и нет.

В комнате меня перехватил Лерни. Оглядел с головы до ног и, ничего не говоря, обнял, тоже чмокнув, но на этот раз в кончик носа, отчего тот зачесался, и я, не сдержавшись, чихнула.

— Ну вот! — тут же всполошился Джереми и, усадив меня на диван, укутал пледом, тем временем как Лерни помчался заваривать какие-то травки. Товарищи явно решили, что я все же простудилась.

Проболтали мы около часа. О месте, которое я посещала, расспрашивать никто не стал, зная, что оно используется в качестве точки силы во время медитаций, но о моих занятиях поговорили, обсудив кое-какие нюансы. Про воскресшего духа я пока решила умолчать. Позднее узнаю о нем побольше, тогда и расскажу. Не думаю, что он может быть для меня опасен, но почти уверена, что в моих силах его спасти.