Приход Бога влиял на всё живое, вынуждая меняться. Эти перемены сделали мир жестоким и холодным.

Образовавшаяся Запретная зона довела этот холод до предела, но сейчас… Сюй Цин, глядя на удаляющуюся белую фигуру, вдруг вспомнил слова командира Лэя.

"Знаешь, почему я дважды предлагал тебе уйти, когда мы были в руинах города?"

"Потому что когда ты кремировал трупы, огонь, отражаясь на тебе, образовал странную иллюзию. Мне показалось, будто ты стал частью огня, символом жизни. Тогда я ощутил... проблеск тепла в этом жестоком мире".

Сюй Цин молчал.

Сейчас, подобно командиру Лэю, он тоже чувствовал проблеск тепла.

Исходящий от безликой женщины, от множества лиц, улыбавшихся ему и говоривших "спасибо".

Человечность – это то, чего не может отнять этот жестокий мир.

Долгое время Сюй Цин стоял, низко склонив голову.

Затем он развернулся и побежал в сторону видневшейся вдали городской стены.

…

Возможно, дело было в том, что он до этого перебросил слишком много чёрных пилюль, и концентрация инородной субстанции в районе резиденции главы города достигла предела, перешагнув критическую точку. Словно пламя посреди темноты, оно привлекало бесчисленные взгляды и внимание.

А может, дело было в причине и следствии, связавших его с этим городом.

Так или иначе, убегавшему Сюй Цину не встретилось особых опасностей на пути, и он без труда добрался до стены.

Стоя на стене, Сюй Цин оглянулся на город, погружённый во тьму. До него доносились далёкие крики и вопли. Он молча смотрел какое-то время.

— Интересно, когда я вернусь сюда в следующий раз… — пробормотал Сюй Цин, бросив последний взгляд на руины, тонущие в темноте.

Он развернулся, спрыгнул со стены и скрылся в ночи.

Чтобы увеличить скорость, он достал добытый талисман полёта и приклеил его к ноге. В тот же миг духовная энергия хлынула по телу, и скорость резко возросла. Сюй Цин взмыл в воздух.

И помчался прочь.

Ветер бил в лицо. Сюй Цин чувствовал себя неуютно. К внезапно увеличившейся скорости и полёту пришлось привыкать — тем более что он летел впервые в жизни.

Ощущение полёта, ощущение земли далеко внизу… Сюй Цин был словно в тумане.

Ему казалось, что он стал Богом, смотрящим с небес на уцелевших птиц, парящих в воздухе.

— Так вот каково это — летать, — пробормотал Сюй Цин, пытаясь совладать с телом.

Благодаря технике Морей и Гор, достигшей седьмого уровня, он полностью контролировал своё тело, поэтому быстро освоился в воздухе.

Используя свою скорость и силу, он время от времени приземлялся, чтобы тут же оттолкнуться и, взлетев в воздух, ударить кулаком назад, ещё больше увеличивая скорость.

Издалека казалось, что он — яркая комета, проносящаяся по небу Запретной зоны.

Другим пришлось бы опасаться притока инородной субстанции, но Сюй Цин мог об этом не беспокоиться, поэтому продолжал ускоряться.

Вскоре он увидел вдалеке границу Запретной зоны, и в следующий миг вылетел за её пределы.

Тёплый ветер тут же окутал его, прогоняя холод Запретной зоны.

Зависший в воздухе Сюй Цин молчал. Он посмотрел в сторону города Луцзяо, потом перевёл взгляд в другую сторону.

За полгода, проведённые в лагере мародёров, Сюй Цин многое узнал. Он изучил местность и теперь знал названия и местоположение окрестных городов-крепостей, в том числе и расположение центра Алмазной секты.

Рассвет ещё не наступил, но в свете луны земля не была кромешной тьмой. Вдали виднелись силуэты холмов.

Сюй Цин несколько раз переводил взгляд с города Луцзяо на Алмазную секту.

— Не хочу так просто уходить, — пробормотал Сюй Цин.

Он не знал, что стало с предком Алмазной секты, угодившим в ловушку в разрушенном городе.

Но Сюй Цин подозревал, что тот, скорее всего, выжил, хотя наверняка был ранен и изрядно потрёпан. Выбраться оттуда в ближайшее время будет непросто.

Если сейчас Сюй Цин отправится в город Луцзяо, скорее всего, всё пройдёт гладко. Вот только он чувствовал, что, если он просто уйдёт, ему будет не по себе.

Поэтому, помолчав несколько секунд, юноша холодно сверкнул глазами и стремительно бросился вперёд… в сторону Алмазной секты.

Он собирался воспользоваться тем, что предок Алмазной секты был в ловушке, двое старейшин мертвы, а сама секта слаба, как никогда, и хорошенько отплатить им за преследование.

Таков был характер Сюй Цина.

Другой на его месте постарался бы как можно скорее убраться подальше, но Сюй Цин с детства усвоил, что опасность нужно рубить на корню!

И если опасность нельзя устранить быстро, нужно хотя бы причинить врагу как можно больше боли.

Эта боль, достигнув определённого уровня, станет сдерживающим фактором.

Так было в трущобах, так было у мародёров… Сюй Цин не знал, работает ли это правило в новом мире, но это было его правило.

Убийства двух старейшин было недостаточно.

Сюй Цин мчался вперёд, приближаясь к Алмазной секте. Когда взошло солнце, окрасив землю в золотистые тона, он увидел вдалеке пункт назначения.

Горные врата Алмазной секты!

Секта располагалась на горе, её постройки опоясывали склон. Вершину горы венчал главный зал. В лучах утреннего солнца он сиял, словно излучая величие.

Большинство культиваторов секты отправились на поиски и ещё не вернулись, поэтому в этот утренний час на территории секты можно было увидеть лишь нескольких учеников.

Они держались высокомерно, словно само пребывание здесь говорило об их высоком статусе. У арочного моста, ведущего к вратам, стояли и о чём-то болтали пятеро учеников.

Они говорили о том, как предок отправился на поиски Малыша, и в их словах сквозила мысль, что предок слишком много внимания уделяет пустякам.

Ещё несколько учеников медитировали в своих покоях.

Глава Алмазной секты сидел в главном зале, держа в руках книгу учёта дани от окрестных городов и лагерей. Он спокойно листал страницы.

Как и простые ученики, он считал, что предок слишком серьёзно отнёсся к ситуации.

"Какой-то мародёр… Да, он силён, но двух старейшин должно было хватить, чтобы его усмирить. Не стоило предку вмешиваться лично. Теперь в секте почти никого не осталось".

Глава Алмазной секты покачал головой. Но ничего не поделаешь — перечить предку никто не смел.

Пока вся секта предавалась лени, Сюй Цин, парящий высоко в небесах, холодно смотрел вниз. Его никто не замечал.

Он определил направление ветра, потом сделал круг, чтобы оказаться с подветренной стороны, и оценил скорость ветра и дальность его распространения.

Выбрав подходящее место, Сюй Цин, не медля ни секунды, достал большой запас ядовитого порошка и с безразличным лицом начал развеивать его.

Он израсходовал почти восемьдесят процентов имевшегося порошка.

Смешавшись, яды приобрели ужасающую силу. Ветер понёс их в сторону Алмазной секты.

Сюй Цин не стал действовать сразу. Он ждал.

Время шло, и яд, распылённый в огромных количествах, постепенно окрашивал небо, пока оно не стало напоминать чёрную бурю. В этот момент в глазах Сюй Цина блеснула убийственная ярость.

— Пора, — прошептал он.

Появление чёрной бури быстро привлекло внимание культиваторов Алмазной секты.

Первыми её заметили несколько учеников у ворот, которые, подняв головы и увидев чёрное облако, остолбенели от удивления.

— Что это?

Но в следующий миг, когда порыв чёрного ветра пронёсся мимо ближайшего дерева, мгновенно иссушив его, выражение лиц учеников резко изменилось.

— Яд!!

Вместе с полными ужаса криками весть о происходящем разнеслась по всей секте. Отовсюду начали появляться встревоженные фигуры учеников, спешно покидавших свои жилища.

Они уже собирались рассеять ядовитый ветер с помощью заклинаний, как вдруг в небе появилась фигура Сюй Цина. Он двигался с молниеносной скоростью, словно вспышка молнии, и с громовым грохотом устремился к горным вратам Алмазной секты.

Издалека казалось, будто с небес на землю обрушивается сама молния, которая без промедления врезалась прямо в Алмазную секту.

Под гневные крики культиваторов Алмазной секты и оглушительный рёв сигнальных колоколов, разнёсшийся по всей округе, Сюй Цин с грохотом приземлился.

Он оказался на склоне горы, где располагалась Алмазная секта.

Земля содрогнулась, пошли трещины, из которых поднялся Сюй Цин. В его глазах пылала жажда убийства. Он бросился вперёд, на охваченных ужасом культиваторов Алмазной секты.

Снова раздался грохот.

Сюй Цин атаковал стремительно и беспощадно. Все, кто попадался ему на пути, падали на землю бездыханными телами, сопровождаемые душераздирающими криками.

Вскоре со всех сторон начали стекаться фигуры, привлечённые яростными криками, и устремились к Сюй Цину.

— Нападение врага!

— Проклятье, да как кто-то посмел напасть на нашу Алмазную секту?

— Убить его!!

В этот момент глава секты, находившийся в главном зале, почувствовал неладное. В ярости он вышел наружу и увидел царивший в секте хаос и приближающийся ядовитый ветер.

— Всем ученикам немедленно принять противоядие и рассеять ядовитый ветер! — рявкнул он, отдавая приказы. Его лицо исказилось от гнева.

Одновременно с этим, заметив источник грохота на склоне горы, он, не раздумывая, бросился туда, и его глаза сверкнули ледяной яростью.

Однако Сюй Цин действовал слишком быстро. Не вступая в затяжную схватку с учениками Алмазной секты, он ловко уклонялся от их атак и разбрасывал чёрные пилюли.

Некоторые пилюли падали на землю, другие взрывались прямо в воздухе, но все они создавали водовороты, притягивающие инородную энергию.

— Инородная субстанция!! — побледнев, воскликнули ученики Алмазной секты, пытавшиеся окружить Сюй Цина, и инстинктивно отступили. Но несколько человек всё же оказались в самом центре водоворотов, и их тела начали стремительно чернеть под воздействием концентрированной инородной субстанции.

— Как ты смеешь?!! — раздался полный гнева рёв со стороны главного зала на вершине горы. В следующий миг там возникла фигура главы Алмазной секты.

Его уровень совершенствования Конденсации Ци достиг пика и превосходил убитых юношей старейшин. Он был вторым сильнейшим во всей Алмазной секте после предка.

Его золотые одежды развевались на ветру, лицо было мрачным, а глаза горели убийственной яростью. Однако, увидев одежду мародёра и юный возраст Сюй Цина, он содрогнулся.

— Это ты! — воскликнул он. Ему не нужно было гадать, он и так всё понял.

В тот момент, когда до него дошла правда, в душе главы взметнулась буря.