Самолёт развалился на две почти равные части. Его кабина была смята от столкновения с вековыми деревьями, и дымилась. При одном взгляде на неё не оставалось сомнений — никто из пилотов выжит точно не мог. Но Том, тем не менее, послал одного из своих людей проверить.

Сам он, вместе с Ноэлом, направился к хвостовой части, которая выглядела несколько лучше. Здесь обнаружилось несколько тел, вид которых прямо говорил о том, что шансов, как таковых у них и не было. Том уже начал думать, что они приехали сюда напрасно, как услышал возбуждённый голос разведчика.

— Один жив, босс! — отрапортовал Ноэл. — Только боюсь, это ненадолго…

Том взглянул на раненного, и понял, что так оно и есть. В принципе, не было особой нужды активировать Систему, чтобы провести поверхностный анализ, но инструкции требовали это сделать.

«Прогнозируемая оценка здоровья: 34/100

Серьёзные внешние повреждения.

Вероятность тяжёлых травм внутренних органов: 87%

Вероятность выживания: 12%

Рекомендуемое действие: немедленно доставить в госпиталь для оказания срочной медицинской помощи».

— Грузите его в машину, только осторожнее, — приказал Том.

Сам он попытался найти в хвостовой части хоть что-то полезное. Но, не считая некоторых личных вещей и оружия, здесь ничего не было. Скорее всего, всё лишнее просто убрали заранее, чтобы увеличить время полёта.

Никакие приборы не уцелели, так что вся информация теперь хранилась только в голове сильно израненного мужчины. На вид ему было немногим больше сорока. Некогда светлые волосы окрасились кровью из раны на голове. Он так ни разу и не пришёл в сознание, ни когда его несли к машине, ни по дороге к племени.

На их везение в лагере уже все спали. А может быть, здесь постарался Виктор, которому вовсе не нужны были лишние любопытные глаза. Потому им не составило особого труда перенести, так и не пришедшего в себя раненного незнакомца, на медицинскую станцию.

Доктор Эрлиг уже был готов к их появлению.

— Давайте его сюда, скорее! Я получил твои данные от предварительного осмотра, Том. Если всё так, то времени у нас почти нет. Нужно задействовать медкапусулу. Удовольствие недешёвое, но Виктор чётко дал понять, что хочет во что бы то ни стало, хотя бы раз поговорить с нашим гостем.

Том кивнул, позволяя врачу делать своё дело. Он обернулся к Ноэлу и Мари.

— Можете идти. Если что…

— Мы никуда не ездили и никого не видели, — с готовностью подтвердил Ноэл. — Можете на нас рассчитывать, босс. Мы всё понимаем.

Мари молча кивнула, давая понять, что полностью согласна со сказанным её напарником. Они ушли, закрыв за собой дверь. Док уже «колдовал» над капсулой, в которой лежал неизвестный. Экранчики приборов то гасли, то загорались разными цветами. На них тянулись длинные ряды цифр и слов, сообщающие о состоянии здоровья пациента.

Том немного посмотрел на это, но ничего интересного для себя не обнаружил. Потому тихо прошёл к двери, ведущий в палату. В столь поздний час Кейт должна была уже спать, но её и вовсе не было на месте. Кровать была пуста и заправлена.

— Я выписал её, где-то час назад, — пояснил Эрлиг. — У нас всё-таки секретность, а девушка уже вполне здорова. Оставшиеся два-три дня вполне может отдохнуть и в своей жилой капсуле. Я уж лучше сам к ней зайду завтра. Ей ни к чему видеть нашего гостя, тем более… Короче, я не уверен, что смогу ему помочь.

Это была плохая новость. Нет, Том, конечно, не успел проникнуться к незнакомцу какой-то особой жалостью, но ведь если его так и не удастся расспросить, то тайна упавшего самолёта, так и останется неразгаданной навсегда.

Вождь пришёл к ним где-то через полчаса. Виктор выглядел ещё более усталым, чем обычно. Про него нечасто можно было сказать, что внешне он действительно стар. В основном сил у него было больше, чем у многих молодых. Но не сегодня.

Глубокие морщины избороздили его лицо, он тяжело и как-то хрипло дышал, часто моргая покрасневшими глазами.

— Пожалуйста, скажите мне, что новости хорошие, — попросил он.

— Хотел бы я это сказать, — мрачно отозвался Эрлиг. — Но на бедняге живого места нет. Даже медкапсула порой бывает бессильна. Если честно, не думаю, что он доживёт до утра.

Виктор выругался, позволяя себе самые жёсткие выражения. Том терпеливо ждал пока, вождь немного успокоится. Всем было известно, что в такие моменты его лучше не трогать.

— Может, нам и не понадобится сохранять его жизнь, — сказал Том, когда всё затихло.

— Да?! И что же ты предлагаешь?

— Нам не нужно спасать его. Достаточно просто ненадолго привести в сознание. Ты можешь сделать это, док?

Эрлиг ненадолго задумался.

— Пожалуй… Если ввести определённый препарат, плюс простимулировать мозг… Думаю, минут пятнадцать у вас будет. Вот только этот мужчина… Он будет чувствовать боль. Очень большую боль.

Том и Виктор переглянулись.

— Нам нужна эта информация, — тихо сказал вождь. — Действительно нужна.

— Тогда выбора нет, — Том подошёл к двери. — Готовь его, док. Я пока немного подышу. Этот чёртов день кажется, никак не закончится.

Он вышел из медицинской станции на улицу. Оказалось, что дверь снаружи охраняет вооружённый автоматом человек. Виктор подстраховался и здесь.

Не обращая на него внимания, Том медленно пошёл вдоль лагеря, не имея никакой определённой цели. Ему просто хотелось подышать воздухом и хотя бы недолго насладится тишиной и одиночеством. Но даже такую малость ему сегодня не суждено было получить.

Ноги сами привели Тома к жилым капсулам. Большинство из них в столь поздний час были закрыты, а окна в них затемнены. Но Кейт, которая пришла сюда лишь недавно, заснуть ещё не успела.

— Что-то случилось? — спросила она, высовываясь из открытой двери.

— Много чего. Но рассказать не могу, извини, — он посмотрел сначала на неё, оценив болезненного вида лицо, потом поднял глаза к звёздному небу, которое уже потихоньку стали затягивать тучи.

— Понимаю… Точнее, думаю, что понимаю. В любом случае, я рада тебя видеть.

— Значит, ты одна из немногих, — хмыкнул Том.

— Это… это не так.

— Лучше ложись спать. Набирайся сил. Завтра выезжаем на рассвете и, скорее всего, проведём в дороге весь день.

Том, не прощаясь, развернулся и пошёл назад к медицинской станции. Охранник пустил его без доклада — это был один из плюсов его должности. Но заходить внутрь не хотелось. Что бы не сказал тот человек, Том чувствовал, что ничего хорошего после этого не будет.

— Ты вовремя, — бросил ему вождь. — Док уже почти заставил нашего гостя очнуться.

— Для справки: мне по-прежнему не нравится эта идея, — сказал Эрлиг. — Я должен спасать людей, снимать их боль, а не обрекать на страдания...

— Док, ты спасёшь намного больше людей, если выполнишь мой приказ, поверь.

Эрлиг что-то недовольно забормотал в ответ, но работу всё же продолжид. Лицо мужчины, лежащего в капсуле, до этого было спокойным, почти умиротворённым. Однако сейчас он начал приходить в себя, и даже самые мощные обезболивающие не могли полностью избавить его от мучений.

Его тело содрогнулось. потом ещё раз и ещё. Черты лица исказились. Том услышал негромкий стон, потом бормотание. Человек бредил. Он не мог пока открыть глаза, но глазные яблоки быстро двигались под опущенными веками.

— Док, — поторопил Виктор.

— Делаю, что могу! — Эрлиг вдавил одну из кнопок на боку медкапсулы. Приборы издали неприятный писк, а через секунду человека в ней затрясло. — Вот, чёрт! Сейчас…

Эрлиг ввёл новую команду, и писк прекратился. Вместе с этим прекратились и судороги раненного. Его глаза медленно и с явным трудом открылись. Взгляд был стеклянным, ничего не понимающим и не осознающим. Его зрачки как-то странно реагировали на свет, постоянно то расширяясь, то вновь обращаясь в точку. Должно быть, это из-за того адского коктейля, который док влил в этого беднягу.

— Вроде бы стабилизировал, — пробормотал Эрлиг. — Советую вам поторопиться. Он может снова потерять сознание в любой момент.

Виктор и Том одновременно шагнули ближе к капсуле. Человек в ней содрогнулся и издал жалобный стон. Он вроде бы заметил их, но уверенности в этом не было.

— Вы меня слышите? — спросил Виктор.

— Д-да, — едва различимо ответил тот, и его лицо исказилось от чудовищной боли.

— Как вас зовут?

— Ро… Рой. Рой Парренс… Боги! Почему так больно?

— Потерпите, Рой, боль скоро пройдёт. Наш врач поднимет вас на ноги, я обещаю.

Эрлиг зашипел, как рассерженный кот, но ничего не сказал. Тому оставалось только восхититься той правдоподобности, с которой вождь это говорил. Он бы и сам возможно поверил, не знай правды изначально.

— Что… Что с остальными? — прохрипел Рой, и на его губах появилась кровь.

— Я сожалею. Все они погибли. Мы похоронили их, как подобает.

И снова ложь. У Тома не было на это времени, да и возможности. Монстры могли появиться в любой момент, к тому же нужно было скорее отвезти выжившего в госпиталь. Оставшиеся тела к нынешнему времени уже должны были стать добычей многочисленных любителей мертвечины, которых в этих краях полно.

Но Рою об этом знать ни к чему, это верно. Он благодарно кивнул — по крайней мере, попытался это сделать — но тут же закашлялся, выплёвывая кровь.

— Мы потеряли управление… Какая-то летающая тварь попала прямо в двигатель… Пилот пытался посадить самолёт… Почти получилось… Но он слишком древний… Развалился… Удар… Грохот… Ничего не помню… Больно... Больно!..

— Может, дашь ему ещё обезболивающего? — шёпотом спросил Виктор у Эрлига.

— Больше нельзя, его организм просто не выдержит. Спрашивай, что хотел и поскорее!

— Ладно… Послушайте, Рой, вы помните, куда летел ваш самолёт?

— В Падер… Мы летели в Падер…

Том тут же усилием воли открыл карту. Перед глазами начали всплывать многочисленные названия, координаты и прочее. Он был уверен, что Виктор и Эрлиг делают сейчас то же самое. Им троим понадобилось не больше минуты, чтобы понять — места под названием «Падер» просто не существует.

— Вы уверены? — переспросил вождь. — На карте нет никакого Падера.

— Верно, его нет… — Рой снова закашлялся. На этот раз это длилось гораздо дольше, и в конце он едва мог дышать. — Давно забытое место… Ещё до катастрофы… Это была их научная лаборатория… Мы узнали случайно… Нашли сведения… Она законсервирована глубоко под землёй… Там могут быть ответы…

— Ответы? На что?

— На вопросы… почему с нами это случилось?.. Откуда пришли эти твари и… как их уничтожить?.. Там… там должно быть всё… Мы так надеялись… Но чёртова тварь влетела прямо в двигатель… Я должен добраться до Падера… Только там есть ответы…

Рой сделал какое-то движение, словно и впрямь хотел подняться, но тут же закричал от пронзившей его боли.

— Ну, хватит, это уже слишком! — Эрлиг подступил к капсуле, чтобы вновь погрузить своего пациента в сон.

— Нет! — Виктор перехватил его руку. — Мне нужны координаты… Рой, пожалуйста, назови координаты. Ты помнишь их? Прошу! Это очень важно. Мы тоже хотим найти ответы! Мы поможем тебе, отвезём тебя в Падер, как ты и хотел, только назови координаты!

Рой уже почти ничего не соображал. От боли и шока он едва ли видел хоть что-то вокруг. И всё же желание найти заветную лабораторию, очевидно, было в нём невероятно сильным. Он сумел прохрипеть всего несколько слов и цифр, однако Виктору этого хватило.

Он отвернулся от Роя с таким победоносным видом, будто бы только что услышал самую приятную в мире вещь. Том слишком хорошо знал своего вождя, чтобы поверить в желание того найти какую-то разгадку древнего прошлого, события которого случились почти четыреста лет назад.

— Ты отлично поработал, Эрлиг! Теперь можешь позаботиться о бедняге. Пусть он больше не будет страдать.

— Поздно, — странным голосом ответил док. — Он уже умер. Не выдержал болевого шока...

***

О том, что несчастный Рой Парренс был доставлен в лагерь, допрошен, и впоследствии умер, так вроде бы никто и не узнал. Виктор приказал избавиться от его тела без промедлений. Это было несложно, учитывая то, насколько много в округе бродит падальщиков...

Доктор Эрлиг хотел вмешаться и хотя бы похоронить своего пациента, пусть он и был им совсем недолго. Однако вождь наотрез отказался, сообщив, что не намерен рисковать своими людьми ради копания могилы.

— Поверь, док, мертвецу уже всё равно, что с ним станет. А нам… нам надо думать о живых. Лучше позаботься о том, чтобы медкапсула была готова на всякий случай.

Так всё и закончилось той ночью. Том сумел лечь спать лишь уже под утро и видел крайне беспокойные сны. В них он продил по тёмным тёмным коридором каких-то подземелий, которым не было конца. Он явно был здесь впервые, но эти коридоры отчего-то казались ему смутно знакомыми. Такое с ним случалось уже не один раз, и Том перестал обращать на это внимание. В конце коридора его ждала дверь, за которой скрывалось нечто... Не монстр, нет. Тайна, которую нужно было раскрыть любой ценой.

***

Наутро вся колонна продолжила путь на север, как ни в чём не бывало. Люди, конечно, говорили об упавшем вчера самолёте, и строили самые невероятные версии. Многие по-прежнему были уверены, что это был самый настоящий бомбардировщик. Вот только куда именно, и зачем он летел, никто сказать не мог.

В полдень начался холодный, сильный дождь, который окончательно испортил всем настроение. Он не прекращался до самого заката, и дороги успело порядком размочить. Тягачи то и дело вязли в грязи, и всем приходилось останавливаться, чтобы вытащить очередную застрявшую машину.

Такое замедление не могло не привлечь к ним хищников. Когда радары засекли приближающиеся цели, Том был уже готов и сразу отправил на перехват несколько внедорожников, в одном из которых был он сам.

К счастью, им встретились всего лишь несколько голикнов — больших и мощных, но довольно глупых существ, которых удалось легко отвлечь при помощи обманок и нескольких пулемётных очередей.

Так что, к концу дня, когда племя добралось до относительно безопасного места, а все были по-прежнему живы, Том смог вздохнуть с облегчением. Однако долго пребывать в подобном расслабленном состоянии, ему всё же было не суждено. Ноэл подошёл к нему и тихо объяснил ситуацию.

— В племени все только и шепчутся, что об упавшем самолёте. В основном это бредни про бомбардировщик или наоборот, летевшую к нам помощь. Но есть среди них и те… Короче, информация о том, что вчера ночью в лагерь кого-то привозили, всё же просочилась. У них нет фактов, но слухи… Босс, мы можем заткнуть особо болтливые рты, только скажите. Тогда всё мигом прекратится.

— Тогда всё только станет хуже, — заметил Том. — Сейчас у них нет ничего, но если мы отреагируем, то люди поймут, что мы скрываем правду.

Ноэл немного смутился, потом откашлялся и спросил:

— Так что же, выходит, ничего не делать?

— Ну, почему же? Ты, например, и ещё парочка наших, могли бы «случайно» обо всём проболтаться. Вот только версия должна быть настолько неправдоподобной, чтобы она смогла стать одной из легенд племени. Понимаешь, о чём я?

— Я вас не подведу, босс! — Ноэл улыбнулся и тут же поспешил выполнять распоряжение.

Том вздохнул, прикидывая, какие скоро поползут слухи. У каждого племени хватало своих собственных легенд. Начиная от призраков, карауливших тех, кто ночью покидал свои капсулы в особый час, и заканчивая мистическими снами тех или иных «просвещённых», которые утверждали, что некие сущности просили их, например, резко сменить курс движения колонны.

Как ни странно, всегда находилась масса суеверных, которые принимали всё за чистую монету, не подозревая, что большинство из этих рассказов было выдумано старшими разведчиками или лично вождём.

Том сделал глубокий вдох прохладного, свежего воздуха. Дождь, наконец, прекратился и люди потихоньку стали собираться на импровизированной площади в центре лагеря.

Такие собрания проводились не так часто, и были нужны в основном для поднятия духа у соплеменников. Ввиду всех последних событий, Том не удивился, что это решено было сделать именно сегодня.

Несмотря на холод, сырость и грязь под ногами, на площади собрались все, кто не был занят патрулированием территории. Даже Виктор, который не очень любил учителей с их просветительской деятельностью, сегодня сделал исключение и стоял в первом ряду.

Том тоже старался избегать подобных мероприятий, но немного по другим причинам. Раньше ему нравилось слушать те истории, которые рассказывал старый Терри Эвикто. В тёплый летний вечер, можно было сесть прямо на мягкую траву, и хотя бы ненадолго оказаться в другом, более спокойном мире, чем тот, который был вокруг.

Но Терри умер несколько лет назад, и его место занял молодой и энергичный Питер Занник. Нужно было признать, Питер был довольно умён и образован для своих лет, знал массу историй и умел их рассказывать. Но Тому каждый раз было не по себе от мысли, что он больше никогда не услышит Терри.

— Когда-то давно… Ещё до катастрофы, — начал свой рассказа Питер, — люди прошлого жили в больших городах. Они строили здания высотой до небес и отправляли свою технику в космос.

Он многозначительно поднял указательный палец. Несмотря на то, что небо всё ещё было затянуто тяжёлыми тучами, большинство людей не удержались от того, чтобы бросить взгляд наверх. Том не был из их числа. Ему нравились звёзды, и он порой проводил немало времени, наблюдая за ними. Это успокаивало и давало какую-то смутную надежду. Но сегодня настроения для подобных вещей не было никакого.

А вот остальным нравился рассказ молодого учителя, хоть они и слышали его уже не одну сотню раз. Дети и взрослые стояли, затаив дыхание, и жадно ловя каждое слово, будто оно было величайшей ценностью.

Краем глаза Том заметил кого-то и повернул голову. Кейт стояла в нескольких рядах от него и махала ему рукой. Пришлось ответить тем же, но стало понятно, что лучше уходить немедленно, пока девушка не решила к нему подойти и начать очередной разговор, который абсолютно точно не мог привести ни к чему хорошему.

Жилая капсула встретила его приятным теплом и мягким матрасом. После тяжёлого дня было особенно приятно, наконец, оказаться здесь. Дверь с мягким щелчком закрылась, и голос Питера, рассказывающего о людях прошлого, вмиг затих.

Сон пришёл почти сразу. На этот раз видений прошлого не было, зато пожаловали мрачные картины возможного будущего. Том осознавал это с той абсолютной уверенностью, какая бывает только во снах.

Шёл густой снег. Местами он уже успел полностью засыпать землю, но ручей ещё не сковало льдом, и вода уносила вниз по течению что-то так удивительно похожее на кровь.

Машины племени были разбиты. Некоторые из них оказались перевёрнуты на бок, многие горели и дымились. Жилые капсулы кто-то смял, разорвал их довольно крепкую обшивку и вытащил наружу всех их обитателей.

Многие люди ещё лежали здесь, на земле, устремив взгляд остекленевших глаз в серое небо. Снежинки падали на их лица, но уже не таяли. Пролитая кровь дымилась на морозе.

Монстры уже приступили к своему страшному и отвратительному пиру. Их челюсти клацали, когти рвали плоть, отовсюду доносилось их жадное рычание и вой.

Неожиданно послышалась автоматная очередь. Потом ещё одна и ещё. Монстры всполошились и бросились на звуки выстрелов, желая настигнуть, каким-то образом уцелевшую жертву.

У Тома оставалось не так много патронов. Кейт, рядом с ним была ранена и стреляла из своего пистолета скорее наугад и почти не попадала. Их уже окружили многочисленные хищники. Бежать было некуда, прятаться негде.

Том понимал, что шансов отбиться от такой огромной стаи монстров, у них нет никаких. Они последние выжившие в этом племени. Когда их убьют, оно перестанет существовать навсегда, будто его и не было.

Но позволить тварям рвать их когтями он не желал. У Кейт закончились патроны, она отбросила пистолет и посмотрела на него жалостливым, доверчивым взглядом.

Он колебался впервые в жизни, но всё же нашёл в себе силы сделать необходимое. Один выстрел, и Кейт упала на землю, и Том осознал, что это был последний патрон.

Монстр шёл к нему медленно. Его глаза горели яростью и голодом. Остановившись в нескольких метрах, он долго смотрел на Тома, словно ожидая чего-то.

— Давай!

Тварь прыгнула, и сон резко прервался. Том подскочил в своей кровати и понял, что в его дверь кто-то негромко стучит. Это был Виктор. Выглядел он донельзя уставшим и раздражённым.

— Вставай, мне нужно тебе кое-что показать.

— Хоть одна ночь может пройти спокойно?

— Нет, и тебе это прекрасно известно. Давай живее!

Том быстро оделся и вышел. Учитывая то, что вождь не стал пользоваться рацией, а пришёл к нему сам, дело было очень серьёзное. Была уже глубокая ночь, и лагерь спал. Потому по дороге им не встретился никто, кроме парочки разведчиков. Они проводили своих начальников любопытными взглядами, но не посмели ничего спрашивать. А вот Том не сдержался.

— Может, объяснишь?

— Просто иди за мной и не задавай лишних вопросов.

— Я уже это сделал, когда ты просил не вдаваться в подробности вчерашнего дела.

— Я не просил. Это был прямой приказ, — Виктор выругался, но потом добавил, уже спокойнее: — Сейчас всё сам увидишь.

К удивлению Тома, они пошли не в командный пункт, а дальше через весь лагерь, пока не остановились у входа в модуль, где находился реактор. Охранники кивнули им, расступаясь. Виктор ввёл код на двери и повернул ключ, который был только у него и главного техника.

Том заходил внутрь лишь пару раз, но с тех пор здесь ничего не изменилось. Почти весь модуль был занят самим реактором, который покоился под толстой полупрозрачной защитной оболочкой, мерцающей призрачным синим светом, из-за чего в помещении создавалась особая атмосфера. Вдоль стен тянулись ряды экранов, многочисленные панели управления и прочие приборы, назначения которых Том не знал, да и не хотел знать.

Он быстро обежал помещение, в котором кроме них почему-то никого больше не было, взглядом, потом стал терпеливо ждать. Спрашивать больше не хотелось. К тому же, Виктор явно не сможет долго молчать. Так и случилось.

— Сколько, по-твоему, проработает эта штука?

— Около сотни лет, — не задумываясь, ответил Том. — Это ведь общедоступная информация, даже дети знают.

— Да… — мрачно кивнул Виктор. — Знают.

Том понял всё почти сразу. Его охватил страх, гораздо более сильный, чем, если бы он прямо сейчас оказался лицом к лицу с любым из монстров.

— И, сколько на самом деле?

— Пару лет… Если повезёт, — тихо сказал вождь. — Надеюсь, ты понимаешь, почему мы скрываем эту информацию?

Том просто кивнул. Он действительно понимал. Люди и так находятся в постоянном стрессе, а узнай они, что реактор перестанет работать всего через два года, то неизбежно началась бы паника.

— Вариантов, как я понимаю, не очень много?

— «Не очень много?!» — фыркнул Виктор. — Да ты чёртов шутник! Их вообще почти нет… Нам негде достать новый реактор. Ими не торгуют на ежегодных ярмарках. Ни одно племя не согласится добровольно расстаться со своим реактором.

— Значит, только силовой захват?

— А, что ещё нам остаётся?! Конечно, многие начнут говорить, что лучше бы просто объединиться с каким-нибудь племенем и пользоваться их реактором. Но это не выход, Том. Ты не хуже меня понимаешь, что наше племя и так одно из самых многочисленных. А если к нему добавить ещё несколько десятков или сотен человек, то о быстрых перемещениях можно забыть. Да и если резко увеличится количество техники, то нового реактора надолго всё равно не хватит. Никто об этом тебе прямо не скажет, но у всех племён подобные проблемы. Просто наш реактор выйдет из строя раньше, чем у других.

— Ты прав, такой подход многим не понравится, — Том какое время вглядывался в сияющую поверхность оболочки реактора. — Это большой риск, да и мы, по сути, уничтожим целое племя, забрав у них источник энергии… Люди будут долго спорить, кричать, но они в итоге согласятся.

— Не думал, что ты так быстро поддержишь эту идею, — Виктор внимательно изучал лицо Тома, пытаясь угадать по его выражению хоть что-то.

— Правда? А я всегда думал, что ты считаешь меня бездушной машиной для убийств… Впрочем, не важно. К чему тратить время на излишний драматизм и споры, если в итоге мы всё равно придём к одному? Ненавижу лицемерие. Наше племя — вот что по-настоящему важно. Как бы это ни звучало. Остальные тоже примут это. Вечером, когда они придут к своим жёнам и детям, посмотрят на них и представят их мёртвыми. Тогда каждому будет плохо внутри, но они скажут, что лучше уж выживут их близкие, чем те, кого они даже не знают. Ужасная цена, но мы заплатим её, таков уж закон выживания.

Виктор отвёл глаза и долго молчал.

— Да, тебе не стать вождём, говоря людям такое в лоб… Но ты хороший солдат. Потому я тебя и позвал. До вчерашнего дня я не знал других вариантов. Мы должны были начинать готовить военную операцию. Сил у нас достаточно, чтобы справиться с племенем поменьше.

— «До вчерашнего дня?» Всё дело в том человеке из самолёта?

— Верно, — кивнул Виктор. — Помнишь, как он говорил о некоем месте, под названием Падер?

— Научная лаборатория. Там якобы можно найти ответы на вопросы о прошлом.

— Плевал я на все эти ответы! — вождь неожиданно вышел из себя и стал нервно расхаживать по узкому пространству модуля взад и вперёд. — Меня интересует другое. Если эта лаборатория действительно законсервирована, то может ещё работать. А это значит, что там должен быть очень мощный источник энергии. Понимаешь, к чему я клоню?

— Мы можем обойтись без захвата чужого реактора.

— В теории, да. У нас хватит времени, чтобы проверить это. Вот только… Введи координаты, которые нам назвал Рой, на карте.

Том так и сделал. Карта тут же открылась перед его внутренним взором.

— Видишь? Если это не было бредом умирающего человека, то Падер прямо здесь.

— Хищный лес, — Том смотрел на густой зелёный покров, которому казалось, нет конца. — Место, от которого нам нужно всеми силами держаться подальше.

— Да. Но именно туда нам и нужно, если мы не хотим побоища двух племён. Я пойму, если ты откажешься. Никто не обязан участвовать в этом походе. Шансов вернуться назад… Короче, ты сам знаешь, сколько их, лучше, чем кто-либо другой. Именно поэтому я и обратился к тебе. Такой приказ я отдать не могу. Ты должен решить всё сам.