Утром Сергей проснулся с большим трудом. Голова была тяжёлой, и каждый её поворот отдавался болью. Он откинулся обратно на подушки и решил, что лучше не двигаться. Полежав так немного, он стал потихоньку вспоминать кошмарный вчерашний день.

Он лежал и думал, как же он так вляпался? Ему даже пришла в голову мысль, что может это был просто пьяный бред? Но потом он скосил глаза налево и направо. Это однозначно была не его старая комнатушка, заваленная всяким хламом.

Движение спровоцировало ещё один приступ боли. Он поморщился и постарался расслабиться. «Что же они вчера пили?» — попробовал вспомнить он. Сначала, кажется, водку, которую принёс Денис, потом был небольшой бочонок домашнего вина, предусмотрительно захваченный Гошей Джургиди. Вино кстати, было очень даже неплохое. А потом они, кажется, послали Сашу за выпивкой вниз, и она принесла несколько бутылок джина и тоника.

«А что было потом?» — попытался вспомнить он.

«А потом пришла Илли с Сэмом! — это воспоминание отдалось болью в области затылка. — Похоже, я предстал перед ней не в лучшем свете. Мало того, что напился сам, так ещё и компанию друзей притащил».

Мысль про Илли навеяла воспоминания об их отъезде из Москвы.

Их проводили со всеми почестями и посадили в имперский флаер представительского класса. Немногочисленная свита принцесс и его служанка разместились в двух флаерах эскорта.

Всю дорогу Илли молчала, крепко прижимаясь к его руке. Он тоже не пытался завести разговор, просто сидел и пытался осмыслить случившееся, делая вид, будто смотрит в окно.

Примерно через полчаса лёта они уже были на московском международном ТП-терминале. Пройдя по коридору для VIP-персон, они попрощались с мамой Иллири, нырнули в открывшийся для них портал и оказались в Таллине. Там они тоже прошли через VIP-коридор и, выйдя из таллинского ТП-терминала, отправились на метро в Академию. От терминала до Академии была всего пара станций, так что через два прыжка они уже стояли на острове у силового купола.

После прохода через врата Сергей уже собирался попрощаться с Илли и отправиться к себе один, но она вдруг захотела посмотреть, как и где он живёт.

Пожав плечами, он нехотя кивнул, и они втроём отправились к нему.

Как только они переступили порог его комнаты, Илли прошла в середину и осмотрелась. Затем она повернулась к нему, покачала головой, и железным тоном проговорила, что её жених не должен жить в такой конуре.

Сергей пытался возражать, но Илли добила его вопросом: «А где тут будет спать твоя служанка? В прихожей на коврике или в кладовке?» Учитывая, что в комнате была всего одна кровать, ответ напрашивался вполне определённый. Он слегка покраснел, вспоминая прошлую ночь, и тут же согласился на переезд.

Как только были подобраны подходящие его статусу апартаменты в корпусе для высокородных, Илли поцеловала его в щёчку и убежала, сказав, что у неё ещё куча дел, и она заглянет к нему попозже. А Сергей с Сашей отправились переносить вещи.

Это не заняло много времени. Он просто произнёс заклинание Сбора, выученное ещё в Одинцовке. В училище была милая традиция периодических перетасовок курсантов между комнатами, и это заклинание позволяло перетащить свои пожитки буквально за пару минут. Кто его придумал и когда, Сергей даже не интересовался.

Буквально через пять минут все его вещи оказались упакованными в большой силовой шар.

И вот, когда они уже шли к выходу, навстречу им с Сашей попалась его старая компания во главе с его другом детства Денисом. Ребята, конечно же, сразу окружили их, начались приветствия, знакомства и шутки. Кто первый подал идею отметить получение им титула, Сергей не помнил совершенно, но идея была с жаром подхвачена и одобрена.

В результате сейчас его голова напоминала ему пустой полый шар, в котором, как шарик пинг-понга, мечется его крохотный мозг.

Из гостиной раздался какой-то шум, послышался Сашин голос, а потом в его спальню бодрым шагом, несмотря на протесты его служанки, ворвался Сэм.

— Ну что, алкоголик, как твои дела?! — весело воскликнул он вместо приветствия.

В голове Сергея его голос отдался трубами Судного Дня. Он поморщился и произнёс слабым голосом:

— Сэм, пожалуйста... не кричи так.

— Ха-ха-ха!!! — пророкотал Сэм. — Похоже, что тебя настигла расплата за содеянное!

— Если ты пришёл покончить с моими мучениями, то можешь приступать прямо сейчас. Я не буду сопротивляться, — проговорил Сергей голосом умирающего.

— О нет! — ответил Сэм, так же громко. — Тебе не будет покоя, ибо моя сестра скоро будет здесь!

— Илли?

Сергей попытался вскочить, но смог только сесть, а потом повалился обратно застонав от боли и схватившись за голову.

— Именно! — всё так же пафосно проговорил Сэм. — Участь твоя предрешена, грешник! Молись!

В этот момент через открытую дверь послышался тихий мелодичный перезвон входного звонка. Саша, молча стоявшая у стены всё это время, встрепенулась и пошла открывать, а Сэм разошёлся ещё больше:

— Грядёт возмездие! И кара тебя настигнет, грешник! Покайся же, сейчас же!

— Что ты тут устроил, братец? Декламируешь новую пьесу? — спросила Сэма вошедшая Иллири.

— О нет, сестра! Я у постели умирающего, читаю ему отходную! — сказал Сэм, еле сдерживая смех. — Скоро он отойдёт к предкам, и ты, наконец, снова станешь свободной!

— Да чтоб тебя! — Илли топнула ногой, как бы случайно попав Сэму по кончику его начищенного до блеска сапога.

— Ай! Ай! Ай! Сестра! Больно же! Ай! Ай! Ай! — Сэм запрыгал на одной ноге. — Ты меня сделаешь инвалидом!

Илли тем временем, не обращая внимания на возгласы Сэма, села на его кровать и сочувственно спросила:

— Тебе очень больно?

Говорить он был не в силах, так что просто утвердительно кивнул пару раз. Илли подвинулась к нему ближе, обхватила его голову руками, и Сергей почувствовал прохладную волну, прокатившуюся по всему его телу, начиная от головы и заканчивая пятками.

Эта волна смыла всю боль и вообще все симптомы похмелья. Он почувствовал себя так, как будто родился заново!

— Тебе лучше? — спросила Илли заботливым голосом.

— Да, теперь всё просто отлично! — весело ответил он, и сел на кровати.

— Вот и славно!

Илли улыбалась ему самой красивой улыбкой на свете. Сергей помотал головой, и убедился, что его мозг стал нормального размера и больше не мечется туда-сюда при малейшем повороте головы.

— Илли! Спасибо! — проговорил он, весь переполненный благодарностью. — Ты просто спасла мне жизнь! Спасибо тебе огромное!

Она снова улыбнулась и ответила мягким, слегка официальным тоном:

— Не стоит благодарности, князь. Я ведь всё-таки ваша невеста, не забывайте об этом.

— Сестра! Может и мне перепадёт капелька твоей доброты? — проговорил Сэм с надеждой.

Он уже не скакал по комнате и не стонал, а просто стоял на одной ноге, привалившись к стене.

— Даже не надейся! — ответила Илли холодно. — Сам виноват! Устроил тут дешёвый театр!

— Сестра! Ну пожалуйста! — в голосе Сэма прорезалась настоящая мольба.

— Ну, так и быть, прыгай сюда!

Сэм послушно проковылял к ней. Илли коснулась его ноги у щиколотки, и он, наконец, смог выпрямится. Отвесив самый изысканный поклон, сказал:

— Сестра, спасибо! Моя жизнь отныне полностью принадлежит тебе!

— Хватит паясничать, а то снова получишь! — строго ответила она, а потом, повернувшись к Сергею, добавила: — Ну что вот с ним делать? Вечно он такой! Шут придворный!

— Пойдёмте завтракать? — проговорил Сэм уже серьёзным голосом. — Я просто умираю с голоду!

— Да-да! — поддержала его Илли. — Пойдём, Серёжа?

— Хорошо, только оденусь.

— Мы подождём тебя в гостиной! — проговорил Сэм, и они с Илли вышли из спальни.

Сергей быстро оделся и вышел к ним, сказав Саше, чтобы она следила за домом.

Они с Сэмом и Илли вышли на балкон и перелетели на три этажа выше. Там, как оказалось, находились их апартаменты.

Завтрак был уже готов, и они тут же уселись за стол. Надо сказать, что еду подавали по всем правилам этикета, так что ему пришлось немного туго. Но вроде бы никто ничего не сказал про его манеры и даже не бросал красноречивых взглядов.

Служанки у Илли с Сэмом оказались женщинами в возрасте, они были просто идеально вышколены и, как ему показалось, гордились этим. Его называли «ваша светлость», к чему он никак не мог привыкнуть, каждый раз удивляясь такому обращению.

Беседа за столом вышла несколько чопорной. Возможно, к этому располагала сама обстановка, а может быть Илли решила преподать ему урок хороших манер.

— Как вам спалось на новом месте, князь? — вежливо осведомилась она, кладя в рот очередной кусочек.

— Э-э-э... Очень хорошо, ваше высочество. Я спал как убитый, — ответил он так же вежливо.

— Очень рада это слышать. А как вам ваши новые апартаменты?

— Очень просторные, ваше высочество, — ответил Сергей, пытаясь поддеть вилкой очередной кусок.

— Это вам только кажется, князь, — проговорила Илли, улыбнувшись.

— Действительно, тесноваты для тех, кто всю жизнь прожил во дворце, — вставил своё слово Сэм.

Илли бросила на него подозрительный взгляд, но отвечать не стала.

— Князь, вам пора привыкнуть к своему положению и всему, что ему сопутствует. Всё-таки вы мой жених и будущий муж, — пояснила Илли официально. — И вам больше нельзя напиваться до бесчувствия в компании людей намного ниже вас по положению.

Услышав это, Сергей покраснел и почувствовал себя виноватым.

— Я очень сожалею, ваше высочество, что вы увидели меня в таком виде, — извинился он как можно более искренне. — Сам не понимаю, как так получилось... Обычно я могу выпить и больше без особых последствий... Простите меня!

— Хорошо, я вас прощаю. Надеюсь, что в следующий раз вы будете более благоразумны.

Илли положила в рот последний кусочек со своей тарелки и, хлопнув в ладоши, сказала, обращаясь к прислуге:

— Унесите всё. Мы наелись. Спасибо вам всем за доставленное удовольствие. Всё было выше всяких похвал!

Служанки поклонились принцессе, заверили её в том, что и дальше будут так же усердно стараться, и стали собирать приборы.

После завтрака Илли наконец сменила гнев на милость, или может настроение у неё улучшилось, но она снова стала вести себя более расковано и без особого соблюдения этикета.

Очень быстро было решено не сидеть весь день дома, а отправиться куда-нибудь на прогулку.

Только вот куда можно отправиться в первой половине дня? Сергей немного подумал и предложил сходить в кино. Но Сэм лишь покачал головой.

— Моя сестра не очень хорошо видит трёхмерные картины на экране, так же как и другие иллюзии, — пояснил он немного грустно.

Сергей посмотрел на повязку на глазах Илли и понял, что предложил глупость, но Илли вдруг улыбнулась и ответила:

— Братец, ты, кажется, забыл, что я уже вовсе не слепая. Бабушка немного повозилась с тканью, и вот смотри!

С этими словами, Илли сняла свою повязку и, подмигнув, протянула её Сэму.

— Ух ты! — воскликнул он, приблизив её к своим глазам, смотря через неё.

— Что с ней такое? — спросил Сергей.

— На, держи! — ответил Сэм, передавая повязку.

Сергей взял её в руки и покрутил. С внешней стороны она была совершенно такой же как и раньше, но перевернув её он здорово удивился! Изнутри повязка была полупрозрачной. Сквозь неё можно было смотреть, как сквозь тёмные очки.

— Так значит, ты теперь всё время через неё смотришь? — спросил он свою невесту.

— Да. Бабушка принесла мне её уже на следующий день, чтобы я тренировалась, — пояснила она, подмигнув. — Это так приятно — смотреть на всё своими глазами!

Сергей улыбнулся ей в ответ, а она воодушевлённо воскликнула:

— Так что я вполне могу сходить с вами в кино!

Дальше спорить не имело смысла. Вся компания вышла из гостиной и отправилась в центр Таллина.

В результате всё получилось просто отлично. Илли смогла смотреть фильм, хоть и с небольшими перерывами. Тем более что для просмотра был выбран не боевик с кучей спецэффектов, а вполне спокойная романтическая комедия.

К концу фильма Илли пришла в полный восторг. Она ещё почти час обсуждала эту картину.

На вкус Сергея фильм, конечно, был так себе, возможно потому, что он вообще не очень любил этот жанр. Но ему всё равно пришлось поддерживать беседу.

После обеда они ещё пару часов погуляли по историческому центру Таллина[СЕ1] .[U2]  Там оказалось очень красиво. Старинная средневековая архитектура настраивала на романтический лад.

Илли держала его под руку и прижималась к нему, а Сэм шёл сзади и практически не мешал. В городском парке они несколько раз целовались, когда находили более-менее укромные уголки. Конечно, парк был весь в снегу, но и в этом, по мнению Илли, было своё очарование.

Сергей распрощался с Илли и Сэмом только вечером и нисколько не жалел об этом. Они провели просто чудесный день. Он бы может и остался у них на ужин, но подумал что ему всё же нужно как-то подготовиться к завтрашнему дню.

Илли отпустила его с трудом, но всё же после некоторых уговоров она сдалась. Они поцеловались на прощание, и Сергей отправился к себе.

* * *

Саша ждала меня в гостиной. Когда я зашёл, она спросила, буду ли я ужинать. Я сказал что буду, и она, обрадованная, убежала готовить на кухню.

Я же прошёл в кабинет, и послал Зов Джане. Она была очень рада меня слышать, я рассказал ей последние новости и сказал, что решил уволиться из ВТС, спросив, как это вообще делается. Голос Джаны стал каким-то грустным, она ответила, что мне необязательно лично являться в офис, можно просто послать официальное уведомление, образец которого лежит на сайте. После этого, она пожелала мне всяческих успехов и разорвала связь. Похоже, что Джана сильно расстроилась из-за моего ухода.

Я сделал всё так, как она сказала, а потом решил просмотреть свою почту.

В первую очередь я избавился от всякого откровенного спама, вроде рекламы новейших моделей ликомов, свежих фильмов и тому подобной ерунды. Затем пришла очередь заманчивых предложений об эксклюзивных интервью. Суммы вознаграждения раз от раза возрастали, и мне было просто интересно, где же они остановятся.

Раскрыв первое же подобное письмо от BBC, я даже присвистнул. Похоже, интерес ко мне увеличился раза в три, не меньше. Теперь на гонорар от интервью я мог бы купить себе пару новеньких флаеров и ещё остались бы деньги на спортивный мобиль.

Увы, в данный момент откровенничать с журналистами мне совершенно не хотелось.

Я удалил все предложения скопом, и в ящике остались только два письма из деканата.

Открыв первое, я обнаружил расписание моей группы на следующий семестр. Бегло его просмотрев и не найдя ничего особо нового для себя, просто сохранил расписание в своём ликоме, и стал читать второе.

Письмо было датировано сегодняшним числом, в нём сообщалось, что меня переводят в группу 1-А2, и предлагалось прийти завтра заранее для формального представления. К письму было приложено новое расписание занятий.

Вот так сюрприз! Похоже, я завтра не увижусь с Жозе и Ричардом. Какая потеря! Жаль только Селесту, боюсь, эта парочка без меня превратит её из служанки в рабыню. Может, попробовать добиться её перевода в другую группу? Но вряд ли она сама этого захочет, я же уже предлагал ей написать заявление о переводе, и она отказалась наотрез.

В принципе, это было ожидаемое событие, потому что в Академии группы формировались из студентов примерно одинакового социального положения. Но как-то это слишком быстро случилось.

У меня возникли некоторые догадки о том, кто мог посодействовать моему столь быстрому переводу, и я решил их тут же проверить.

Найти список группы 1-А2 не составило никакого труда. Прочитав его, я сразу всё понял. Одним из имён было: «Иллири Гилдстрейн, принцесса Скандии». Теперь стало совершенно ясно, кто поспособствовал такому быстрому переводу и зачем. Моя фамилия, кстати, тоже там уже была. Я значился в списке как: «Сергей Дмитриев, князь Михайлов».

Я посидел пару минут, обдумывая всё это. С одной стороны я был вовсе не против учиться вместе с Илли, и расставание со своей старой группой меня нисколько не удручало, за исключением одного-единственного человека — Селесты. Но с другой стороны мне совершенно не понравилось, что она это проделала за моей спиной, даже не озаботившись спросить моё мнение по этому поводу. А учитывая ещё и историю с переездом в новые апартаменты, семейная жизнь с Илли стала представать передо мной не в таком уж радужном свете.

Я тут же подумал о Миле, она была явно проще и прямодушнее Илли, но к сожалению обладала собственным недостатком, а именно взрывным неудержимым характером и дурацкой привычкой командовать.

За всё время, прошедшее с того злосчастного бала, у меня так и не было времени спокойно посидеть и обдумать всё произошедшее, и сейчас я решил, что самое время этим заняться.

Что же случилось? Кого я люблю? Илли или Милу? Эти вопросы крутились у меня в голове безумным хороводом.

Я попытался успокоиться, но моё сердце начинало учащённо биться, как только я вспоминал хотя бы об одной из них. Я любил их. Любил их обеих. Это я для себя уяснил совершенно однозначно.

Конечно, вся эта ситуация вовсе не была бы проблемой, если бы они были не принцессами из враждующих Домов, а простыми девчонками-простолюдинками. Я бы просто женился на них обеих и дело с концом. И если бы мы даже не ужились втроём, то я просто стал бы жить один день у одной, а другой день у другой, как делал дядя Слава. Но, что есть, то есть. Мне в невесты достались две принцессы, и поделать с этим ничего не возможно.

Обдумывая ситуацию и так, и этак, я так и не смог найти хоть какого-то приемлемого варианта. В результате решил пока оставить всё как есть.

«Интересно, что бы сказала обо всём этом моя мама?» — пришла вдруг мне в голову неожиданная мысль. К моей помолвке с Илли она отнеслась весьма спокойно, просто сказав, что хотела бы с ней познакомиться поближе. Конечно, к помолвке с Милой мама отнеслась бы гораздо теплее, ведь она её хорошо знает. А ведь я так ей ничего и не рассказал перед отъездом. Даже не попрощался толком. Просто послал Зов и сказал, что срочно уезжаю.

Размышляя об этом, я понял одну важную вещь: я стал взрослым.

Что послужило толчком для этого — несколько месяцев в Одинцовке, лето «у бабушки на даче» или семестр в Академии, я не знал. Возможно, сыграло свою роль всё это вместе. Я уже почти год жил без мамы и семьи, полагаясь только на себя, и когда вернулся домой, понял, что это уже не совсем мой дом. Я вырос из него, как вырастают из одежды, ещё год назад казавшейся тебе большой и удобной, а теперь вдруг оказавшейся короткой, маленькой и тесной.

Конечно, я любил маму, бабушку и сестрёнок, но мир, открывшийся мне за это время, сделал их дом для меня тесноватым. Я понял, что мой дом теперь здесь, а не там. Детство осталось в прошлом.

В этот момент мне стало как-то грустно и немного одиноко. Я приобрёл целый мир, но потерял при этом свой маленький уютный мирок. И вернуть уже ничего было нельзя, да я и не хотел ничего возвращать, просто накатила какая-то дурацкая ностальгия.

Мои невесёлые размышления были прерваны Сашей, позвавшей меня ужинать.

Ужин оказался выше всяких похвал. Так вкусно я не ел даже дома. Что я и сказал Саше практически сразу. Она покраснела и даже немного смутилась, а потом многословно заверила меня, что будет готовить так же и дальше. На что я очень понадеялся.

После ужина я подумал, что стоит привести себя в порядок перед завтрашним днём, и пошёл в ванну.

Ванная комната просто поразила меня своими размерами. К стыду своему, я заглянул в неё первый раз за всё время. Она оказалась просто огромной! Там был даже бассейн, примерно два на три метра и почти два метра глубиной, а уж джакузи, вмонтированная в пол в углу, вообще удивила меня до глубины души. Я быстро осмотрел всё, и уже начал раздеваться, как зашла Саша.

Увидев, что я раздеваюсь, она нисколько не смутилась, сказала, что принесёт мне чистую одежду, и вышла. Я скинул всю одежду, как только за ней закрылась дверь, а потом, конечно же, сразу нырнул в джакузи.

Это был мой первый опыт общения с подобным сантехническим прибором и, надо сказать, джакузи меня не разочаровала! Я лежал, закрыв глаза, и наслаждался ощущениями. Сколько я так пролежал — не знаю. Из состояния перманентного блаженства меня вывел Сашин голос.

Я открыл глаза и увидел, что она стоит в метре от меня, при этом на ней не было ничего, кроме лёгкого фартучка из тонкого полупрозрачного материала. Зрелище было просто потрясающее. Я покраснел и тут же отвернулся, а Саша невозмутимо сказала:

— Господин, давайте я потру вам спинку.

В ответ я промычал что-то маловразумительное, а потом, чуть собрав разбежавшиеся мысли, сказал:

— Саш, давай я сам, а?

— Нет, это моя обязанность, — ответила она спокойно. — Или ты меня настолько сильно стесняешься?

Этого я уже стерпеть не смог. Действительно, после того что между нами случилось, стесняться Сашу было как-то совершенно глупо. Я решительно вылез из джакузи, и сказал:

— Нисколько! Можешь хоть всего меня вымыть!

— Спасибо, что разрешил. Я так и сделаю, — совершенно спокойно ответила она.

Деваться было некуда, я уселся на небольшой стульчик у душа, лицом к стене, а Саша начала меня мыть. Это было приятно, даже очень приятно. Сначала она вымыла мне голову, а потом стала тереть плечи, спину и руки.

Затем мне предложили повернуться, и стали тереть грудь и живот, плавно переходя к ногам. Я старался не смотреть на Сашу, но сделать это можно было, только если закрыть глаза. Мой взгляд постоянно возвращался к её груди, периодически соскальзывая гораздо ниже. Особую пикантность всему зрелищу придавало то обстоятельство, что Сашин фартучек был уже целиком мокрым и абсолютно ничего не скрывал. К тому времени как Саша домыла мои ноги, моё естество уже было практически в боевом положении, и когда Саша принялась за него, я не выдержал...

Закончилось моё мытьё на кровати в моей спальне.

Я лежал на спине, а Саша прижималась ко мне всем телом и мурлыкала что-то себе под нос. Похоже, что настроение у неё было просто отличное. Её длинные каштановые волосы волнами спадали по плечам, придавая её фигуре просто неземную красоту.

Моё же настроение было не столь радужным. И дело было вовсе не в том, что мне что-то не понравилось в произошедшем между нами, просто сам факт того, что это опять случилось, меня безмерно удручал. Всё-таки меня воспитывали совершенно не так, спать с девушкой без серьёзных намерений считалось просто неприемлемым поведением. Для подобного рода вещей были Дома Свиданий. Тем более, Саша являлась моей служанкой и моим другом, и многие, узнав обо всём этом, заподозрили бы меня бог знает в чём. Это был первый очень неприятный момент.

Вторым моментом было то, что, как это не назови, но я изменил Илли или Миле, точнее, и Илли, и Миле, поправил я себя. Конечно, формально мы ещё не были женаты, но это было для меня слабым утешением. Постепенно я начинал себя чувствовать полным подонком и мразью, каких мало.

Саша, кажется, почувствовала моё не очень хорошее настроение и сказала:

— Серёжа, с тобой всё в порядке?

— А? — ответил я, погружённый в свои невесёлые размышления.

— Ты какой-то грустный, — проговорила она, посмотрев мне в глаза. — Тебе не понравилось?

— Нет, нет... всё было просто отлично! — сказал я немного наигранно.

— Правда? По твоему голосу так не скажешь!

— Нет, нет! Всё и правда было очень хорошо! — я, наконец, постарался взять себя в руки.

— Расскажи мне, что тебя тревожит! — в голосе Саши послышались твёрдые нотки. — Раньше ты всё мне рассказывал!

— Ну-у-у... — протянул я, потом посмотрел в её красивые зелёные глаза и продолжил. — Мне кажется то, что мы сделали, было неправильно. Вот...

— Неправильно? — переспросила меня Саша. — Что неправильно? Мы взрослые люди, и то, что случилось, вполне естественно.

Я вздохнул. Саша, похоже, в упор не видела в этом проблемы, или делала вид что не видит, что ещё хуже.

— Саш, ты служанка, а я твой хозяин, и мы не должны заниматься сексом. Это неправильно! — ответил я с жаром.

— Разве? — на лице у Саши было написано искреннее удивление. — Я уверена, что с тобой не согласится большинство молодых людей твоего круга. Я тебе уже говорила, для людей твоего положения спать со служанками — это нормально.

— Мне кажется, я никогда к этому не привыкну, — проговорил я удручённо.

— Ничего, привыкнешь, — проговорила Саша, похотливо улыбаясь и поглаживая меня по животу. — Тебе ведь нравится, я вижу... Ну, хватит думать о всякой ерунде. Давай лучше продолжим!

Её рука скользнула ниже, а сама она прижалась к моим губам своими губами.

Больше я ни о чём серьёзном этой ночью не думал.

* * *

Илли сидела на диване в гостиной одна, и её щёки просто пылали. Только что она вышла из транса, во время которого подсматривала за Сергеем.

«Мало того, что он завёл себе ещё одну невесту, так ещё и изменяет мне со своей служанкой!» — мысленно вскричала она, притопнув ногой от досады. Внутри неё всё просто клокотало. Ей хотелось вскочить с дивана и ворваться к ним, застав их на месте преступления и устроив грандиозный скандал.

«Нет, Иллири Скандская, тебе нужно успокоиться и спокойно всё обдумать. Ты же не глупая простолюдинка, наряженная принцессой», — сказала она сама себе, расслабляясь и начиная глубоко дышать.

«В конце концов, ничего страшного не случилось, — успокоила она себя. — Она ведь всего лишь служанка и ничего больше. У Сэма таких девиц было с полдюжины, и я на это даже внимания не обращала».

«И ты сама хотела, чтобы он поскорее стал настоящим высшим аристократом, вот теперь и получай всё что с этим связано, например, служанок в его постели, — холодно заметила она себе. — А девчонка явно профессионалка. Наверняка, это старая княгиня Михайлова расстаралась для внука, и наняла одну из лучших. Что же теперь с ней делать?»

Первым побуждением было как-то избавиться от этой «Саши». Но сделать это будет явно непросто. Скандал с требованием её выгнать в данный момент не самая лучшая идея, а пойти на другие более радикальные способы Илли была пока не готова.

В конце концов, подумала она, эта девушка играет ей на руку, не позволяя пробраться в постель к Сергею никому другому, даже Миле. Конечно, бесконечно это длиться не может, когда они поженятся, Илли на правах жены отошлёт её куда-нибудь в дальнее поместье управляющей, или вообще, без лишнего шума уволит с хорошим содержанием. Но пока, если хорошенько подумать, от неё было больше пользы, чем вреда, ведь она удовлетворяла подростковую гиперсексуальность Сергея.

Конечно, Илли хотела бы сама это делать, и даже от одной мысли об этом у неё сладко потянуло внизу живота, но заниматься сексом с женихом до свадьбы, считалось среди высшей аристократии самым последним делом. Они ведь не простолюдины какие-то, которые спят друг с другом направо и налево! Если ты не можешь обуздать свои низменные инстинкты на пару месяцев, как ты сможешь обуздывать свой Дар?

А ведь Мила, насколько Иллири её узнала, вовсе не стала бы это терпеть и устроила бы Сергею феерическую сцену ревности. Возможно, стоит дать ей возможность увидеть всё самой.

«Да, пожалуй, это очень хорошая идея», — с этой мыслью Илли отправилась спать и на губах её играла злорадная улыбка.