Нин Шу планировала пнуть его в то самое место, но Хэ Ляньин уклонился. Однако из-за этого он ослабил свою хватку, и она тут же применила на нем кнут.

Хэ Ляньин не мог среагировать достаточно быстро, и кончик кнута ударил его. Он сразу почувствовал, как боль растекается по руке. Его цвет лица мгновенно побледнел, и на лбу появился холодный пот.

Нин Шу вскочила на лошадь и повернулась, чтобы посмотреть на него. Когда она увидела его состояние, она не могла не спросить с довольной ухмылкой:

— Как чувствуется? Разве это не замечательно? Кнут пропитан в остром перце, и еще кое в чем. Как тебе мой яд?

Красивые брови Ляньина слегка нахмурились, его лицо дрогнуло, но затем он ухмыльнулся Нин Шу.

— Принц нашел вкус восхитительным.

Хэ Ляньин был извращенцем, чтобы быть в состоянии по-прежнему шутить с ней в такой ситуации.

— Второй принц ... — Когда люди, стоявшие за Ляньином, услышали, как Нин Шу сказала, что ее хлыст был ядовитым, они взволновались. Все они впились взглядом в Нин Шу и проклинали ее.

— Презренная женщина Великого Юна!

Ха-ха, у этих тартар действительно была совесть, чтобы называть ее презренной? Как бы она ни была презренна, она не могла сравниться с бесстыдством этих грабителей.

Хэ Ляньин не стал беспокоиться, и продолжал смотреть на Нин Шу. Он облизнул губы, а затем приказал:

— Убейте всех помимо Цзяхуэй.

— Вас поняли.

Выражение Нин Шу стало серьезным, и она усилила голос:

— Солдаты, тартары топчут землю нашего народа и унижают наших жен и дочерей. Мы должны отогнать этих бандитов с нашей земли, чтобы защитить наш народ, защитить наших жен и детей!

— Защитим наш народ! — Раздалось низкие и единые голоса, наполненные торжественным убеждением. Выражения солдат стали решительными. Когда они смотрели на Принцессу Цзяхуэй, которая держала кнут, они чувствовали, как их кровь становится горячее.

Хэ Ляньин тоже наблюдал за Нин Шу.

— Неужели ты думаешь, что твои люди могут победить Второго Принца? Цзяхуэй, иди со мной. Принц даст тебе несравненную славу. Ты станешь женщиной Принца на всю жизнь, ты будешь его единственной женщиной.

Нин Шу ударила бегущего к ней тартара в шею. Брызнула кровь, и тело тартара упало бездыханным.

— Хэ Ляньин, я — Принцесса Великого Юна. Даже если бы Принцесса погибнет, она погибнет на земле Великого Юна. Ты хочешь, чтобы Принцесса пошла с тобой? Просто продолжай мечтать! – ухмыльнулась Нин Шу.

Хэ Ляньин покачал головой. Его взгляд был наполнен странной мягкостью, когда он смотрел на нее.

— Принц просто любит за тобой наблюдать. Ты, кажется, еще более дикая, чем женщины Северной Монголии.

Нин Шу: Как этот ублюдок может так игнорировать чужие слова?